Студопедия


Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и прикладные исследования в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ Развитие экономики ЕС Чрезвычайные ситуации ВКонтакте Одноклассники Мой Мир Фейсбук LiveJournal Instagram

Последний - всегда крайний




...Этот урок Западу вряд ли удастся усвоить. Он называется: «Дай народу то, что он хочет. Неважно, насколько дико оно выглядит».

Журнал TheExile. 2007. № 1.

К началу 1917 года большевики были крохотной маломощной партией. Даже на радикальном краю политического спектра, где народу много не бывает, имелись куда более многочисленные и сильные партии меньшевиков и эсеров - это не говоря уж о всяких там правых и центристских организациях.

Начало событий партия большевиков попросту проспала. В январе 1917 года Ленин, сидевший тогда в Цюрихе, говорил: «Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции».

В Петрограде партией руководили трое молодых членов нелегального Русского бюро ЦК - Залуцкий, Молотов и Шляпников, узнавшие о том, что происходит нечто выдающееся, лишь когда началась стрельба. Только тогда они отправились выяснять, что, собственно, творится, и в итоге получили несколько мест в Петроградском Совете. К моменту приезда Ленина в Россию в апреле 1917 года «великая и ужасная» партия большевиков насчитывала 24 тысячи членов по всей стране.

(К осени она, правда, доросла до 240 тысяч, сделав несколько очень верных шагов и выкинув несколько гениальных лозунгов разной степени безумия. Самым безумным из них был пресловутый: «Вся власть Советам!». Но все же это ничего не объясняет. Во-первых, аналогично росли и другие радикальные партии. Во-вторых, «спартаковцы» в Германии делали то же самое, а ничего у них не вышло, даже при поддержке Советской России.)

Что бы ни говорили впоследствии большевики, революцию в России устраивали не они. Революция произошла в феврале 1917 года, и сделали ее либералы, для своих либеральных целей - поиграть во власть, порулить, насадить демократию.

Поиграли. Порулили. Насадили. Устроили такое... В общем, спустя полгода стало очевидно, что страна переживает паралич всей и всяческой власти. Надо было наводить порядок - однако едва ли кто-либо знал, как это сделать. Внутри страны уже не было силы, способной привести ее в чувство - разве что на оккупацию оставалось рассчитывать, благо шла война. Но даже и в этом случае - где найти противника, который был бы способен оккупировать и усмирить такую страну? Германия в лучшем случае оттяпала бы себе Украину, предоставив остальную территорию собственной судьбе. Между тем надвигалась зима, пережить которую без централизованных усилий по снабжению у городского населения было немного шансов. Страна полным ходом летела в пропасть, и не было никого, кто стремился бы взять в этот момент власть, ибо власть означает ответственность, а брать на себя ответственность за происходящее никому не хотелось. Решиться на это могли либо действительно жертвенные спасители Отечества, каковых что-то не находилось, либо... либо абсолютно безответственная сила, живущая по принципу «дают -бери, а там посмотрим».




И такая сила в России существовала. Это была мелкая отмороженная радикальная партия социал-демократов-большевиков, которая, углядев, что события вроде бы развиваются по ее теории, радостно ломанулась к власти (и без малейшего труда тут же ее получила). За что ей огромное спасибо, что хоть она осмелилась, а то бы вообще неизвестно, в чьих колониях мы бы сегодня жили. Хотя, конечно, безумная была авантюра, и даже большевики, если бы они остановились и задумались, то, пожалуй, испугались бы - но они не останавливались и не задумывались, вот в чем вся штука-то! Тем более что у каждого в потайном ящике был паспорт на чужое имя и определенная сумма в валюте или ценностях, так что в любой момент можно было подхватиться и исчезнуть.

Если бы это была какая-нибудь европейская страна, то добрые соседи подобную смуту задавили бы моментом. Но соваться в дикое поле, охватывающее шестую часть земного шара, да еще при том уровне транспорта и связи... Нет, если бы у нас была общая граница с Соединенными Штатами, конечно, всего можно было бы ожидать... ломанулись же они сейчас в исламский мир устанавливать свои порядки, хватило соображения! Но США были за океаном, а европейцы все-таки и слабее, и умнее, так что предпочли грабить Россию по окраинам да скидывать белогвардейцам армейские излишки за хороший процент -авось справятся. Не справились, да и не могли. Потому что народ не хотел жить так, как жили раньше. Причины были крайне простые: мир, земля, и просто все достало - помещики, заводчики, чиновники, война, земельный вопрос...



Эта книга - не о революции и не о советской власти, потому не буду разбирать все это в деталях. Как-нибудь в другой раз... Однако на один вопрос надо бы дать ответ. А именно: если эта власть была так плоха, почему она удержалась? До начала 30-х годов в это мало кто верил внутри страны и никто не верил за границей. Когда началась коллективизация, то падения советской власти ожидали буквально со дня на день. Большевики выкаблучивали по отношению к могучей и непредсказуемой стране такое, на что нынешние американцы, при всей их силе, решились бы разве что в каком-нибудь Парагвае, ибо с чуть более сильным Ираком уже не катит... А ведь советское правительство удержалось во время Гражданской войны, страна не сдетонировала при коллективизации, не капитулировала в Великую Отечественную. И, кто бы что бы ни говорил, объяснить это можно лишь двумя вещами: рабской психологией народа либо тем, что народ был за правительство. Несмотря ни на что.

Насчет рабской психологии семнадцатый год, кажется, все прояснил. Во многом именно тем и объясняется успех большевиков, что страна больше не хотела себе хозяев - в смысле бар и господ. Все эти крестьянские восстания при советской власти, конечно, имели место... но то были чисто домашние разборки. Грубо говоря, мужики стремились к своему идеалу - налогов не платить, рекрутов не давать, - а государство к своему: деревня должна быть управляемой и давать хлеб. Каждый ломил силой: одни - вилы продотрядовцам в живот да красного петуха в колхозный амбар, другие - повстанцев к стенке, кулаков в Сибирь. Ну стиль взаимоотношений был в то время такой, что тут поделаешь... И если в 1930 году число восставших насчитывало миллион человек, то ведь остальные-то все-таки не восставали, несмотря на все «перегибы». А народу в деревне в то время жило около 120 миллионов. И если кто-то думает, что восставшие крестьяне снова пустили бы к себе помещика...

По-видимому, идея «социальной справедливости», выдвинутая большевиками, низам христианской страны оказалась все-таки ближе, чем многочисленные теории, объясняющие, почему богатый должен быть богат, а бедный - беден. Тем более в России, где менталитет своеобразный: русский человек предпочитает жить не по закону, а «по понятиям», не по теории, а как считает нужным. Этим отчасти объясняется то, что общество достаточно активно относилось к большевистским преобразованиям и готово было многим ради них поступиться: потому что те совпадали с народным представлением о том, что надо делать.

(Возьмем для примера 90-е годы: при таком мощнейшем средстве «промывания мозгов», как телевидение, при всей кажущейся логичности демократических идей буча все равно была в основном верхушечной, интеллигентской. Народ какое-то время пошумел, но уже через несколько лет попросту перестал ходить на выборы, а слово «демократия» стало в России ругательным, да еще две буковки в середину вставили, совсем хорошо получилось...)

Кредит доверия был таким, что это позволило стране продержаться еще пятьдесят лет после войны... да и дольше бы держались, если бы у Советского Союза, как в начале века у Российской империи, полностью не сгнила верхушка.

Так что сказка о «злобных большевиках», терроризировавших страну до полной бессловесности, не выдерживает критики. Во-первых, эту страну не очень-то и затерроризируешь. А во-вторых, не стоит забывать, какое наследство досталось большевикам от «золотой России, которую мы потеряли» (особенно если считать Временное правительство, интервентов и «белых» также ее представителями). Полная разруха в промышленности (10% от уровня 1913 года), агонизирующий транспорт, одичавшее население. Чудовищная отсталость сельского хозяйства, с которым было вообще непонятно что делать. Катастрофическая нехватка специалистов во всех областях, кроме военной...

Нет-нет, конечно, я понимаю, Российская империя была могучей и великой державой во всех отношениях. Это гады-большевики пришли и за несколько месяцев довели ее до ручки. Как в том анекдоте: «Я сорок лет сапоги носил, и ничего, а зять надел и за неделю изорвал».

«Кровью умытые» в коридорах власти

Вечная трагедия науки: уродливые факты убивают красивые гипотезы.

Томас Гексли, британский ученый

Но все это не отменяет того факта, что в октябре 1917 года к власти в России пришли радикалы. Которые и составили потом правящую верхушку общества. А радикал - это вполне определенный психологический тип. Это человек, который «против».

Нет, он, конечно, говорит, что он «за»... За какую-нибудь великую идею социальной справедливости или национального возрождения, как правило, совершенно нежизнеспособную... Но ведь они никогда не собираются реально воплощать в жизнь то, что декларируют! Это так, брэнд для рекламы. Они живут за счет того, что выступают против существующей власти. Как диссиденты. Только диссидент соотносится с революционером, как пушистый домашний котенок с африканским львом.

Но ведь самое смешное в том, что пришедшие к власти в 1917 году даже и революционерами-то не были! Это были «деятели разговорного жанра», всю свою политическую жизнь прожившие за границей. Председателем нового правительства стал политик-теоретик Ленин, никогда и не нюхавший государственного управления, наркомвоенмором - сначала бывший семинарист Подвойский, затем военный корреспондент Троцкий, первым главнокомандующим - прапорщик Крыленко. А почитать их писания по поводу будущего устройства общества - все утописты мира коллективно отдыхают![61] Герберт Уэллс в свое время замечательное прозвище дал Ленину - «кремлевский мечтатель». Такими они и были.

Вот только жизнь не давала большевикам времени всерьез приняться за реализацию своей мечты. Она ставила перед ними множество конкретных задач... и большевики эти задачи конкретно решали. Смешные утописты в стратегии, они оказались гениями оперативной работы. С одной маленькой поправочкой: пока шла война. Пока шла война, пока требовалось напряжение всех сил, пока организм работал в режиме чрезвычайной ситуации, они справлялись великолепно! Поскольку работа в режиме аврала полностью совпадает с сущностью революционера, который в этом случае может действовать на инстинктах и интуиции, а природа - великая сила. По крайней мере, уж точно сильнее разума.

Но вот война закончилась. Страну надо было переводить в режим мирного времени - да она и сама уже в этот режим переходила. И тут же появились психологические проблемы, охватившие сразу всю управленческую элиту общества. Потому что руководство в мирное время в корне отличается от военного. Это кропотливый упорный труд, который способен любого «пламенного революционера» довести до истерики тем раньше, чем революционер пламеннее.

Самые непримиримые ушли в оппозицию сразу. В 1926 году Сталин говорил о разнице между ними и «генеральной линией». «В чем состоит эта разница? В том, что партия рассматривает нашу революцию... как революцию, представляющую некую самостоятельную силу, способную идти на борьбу против капиталистического мира, тогда как оппозиция рассматривает нашу революцию как бесплатное приложение к будущей, еще не победившей пролетарской революции на Западе, как "придаточное предложение" к будущей революции на Западе, как нечто, не имеющее самостоятельной силы». Впрочем, им было не так уж важно где: не в Европе, так в Бразилии, не на Западе, так на Востоке! Лишь бы продолжался бой, «и сердцу тревожно в груди», и далее по тексту...

Это была первая линия раскола партии большевиков. Почему я не говорю о взглядах оппозиции, о борьбе за власть и пр.? Все это тоже было, однако вокруг Сталина собирались люди определенного психологического типа, и против него - тоже люди определенного психологического типа, только другого. А взгляды - что взгляды? Их можно менять по десять раз в год, и совершенно искренне, а можно не иметь вовсе. Суть же не в этом, а в том, чего больше хочется человеку - воевать или строить.

Оппозиция то отделялась, то присоединялась, дробилась и множилась, но в целом здесь все определилось достаточно рано. Во властных структурах Советского Союза теперь могли работать только те, для кого происходящее в России было важнее «мировой революции».

Но ведь этим все не ограничилось! Психологический конфликт остался нерешенным, потому что властной элите даже и в России по-прежнему было милее бороться, чем строить, и решать все вопросы силой, а не миром. Чтобы это увидеть, достаточно рассмотреть фотографии тогдашних «партийных баронов». Рано или поздно должен был проявиться второй раскол.





Дата добавления: 2015-05-12; просмотров: 387; Опубликованный материал нарушает авторские права? | Защита персональных данных | ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: Только сон приблежает студента к концу лекции. А чужой храп его отдаляет. 8629 - | 7422 - или читать все...

Читайте также:

 

18.232.53.231 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.


Генерация страницы за: 0.003 сек.