Глава 16. Преступления против жизни и здоровья

В отличие от прежних Уголовных кодексов, ставивших на первое место защиту государственных интересов, Особенная часть УК начинается с раздела о преступлениях против личности. Конституция провозгласила человека, его права и свободы высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2). Как и ранее, защита личности предполагает прежде всего защиту жизни и здоровья человека. Это согласуется с нормами международного права (ст. 6 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г.*(127)).

Основные изменения в нормах УК о преступлениях против жизни и здоровья заключаются в следующем:

1) простой и квалифицированный виды убийства объединены теперь в одной статье, что соответствует структуре других статей УК, предусматривающих квалифицирующие признаки в соответствующих частях и пунктах;

2) к числу убийств отнесены только умышленные преступления против жизни, поскольку ч. 1 ст. 105 УК определяет убийство как "умышленное причинение смерти другому человеку". Соответственно причинение смерти по неосторожности по УК не называется убийством (ст. 109);

3) расширен перечень привилегированных видов убийства, к которым отнесены "убийство матерью новорожденного ребенка" (ст. 106 УК) и убийство при "превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление" (ч. 2 ст. 108 УК);

4) норма об угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК) отнесена в группу преступлений против жизни и здоровья, а не против общественного порядка и общественной безопасности, как ст. 207 УК РСФСР;

5) впервые введена в УК ст. 120 "Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации";

6) декриминализированы деяния, предусмотренные ч. 1 ст. 115, ст. 115.1, ч. 1 ст. 116 и ч. 1 ст. 127 УК РСФСР;

7) нормы об ответственности за побои и умышленное причинение легкого вреда здоровью предусмотрены в отдельных статьях (115 и 116 УК);

8) при решении вопроса об обратной силе закона следует иметь в виду, что в УК смягчены санкции за убийство, совершенное в состоянии аффекта (ч. 1 ст. 107), за незаконное производство аборта (ст. 123), за доведение до самоубийства (ст. 110), за умышленное причинение легкого вреда здоровью и за побои (ст. 115 и 116).

Статья 105. Убийство

1. В ч. 1 комментируемой статьи впервые дается законодательное определение убийства: "умышленное причинение смерти другому человеку". Это определение в основных чертах соответствует понятию убийства, выработанному теорией уголовного права. Имеется лишь одно, но существенное отличие. Согласно принятому ранее взгляду убийством считалось как умышленное, так и неосторожное лишение жизни другого человека. Теперь же в определении данного преступления совершенно четко говорится только об умышленном причинении смерти. Понятия неосторожного убийства новый закон не знает.

2. Указание в определении убийства на причинение смерти другому человеку подчеркивает, что причинение смерти самому себе (самоубийство) не рассматривается как преступление, и в случае неудачной попытки суицида лицо не несет за это ответственности. Отсюда вытекает, что и понятие "соучастие в самоубийстве" ("подстрекательство", "пособничество") лишено юридического смысла.

3. Объектом убийства является жизнь человека, понимаемая не только как физиологический процесс, но и как обеспеченная законом возможность существования личности в обществе. Как физиологический процесс жизнь человека имеет начало и конец. Началом жизни принято считать начало физиологических родов. Жизнь ребенка охраняется законом в процессе родов (ст. 106 УК). В то же время посягательство на плод, находящийся в утробе матери, убийством не считается и может влечь уголовную ответственность за незаконное производство аборта или причинение тяжкого вреда здоровью женщины.

4. Правовое значение имеет также и момент окончания жизни. Таковым считается наступление физиологической смерти, когда вследствие полной остановки сердца и прекращения снабжения клеток кислородом происходит необратимый процесс распада клеток центральной нервной системы. Временная приостановка работы сердца (клиническая смерть) не означает окончания жизни. Изъятие органов или тканей у человека в этом состоянии недопустимо и может быть при наличии вины квалифицировано как убийство.

5. Жизнь как объект преступления не подлежит качественной или количественной оценке. Равная защита всех людей от преступных посягательств на их жизнь - важнейший принцип уголовного права. Не имеет значения возраст, состояние здоровья потерпевшего или его "социальная значимость". Уголовное законодательство РФ не допускает лишения жизни и безнадежно больного человека даже при наличии его согласия или просьбы (эвтаназия). Именно равноценностью объекта объясняется, почему причинение смерти человеку, ошибочно принятому за другого, не рассматривается как "ошибка в объекте" и не влияет на квалификацию содеянного как оконченного убийства. Усиление ответственности за убийство отдельных категорий лиц в специальных нормах связано не с повышенной ценностью жизни потерпевшего, а с наличием одновременно другого объекта посягательства или дополнительных последствий, отягчающих вину.

6. С объективной стороны убийство как типичное преступление с материальным составом представляет собой единство трех элементов: 1) действие (бездействие), направленное на лишение жизни другого лица; 2) смерть потерпевшего как обязательный преступный результат; 3) причинная связь между действием (бездействием) виновного и наступившей смертью потерпевшего.

Чаще убийство совершается путем активных действий с использованием каких-либо орудий преступления или путем непосредственного физического воздействия на организм потерпевшего. Убийство путем бездействия встречается относительно редко. Оно предполагает, что на виновном лежала обязанность предотвратить наступление смертельного исхода. Эта обязанность может вытекать из договора, трудовых отношений, предшествующего поведения виновного и других фактических обстоятельств. Судебной практике известны случаи, когда мать умышленно причиняет смерть своему ребенку, оставив его без пищи и посторонней помощи одного в запертой квартире на длительное время.

7. Обязательное условие ответственности за убийство - наличие причинной связи между действием (бездействием) виновного и смертью потерпевшего.

Для убийства типична прямая (непосредственная) причинная связь. Например, выстрел в потерпевшего влечет за собой его смерть. Значительно сложнее бывает установить причинную связь, когда она носит непрямой, опосредованный характер. Причинная связь при убийстве может быть опосредована: 1) действием автоматических устройств (часовой механизм, различные замедлители при взрыве); 2) ожидаемыми действиями потерпевшего, которые могут быть как правомерными (например, вскрытие адресатом посылки, содержащей взрывное устройство, либо приведение в действие двигателя заминированной автомашины потерпевшего), так и неправомерными (например, сознательное оставление в салоне автомобиля бутылки с отравленной водкой в расчете на то, что угонщик ее выпьет); 3) действием малолетнего или психически больного, не осознающих характера содеянного; 4) действием природных сил (например, оставление на морозе избитого до потери сознания потерпевшего); 5) действием третьих лиц (например, запоздалое или неквалифицированное оказание медицинской помощи потерпевшему). Определяющим для установления причинной связи является вывод о том, что смертельный результат - необходимое последствие действия (бездействия) виновного в конкретных условиях места и времени.

Деление причинных связей на прямые и опосредованные имеет практический смысл, поскольку свидетельствует о разном уровне воздействия виновного на преступный результат. Отсюда следует и деление способов преступления на сильно управляемые и слабо управляемые. Степень воздействия виновного на преступный результат нужно иметь в виду, когда решается вопрос о форме вины, о содержании и направленности умысла, о покушении на убийство, о сознании мучительного характера способа убийства или его опасности для жизни многих людей и т.д.

8. Убийство признается оконченным с момента наступления смерти потерпевшего. Не имеет значения, когда наступила смерть: немедленно или спустя какое-то время. УК в традициях российского законодательства не устанавливает никаких "критических сроков" наступления смерти, если у виновного был умысел на убийство. Действия лица, непосредственно направленные на причинение смерти другому человеку, если они по обстоятельствам, не зависящим от воли виновного, не привели к этому результату, квалифицируются как покушение на убийство.

9. С субъективной стороны убийство предполагает наличие прямого или косвенного умысла на причинение смерти. Убийство совершается с прямым умыслом не только тогда, когда причинение смерти является конечной целью виновного. Цель может лежать и за пределами состава убийства. Например, убийство случайного очевидца преступления (цель - избежать разоблачения) или убийство кассира, отказавшегося передать преступнику деньги (цель - завладение деньгами). Желание как волевой элемент умысла имеется и в этих случаях.

При косвенном умысле виновный не направляет свою волю на причинение смерти, но своими действиями сознательно допускает ее наступление. Косвенный умысел на убийство встречается, например, при поджоге помещения, в котором находятся люди; при использовании кляпа или пластыря, для того чтобы не дать потерпевшему возможности позвать на помощь, если в результате этого наступила смерть*(128); при убийстве посторонних людей в случае применения взрывных устройств или иного общеопасного способа преступления.

Закон (ст. 25 УК) не противопоставляет косвенный умысел прямому, а объединяет их. Разграничение этих видов умысла приобретает решающее значение только при ненаступлении смертельного результата. Пленум ВС РФ указал в своем постановлении от 27.01.99 N 1 (п. 2): "Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.)".

10. Мотив и цель преступления, которые принято относить к факультативным признакам субъективной стороны, в составе убийства приобретают роль обязательных признаков, поскольку от их содержания зависит квалификация убийства. Пленум ВС РФ требует от судов выяснения мотивов и целей убийства по каждому делу (п. 1 Постановления от 27.01.99 N 1). В ч. 1 комментируемой статьи не указаны мотивы простого убийства. Это преступление может быть совершено по любым мотивам, за исключением тех, которым закон придает квалифицирующее значение (п. "з"-"м" ч. 2 комментируемой статьи). Для простого убийства характерны такие мотивы, как месть за какое-либо действие потерпевшего, в том числе за совершенное преступление, ревность, зависть, неприязнь, ненависть, возникшие на почве личных отношений. Возможно также убийство из сострадания к безнадежно больному или раненому, из ложного представления о своем общественном или служебном долге, из страха перед ожидаемым или предполагаемым нападением при отсутствии состояния необходимой обороны и т.д. К простому убийству относится также умышленное причинение смерти в обоюдной драке или ссоре под влиянием эмоциональных мотивов - гнева, ярости, страха за свою жизнь при отсутствии признаков сильного душевного волнения.

11. Субъект убийства - физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 14 лет (ст. 20 УК). Убийство, совершенное должностным лицом при превышении должностных полномочий, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных комментируемой статьей и ст. 286 УК.

12. Квалифицированным принято называть убийство, совершенное при наличии хотя бы одного из отягчающих обстоятельств (квалифицирующих признаков), перечисленных в ч. 2 комментируемой статьи. Если в действиях виновного имеются два или несколько квалифицирующих признаков, то все они должны быть указаны в предъявленном обвинении и приговоре. Однако они не образуют совокупности преступлений, и наказание назначается единое, хотя наличие двух или нескольких квалифицирующих признаков учитывается при определении тяжести содеянного.

Многие из признаков ч. 2 комментируемой статьи имелись и в прежнем законодательстве. Редакция некоторых квалифицирующих признаков уточнена и впервые введено несколько новых обстоятельств. Для их характеристики большое значение имеют рекомендации, содержащиеся в постановлении Пленума ВС РФ от 27.01.99 N 1.

Впервые квалифицирующие признаки убийства располагаются в законе (ч. 2 комментируемой статьи) по строгой системе, в зависимости от их связи с определенными элементами состава преступления:

признаки, относящиеся к объекту (п. "а"-"г"), к объективной стороне (п. "д"-"ж"), к субъективной стороне (п. "з"-"м"). Эта классификация в известной мере условна, поскольку любой объективный признак находит отражение и в субъективной стороне преступления. Однако указанное расположение имеет практический смысл, поскольку облегчает процесс квалификации конкретного убийства.

13. К объекту относятся следующие отягчающие обстоятельства, характеризующие жертву преступления: а) убийство двух или более лиц; б) убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга; в) убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо с захватом заложника; г) убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.

Убийство двух или более лиц (п. "а" ч. 2 комментируемой статьи) характеризуется повышенной тяжестью последствий. Аналогичный признак имелся и в УК РСФСР, поэтому судебная практика уже выработала определенные критерии его оценки. В отличие от неоднократного убийства убийство двух или более лиц представляет собой единое преступление. Причинение смерти всем потерпевшим происходит либо одновременно, либо с незначительным разрывом во времени, если действия виновного охватывались единством намерения.

Умысел может быть прямым или косвенным в отношении всех потерпевших, возможно сочетание прямого умысла на убийство одного лица и косвенного - по отношению к другим потерпевшим (в случае убийства путем применения общеопасного или иного слабо управляемого способа). Убийством с косвенным умыслом в судебной практике признается лишение жизни нескольких человек при срабатывании автоматического взрывного устройства, установленного в целях защиты садового участка от вторжения посторонних лиц*(129).

14. Если при наличии прямого умысла на убийство двух или более лиц погиб только один потерпевший, а смерть других не наступила по причинам, не зависящим от виновного, то содеянное представляет собой совокупность покушения на убийство, предусмотренное п. "а" ч. 2 комментируемой статьи, и оконченного убийства одного лица, которое квалифицируется самостоятельно по ч. 1 или 2 комментируемой статьи (п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 27.01.99 N 1).

При одновременном убийстве двух или более лиц не исключается сочетание различных мотивов. Например, одновременное убийство бывшей жены на почве ревности и случайного очевидца с целью скрыть совершенное преступление. Если один из мотивов предусмотрен в ч. 2 комментируемой статьи, это должно быть отражено в квалификации.

15. В тех случаях, когда умысел на убийство другого лица с целью сокрытия ранее совершенного убийства возник после того, как было совершено первое преступление, содеянное в целом не может квалифицироваться как убийство двух лиц. Каждое из совершенных преступлений требует самостоятельной квалификации*(130).

16. Редакция п. "б" ч. 2 комментируемой статьи несколько изменена по сравнению с УК РСФСР. Вместо выполнения потерпевшим служебного долга говорится о его служебной деятельности, под которой следует понимать не только службу в государственных или муниципальных учреждениях, но и любое выполнение трудовых обязанностей в государственных, частных и иных негосударственных организациях и предприятиях, деятельность которых не противоречит действующему законодательству. Потерпевшим может быть как должностное, так и недолжностное лицо, осуществляющее служебную деятельность.

17. Под выполнением общественного долга, как сказано в постановлении Пленума ВС РФ от 27.01.99 N 1, понимается осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересах отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий. Так, практика признает выполнением общественного долга участие в пресечении преступления, сообщение органам власти о совершенном или готовящемся преступлении либо местонахождении лица, разыскиваемого в связи с совершением им правонарушений, дачу свидетельских показаний и пр.

Не имеет значения для квалификации, совершается ли убийство из мести в связи с осуществлением служебной деятельности или выполнением общественного долга либо в целях воспрепятствования такой деятельности потерпевшего в данный момент или в дальнейшем. Практика не признает наличие данного квалифицирующего признака, если убийство совершено из мести за невыполнение (или ненадлежащее выполнение) лицом своих служебных обязанностей, поскольку в этих случаях нет посягательства на упомянутый дополнительный объект, т.е. нет воспрепятствования нормальной служебной деятельности потерпевшего.

18. В отличие от прежнего УК новая норма предусматривает ответственность за убийство не только самого лица, осуществляющего служебную деятельность или выполняющего общественный долг, но и его близких. Степень близости не имеет значения, если этим убийством виновный преследует цель отомстить лицу за выполнение им служебной или общественной деятельности либо воспрепятствовать этой деятельности.

Пленум ВС РФ указал в постановлении от 27.01.99 N 1: "К близким потерпевшему лицам наряду с близкими родственниками могут относиться иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений".

19. Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. "в" ч. 2 комментируемой статьи), - новый квалифицирующий признак, не известный УК РСФСР. В нем объединены два отягчающих обстоятельства: первое характеризует потерпевшего, а второе - как потерпевшего, так и особенность способа действия.

Беспомощное состояние потерпевшего может определяться его возрастом (малолетний, престарелый), состоянием здоровья, увечностью и другими обстоятельствами, не дающими жертве возможности оказать сопротивление преступнику или уклониться от посягательства. Сюда же можно отнести убийство лица, находящегося в состоянии сна или сильной степени опьянения, а также лишившегося сознания по другим причинам. Указание на заведомость означает, что виновный знает о беспомощном состоянии жертвы.

Повышенная опасность этого вида убийства связана с особой заботой о защите каждого человека, не способного в силу любых причин защитить себя или уклониться от посягательств на свою жизнь. Такое преступление объективно более опасно, поскольку преступнику легче достигнуть преступного результата, когда потерпевший спит, сильно пьян и т.д. Такое преступление более опасно и с субъективной стороны, поскольку знание о том, что жертва находится в беспомощном состоянии (закон не случайно говорит о заведомости), облегчает формирование преступного намерения и даже может играть провоцирующую роль. Преступнику легче решиться на совершение убийства, когда он уверен, что жертва не в состоянии дать ему отпор.

Установление (точнее, восстановление) в законе рассматриваемого квалифицирующего признака вызвало трудности в судебной практике. Особенно много противоречий возникло при оценке убийства спящего, где не удалось достичь единства мнения. В ряде случаев суды квалифицировали такое убийство по п. "в" ч. 2 комментируемой статьи: "Убийство спящего потерпевшего путем нанесения ему трех ударов топором по голове обоснованно квалифицировано по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии"*(131).

Однако в других случаях встречались и противоположные решения со ссылкой на то, что "состояние сна не относится к числу беспомощных", "состояние алкогольного опьянения нельзя расценить как беспомощное состояние", "сон потерпевшего к числу обстоятельств, предусмотренных п. "в" ч. 2 ст. 105 УК, не относится", "сон является жизненно необходимым и физиологически обусловленным состоянием человека".

Пленум ВС РФ в постановлении от 27.01.99 N 1 дал указание о том, что убийством лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, следует считать "умышленное причинение смерти потерпевшему, не способному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство". И далее дан примерный перечень лиц, находящихся в беспомощном состоянии. К ним, как сказано, "могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее". Выделенные нами курсивом слова свидетельствуют о том, что этот перечень нельзя считать исчерпывающим, поэтому нет оснований для вывода, что убийство спящего или находящегося в тяжелой степени опьянения или лишенного сознания под воздействием наркотиков или по другой причине не может квалифицироваться по п. "в" ч. 2 комментируемой статьи.

Однако судебная практика пошла по другому пути. Состояние сна судами не признается беспомощным состоянием в силу того, что сон является физиологическим состоянием человека, что нельзя отнести к его беспомощности. Так, Б., приревновав З. к своей жене, поссорился с ним. Вернувшись вечером в квартиру З. и обнаружив З. спящим, Б. имеющимся у него ножом нанес потерпевшему несколько ударов в область груди. От полученных телесных повреждений, относящихся к категории тяжкого вреда здоровью, потерпевший скончался на месте совершенного преступления. При рассмотрении дела в кассационном порядке ВС РФ исключил из приговора осуждение Б. по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК, поскольку сон является жизненно необходимым физиологически обусловленным состоянием человека (определение ВС РФ N 58-000-42); М. с целью завладения имуществом П. во время распития спиртных напитков подлил в спиртное клофелин. П. находился в полусонном состоянии, когда М. накинул ему на шею ремень и задушил его. Судебная коллегия, исключая из приговора осуждение М. по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК, указала, что доведение потерпевшего до опьянения с добавлением в спиртное клофелина явилось способом убийства, а не нахождения потерпевшего в беспомощном состоянии (определение ВС РФ N 59-000-16).

Беспомощное состояние потерпевшего относится к числу оценочных признаков. Чем бы ни было обусловлено беспомощное состояние, оно должно быть предметом оценки суда. Это касается, в частности, возраста. Ни малолетний, ни преклонный возраст сами по себе не исключают, что потерпевший может оказаться отнюдь не беспомощным, если он, к примеру, хорошо вооружен и умело обращается с оружием, к тому же преклонный возраст в отличие от малолетнего не имеет четкой границы.

Сложным для практики оказался и вопрос о квалификации причинения смерти лицу, оказавшемуся в беспомощном состоянии в результате действий виновного. По смыслу закона лицо должно находиться в беспомощном состоянии до нападения на него. Если же потерпевший был приведен в беспомощное состояние виновным в процессе реализации умысла на убийство (путем причинения ранений, связывания, завлечения в уединенное место и т.п.), то п. "в" ч. 2 комментируемой статьи не должен применяться.

20. Второе отягчающее обстоятельство, впервые названное в п. "в" ч. 2 комментируемой статьи, включено в закон в связи с распространившимися в последнее время случаями захвата заложников и похищения людей. Захваченное вооруженным преступником лицо, как правило, оказывается в беспомощном состоянии. Однако под убийством, сопряженным с похищением человека либо с захватом заложника, следует понимать не только убийство самого похищенного или заложника, но и других лиц (например, препятствующих похищению либо пытающихся освободить заложника).

Действия виновных, совершивших убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника, должны квалифицироваться соответственно по совокупности с преступлениями, предусмотренными ст. 126 и 206 УК.

21. Повышенная опасность убийства женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. "г" ч. 2 комментируемой статьи), обусловлена тем, что, убивая беременную женщину, виновный уничтожает и плод как зародыш будущей жизни. Указание на заведомость означает, что ответственность наступает по этому пункту, если виновный на момент совершения убийства женщины достоверно знал о беременности потерпевшей от нее самой или из другого источника*(132).

Убийство женщины, которую виновный ошибочно считал беременной, следовало бы считать покушением на преступление, предусмотренное п. "г" ч. 2 комментируемой статьи, исходя из направленности умысла. Однако, учитывая, что смерть фактически наступила, содеянное нельзя считать покушением, иначе виновный получил бы необоснованную льготу при назначении наказания (ч. 3 ст. 66 УК). Ситуация должна решаться по правилам об ошибке в личности потерпевшего, которая не влияет на квалификацию. B таких случаях содеянное квалифицируется по п. "г" ч. 2 комментируемой статьи как оконченное преступление.

22. К объективной стороне квалифицированного убийства согласно ч. 2 комментируемой статьи относятся следующие обстоятельства, характеризующие в первую очередь способ действия: д) убийство, совершенное с особой жестокостью; е) совершенное общеопасным способом; ж) совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.

Убийство с особой жестокостью (п. "д" ч. 2 комментируемой статьи) - один из наиболее распространенных видов квалифицированного убийства. ВС РФ неоднократно давал характеристику признаку особой жестокости, в том числе в постановлении от 27.01.99 N 1. В п. 8 сказано: "При квалификации убийства по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК надлежит исходить из того, что понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении особой жестокости". Особая жестокость как квалифицирующий признак не тождественна имевшемуся в прежнем законодательстве признаку убийства "способом, особо мучительным для убитого" (п. "в" ч. 1 ст. 136 УК РСФСР). Однако особая жестокость, как более широкое понятие, включает этот признак.

С учетом сложившейся судебной практики убийство может быть признано особо жестоким:

а) когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязания или совершалось глумление над жертвой. Если пытки применялись с целью получения от потерпевшего каких-либо сведений, то причинение смерти возможно и с косвенным умыслом;

б) когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий: нанесение большого количества ранений, использование мучительно действующего яда, кислоты или других агрессивных веществ, причинение смерти путем применения огня*(133), электротока бытового напряжения, закапывание заживо, замедленное утопление или удушение, причинение смерти путем лишения пищи или воды и т.п.;

в) когда убийство совершено в присутствии близких потерпевшему лиц, если виновный сознавал, что своими действиями причиняет присутствующим особые душевные страдания;

г) когда в целях продления мучений жертвы виновный препятствует оказанию помощи умирающему.

23. Ранее признаком особой жестокости признавалось глумление над трупом, но в последние годы от этого отказались, поскольку данные действия совершаются после совершенного убийства. Однако в тех случаях, когда виновный в силу своего возбужденного состояния или других обстоятельств не осознал момент наступления смерти, глумление над трупом выступает как глумление над жертвой и может быть квалифицировано по п. "д" ч. 2 комментируемой статьи.

24. ВС РФ неоднократно отмечал, что множественность ранений сама по себе не тождественна особой жестокости*(134). Большое количество ранений может быть обусловлено не только особой жестокостью виновного, но и его возбужденным состоянием, неспособностью оценить ситуацию, стремлением довести до конца начатое преступление при недостаточной эффективности выбранного орудия или способа действия, в случае активного сопротивления жертвы и т.д. Необходимо оценивать количество ранений в сопоставлении со временем, в течение которого они наносились, с моментом формирования умысла, с мотивом убийства, с обстоятельствами дела.

25. Убийство может быть квалифицировано по п. "д" ч. 2 комментируемой статьи не только тогда, когда виновный специально стремился проявить особую жестокость, но и когда он сознавал особую мучительность для жертвы данного способа лишения жизни и заведомо шел на это*(135).

26. Убийство, совершенное общеопасным способом (п. "е" ч. 2 комментируемой статьи), - аналогичный вид убийства в прежнем законодательстве определялся как "убийство способом, опасным для жизни многих людей" (п. "д" ст. 102 УК РСФСР). Новая формулировка представляется более широкой. Тем не менее многие выработанные практикой критерии сохраняют силу для оценки спорных ситуаций. Так, необходимо учитывать не только высокие поражающие свойства орудия убийства (взрывчатое вещество, огонь, автоматическое огнестрельное оружие, автомобиль и т.д.), но и конкретный способ его применения, когда создается реальная угроза лишения жизни наряду с намеченной жертвой и других людей, по крайней мере еще одного человека.

27. В случае реального причинения вреда здоровью другим лицам действия виновного надлежит квалифицировать помимо п. "е" ч. 2 комментируемой статьи также по статьям УК, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью.

28. Для квалификации убийства по п. "ж" ч. 2 комментируемой статьи следует обратиться к понятию группы лиц, группы лиц по предварительному сговору и организованной группы (ст. 35 УК). В п. "н" ст. 102 УК РСФСР говорилось только об убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору. Распространение повышенной ответственности за убийство, совершенное группой лиц, на все виды групп, в том числе и на группу без предварительного сговора, представляется обоснованным. При совершении убийства, как и другого насильственного преступления, объединение усилий нескольких лиц, даже при отсутствии предварительного сговора, облегчает достижение преступного результата, затрудняет для жертвы возможность оказать сопротивление или уклониться от нападения. Это и делает любое групповое преступление объективно более опасным.

29. Групповое преступление предполагает не менее двух соисполнителей (см. ч. 1 ст. 35 УК). Поэтому в тех случаях, когда исполнитель убийства был один, действия подстрекателей и пособников не могут быть квалифицированы по п. "ж" ч. 2 комментируемой статьи. Исполнителем убийства может быть признано лицо, которое не только имело умысел на совершение убийства, но и принимало непосредственное участие в лишении жизни потерпевшего. Действия лица, которое лишь оказывало содействие исполнителю (или исполнителям) убийства в осуществлении преступного намерения, давало советы о способе, времени или месте убийства либо иным образом создавало условия, способствующие совершению убийства, должны рассматриваться как пособничество в убийстве*(136).

30. Соисполнительство не исключает распределения ролей между участниками. Важно установить, что при единстве умысла, места и времени действия каждый из них выполняет либо полностью объективную сторону убийства, либо какой-нибудь ее элемент.

"Убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на лишение жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем не обязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них (например, один подавлял сопротивление потерпевшего, лишая его возможности защищаться, а другой причинял ему смертельные повреждения)" (п. 10 постановления Пленума ВС РФ от 27.01.99 N 1). Из приведенного следует, что всякое другое участие в убийстве, не выражающееся в применении насилия, не образует соисполнительства (например, передача убийце в момент преступления ножа или веревки).

31. К субъективной стороне преступления согласно комментируемой статье относятся следующие отягчающие обстоятельства, характеризующие мотивы и цели убийства: из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. "з" ч. 2 комментируемой статьи); из хулиганских побуждений (п. "и" ч. 2 комментируемой статьи); с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. "к" ч. 2 комментируемой статьи); по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (п. "л" ч. 2 комментируемой статьи); в целях использования органов или тканей потерпевшего (п. "м" ч. 2 комментируемой статьи).

32. Имевшийся ранее квалифицирующий признак убийства "из корыстных побуждений" конкретизирован путем указания на убийство "по найму" и добавления слов "а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом". Внесенные изменения не повлияют существенно на судебную практику, поскольку и ранее данные виды убийства рассматривались как разновидности корыстного убийства. В п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 27.01.99 N 1 сказано: "Как убийство по найму надлежит квалифицировать убийство, обусловленное получением исполнителем преступления материального или иного вознаграждения. Лица, организовавшие убийство за вознаграждение, подстрекавшие к его совершению или оказавшие пособничество в совершении такого убийства, несут ответственность по соответствующей части ст. 33 и п. "з" ч. 2 ст. 105 УК".

Убийство по найму часто называют "заказным", хотя закон этого термина не употребляет, как и терминов "заказчик", "посредник". "Заказчик" играет роль организатора убийства. Но организатором является и "посредник", т.е. лицо, которое во исполнение полученного заказа подбирает исполнителей, разрабатывает план убийства и осуществляет другую организаторскую деятельность. Выделение убийства по найму обусловлено увеличением числа таких убийств и их профессионализацией. К тому же в психологии наемных убийц, по данным последних исследований, корыстные побуждения не всегда носят определяющий характер. Что касается убийства, сопряженного с бандитизмом, то его выделение имеет принципиальное значение, поскольку целью создания банды не всегда является завладение имуществом (см. коммент. к ст. 209).

33. Учитывая, что ни разбой, ни бандитизм не охватываются понятием убийства, необходима квалификация этих преступлений по совокупности с убийством. Действия лица, совершившего бандитизм и покушение на убийство, при этом должны быть квалифицированы по ст. 209, ч. 3 ст. 30 и п. "з" ч. 2 комментируемой статьи*(137).

34. Новая редакция в УК данного квалифицирующего признака не меняет самого существа корыстных побуждений. Их наличие определяется тем, что убийца преследовал цель либо извлечения положительной материальной выгоды (денег, иного имущества или права на его получение, права пользования жилой площадью и т.п.), либо избавления от материальных затрат (возвращения долга, уплаты алиментов, выполнения иных имущественных обязательств и т.д.). Так, убийство пассажиром водителя машины с целью избежать платы за проезд признано совершенным из корыстных побуждений*(138).

35. Корыстный мотив учитывается, если он возник до убийства, а не после него. Поскольку квалифицирующим является именно корыстный мотив, фактического извлечения материальной выгоды не требуется. Если виновный преследовал иные личные выгоды неимущественного характера, данный квалифицирующий признак не может быть вменен.

36. Не следует отождествлять корыстные побуждения как мотив убийства с корыстолюбием, жадностью как свойством личности. Поэтому убийство кредитором неисправного должника не может квалифицироваться по п. "з" ч. 2 комментируемой статьи, поскольку этим виновный не приобретает имущество и не избавляется от материальных затрат. Точно так же не всякое убийство на почве бытовой ссоры из-за денег или другого имущества является убийством из корыстных побуждений (например, убийство жены за отказ дать денег на выпивку или убийство знакомого в ссоре, возникшей из-за отказа поделиться спиртным или угостить сигаретой).

37. Убийство с целью завладения имуществом, т.е. совершенное из корыстных побуждений, в том числе убийство при разбойном нападении, не следует квалифицировать одновременно по п. "к" ч. 2 комментируемой статьи как совершенное с целью облегчить другое преступление. Однако подобные ошибки встречаются в судебной практике*(139).

38. От убийства из корыстных побуждений следует отличать убийство из мести за посягательство на имущество виновного или за иное причинение ему какого-либо реального или мнимого имущественного ущерба (например, убийство соседа за то, что он самовольно воспользовался мотоциклом виновного).

39. Действия пособника или другого участника в корыстном убийстве квалифицируются по ст. 33 и п. "з" ч. 2 комментируемой статьи, даже если он сам не стремился извлечь материальную выгоду, но сознавал, что исполнитель действует из корыстных побуждений. Это относится и к организаторам убийства по найму*(140).

40. Убийство из хулиганских побуждений (п. "и" ч. 2 комментируемой статьи) по-прежнему относится к числу распространенных. В судебной практике признано, что таковым считается убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым моральным нормам, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение (см. п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 27.01.99 N 1). Это самая общая характеристика хулиганских побуждений. По своему содержанию они представляют сложный мотив, в котором переплетаются и безграничный, разнузданный эгоизм, и искаженные представления о границах личной свободы, и культ грубой силы, и стремление "испытать себя", и вспышка безотчетной злобы. Такая мотивация присуща хулиганству (см. коммент. к ст. 213). Но при совершении убийства из хулиганских побуждений к этому присоединяется и пренебрежительное отношение к человеческой жизни вообще, безотносительно к личности потерпевшего.

41. Типичным для убийства из хулиганских побуждений является то, что оно совершается обычно без повода или с использованием незначительного повода в качестве предлога для лишения жизни (например, убийство прохожего за то, что не дал прикурить, сделал замечание и т.п.). Так, ВС РФ признал правильной квалификацию как совершенного из хулиганских побуждений убийства отцом своего 11-летнего сына в ответ на замечание по поводу неумеренного употребления спиртного*(141). Убийство без повода иногда ошибочно называют "безмотивным". Любое убийство имеет свой мотив. Однако в тех случаях, когда мотив по обстоятельствам дела не удается установить, убийство (при отсутствии других квалифицирующих признаков) следует квалифицировать по ч. 1 комментируемой статьи.

42. Для отграничения убийства из хулиганских побуждений от простого убийства в ссоре или драке необходимо выяснить, кто был их зачинщиком и не был ли конфликт спровоцирован виновным для использования его в качестве повода к убийству. Если инициатором ссоры или драки является потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его неправомерное поведение, виновный, как правило, не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

43. В п. "к" ч. 2 комментируемой статьи, как и прежде, объединены два квалифицирующих признака, поскольку они в значительной мере взаимно пересекаются. К прежней законодательной формулировке добавлено указание на "насильственные действия сексуального характера" (ст. 132 УК).

Повышенная опасность убийства с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение обусловлена прежде всего поставленной целью. Поэтому для вменения данного квалифицирующего признака не имеет значения, была ли достигнута поставленная цель. Не имеет значения также, какой характер носило это другое преступление, к какой категории оно относилось. Если виновный идет на причинение смерти человеку, чтобы скрыть преступление небольшой тяжести, опасность такого убийства не снижается. Сказанное относится и к редким случаям убийства в целях сокрытия мнимого преступления, когда виновный ошибочно полагает, что ему грозит уголовная ответственность за действия, которые в действительности преступлением не являются.

По п. "к" ч. 2 комментируемой статьи квалифицируется также убийство в целях сокрытия или облегчения совершения преступления, исполнителем которого было другое лицо.

44. Под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, следует понимать:

а) убийство в процессе изнасилования (либо третьего лица с целью облегчить совершение изнасилования, либо с косвенным умыслом самой потерпевшей в процессе преодоления ее сопротивления);

б) убийство с целью скрыть совершенное изнасилование;

в) убийство из мести за оказанное при изнасиловании сопротивление (как в случае оконченного изнасилования, так и в случае, когда изнасилование не удалось довести до конца);

г) убийство, совершенное при таких же обстоятельствах, но сопряженное с мужеложством, лесбиянством или иными действиями сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения (ст. 132 УК). Так же должны оцениваться случаи убийства, сопряженные с последующим удовлетворением сексуальных потребностей в отношении трупа (некрофилия), если субъект будет признан вменяемым.

Поскольку ст. 131, 132 УК не предусмотрено умышленное причинение смерти, то они применяются по совокупности с п. "к" ч. 2 комментируемой статьи.

45. Убийство по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (п. "л" ч. 2 комментируемой статьи) объединяют в обновленной редакции два отягчающих обстоятельства, ранее предусмотренные в п. "к", "м" ст. 102 УК РСФСР.

В отличие от п. "м" ст. 102 УК РСФСР новая редакция данного квалифицирующего признака (п. "л" ч. 2 комментируемой статьи) говорит об убийстве не "на почве", а именно по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды. Поэтому для применения п. "л" ч. 2 комментируемой статьи необходимо установить соответствующий мотив. Мотив может быть обусловлен ненавистью к потерпевшему как к представителю определенной национальности, расы или религии либо может служить проявлением шовинистического мировоззрения, ксенофобии или религиозной нетерпимости, когда ненависть или вражда распространяются на лиц всех иных национальностей или всех иных иноверцев. Названный мотив может быть единственным, но может сочетаться и с другими мотивами, например местью за какие-либо действия потерпевшего.

Повышенная опасность этого вида убийства обусловлена тем, что оно посягает не только на жизнь человека, но и на гарантированное ст. 19 Конституции равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от его национальной, расовой или религиозной принадлежности.

46. Обычай кровной мести, сохранившийся в отдельных местностях Российской Федерации (например, в Дагестане, Чечне, Ингушетии), состоит в том, что в случае убийства или причинения вреда здоровью, или оскорбления какого-либо лица потерпевший либо его родственники обязаны отомстить обидчику, лишив его жизни. Со своей стороны родственники новой жертвы тоже считают себя обязанными выполнить обычай кровной мести ("кровь за кровь"). Этот процесс может длиться долго, приводя к гибели многих людей.

В отличие от простого убийства из мести при убийстве на почве кровной мести виновный руководствуется не столько чувством личной неприязни к потерпевшему, сколько стремлением соблюсти обычай, дабы не подвергнуть позору себя и свой род.

47. Убийство с целью использования органов или тканей потерпевшего (п. "м" ч. 2 комментируемой статьи) - новый квалифицирующий признак, не известный ранее действовавшему законодательству. Введение этого признака обосновывается тем, что благодаря успехам медицины в области трансплантации органов и тканей человека появился соблазн к изъятию их ценой жизни потерпевшего. Если при этом виновный преследует корыстные цели, то содеянное должно квалифицироваться также по п. "з" ч. 2 комментируемой статьи.

Статья 106. Убийство матерью новорожденного ребенка

1. Согласно комментируемой статье детоубийство, т.е. убийство матерью новорожденного ребенка, впервые выделено в привилегированный состав. Обстоятельства, которые нередко сопутствуют этому виду убийства (особое физическое и психическое состояние женщины во время родов, тяжелая семейная обстановка, материальные трудности), обычно учитывались судами в качестве смягчающих наказание в рамках санкции ст. 103 УК РСФСР. Однако детоубийство могло быть квалифицировано и по ст. 102 УК РСФСР при наличии отягчающих обстоятельств (повторность, особая жестокость).

2. Исполнителем преступления, предусмотренного комментируемой статьей, может быть только мать новорожденного ребенка. Однако в качестве подстрекателя или пособника может выступать и другое лицо (отец ребенка, акушерка). Напротив, убийство новорожденного, совершенное другим лицом даже с согласия или по просьбе матери, квалифицируется не по комментируемой статье, а по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК.

3. В комментируемой статье предусмотрены две ситуации. Первая - убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов - не обязательно связывается с каким-либо психическим расстройством матери. Практика знает немало случаев, когда такое убийство совершается расчетливо и хладнокровно, планируется и готовится заранее, нередко из-за нежелания подвергать себя операции аборта. Важно только установить, что убийство укладывается в определенный законом промежуток времени ("во время или сразу же после родов"). Смягчение законодателем ответственности может быть объяснено тем, что в этот период женщина не всегда в состоянии воспринимать рождающегося человека как самостоятельное живое существо, продолжает видеть в нем свой плод, ощущать его как источник боли и страданий.

4. Вторая ситуация, предусмотренная комментируемой статьей, - убийство матерью новорожденного ребенка в условиях психотравмирующей ситуации или в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости, - напротив, не связывает ответственность со столь узким промежутком времени. Психотравмирующая ситуация может возникнуть до родов, во время родов или некоторое время спустя. Роды сами по себе, необходимость заботиться о новорожденном, семейные и бытовые неурядицы - все это в совокупности может оказаться непосильной нагрузкой для психики матери, особенно в первое время. Возможно и психическое расстройство, не исключающее вменяемости (ст. 22 УК). В данном случае такое состояние влияет и на квалификацию преступления.

Во втором варианте речь идет также об убийстве новорожденного ребенка. В медицинской практике новорожденным считается ребенок до достижения им одного месяца. Убийство ребенка более старшего возраста не может квалифицироваться по комментируемой статье.

5. Если убийство матерью новорожденного ребенка совершено при наличии отягчающих обстоятельств, названных в ч. 2 ст. 105 УК (например, неоднократно или общеопасным способом), то по общему правилу о соотношении квалифицированных и привилегированных составов содеянное должно квалифицироваться по комментируемой статье.

Статья 107. Убийство, совершенное в состоянии аффекта

1. Комментируемая статья по своему содержанию идентична ст. 104 УК РСФСР, однако новая редакция нормы требует особенно внимательно рассмотреть все признаки состава данного преступления. Смягчение ответственности за данный вид убийства обусловлено двумя обстоятельствами: во-первых, тем, что виновный действует в особом психическом состоянии - в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, или аффекта (закон употребляет эти понятия как равнозначные); во-вторых, провоцирующим характером поведения потерпевшего, который своими действиями приводит виновного в состояние аффекта и вызывает у него намерение совершить убийство. Только сочетание двух названных обстоятельств в каждом конкретном случае дает основания для применения комментируемой статьи.

2. Сильное душевное волнение не считается болезненным расстройством психики и не рассматривается как медицинский критерий невменяемости. Поэтому его иногда называют физиологическим аффектом в отличие от патологического аффекта, когда в результате сильного переживания происходит полное отключение сознания, что исключает вменяемость. Физиологический аффект не лишает человека способности сознавать свои действия, но значительно затрудняет самоконтроль и критическую оценку принимаемых решений. Именно поэтому для применения комментируемой статьи недостаточно сослаться на провоцирующий характер поведения жертвы, необходимо установить, что виновный действительно находился в состоянии аффекта. Многие ошибки судебной практики по данной категории дел связаны с тем, что следственные органы и суды не уделяют внимания оценке состояния виновного и не мотивируют свой вывод о наличии аффекта. Обычно суд самостоятельно оценивает душевное состояние виновного по обстоятельствам дела, но в сложных ситуациях возможно назначение психологической либо (при наличии сомнений относительно вменяемости) комплексной психолого-психиатрической экспертизы*(142). Суд, оценивая выводы экспертизы, может и не согласиться с ними*(143).

3. Смягчающее значение придается в комментируемой статье только внезапно возникшему сильному душевному волнению, что определяет и внезапность возникновения умысла на убийство и немедленную реализацию этого умысла. Если же между провоцирующим поступком потерпевшего и причинением ему смерти проходит значительный промежуток времени, в течение которого виновный обдумывает и готовит убийство, то комментируемая статья не может быть применена. Незначительный разрыв во времени между противозаконными действиями потерпевшего и убийством не исключает возможности квалификации содеянного по комментируемой статье.

4. Для квалификации убийства по комментируемой статье необходимо установить, что причиной сильного душевного волнения (аффекта) явились определенные действия потерпевшего. К ним закон относит альтернативно: а) насилие; б) издевательство; в) тяжкое оскорбление; г) иные противоправные или аморальные действия (бездействие) потерпевшего. Существенным нововведением по сравнению со ст. 104 УК РСФСР является указание на то, что аффект может быть вызван также "длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего". Этим дополнением расширяется представление о механизме образования аффекта.

5. Насилие может заключаться в нанесении ударов, побоев, ранений и тому подобных действий, вызвавших состояние сильного душевного волнения. Если лицо, совершая убийство в состоянии аффекта, осуществляет свое право на необходимую оборону, то оно либо освобождается от уголовной ответственности на основании ст. 37 УК, либо отвечает за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ст. 108 УК).

Поскольку закон не конкретизирует вид насилия, то надо полагать, что аффект может быть вызван и психическим насилием. Практика и доктрина уголовного права исходят из того, что насилие должно носить противоправный характер. Если насильственные действия были применены потерпевшим правомерно, комментируемая статья не может быть применена.

6. Под тяжким оскорблением принято понимать особо грубое унижение чести и достоинства человека, которое можно считать достаточной причиной для возникновения аффекта. При оценке тяжести оскорбления необходимо руководствоваться общепризнанными нормами морали, но учитывать и индивидуальные особенности личности самого виновного, реальное наличие аффекта. Издевательство может выражаться также в насильственных или оскорбительных действиях, отличающихся особым цинизмом или продолжительностью.

7. Комментируемая норма допускает возможность постепенного нагнетания психотравмирующей ситуации, вызванной противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Судебная и экспертная практика и ранее сталкивалась с таким явлением, когда аффект возникал в результате переполнения "чаши терпения" у лица, длительное время подвергавшегося оскорблениям и издевательствам. Отсутствие прямого указания в законе затрудняло правильное решение вопроса о достаточном поводе для сильного душевного волнения в этих случаях. Некоторые суды ошибочно полагали, что при наличии постоянных и систематических ссор, затяжного конфликта внезапность сильного душевного волнения не может иметь место*(144).

8. Психотравмирующая ситуация учитывается как смягчающее обстоятельство, если она была вызвана систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего*(145). Обычно аффект возникает, когда насилие или другие противоправные действия потерпевшего были направлены против виновного или его близких. Однако не исключается возможность такой реакции и на аналогичные действия в отношении других лиц.

Отсутствие в комментируемой статье указания на то, что противоправные или аморальные действия потерпевшего "могли повлечь тяжкие последствия для виновного или его близких" (ст. 104 УК РСФСР) свидетельствует о том, что законодатель придает более важное значение именно состоянию аффекта у виновного, независимо от того, какие и для кого могли наступить последствия от действий потерпевшего.

9. Часть 2 комментируемой статьи впервые устанавливает квалифицированный вид данного преступления - убийство двух или более лиц, совершенное в состоянии аффекта. Эта норма подлежит применению в тех случаях, когда причиной аффекта явилось противоправное поведение двух или более лиц, ставших жертвами убийства. В иных случаях, когда виновный в состоянии аффекта причиняет смерть не только обидчику, но и другим лицам, содеянное не может квалифицироваться по ч. 2 комментируемой статьи, поскольку отсутствует такое основание для применения привилегированной нормы, как провоцирующее и противоправное поведение потерпевших.

В отношении других отягчающих обстоятельств, названных в ч. 2 ст. 105 УК, действует разъяснение Пленума ВС РФ, данное в постановлении oт 27.01.99 N 1, о том, что убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения, не должно квалифицироваться как совершенное при отягчающих обстоятельствах.

Статья 108. Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление

1. В комментируемой статье предусмотрена ответственность за два вида убийства при отягчающих обстоятельствах: убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 комментируемой статьи), и убийство, совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч. 2 комментируемой статьи). Понятие необходимой обороны и превышения ее пределов дается в ст. 37 УК. Для установления признаков превышения пределов необходимой обороны при убийстве важное значение сохраняют рекомендации, содержащиеся в постановлении Пленума ВС СССР от 16.08.84 N 14.

2. В силу указаний закона и с учетом судебной практики последних лет по ч. 1 комментируемой статьи может квалифицироваться убийство, лишь когда обороняющийся сознательно прибегнул к защите такими средствами и способами, которые явно не вызывались ни характером нападения, ни реальной обстановкой, и без необходимости умышленно причинил нападающему смерть. Неосторожное причинение смерти посягающему при отражении общественно опасного (преступного) посягательства не влечет уголовной ответственности.

3. При решении вопроса о наличии или отсутствии признаков превышения необходимой обороны нельзя механически исходить из требования о соответствии средств и способов защиты и нападения. Такое соответствие едва ли возможно, ибо для успешного отражения нападения его надо преодолеть, применив более интенсивные методы. Необходимо учитывать характер угрожавшей опасности, силы и возможности обороняющегося по отражению посягательства (количество нападающих и обороняющихся, их возраст, физическое состояние, вооруженность, место и время посягательства и т.д.)*(146). Все должно оцениваться в совокупности. В частности, нет оснований ограничивать возможность лишения жизни нападающего только теми ситуациями, когда нападение было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица. Не будет превышения пределов необходимой обороны, если женщина, защищаясь от группы насильников, применит оружие и причинит смерть кому-либо из нападавших. Действия обороняющегося нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны и в том случае, когда причиненный вред оказался бjльшим, чем вред предотвращенный и тот, который был достаточен для предотвращения нападения, если при этом не было допущено явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства*(147).

Нельзя признать правильной практику, когда причинение посягавшему смерти квалифицируется как убийство при превышении пределов необходимой обороны без указания на то, в чем заключалось превышение*(148).

4. Если для виновного было очевидно, что нападение прекращено, то ч. 1 ст. 105 УК не может быть применена. Причинение смерти в таком случае, в зависимости от обстоятельств дела, может быть квалифицировано либо как убийство из мести, либо как убийство в состоянии аффекта, либо по ч. 2 комментируемой статьи. Для разграничения этих преступлений важно установить не только сам факт прекращения посягательства, но и осознание этого обстоятельства обороняющимся, который в силу обстановки нападения и своего психического состояния может и неправильно определить этот момент.

По смыслу закона состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом посягательства и когда для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. Переход оружия от посягавшего к оборонявшемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства*(149).

5. Причинение смерти при "мнимой обороне", когда лицо добросовестно заблуждалось, полагая, что оно подвергается нападению, хотя нападения в действительности не было либо оно прекращено, по общим правилам об ошибке не должно влечь ответственности. Однако, если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности по ч. 1 комментируемой статьи.

6. В ч. 2 комментируемой статьи впервые установлена ответственность за убийство при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. Ранее такие ситуации рассматривались применительно к превышению пределов необходимой обороны. Теперь должна применяться ч. 2 комментируемой статьи как специальная норма. Условия правомерности причинения вреда задержанному и понятие превышения мер, необходимых для задержания, установлены в ст. 38 УК.

Если задержание происходит, когда лицо продолжает начатое посягательство или оказывает сопротивление, то причинение ему смерти является либо необходимой обороной, либо превышением ее пределов. Задержание лица после окончания преступного посягательства с его стороны либо в иной ситуации (например, при побеге) необходимой обороной не является.

7. Убийство лица при его задержании следует отграничивать от убийства из мести, которое представляет собой акт самочинной расправы. Самоуправное лишение жизни человека, даже совершившего тяжкое или особо тяжкое преступление, противоречит ст. 20 Конституции.

Одной из целей задержания, как видно из текста ст. 38 УК, является доставление лица, совершившего преступление, органами власти. Убийство задерживаемого исключает возможность достижения данной цели. Поэтому такое убийство может квалифицироваться по ч. 2 комментируемой статьи лишь в случае совершения его с косвенным умыслом, когда виновный не желал, но сознательно допускал причинение смерти задерживаемому.

Другой легальной целью причинения вреда задерживаемому согласно ст. 38 УК является "пресечение возможности совершения им новых преступлений". Вывод о возможности совершения новых преступлений должен основываться на реальных фактах, а не на предположениях. Какова бы ни была цель задержания, причинение вреда задерживаемому не является обстоятельством, исключающим преступность деяния, если имелась возможность задержать лицо иными средствами. Об этом прямо говорится в ч. 1 ст. 38 УК. При наличии такой возможности причинение смерти задерживаемому является неправомерным и не может рассматриваться как превышение мер, необходимых для задерживания. Если лицо не оказывает сопротивления и не пытается скрыться, причинение ему смерти недопустимо и должно квалифицироваться либо как убийство по ч. 1 или 2 ст. 105 УК, либо как убийство, совершенное в состоянии аффекта, - по ст. 107 УК.

Статья 109. Причинение смерти по неосторожности

1. Как отмечалось выше, причинение смерти по неосторожности по УК не считается убийством. Употребление более широкого понятия в комментируемой статье позволяет свободно оперировать этой нормой в случаях неосторожного лишения жизни потерпевшего в процессе осуществления виновным профессиональной деятельности при нарушении каких-либо правил безопасности (если отсутствует специальная норма в УК).

2. Причинение смерти по неосторожности возможно как по легкомыслию, так и по небрежности. Причинение смерти по неосторожности следует отличать от невиновного причинения смерти, когда лицо: а) не предвидело возможности наступления смерти потерпевшего от своих действий (бездействия) и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть; б) хотя и предвидело возможность причинения смерти, но не могло этого предотвратить в силу несоответствия своих психофизических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам.

Вывод о том, было ли причинение смерти неосторожным или случайным, должен строиться на основе тщательного анализа действий лица и всей ситуации*(150).

3. Причинение смерти по неосторожности необходимо отграничивать и от умышленного убийства. Особенные трудности возникают в судебной практике при отграничении убийства косвенным умыслом от причинения смерти по легкомыслию. И в том, и в другом случае виновный предвидит возможность наступления смерти потерпевшего в результате своих действий. И в том, и в другом случае он не желает наступления такого результата, не стремится к нему. Но при косвенном умысле виновн


Понравилась статья? Добавь ее в закладку (CTRL+D) и не забудь поделиться с друзьями:  



double arrow
Сейчас читают про: