Студопедия
Обратная связь


Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и прикладные исследования в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ Развитие экономики ЕС Чрезвычайные ситуации


Сферы, «малодоступные» для практического психолога

Хотя теоретически в каждой сфере жизнедеятельности психолог может найти себе применение, но фактически есть сферы, где и так эффективно трудятся «свои» специа­листы, которые претендуют даже на рассмотрение и реше­ние тех проблем, которые можно отнести к традиционно психологическим. К таким сферам можно отнести следу­ющие:

1. Литература ^искусство. Известно, что каж­дый серьезный писатель по своему определению уже явля­ется «человековедом» и здесь конкуренция со стороны психологов ему особенно не грозит. Творец в литературе и искусстве по сравнению с психологом обладает важным преимуществом (хотя это преимущество иногда и превра­щается в недостаток) — он в гораздо большей степени ис­пользует интуицию и чувства, что позволяет ему понять и прочувствовать то, что почти недоступно многим психо­логам, полагающимся лишь на свои традиционные и часто очень несовершенные средства (тесты, опросники, анкеты...)- Не случайно многие выдающиеся психологи (осо­бенно в последние десятилетия) призывают смелее осваи­вать и использовать так называемые «герменевтические методы», основанные на «понимании» и «прочувствова­нии» другого человека. Правда, иногда все-таки требуется более «объективное» исследование, которое только и мож­но провести, используя тесты и опросники.

2. Сфера религии, куда психологи часто сами не рискуют вторгаться: слишком деликатной является об­ласть веры, надежды и идеалов, а также область предрас­судков и запрета на определенные человеческие желания (идея «запретных плодов» как важная сторона религии). Тем не менее все-таки находятся некоторые философы и даже психологи, которые пытаются понять психологиче­ские основы веры и суеверий, что и позволяет иногда вы­делять в качестве отдельной сферы «психологию религии». Хотя не только священники это обычно не одобряют, но и многие искренне верующие люди, так как это своеобраз­ное покушение на святыни...

3. Сфера философии. Проблема соотношения «души» и «тела» в немалой степени именно философская и многих известнейших философов, пытавшихся осмыслить эту проблему (Аристотель, Платон, Декарт и др.), сами психологи считают своими «коллегами». Примечательно, что известнейший философ Р. Декарт сам себя больше счи­тал «математиком».., хотя фактически был не только выда­ющимся философом и психологом, но и физиологом. Все это говорит о том, как сложно оставаться в рамках какой-то одной науки (например, психологии), когда пытаешься рассуждать о действительно сложных вопросах...

Но есть и еще один важный аспект взаимоотношения психологии и философии. Некоторые психологи считают, что сама психология не может определить свою цель, и по­этому она вынуждена обращаться к философии. В частно­сти, известный психолог Г. Мюнстерберг пишет в своей книге «Психология и учитель» о том, что «никакая наука о фактах не может сказать нам, что мы должны делать.., эти­ка, а не психология должна решать вопрос о тех целях, к которым воспитание должно вести ребенка», и «сама педа­гогика оказывается, таким образом, частью этического ис­следования»1. «Но этика может говорить нам только о це-

1 Мюнстерберг, 1997. - С. 29-31. 196

лях и намерениях, — продолжает Г. Мюнстерберг. — Если же учитель желает разобраться в тех средствах, с помощью которых цель может быть достигнута, в тех фактах, посред­ством которых можно воздействовать на формирующего­ся ребенка, он должен от этики обратиться к психологии» (там же, с. 79—80).

Один из выдающихся отечественных педагогов-мыс­лителей С. И. Гессен назвал свой основной труд «Основы педагогики. Введение в прикладную философию», обо­значив в самом названии книги неразрывную связь прак­тической педагогики с философией. С. И. Гессен пишет: «...Будучи прикладной этикой, теория нравственного об­разования в конце концов впадает в этику, служившую ей ранее теоретическим основанием... Педагогика, этика и политика оказываются тесно связанными друг с другом, как бы вырастающими из единого корня. Оторванная от этики и политики, педагогика засыхает, вырождается в уз­кую, мало значащую рецептуру. Не случайно все великие теоретики педагогики — Платон, Локк, Руссо, Песталоц-ци, Фихте, вплоть даже до Л.Толстого — были вместе с тем и философами нравственности, и политиками» (Гессен, 1995. — С. 202). Заметим, что в аннотации эта книга, из­данная еще в 20-е годы в эмиграции, названа «одной из лучших книг этого столетия по педагогике».

К сожалению, в психологии отношение к философии и этике очень неоднозначное, начиная от признания связи с философией и кончая утверждениями о том, что психоло­гия должна быть «чистой» от этики (см. Психология и эти­ка, 1999). Но там, где есть проблема, там ищущий психолог может найти возможность для реализации своего творче­ства, а также возможность самому сделать свой и этиче­ский, и научно-практический выбор.

4. Сфера педагогики. О связи педагогики и психо­логии разговор фактически уже начат (см. выше). Когда мы говорим о «труднодоступное™» педагогики для психо­логии, мы имеем в виду не теоретическую сторону вопро­са—в этом смысле эти две науки и области практики свя­заны теснейшим образом и должны действовать совмест­но, взаимообогащаясь; речь о том, что, к сожалению, часто сами психологи относятся к педагогам слишком надмен­но, «свысока», и даже «обосновывают» такое свое отноше­ние тем, что, мол, мы, психологи, «научно обосновываем» работу педагогов... Интересно, что некоторые известные Если говорить о психодиагностике,то, согласно точке зрения Г. С. Абрамовой, «эффективность работы практи­ческого психолога со стандартным, психометрическим методом будет определяться соответствием целей приме­нения теста или методики для исследуемой выборки» (1994. С. 70). По-видимому, адекватность применяемых психологом методик может проверяться, в частности, ре­зультативностью предложенных на основе материалов об­следования рекомендаций клиенту.

Эффективность психокоррекционной работысвязана с учетом следующих важных моментов:

1) динамическое содержание периода возрастного раз­вития может быть разнообразным, а значит, успешность, результативность одного и того же воздействия неодина­кова в разные моменты жизни;

2) эффективность психокоррекции определяется не ее интенсивностью и количеством произведенных воздейст­вий, а качеством содержания, своевременностью и адек­ватностью;

3) эффективность зависит от степени соответствия психокоррекционной работы индивидуальным особенно­стям психического развития человека.

Традиционный способ подтверждения результативно­сти индивидуальной психокоррекции состоит в реализа­ции следующей экспериментальной схемы.

В случае групповой психокоррекции в указанную схе­му добавляется такой компонент, как проведение началь­ного и конечного замеров в контрольной группе.

При оценке эффективности психологического консуль­тирования и психотерапииможно указать следующие важ­нейшие показатели (Абрамова Г. С, 1994):

1) субъективно переживаемые клиентом изменения во внутреннем мире;

2) объективно регистрируемые параметры, характери­зующие изменения в различных модальностях;

3) устойчивость изменений в последующей после по­лучения психологической помощи жизни человека.

Об эффективности психотерапии следует сказать чуть подробнее. Первую попытку оценить успешность психоана­литической терапии на основе изучения выборки в не­сколько тысяч пациентов предпринял в 1952 г. Г. Айзенк

(результаты дополнительных исследований он опублико- " вал в 1961 и 1966 гг.).

Согласно его данным, фактически поправилось большее число не-лечившихся больных, чем тех, кто принимал психотерапевтическое ле­чение (72 % и 66 % соответственно). Вызвавшие бурю критики результа­ты исследований Айзенка были подкорректированы дальнейшими ис­следованиями. Было показано, что процент спонтанного выздоровле­ния не столь высок: от 30 до 45. Кроме того, пациент, лечившийся у пси­хотерапевта, чувствовал себя лучше, чем 80 % тех пациентов, которые не проходили лечения.

Вместе с тем пока так и осталась непреодоленной сложность оценки эффективности психотерапии, связан­ная с разницей взглядов психотерапевтов на то, что собст­венно считать психотерапевтическим эффектом.





 

Читайте также:

Основные отрасли психологии

Психологический тренинг как метод практической психологии

Из истории становления психологии как науки

Основные задачи немедицинской психотерапии

Вернуться в оглавление: Введение в профессию «психолог»

Просмотров: 923

 
 

© studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам. Ваш ip: 54.205.160.108