Стендап и появление в кадре

Это очень важный вопрос. Должен ли журналист, который готовит материал, обязательно появиться на месте событий или можно обойтись без этого? А если нельзя обойтись, то, как сделать это профессионально? Сразу вспоминаю одну американскую комедию (название не помню), где авторы замечательно посмеялись над современной манерой журналистов все объяснять "через себя". Влюбленная парочка (он бандит, она - жертва) едет по трассе с огромной скоростью. Полиция начинает преследование. На вертолете, свесившись головой вниз, репортер с микрофоном в руке ведет прямой репортаж с места событий. Другой репортер конкурирующей телекомпании привязан к крыше полицейского автомобиля. Ветер и скорость мешают ему говорить, но он выполняет свой профессиональный долг, рискуя жизнью. Ну и так далее. Особенно забавно сделан финал фильма, когда преступники пойманы и оказываются под объективами камер, и самый крутой репортер ведет свой репортаж с пожарной лестницы, которая раскачивается над головами героев.

На самом деле это хорошая ирония над существующим стереотипом. Любые находки, как только становятся общим местом, штампом, стандартом, перестают быть находками. Надо срочно что-то менять. Чрезмерное увлечение этим прекрасным профессиональным приемом осталось в прошлом для западных журналистов. Теперь там предпочитают прямые включения репортеров на месте событий и точные ответы на конкретные вопросы ведущего в студии. Такой прием широко используют наши федеральные каналы. Но региональные журналисты, как это всегда бывает в России, только сейчас "открывают Америку".

Наглядный пример - работа "Есть такая профессия" Якутского телевидения из цикла "Линия жизни". Работа очень яркая о профессии БИТовской бригады "Скорой помощи". Здесь есть и "экшн", и "лайф". Есть конкретные примеры работы врачей на выездах. И чувствуется, что журналист с оператором провели с бригадой не одно дежурство вместе. Героем очерка стала вся бригада: не только врач, но и медсестра, и фельдшер, и водитель. Это очень правильно. Кроме того, главное действующее лицо - врач Наталья Харлампьевна Новикова - своими историями о спасенных и не спасенных жизнях запоминается сразу и навсегда.

Вообще, я не понимаю членов жюри телефестивалей, которые говорят журналисту - ты плохой, а герои твои хорошие. В этом есть глубокая неправда. Потому что, если герой сюжета хорош, - это заслуга исключительно журналиста, который его нашел, сумел разговорить и расположить к себе. Публицистическая программа "Есть такая профессия" получилась! Я вообще воспринимаю публицистику как зеркало, которое ставится перед обществом, фокусируя некие важные проблемы этого самого общества. После этой передачи действительно может измениться общественное мнение. А это и есть главная задача тележурналиста.

Но сейчас речь идет о роли человека в кадре. В программе якутского телекомпании этот человек - журналист Ирина Гоголева. И она, конечно, молодец, и я не стала бы отделять ее от программы. Но самое ужасное, что все недостатки этого сюжета связаны именно с появлениями журналиста на экране. Не подумайте, что Ирина какая-нибудь не такая: плохо говорит или выглядит. Нет, у нее модное восточного типа лицо, с хорошим макияжем. Она хорошо работает на камеру. Ирина вообще умница и красавица. Но в течение 20 минут эфирного времени Ирина появляется в кадре 7 раз! И каждый раз сообщает нам прописные истины, и каждый раз отторгает от себя. В сюжете постоянно нарушается тонкая грань между журналистом как представителем зрителя и журналистом-репортером.

Журналисты НТВ появляются в кадре только ради того, чтобы сообщить или объяснить нам что-нибудь очень важное прямо на той точке, где находятся. Я могу привести множество примеров, когда нам показывают именно этот кусок золота, который в этих местах добывают, именно ту площадку, где недавно упал вертолет...

Здесь журналист не является главным, но сообщает зрителям очень важный факт. Он помогает воспринять картинку. А бывает журналист-резонер, журналист-проповедник, который показывает свое лицо и рассказывает вещи, которые все знают и без него. И в этом случае передача останавливается, ритм сюжета разрушается, и более того журналист вызывает на себя зрительское негодование.

В этом смысле программа "Есть такая профессия" очень удобная для разбора. Программа сильная, герои удивительные... Но вот появляется замечательная красивая журналистка в регистратуре "Скорой помощи" и сама начинает принимать вызов. Узнает по телефону температуру больного, его возраст, адрес... и всем этим сразу вызывает страшное раздражение у зрителя. Все понимают, что она журналист. Тогда почему она здесь сидит? Как ей, непрофессионалу, доверили это важное дело?! Получается в сюжете обвал. А почему? Потому, что журналист всегда должен чувствовать себя представителем зрителя и быть очень аккуратным с каждым своим высказыванием. Он должен появляться только тогда, когда просто камера не может толком показать какой-то важный предмет. Он должен появляться как человек разъясняющий.

Вспоминаю Маргариту Симонян - одного из лучших репортеров РТР, которая в страшный момент затопления Ставропольского края единственная объяснила мне, как зрителю, почему вдруг обрушились дома. Из сюжета было не понятно, почему чуть подтопленные дома складываются как картонные. Маргарита показала мне ту самую глину, которая соединяет балки домов. Она показала ее сначала в сухом виде, а потом намоченную. Под действием воды глина просто размылась... Это был единственный журналист, который без пафоса мне толком объяснил причину разрушений. Вот это как раз и есть тот самый случай, когда журналист должен появляться в сюжете. Желание объяснить - первый посыл для выхода в кадр.

"Я должен призвать, показать себя!" - этот посыл неверный. Тем более 7 раз! К сожалению, сегодня это становится тенденцией. Я не думаю, что Ирина Гоголева - суперамбициозная персона. Будь этот так - она просто не взялась за такой сюжет. Но, по моему глубокому убеждению, журналист не должен появляться в сюжете больше одного - двух раз. И в данной программе это можно было сделать.

В самом начале в кадре Ирина с чемоданчиком бригады "Скорой помощи" рассуждает о том, что "у каждого из нас есть своя ноша". Затем на другом плане идет сентенция о том, что "есть люди, которые спасают нам жизнь". Тут же мысль о смерти, "которая пугает и притягивает". Дальше вопрос о том, "как жить, если сталкиваешься со страданием ежеминутно"... Давно доказано, что люди запоминают из речи только последний пассаж. И появляясь в кадре, ведущий должен донести до зрителя только одну мысль. В нашем сюжете три начала, и все длинные.

Но вот, наконец, прелюдия закончена, и... мы снова видим Ирину, принимающую вызов. Она вдруг поднимает на камеру глаза и красивым, достаточно деланным голосом говорит, что "вот так происходит... вот здесь вот...". Но для того, чтобы это сообщить, совсем не обязательно самостоятельно принимать звонки. Было бы гораздо лучше, если бы зритель увидел другую женщину, которая ежедневно принимает этот вызов, а объяснение тому было бы дано за кадром. Можно и в кадре, но тогда зрители должны услышать что-нибудь важное: сколько вызовов в день, кто здесь работает, сколько они зарабатывают, какие вопросы они задают, почему люди часто неправильно вызывают "Скорую помощь"... Все, что имеет отношение к проблеме, а не к эмоции! А журналист этой программы появляется в кадре и призывает нас любить "Скорую помощь". В результате мы не любим "Скорую помощь", и еще больше не любим журналиста.

В третьем, четвертом, пятом и шестом выходе журналиста сплошные штампы и рассуждения о том, что уже и так было давно понятно из видеоряда. Тем более в этой программе операторская (Роберт Набиев, Валерий Дегтярев, Александр Жуков) и режиссерская (Иван Кривогорницын) работа просто прекрасны. Много крупных деталей, оперативных живых съемок. И только в конце седьмого стендапа Ирина говорит фразу, которая меня потрясла. Единственная фраза, которую я оставила бы в сюжете: "У меня просьба к водителям - уступайте дорогу "Скорой помощи".

На самом деле мужество журналиста состоит в том, чтобы из всех своих гениальных высказываний оставить лучшее. А мужество и талант режиссера в том, чтобы помочь журналисту выкинуть лишнее. А талант оператора - подсказать журналисту, где он зарылся и начал говорить "красивости". Люди любят журналиста не за красивые глаза, а за то, что он оказался в нужном месте, в нужный момент, что показал нужных людей и поднял нужную проблему.

Есть парадокс: умение свободно и грамотно вести себя в кадре является редким профессиональным даром, но люди, которые чувствуют в себе этот дар, почти всегда перебирают. То, что может быть украшением сюжета или репортажа, становится провалом и минусом. Как избежать неудачи, если ты, как говорится, и хочешь, и можешь? Как научиться вести себя в кадре грамотно, если ты всячески избегаешь публичности и попросту боишься камеры? Кстати, здесь я хочу привести пример, чтобы приободрить тех, кто ощущает это на себе.

Знаменитая и суперпрофессиональная Елена Масюк ненавидит стендапы. На занятиях в нашей школе она призналась, что всегда оставляет съемку стендапов на самый последний день за несколько часов до отлета самолета. И каждый раз, как назло, что-нибудь случается. Например, начинает идти дождь или появляется неожиданно резкий ветер. Если с погодой все в порядке, то дворовые мальчишки показывают чертиков за спиной журналиста или ее вдруг узнают и стремительно начинают с ней общаться. "Это какой-то кошмар", - говорит Елена.

Внимательный зритель видит, что во время своих стендапов Елена точна и уместна, но очень напряжена. Однако появление в кадре - одно из условий показа телевизионного расследования по российскому государственному телеканалу, и она должна это выполнять.

Зачем вообще нужен журналист в кадре? Вспомним наши три кита: касается всех и каждого, интересно, понятно. Появление журналиста на месте событий делает информацию более понятной и интересной. Репортер как бы влезает внутрь картинки и начинает нам объяснять: "вот здесь на этом месте произошло столкновение машин (или преступление)", "вот здесь в этом саду появилось ни на что не похожее дерево с такими плодами" и т.д. и т.п.

Когда внутри картинки можно подойти и указать на что-то, что-то взять в руки и обратить на это особое внимание зрителя - такую замечательную возможность нельзя упускать. Вслед за Лари Кингом Леонид Парфенов стал привозить в студию программы "Намедни" машины, шахтерские каски и даже живую лошадь. Сам ведущий в этот момент становится как бы моделью, представителем всех зрителей и своими движениями и комментариями разъясняет проблему или ситуацию.

Однако есть и другой вариант, когда появление журналиста становится некоторой пьесой, имеет драматургию и вызывает особый восторг и интерес у зрителя. Нельзя разные жанры называть одним и тем же термином. Преподаватель операторского мастерства в нашем Центре "Практика" Михаил Сладков придумал, на мой взгляд, очень точное разделение работы репортера в кадре на две категории в зависимости от степени сложности задачи: появление в кадре и стендап. В чем же разница между ними?

Представьте себе большой промышленный город. Сегодня в этом городе произошла авария, и грязные стоки большого завода пошли из трубы прямо в реку, которая была местом отдыха и купания горожан. Две телекомпании, которые конкурируют друг с другом, посылают девушек-репортеров на срочные съемки. Одна девушка - назовем ее Наташей - оказывается первой на месте события. Она выбирает такую точку съемки, что труба с грязной жижей оказывается у нее за спиной. Наташа говорит слова примерно такие: "Сегодня в 9 часов утра произошла авария. Сброс такого-то завода попадает прямо в нашу речку. Сейчас уже два часа дня. За это время столько-то кубометров грязи... " И далее идет репортаж о причинах аварии и о том, как идет ее ликвидация.

Другая девушка - назовем ее Леной - приехала на точку съемки чуть позже. Она знает, что новости конкурирующей телекомпании выходят раньше, значит, первая информация поступит не от нее. В таком случае ей надо обыграть конкурентку если не в скорости, то в качестве. Лена находит старую лодку и объясняет задачу своему оператору. Они отплывают несколько метров от места аварии вниз по реке. Что видят зрители? Репортер на лодочке. Речка выглядит обычным образом. Репортер говорит: "Вы узнали это место? Это наша речка - любимое место отдыха. Сегодня здесь вряд ли можно купаться". Девушка опускает руку в воду и вынимает ее. Рука вся черная. Камера показывает крупным планом руку репортера. Далее идет репортаж об аварии и о том, как ее ликвидируют.

Вы, как говорят в Одессе, почувствовали разницу? Первый вариант - это появление в кадре, второй - стендап. Появление в кадре не требует особой выдумки и тщательной сценарной разработки. Важно показать журналиста на месте события для того, чтобы сюжет и информация стали более понятными и интересными для зрителя (часто это бывает важно сделать как можно быстрее просто по времени). К сожалению, появление в кадре не всегда бывает оправдано. Многие журналисты любят показать себя в кадре. Это опасная болезнь. Если речь идет о конной школе: вот наш журналист уже на лошади. Если героем сюжета становится модный парикмахер - журналисту делают прическу. Если речь идет о криминале - журналист стреляет по мишени и только затем рассказывает суть сюжета.

Этой болезнью - завышенной самооценкой ("смотрите на меня, я вам сейчас все покажу на самом себе, я готов рисковать ради вас жизнью и здоровьем") давно переболело западное и лучшее российское телевидение. Обидно, когда на эти грабли наступает региональное ТВ. Тысячу раз надо спросить себя: "Зачем я нужен в кадре? Что нового получит зритель от моего появления в кадре?" Если у вас нет сомнений, тогда - вперед!

Грамотное появление журналиста в кадре - это прежде всего возможность внутри картинки ткнуть указательным пальцем на определенное место: будь то труба, дом, вывеска, котлован, место скопления беспризорников или бомжей (хотя тыкать пальцем в людей я вам не советую). В любом случае альтернативой вашего появления в кадре является хорошо снятая оператором важная деталь или образ сюжета.

Например, горит свалка. Оператор снял на камеру дым и гору отбросов, уходящие за горизонт. Мы видим, как работают пожарные. Видим бомжей, которые стараются спасти свои норы, прорытые внутри свалки. Но вот в кадре появляется журналист, который, присев на корточки, показывает нам, что бывает дым без огня. Оказывается, свалка тлеет, как тлеет уголь. Специальной палкой журналист делает воронку вглубь, и после этих объяснений мы по-другому воспринимаем картинку в целом.


Понравилась статья? Добавь ее в закладку (CTRL+D) и не забудь поделиться с друзьями:  



double arrow
Сейчас читают про: