double arrow

Исследование влияния цинеола на активность дыхательной цепи митохондрий обонятельных клеток



На рис. 61 а, б, представлены данные по изменению интенсивности собственной флуоресценции НАДН и ФП при стимуляции обонятельной выстилки цинеолом, имеющим запах душистого эвкалипта. Видно, что под влиянием цинеола синее свечение в 80% случаев усиливалось на 1,8%, что указывает на повышение содержания в митохондриях восстановленных пиридиннуклеотидов. Своего максимального значения реакция достигала через 8 с и длилась 37 с.

Под действием цинеола интенсивность собственной флуоресценции ФП в 60% опытов усиливалась в среднем на 2,4%. Через 33 с ответ становился максимальным, а через 67 с возвращался к исходному уровню. Следовательно, под действием цинеола в большинстве опытов повышался пул окисленных флавопротеидов в митохондриях обонятельных клеток.

Таким образом, цинеол изменял окислительно-восстановительное состояние дыхательной цепи митохондрий.

Роль посредников во влиянии цинеола на митохондрии исследовали посредством ингибирования аденилатциклазы – основного фермента внутриклеточной сигнальной системы цАМФ. После инкубации в 2,5-дидеоксиаденозине препарат обдували цинеолом (n=5). Оказалось, что при ингибировании аденилатциклазы собственная флуоресценция НАДН под действием цинеола не изменялась, а интенсивность инициируемого цинеолом свечения ФП была в 2 раза меньше, чем в нативном препарате.




Следовательно, угнетение аденилатциклазы вызывало подавление одорант-зависимого изменения окислительно-восстановительных процессов в митохондриях обонятельных клеток, из чего можно заключить, что изменение активности дыхательной цепи митохондрий опосредуется внутриклеточной сигнальной системой цАМФ.

3.2.4. Исследование влияния амилацетата на активность
дыхательной цепи митохондрий обонятельных клеток

Стимулирование обонятельной выстилки амилацетатом, обладающим фруктовым запахом, во всех опытах усиливало интенсивность синего свечения в среднем на 7%. Максимального значения амплитуда ответа достигала почти мгновенно после действия одоранта, а через 58 с реакция исчезала (рис. 62 а). Таким образом, видно, что амилацетат вызвал усиление собственной флуоресценции НАДН, что означает повышение содержания восстановленной формы никотинамидадениндинуклеотида в митохондриях обонятельных клеток.

Интенсивность собственной флуоресценции ФП под влиянием одоранта также увеличивалась (рис. 62 б). Однако такую реакцию на амилацетат можно было зарегистрировать в 40% случаев, а в 60% одорант не инициировал повышения уровня желто-зеленого свечения. После нанесения стимула сигнал почти мгновенно достигал своего максимума, увеличиваясь на 5% по сравнению с исходным уровнем, и возвращался к нему через 32 с. Следовательно, под действием амилацетата концентрация окисленных форм ФП в митохондриях обонятельных клеток увеличивалась.



Из полученных данных следует, что амилацетат изменяет окислительно-восстановительные процессы в митохондриях рецепторных клеток.

Роль вторичных посредников в реакциях НАДН и ФП на амилацетат исследовали посредством ингибирования аденилатциклазы 2,5-дидеоксиаденозином (n=6). Результаты исследований показали, что направленность реакций на одорант на фоне ингибитора сохранялась. Однако интенсивность собственной флуоресценции ФП увеличилась с 5% в норме до 8% в присутствии ингибитора, что обусловлено большим содержанием окисленных ФП по сравнению с препаратом, не обработанным ингибитором. При этом резко замедлялось развитие реакции до максимума – с почти мгновенной в нативном препарате до 16 с при ингибировании аденилатциклазы. Удлинялась продолжительность реакции: с 32 с до 69 с. Следовательно, выключение фермента вызывало увеличение пула окисленных флавопротеидов по сравнению с нормой и резкое замедление этого процесса.

Интенсивность синего свечения при обдувании препарата амилацетатом в 100% опытов увеличивалась. Амплитуда ответа достигала 3% от исходного уровня сигнала, что более, чем в два раза меньше, чем в интактном препарате. На фоне 2,5-дидеоксиаденозина реакция достигала максимального значения за 15 с и длилась 60 с. Таким образом, видно, что если активность аденилатциклазы угнеталась, то амилацетат-зависимое образование восстановленных форм пиридиннуклеотидов снижалось и замедлялось.

Следовательно, реакция обонятельных клеток на амилацетат зависела от состояния основного фермента системы цАМФ. Полученные данные означают, что в реакцию дыхательной цепи митохондрий на амилацетат включается сигнальная система цАМФ.

3.2.5. Исследование влияния ванилина на активность
дыхательной цепи митохондрий обонятельных клеток

Стимуляция препарата ванилином, имеющим цветочный запах (n=15), в 93 % случаев усиливала собственную флуоресценцию НАДН в среднем на 7,5% (рис. 63 а). Следовательно, ванилин индуцировал повышение содержания митохондриального пула восстановленного НАДН. Под действием одоранта в 30% опытов интенсивность желто-зеленого свечения усиливалась в среднем на 4,7% (рис. 63 б), а в 50% случаев обдувание ванилином не приводило к изменению уровня сигнала. Одорант-зависимое повышение флуоресценции свидетельствует об увеличении содержания окисленных форм ФП. Следовательно, стимуляция препарата приводила к ванилин-активируемому изменению окислительно-восстановительных процесоов в митохондриях обонятельных клеток.

Для выявления участия вторичных посредников в одорант-зависимом изменении клеточного дыхания обонятельную выстилку инкубировали в неомицине, ингибиторе ФЛС, а затем обдували ванилином (n=4). Результаты исследования выявили, что на фоне неомицина интенсивность собственной флуоресценции НАДН под влиянием ванилина во всех опытах усиливалась. Амплитуда реакции на одорант достигала в среднем 5,5%. Таким образом, одорант-зависимое повышение содержания НАДН уменьшалось, если в реакции не участвовала фосфолипаза С – основной фермент фосфоинозитидного пути клеточной сигнализации.

Стимуляция препарата ванилином на фоне неомицина в 75% случаев увеличивала собственную флуоресценцию ФП на 2,5%. Это означает, что выключение из реакции ФЛС вызывало почти двукратное уменьшение одорант-индуцированного повышения содержания окисленных форм ФП.

Следовательно, ингибирование фосфолипазы С оказывало подавляющее влияние на ванилин-зависимые изменения окислительно-восстановительных процессов в митохондриях обонятельных клеток. Это означает, что в реакцию митохондрий на ванилин вовлекаются вторичные посредники, а именно, IP3.



Сейчас читают про: