Студопедия
Карамелька - детский развивающий канал


Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и прикладные исследования в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ Развитие экономики ЕС Чрезвычайные ситуации ВКонтакте Одноклассники Мой Мир Фейсбук LiveJournal Instagram

Будда и его последователи – учителя, философы, мудрецы




«Философия» – самый красивый рубин в короне индийской цивилизации, хотя она носит скорее спиритуалистический и интеллектуальный, нежели религиозный характер. Ведь правы те, кто говорит: ни одно религиозное движение не появлялось на свет, не развив в качестве своей основы и философского содержания. Хавел писал: «Религия в Индии едва ли является догмой; в области человеческого поведения она – рабочая гипотеза, приспособленная к различным стадиям духовного развития и разнообразным условиям жизни». Похоже, тут вообще трудно порой понять, где кончается религия и начинается философия… Природа, люди, боги, животные, науки, религии, искусства, литературы слиты в единый искрящийся мыслью и образами поток. О всеобъемлющем характере индийской мысли и культуры говорит хотя бы тот факт: даже разведение лошадей и слонов имело в Индии свою собственную литературу (шастры).

Барельеф арки ступы в Санчи

Без светильника философии нам было бы трудно разобраться в запутанных, а порой и довольно-таки темных лабиринтах мысли Востока. Посудите сами, только в одной из двух великих эпических поэм Индии – Махабхарате в исходной версии имеется 8800 двустиший (шлох), а затем еще и в промежуточной – 24 тысячи двустиший (без вставных эпизодов). В том виде, в котором поэма дошла до нас в окончательной редакции в V веке н. э., – там всего около 100 тысяч двустиший. Индийская философия – пожалуй, свод еще более внушительный. Вряд ли все его аспекты и нюансы доступны рядовому индусу. Просвещенный ученый-интеллектуал часто прибегает к их помощи. Потому, как говорится в «Артхашастре», одном из самых древних политических трактатов Индии: «Философия всегда считается светильником для всех наук, средством для совершения всякого дела, опорою всех установлений». В ранних упанишадах есть зачатки важных течений мысли. Позднейшие из упанишад несут сообщения о зарождении санкхьи и йоги; в тот же период складывается и основное течение древнеиндийского рационализма и материализма – локаята. Старейший памятник веданты Брахма-сутра относят ко II веку н. э. Индийские философы, как их греческие коллеги, уделяли особое внимание проблемам природы, мира, бытия человека, гносеологии и этики. В их трудах исключительное значение придавалось развитию логики и искусства аргументации. Все многочисленные школы и ответвления развивались в едином культурном пространстве. Этот континент древнеиндийской мысли еще довольно слабо исследован и специалистами. Ф. Щербатской признавал: «Область эта еще далеко не известна нам в целом, можно даже сказать, что едва приподнята завеса над колоссальным богатством индийской философской мысли». Поднимем вуаль индийской красавицы, обнажив ее духовные красоты.




Сон Майи – матери Будды. Амаравати

Прежде всего остановимся на буддизме, ибо начальный период истории Индии проходил под знаком его влияния. Первый христианский автор, упомянувший о Будде, был Климент Александрийский (150–215 гг. н. э.). Он писал об индусах, повинующихся заповедям Будды, которого они «почитают как бога, преувеличивая его достоинства». О нем было известно манихеям, а Мани (216–276 гг.) в книге «Шабуркан» называет своими предшественниками Будду, Зороастра и Иисуса. О происхождении Будды говорит и Святой Иероним, отмечая, что его «родила из своего бока дева». Ответ на фундаментальный вопрос: существует ли вообще «историческая основа рассказов о жизни Будды», видимо, лучше все же оставить за пределами исследования. Во всяком случае, мнения скептиков пока не опровергнуты. Х. Уилсон писал, что «в конечном счете нет ничего невозможного в том, что Шакьямуни – это не реальное существо, и все, что имеет к нему отношение, – такая же фикция, как и то, что рассказывается о его предшествующих воплощениях». Однако вовсе не фикция множество легенд о его жизни и его учении. Существует целый корпус Писаний, создание и существование которого относят примерно к середине III в. до н. э., через 236 лет после смерти Будды, если тот существовал. Был ли Будда «родич Солнца» или он дитя фантазии многих поколений людей (индусов, сингальцев, бирманцев, сиамцев, китайцев, японцев и т. д.), не столь уж и важно. Порой это учение Буддийские Писания даже сравнивали с Новым Заветом, хотя в палийских текстах нет ничего, что как-нибудь напоминало нам «подлинные факты евангельской истории». Ученые могут утверждать со всей определенностью только одно: предание о Будде уже существовало в тех или иных формах в I–II вв. до н. э. Родиной буддизма считается район южного Бихара, к западу от Бенгала и к югу от Ганга. Тут жило племя магадх со столицей в Раджагахе (Раджгире). Вокруг обитали другие племена, что в какой-то мере также претендуют на звание родичей Будды (косалы, каси, анги, куру, малл). В Каноне редко упоминался даже Бенарес, ставший в дальнейшем своего рода религиозной столицей. Датой рождения Будды обычно считается 563 г. до н. э. В двух местах в Каноне он назван сыном Суддходаны и царицы Майи. Местом же рождения Будды (Гаутамы Сиддхартха) считают местность между непальскими отрогами Гималаев и рекой Рапти.



Статуя Будды из Сарнатха

О том, как произошло зачатие и рождение Будды, говорится в Рассуждении о дивных и замечательных событиях. Существует немало версий этого события. Одна из них гласит: «Царица Махамайя, носившая Бодхисатту десять месяцев, как масло в кубке, когда пришло ее время, пожелала отправиться домой к родственникам и обратилась к царю Суддходане: «Я хочу, о царь, пойти в Дэвадаху, город моей семьи». Царь согласился и велел, чтобы дорогу от Капилаваттху к Дэвадахе разровняли и украсили сосудами, наполненными бананами, флагами и знаменами. И, усадив в позолоченный паланкин, который несла тысяча придворных, отослал ее с большой свитой. Между городами есть прелестная роща деревьев сал, принадлежащая обитателям обоих городов; она называется рощей Лумбини. В то время от корней до кончиков ветвей она представляла собой сплошную массу цветов, среди ветвей и цветов порхали рои пятицветных пчел и стаи мелодично щебетавших птиц.

Когда царица увидела это, ей захотелось развлечься в роще. Она подошла к подножию большого салового дерева и захотела ухватиться за ветку. Ветка, как гибкий тростник, согнулась и оказалась недалеко от ее руки. Протянув руку, она схватила ветку. Вслед за тем у нее начались схватки. Свита, установив перед ней ширму, удалилась. Сжимая ветку и стоя, она разрешилась. В тот момент четыре Махабрахмы, обладающие чистым сознанием, явились с золотой сетью и, приняв в нее Бодхисатту, показали его матери со словами: «Радуйся, о царица, могучего сына ты родила». Другие, рождаясь, запятнаны грязью, но не Бодхисатта. Бодхисатта, как проповедник Учения, нисходящий с места учения, как человек сходит по лестнице, распрямил руки и ноги и, не замаранный и не запятнанный никакой грязью, сияя как жемчужина на ткани Бенареса, родился у своей матери. Чтобы почтить Бодхисатту и его мать, поток воды пролился с неба, осуществив положенную церемонию над телами Бодхисатты и его матери. Тогда из рук брахм, которые стояли, принимая его в золотую сеть, четыре великих царя получили его, поместив на торжественный покров из мягкой антилопьей кожи, а из их рук получили его люди, поместив на шелковую подушку. Когда он освободился из рук людей, он ступил на землю и посмотрел на восточную четверть земли. Тогда боги и люди воздали ему честь, украсив ароматными гирляндами, и сказали (ему): «О великий, нет никого, кто был бы подобен тебе, и тем более нигде нет превосходящего тебя». Будда на седьмом шагу остановился и, возвысив свой благородный голос, прорычал львиным рыком: «Я главный в мире». Мать его умерла, как и все матери бодхисатт, через семь дней, выполнив почетную, но, увы, трагическую миссию роженицы».

Великая Ступа со стороны Южных ворот

Буддизм – древнейшая из мировых религий. Помимо религиозной и культурной основы в ней скрыт и глубокий социальный смысл. Будда впервые духовно освободил человека от оков сословий и сект. Он выдернул человека и из трясины мифологического дурмана, приучив надеяться в жизни только на собственные силы. Гениальные мыслители, как это было всегда и всюду, не удовлетворялись старыми знаниями, но искали собственный путь в жизни, а также в науке и образовании. Таков был Будда, сменивший во имя истины царский хитон на рясу странствующего монаха. Строки из Буддачариты (в переводе Бальмонта), в которых царь призывает мудреца взять в свои руки скипетр власти, а тот самым решительным образом отказывается, звучат хотя и жизненно, но все же несколько фантастично и натянуто:

…Безумье и незнание везде,

И люди с беззаботностью проходят,

Велениям покорствуя страстей.

Приходит страх, и тело – в вечном

страхе,

Вся мысль – о внешнем лишь, и вянет

дух,

С благоговеньем – сердце не

содружно,

Коли идти за множеством вослед.

Но поведенье мудрого – не это,

Весь в яхонтах дворец – но в нем

пожар,

Сто вкусных яств средь трапезы

обильной,

Но примесь в них – язвящие яды.

Там в лилии, на озере спокойном,

Глянь, много насекомых, несть числа,

И в доме у богатого – злосчастье,

Высок, – но мудрый в нем не будет

жить.

Я не дерзаю жить в дворце обширном,

В нем черная склубилася змея.

Я царское достоинство отбросил,

Я от пяти желаний ускользнул…

От чести племенной навек ушедши,

Чтобы духовным сделаться вождем…

Что его к этому подвигло? Царевичу показались скудными школьные нивы его времени. Повзрослев, он женился, произвел на свет сына, который стал впоследствии одним из его учеников. Однако путь простых смертных его не вдохновил. Тогда Сиддхартха в возрасте 29 лет оставил свой дом и избрал дорогу странствий. В «Священных книгах Востока» (в переводе М. Мюллера) сказано: «Отшельник Гаутама удалился из дома в дикую глушь еще в молодые годы, в расцвете юношеской силы, в пору цветения и свежести. Хотя его родители не желали этого и проливали горькие слезы, Гаутама сбрил волосы и бороду, облачился в желтые одежды».

Сцены из Махабхараты и Рамаяны

Семь лет он странствовал, надеясь достичь просветления, но даже известные наставники не смогли удовлетворить его жажду познания и самосовершенствования. Наконец, будучи покинут даже друзьями, он погрузился в волны медитации в окрестностях города Гая в Бихаре. Пять недель он находился в таком состоянии, достигнув полного отрешения от мира. Там он и стал просветленным, узнал о переселении душ, постиг четыре священные истины: 1) страдания объемлют мир; 2) причины страдания – желания и привязанности; 3) страдания преодолеваются нирваной, то есть исчезновением желаний; 4) путь к нирване лежит через буддизм. Будду посетило озарение, тот обрел невиданную духовную силу и совершил ряд чудес. Вскоре он обратил в свою веру группу аскетов, затем царя Магадхи. Все больше людей присоединялись к религиозному братству (Сангхья), добровольно отказываясь от собственности, семейных уз, почестей и власти, став на путь целомудрия и воздержания. Появление Будды стало важным моментом в формировании духовной среды Южной и Юго-Восточной Азии: «Время от времени в мире рождается несравненный учитель, который становится наставником для смертных, блуждающих во тьме неведения, – полностью просветленный благословенный Будда, постигший устройство вселенной, помыслы богов и людей, который передает свое знание другим. Истина, которую он провозглашает в букве и в духе, прекрасна в своем зарождении, распространении и воплощении; он приобщает людей к высшей жизни во всей ее чистоте и совершенстве». Не сразу обрел Будда его славу.

Постепенно мудрость Будды приняла форму новой религии и философии, что и получила наименование «буддизм». Путь его исканий оказался плодотворным. Таким образом, обычный смертный, Сиддхартха, стал бессмертным Буддой. Учение его распространилось за пределы Индии – Цейлон, Бирма, Тибет, Китай, Япония и Корея. По своему происхождению слово «буддизм» является самоназванием. Можно сказать, оно введено в обиход европейцами только в XIX в., а уже затем воспринято самими буддистами. Существуют иные названия учения – «буддаизм», «религия Бо» (от искаженного «Бодхи», т. е. «дерева просветления»), а также «брахманизм».

Около пятидесяти лет после своего пробуждения под священным деревом, до своей смерти (483 г. до н. э.), Будда странствовал по Индии. О чем он поведал миру? Что составляло суть его бесед и проповедей? Ответить на это исчерпывающе ясно не сможем, ибо в учении его множество слоев и наслоений. В глубины его проникнуть не легче (тем более чужим), чем размотать те пятьсот слоев ткани, в которые было обернуто его тело перед погребением, и, вероятно, потруднее, чем пробиться через те два железных саркофага, в которые поместили его тело, прежде чем кремировать на погребальном костре. Учение растворилось в мире культуры…

Подношение дереву Бодхи. Санчи

Чем же замечательно учение Будды? Тут мнения разнятся. Многие склонны видеть в нем великого пессимиста. Мы же считаем учение его в меру реалистичным и оптимистичным. Если основатели других известных учений (весьма популярных одно время) не придавали большого значения морали и даже осуждали оную, отрицая саму возможность правильного образа жизни, то вот Будда высокую нравственность и человечность сделал главнейшим фундаментом философии. История буддизма подтверждает популярность и жизненную силу учения, ибо оно всеобъемлюще. Правда, известный специалист В. П. Васильев говорил в середине XIX в., что, изучив многие труды о Будде, он «так и не узнал, что такое буддизм».

Конечно, наивно было бы видеть в нем социального реформатора. Он таковым не был, ибо понял пределы возможности своего учения. В проповедях нет ни восхваления бедности, ни осуждения богатства. Если он призывал отказаться от собственности, то делал это не из-за пренебрежения к богатству, но опасаясь поглощения разума тем вирусом. Осторожен он был и в определении идеала государственного устройства (ни монархия, ни республика его не вдохновляли). Но монахов своей общины он учил видеть в государстве покровителя и защитника. Тяга к государственному патернализму ощущалась у Будды в годы правления царя Ашоки (государя мудрого и религиозного). Чтобы проповедь оказывалась успешной, Будда прежде должен был найти путь к сердцу многих. Полагаю, ему это в целом удалось.

Сцены из индийской истории

Видимо, в его лице Индия обрела талантливейшего проповедника (или парапсихолога), обеспечивающего мир в душе человека. Однако говорят, что прежде чем обрести талант проповедника, он несколько недель добивался просветления (от четырех до семи). Затем Будда, совершив обращение первых учеников (двух купцов), приступил к обращению монахов. Он изложил им учение о Срединном пути, что можно перевести как «путь золотой середины». Те, кто хотят стать на благородный Восьмеричный путь, должны иметь: верное понимание, правильное стремление, правильную речь, правильное действие, правильный образ жизни, правильное усилие, правильную внимательность, правильную концентрацию. Процесс обращения в буддизм воспринимался неоднозначно, как сегодня воспринимается уход человека в ту или иную секту. В Винае среди жителей Магадхи был засвидетельствован рост враждебности к новому учению. Те обвиняли Будду в том, что он отнимает детей у родителей, мужей – у жен, стремится к разрушению семей. Поэтому некоторые к нему относились с подозрением и высмеивали его. Существует бесконечное число историй, которые рассказывают о двадцати годах странствий Будды. На протяжении всех лет этих странствий он сохранял Уединение. Одну из историй хотелось бы тут привести, ибо она показалась нам символичной для понимания той роли, которую играет в обществе мыслитель. На одиннадцатый год путешествий Будда находился в деревне Эканала в стране Магадхе. Брахман-крестьянин Касибхарад-ваджа пахал и раздавал еду. Будда подошел к нему и стоял, ожидая подаяния. Но брахман сказал ему: «Я пашу, сею и затем ем. Пашешь ли ты, сеешь ли ты, отшельник, и затем ешь?» Будда ответил, что пашет и сеет, и брахман сказал: «Не видим мы ни ярма, ни плуга или лемеха, ни кнута, ни быков». Будда ответил стихами:

Вера – семя, раскаяние – дождь,

Мудрость – ярмо и плуг у меня;

Сдержанность – шест, сознание —

привязь ярма,

Внимательность – лемех и кнут.

Осторожный в действии,

осторожный в речи,

Умеренный в еде и питье,

Я мотыжу правдой,

Доброта – мое спасение.

Усилие – мое вьючное животное,

Оно несет меня к состоянию покоя;

Идет оно, не возвращаясь,

Туда, где нет печалей.

Вот так я вспахиваю пашню;

Плод ее – бессмертное.

Тот, кто вспахал эту пашню,

Освобождается от всех страданий.

Принято считать, что его рождению предшествовало еще огромное количество будд: кто-то говорит о шести, кто-то о двадцати четырех, кто-то о пятидесяти четырех, а кто-то и о более чем сотни предшествующих будд. Выходит, природа, прежде чем породить Учителя, совершает многочисленные пробные опыты, дабы не вызвать нареканий тех, кто будет в дальнейшем жить по канонам и заповедям божества. Заметим, что он был «чистый ариец», принадлежал к роду кшатриев (имел семь поколений чистокровных кшатриев с материнской и отцовской стороны).

Храм Ангкор-Ват, шедевр кхмерского искусства

Возможно, едва ли не в каждом писателе, ученом, художнике, священнике есть частичка Будды, Христа или Мухаммеда. Люди обращались и обращаются к пророкам для решения практических задач, в надежде найти ответы на мучающие их вопросы. Беседуя с домохозяевами Паталиграмы, Будда рассказывает о пяти видах «неудобств» или «преимуществ», которые могут возникнуть в результате тех или иных решений или поведения. Весь смысл его проповеди состоит в том, чтобы вооружить простой люд инструментами, помогающими им достойно существовать. Благое поведение, убеждает он, даст и ежедневное приращение собственности, создаст хорошую репутацию в глазах ближних, укрепит уверенность в себе. Напротив, аморальные и подлые поступки просто невыгодны, ибо вызывают всеобщее порицание, отчуждают вас от общества, вызывают психологические стрессы и болезни, приводят к разорению и нищете, нередко и к преждевременной смерти. Здесь Будда предстает отнюдь не как всесильный йог, не как божество, но скорее в образе обычного, вполне разумного человека. После смерти Будды один из его учеников собрал всю метафизику Учителя, другой – правила морали и его афоризмы, третий – правила аскетизма. Учение передавалось устно в течение трех веков. При царе Ашоке (259–222 гг. до н. э.), после III Буддийского собора в Паталипутре, его мысли записали по приказу царя. Учение собрано в трех книгах, известных под названием «трех корзин» – Сутра, Винайя и Абхидарма-питака. Первая корзина вмещала поучения, проповеди, афоризмы, предназначенные для духовных и светских учеников. Во второй – предписания, правила образа жизни духовных учеников, «бикшу» («нищих»). В третьей корзине находилась метафизическая часть учения, доступная лишь тем, кто достигал высшей ступени духовного и нравственного совершенства.

Бенарес, где Будда начинал свою проповедь

Находясь на Востоке, нередко можно услышать фразу, произносимую обычно тем или иным новообращенным учеником Будды: «Я обращаюсь к прибежищу Будды, его учению и к его общине». Где же это прибежище? Будда умер в 80-летнем возрасте под деревом, приняв позу льва и заявив монахам и мирянам: «Теперь, монахи, мне нечего сказать вам больше, кроме того, что все созданное обречено на разрушение! Стремитесь всеми силами к спасению». Другие говорят, что последними словами была фраза: «Ничто не вечно!» Умер он в 544 г. до н. э. Тело Будды после семидневных приготовлений возложили на костер, а прах после сожжения собрали в золотую урну. На месте его сожжения воздвигли ступу с надписью: «Дух его вознесся высоко».

Карта священного центра – Бенареса

Может, в его философии? Метафизик, он смотрел на жизнь сквозь призму субъективного идеализма, мистицизма, сверхсознания. Будучи глубоко разочарован в жизни, счастье он видел в Нирване. Фактически это – забвение в грезах. Если не вдаваться в глубины учения, который каждый может воспринять так, как он сам пожелает, нравственное учение Будды вело к «подавлению жизненного ощущения, к смерти заживо, к уничтожению полноты мысли и чувства». Он называл подлинным брахманом (человеком высочайших моральных качеств) лишь тех, кто «избежал привязанности и к доброму и к злому, кто беспечален, бесстрастен и чист». Такому человеку «ни гнев, ни милость не свойственны», он с благим и неблагим покончил. Но что это значит? Видимо, то, что перед нами некий равнодушный созерцатель, равноудаленный и от грешной и от святой жизни. Такой человек оказывается как бы по ту сторону добра и зла. Хотя позитивным в его учении было то, что достижение Нирваны он связывал с нравственным поведением последователей. Похвально, что Будда был решительным противником ненависти и насилия. «Ибо никогда в этом мире ненависть не прекращается ненавистью, но отсутствием ненависти прекращается она», – говорил он. Ученики Гаутамы (Будды) должны быть бдительны, всегда бодрствовать и свято следовать правилу – «Не убий». И тогда «днем и ночью их ум радуется ненасилию». Все смертны. «Все боятся смерти – поставьте себя на место другого. Нельзя ни убивать, ни понуждать к убийству». Как видим, перед нами чистые и благородные заповеди, в чем-то очень схожие с ранними христианскими заповедями. Однако в учении есть и очевидная слабость. Оно бесчувственно, как камень.

Конечно, важно, что Будда провозгласил равенство и солидарность людей. Но ведь его тезисы парят над миром, как парят олимпийские боги. Пожалуй, в этом смысле боги греков даже ближе и понятнее нам, ибо они все же нередко вмешиваются в судьбы смертных, хотя и с различными результатами и последствиями. Тем не менее они действуют… Учение Будды выносит нравственную оценку холодно и ровно, не вмешиваясь ни во что, не опускаясь до противостояния злу. Оно просто отторгает его проявления так же, «как океан выбрасывает на берег трупы».

Глиняные и каменные изображения Будды

Будда – могильщик реалий бытия, безмолвный страж брачного ложа и могильного холма. С невозмутимым спокойствием созерцает он радости и горести земные, не видя разницы между наслаждением и страданием. В оценках российского философа А. Гусейнова, Будда – абсолютный «нравственный моралист». Моральный кодекс сторонника Будды состоит из 5 главных запретов: буддист не должен убивать; воровать; обязан жить целомудренно; не лгать; не употреблять опьяняющие напитки. Монахи же, плюс к сказанному, должны еще и воздерживаться от пения, танцев, музыки, украшений, роскоши, золота и серебра, принятия пищи в неурочное время. А. Гусейнов пишет: «Будда и не человек, и не бог. Он выше. Он – Будда, просветленный. Это его собственное и нарицательное имя одновременно. Любой человек, став Буддой, становится таким же, как он. Он (в итоге) совпадает с вечностью, с бессмертием. Он стал Буддой постольку, поскольку искоренил в себе все человеческое и божественные привязанности, все индивидуально-особенное». Совершенствование по-буддийски можно истолковать как движение по индивидуально-личностной определенности к абсолютно безличному началу. «Моральные запреты Будды направлены на отказ от человеческой самости, от всего, что выделяет человека как индивида, обособляет его от других людей и более широко – от всех живых существ». Тем не менее многие считали и считают его совершенным Господином и Учителем. Философ К. – Г. Юнг даже называл его «величайшим гением земной расы, наиболее полно выразившим высочайшую истину».

Капитель колонны с надписью Ашоки из Сарнатхи. III в. до н.э.

Конечно, учение Будды благородно, ибо в его основе лежат высокие нравственные цели. Но оно далеко от нас, светя, как свет отраженной звезды. Может быть, о слабости учения говорит и то обстоятельство, что, согласно легенде, стоило Будде умереть, как между его последователями тут же возникли споры, ссоры из-за дележа имущества, битва за право сохранения его останков (источника дохода). Все заповеди, торжественно повторяемые монахами тысячи и тысячи раз вместе с учителем, тут же были ими позабыты.

Тибетский великий лама. Берлинский музей

Будда не оставил после себя никаких письменных сочинений. Учение его стало известно благодаря его постоянному спутнику Ананде и ученикам, их уникальной памяти. Один из афоризмов Будды, которые потом будут передавать из уст в уста, звучал так: «Три печати моего учения – всякое явление скоротечно, ни в чем нет постоянства, Нирвана есть покой». Между буддизмом и брахманизмом, как вы знаете, развернулась ожесточенная борьба. В III в. до н. э. буддизм был объявлен господствующей религией в Магадхе, где царем был Ашока. В дальнейшем учение Будды будет вытеснено из Индии, где главным течением становится брахманизм (V в. н. э.). Зато оно прочно утвердится в Китае, Японии, Непале, Монголии, в Тибете, на Цейлоне и т. д. В основе борьбы религиозно-философских школ, разумеется, и тогда была не столько жажда обрести истину, сколь вполне земные интересы.

Поэтому, следуя за интригами брахманов, иные цари издавали эдикты против учения Будды, а за слушание его поучений (из варн) брахманов изгоняли. Ведь те преуспели не столько в вере, а в интригах. У противников такого рода буддизма были веские основания для критики. Как могли относиться к созерцательному образу жизни, скажем, последователи школы Ниргрантха. Последователи данного учения соединяли в систему разные способы труда и самоусовершенствования. Они учили понятным и рациональным способам достижения совершенства, которые европейцы, безусловно, сочли бы прогрессивным – просвещение ума, созерцание и труженичество. Но Будда считал, что прошел все эти ступени, – и стал их презирать, ибо они не давали постигнуть высшей абсолютной истины, которой чужды земные устремления.

Буддизм проник и на Запад. Жизнь Будды стала темой исследования писателя Г. Гессе. Очарованный Востоком, он благоговел перед культурой Индии и Китая. Его поэма в прозе «Сиддхартха» стала для европейцев пропуском в доселе им непонятный мир… Гессе попытался соединить активно-ментальную силу Запада и духовно-созерцательную энергию Востока. Он словно впрягает в колесницу Разума пару столь разномаст-ных скакунов как ум и дух, делая это тактично и осторожно, памятуя высказывание Будды об «изношенной колеснице» человеческого тела.

Посещение статуи Будды

Проникновение в психологию культуры и религии Востока у Гессе столь удивительно и полно, что его книгу в ряде стран восприняли как свое произведение. Поэму «Сиддхартха» издавали сотни раз в Японии, не раз переиздавали в Индии. Описанная там история жизни сына брахмана («юного сокола» Сиддхартха) поучительна. Поэме присущ ряд достоинств. Во-первых, ее отличает прекрасный язык. Убедителен рассказ о судьбе одаренного юноши, устремленного к знаниям. Герои произведения вызывают симпатию, к ним проникаешься доверием. Во-вторых, яркое художественное начало очищает повествование от ненужного теоретизирования, от излишней дидактики и педагогической мишуры, которыми пичкают европейцев в избытке воспитательные романы. В-третьих, опыт индийского юноши ценен для молодых. Осуществляя «сансару» (странствование, пребывание в земном мире), он помогает обрести и нам душевное равновесие. Ведь юноша проходит через схожие соблазны, те же радости и горести мира. Это своего рода индийский Харон, перевозящий нас через реку жизни, любви и смерти.

Уже с детских лет Сиддхартха проявил все признаки высокого призвания. Учился жадно, стараясь увидеть смысл во всем – в играх мальчишек и песнях матери, в словах мудрецов. Однако он все время чувствовал какое-то разочарование. Что-то от него ускользало. Стремление к истине, словно змей-искуситель, проникнув в его сердце, никак не находило выхода. Как же овладеть совокупными знаниями мира? И он вспомнил «Упанишады»: «Твоя душа – это мир!» Однако может ли столь крошечная обитель вместить немыслимую мудрость мира? И где те мудрецы, что откроют пути в «землю разума и познания»? Окружающие казались ему если не откровенными глупцами, то, по крайней мере, людьми довольно ограниченными.

Но вот однажды он встретил Будду, о котором был уже наслышан. Чем же привлекал людей тот, кого называют Единым и Единственным? Его лекции и проповеди были ему хорошо известны (правда, из вторых и третьих уст). Но они тогда не произвели на юношу никакого впечатления. Наконец, перед ним предстал сам Учитель (Возвышенный). И вдруг неожиданно в его сердце возникло чувство благоговения и любви. Прежде никому иному не удавалось вызвать у него подобных ощущений. Что произошло? Что стало причиной столь резких перемен? По некотором размышлении он понял: «Этот человек правдив до кончиков ногтей!» Возможно, иным покажется странным столь скороспелое заключение. Однако нужно самому изведать всю лживость и мерзость современного мира, чтобы понять чувства юноши. Правда ведь и на самом деле наилучший учитель! «Насыщено правдой учителя слово» – так говорят герои в известной Махабхарате. Далее должны были последовать ясные доводы учения Будды. Восьмеричный путь к искуплению предстает как технология приобщения к философии Гаутамы (Будды). Но дерзкий юноша устоял перед блистательным водопадом аргументов Возвышенного. Он предпочел пойти собственным путем, заявляя: «Ни перед кем больше я не стану опускать глаз! Ни одно учение уже не может соблазнить меня, раз я не поддался учению этого человека». И следует знаменитое его изречение: «Жизнь дана для реализации самого себя. Посему будь всегда самим собой, не становясь тенью даже у Гаутамы!»

Что это значило? Каждый по-своему ответил бы на сей вопрос. Да и познать самого себя – дело нелегкое. Нередко на это занятие уходит вся жизнь человека. Путем одних изучений священных книг или даже углублений в самого себя успеха тут не добиться. Нужно познать нечто новое, неизведанное, сокровенное. Сиддхартха словно очнулся от долгого наркотического сна, огляделся вокруг, увидел, сколь прекрасен окружающий его мир. Лес доносил до него новые сутры. «Он – веда, он – и приношенье. Победа он и пораженье. Он – истина и ложь» (Маникка Васахар). Реки и озера, где «днем раскрывается лотос» (Калидаса), одарили его новыми жемчужинами мысли. Звезды, словно божественные вежды, проникли ему в душу, освещая самые темные ее закоулки. Наконец, словно внемля его мольбам, само небо даровало ему божественную Лакшми (в индийской мифологии богиня счастья, богатства и красоты).

Индийская красавица

Дева эта появилась неожиданно на подходе к одному из городов, куда юноша держал путь. Словно всплыла из первозданных вод океана на цветке лотоса. Ее несли слуги в паланкине. Прекрасное лицо, лебединая шея, алые, словно бутон роз, губы. Девушку звали Камала. Она была куртизанкой. Гетеры в Индии пользовались почетом. Как и в Греции или Риме, иные из них были весьма образованны. Их обучали, как тогда говорилось, «знанию 64 искусств», среди которых самым важным считалось искусство любви. Иной раз это были очень богатые девы, имевшие даже своих рабов. Она пригласила его в свой загородный дом, где и стала обучать искусству любви… Время летело незаметно, пока он постигал премудрость всех ее 30 или 40 любовных игр. Порой юношу начинали терзать угрызения совести. Это ли есть постижение мудрости?! Однако он тут же вспомнил, что гетеризм в Индии существует давно. Он процветал там еще с эпохи Вед. Даже ныне его не чуждаются члены высшего общества. Шримати, сестра Дживаки, лейб-медика самого короля Аджаташатру, была гетерой. Среди буддийских монахинь полно соблазнительных гетер. Да и Будда не нашел ничего предосудительного в том, что его пригласила на обед известнейшая красавица города Вайшали – гетера Амбапали. О чем говорить, если и Бодхисаттва (святой) с великой готовностью поддался чарам прелестниц. Он отказал патрициям, попытавшимся откупить у него визит к любовнице за 100 тысяч золотых монет. Будда принял в дар от Амбапали манговую рощу, услаждая ее интеллектуальными беседами. Гетера стала затем монахиней, а приписываемые ей в «Тхеригатхе» («Песни старейших») стихи считались наилучшими среди знатоков.

Камасутра. Пир любовных утех

Но восхитительный пир любовных утех со временем приобрел горьковатый привкус, как если бы это было кислое или прогорклое вино. Что делать? Идти в монахи? Путь монаха показался тяжким и трудным (на 7—8-м году допускали в качестве ученика и только через 20 лет посвящали). Пример царя Ашоки, которому приписывают бурную молодость, не подходил ко второй части его жизни. Тот слишком близко принял к сердцу цели буддийской веры и воздвиг во славу ее 84 000 ступ (эти пожертвования монастырям и монашеским орденам разорили государственную казну).

Однако и путь торговца, куда ступил Сиддхартха, оказался чреват как соблазнами, так и опасностями. Он и сам не понял, как стал торгашом и игроком. И тут уж не до мечты о возвышенном, о поэзии или философии. Вместо прекрасных женщин (даже по ночам) ему стали сниться деньги – ну очень много денег. Начались веселые застолья, компании, попойки, роскошь и излишества, любовь и ласки доступных танцовщиц. Буквально на глазах он стал стареть и подурнел. Такая жизнь вызвала у него отвращение. Вспомнил изречение из Хитопадеши: «Ум пошлеет… от обращения среди пошлых; с равными делается равным им; с отличными делается отличным». Однажды он понял – это плата за его душевную слабость, наказание за то, что свернул с пути богов. Глупец, ну зачем он вознамерился стать таким же, как все эти никчемные люди-дети? Больших усилий стоило избавиться от этой душевной болезни богачей, имя которой обычное пошлое мещанство и алчность. Так Сиддхартха вновь стал человеком.

Место, где во время его странствий принц Сиддхартха присел отдохнуть, прислонился к стволу дерева Бодхи (бо) и впал в состояние транса, глубокого размышления, находится, как гласит предание, в индийском штате Бихар. Там прошли три дня и три ночи, прежде чем он испытал просветление и стал Буддой – «Просветленным». Одна из величайших святынь буддизма обрела храм, построенный при императоре Ашоке (272–232 гг. до н. э.). Но в 562 г. н. э. он был заменен ныне существующим храмом Махабодхи – самым древним сохранившимся буддийским храмом-башней, напоминающим суживающуюся кверху пирамиду. Высота его – 51 метр. На самом верху находится ступа с реликвиями Будды. Внутри храма возвышается огромная статуя Будды, изваянная еще в III в. н. э., а перед ней древний индуистский символ – лингам (фаллос) Шивы. Говорят, что он был установлен когда-то индусским мудрецом Шанкарачарьей. Индусы считают, что Будда является одним из воплощений Вишну. Поэтому храм Махабодхи и является одновременно святыней как буддистов, так и индуистов. В Индии имеется огромное число храмов и священных мест. В городе Айодхье (штат Карнатака), бывшей столице династии Чалукьев (543–757 гг.), сохраняется более ста двадцати храмов в самом городе или же в его окрестностях. Город сей называют колыбелью индийской архитектуры. Близ Мадраса находится и удивительный храмовый комплекс Махабалипурам с великолепным наскальным рельефом «Нисхождение Ганга».

Одно из воплощений Вишну

В нравственно-педагогическом смысле учение Будды стало ценнейшим учебником для двухмиллиардного населения Юго-Восточной Азии. Если религии христиан и мусульман зарождались и укреплялись в эпоху широкого распространения письменности, то буддизм имеет за спиной 300 лет устной традиции обучения! Будда (или Шакьямуни) не оставил после себя письменных сочинений, как и Христос. Поэтому он мог рассчитывать лишь на силу его spiritus vitalis (лат. «жизненного духа»). Запись его бесед и проповедей, вошедшая во вторую часть буддийского канона Сутта-питаку («Корзина бесед»), относится к более позднему периоду. Буддизм возник гораздо раньше христианства. Сохранением учения он обязан постоянному спутнику Будды (Ананде и его ученикам). Брамины донесли до нас это учение, как апостолы христианства донесли и передали его язычникам. Ориенталисты признают необычную память индусских браминов. Иные даже утверждают, что если бы вдруг все священные книги браминов подверглись уничтожению, те восстановили бы их слово в слово, как Гомер. Будда учил: всякая крайняя степень аскезы бесполезна. Поэтому Ницше говорит о нем как о совершенной религии, где совершенство «есть нормальный случай». Поэтому Ницше и писал в «Антихристе» («Проклятие христианству»): «Буддизм – религия для поздних людей, для добрых, нежных рас, достигших высшей степени духовности, которые слишком восприимчивы к боли (Европа далеко еще не созрела для него); он есть возврат их к миру и веселости, к диете духа, к известной закалке тела». Совершенных религий нет, как нет и совершенных людей. И буддизм тут вовсе не является исключением.

Гаутама Будда. Индия. II в.

Хотя Будда в установках менее категоричен. Он полагал, что опасно слепо следовать любой философии. Никакая доктрина не гарантирует безусловного счастья и процветания. Никакое учение не избавляет от невзгод и тревог. Поэтому столь тяжек и тернист путь смертных. В чем же тогда различие между умными и глупцами? Умный никогда не цепляется за догмы, не упорствует в своих ошибках, охотно готов их исправить и скорректировать путь. Тем более не станет утверждать, что ему все ясно, если сталкивается со сложнейшими вопросами действительности. Ему и в голову не придет мысль перестроить мир за считанные дни или годы. Никакая философская система, сумма преданий и знаний не гарантируют от ошибок и просчетов. Надо внимательно проверять деяния и поступки. Глупцы уверены в собственной непогрешимости. Недостаток знаний они возмещают апломбом и гордыней. Они – рабы своих теорий, которые в жизни, как правило, бесполезны. Упорствуя в заблуждениях, они только способствуют своей гибели. Как справедливо отметил один из ученых, в буддизме теоретическое отступает перед практическим (Валлезер). Этим учение и привлекательно для Востока, что показал пример Китая, Японии, Кореи. Умение брать от прошлого лучшее – признак зрелой цивилизации. Буддизм был широко подхвачен и в Японии, где с XI века философские принципы «чань» развивались на местной основе.

Видимо, следует хотя бы упомянуть в очерке и еще об одном религиозном мыслителе Древней Индии начала III в., провозвестнике буддизма Махаяны, Великой Колесницы, – Нагараджуне. Его иногда называют Вторым Буддой, причисляя к лику святых. О нем имеется свыше 20 индийских, китайских, тибетских жизнеописаний. Он канонизирован в тибето-монгольской иконографии. Значение его трудов исключительно велико. Спустя сто лет после «исчезновения» Нагараджуны культ его приобрел особую значимость. Иные в Индии уже стали сравнивать его влияние с влиянием самого Будды. Из агиографических и иных источников, описывающих мудреца как сверхъестественное существо, известно, что он прожил якобы от 300 до 600 лет. Он происходил из брахманского рода из Южной Индии и был мастером философской полемики и медитации. Его перу принадлежат также десятки произведений, хотя приписывается гораздо больше (около 200 трудов). Труды эти, как отмечает В. Андросов, остаются малоизученными российской наукой. Думается, что он представляет интерес не только как блестящий полемист (для тибето-монголо-российских монахов он таковым и остается), но и как великолепный логик. Прочитав лишь некоторые из отрывков, начинаешь понимать, как высок был уровень философских диспутов в древней и средневековой культуре Индии. «Коренные строфы о Срединности» («Мула-мадхьямака-карика»), а это одно из его главных произведений, завоюет внимание тех, кто живет в мире ниспровержений, ибо оно опровергает все признанные теории философии того времени.

Мать с ребенком. Рельеф из Северной Бенгалии. XI в.

Иные согласятся с позицией великого индуса, что мир плох не потому, что мучителен (с этим можно было бы еще смириться), «но потому, что он пуст, следовательно, в нем нет ни одной точки, на которую ум мог бы достойно обратить внимание» (В. П. Васильев). Это положение важно для понимания сути человеческого существования в этом мире. Человек должен обрести в мире точку опоры, увидеть смысл и цель жизни, иначе пустота убьет его.

Как же этот мудрец сумел привлечь внимание стольких людей? В хронике царских династий Кашмира «Раджатарангини» Кальхана (XII в.) высоко отзываются о его деяниях, деяниях «славного бодхисаттвы Нагараджуны». Его называют господином, владыкой земли, покровителем буддистов, победителем в полемических битвах с противниками, коих тогда было немало. Итог его усилий таков: в стране перестали отправляться ведические обряды и совершаться культовые действа в честь нагов, автохонных божеств Кашмира. Эту победу в какой-то степени можно сравнить с победой христиан над язычниками в Римской империи. В нем видели мудрого министра, алхимика и целителя, искусного в науке омоложения.

Радха и Кришна. Миниатюра XVIII в.

Считают, что в лице бодхисаттвы могли объединиться личности нескольких мастеров, мыслителей, врачей. Разумеется (это свойственно всем религиям), и тут не обошлось без сверхъестественного: говорили, что учитель Нагараджуна мог даже превращать с помощью некоего волшебного состава камни и железо в золото. Благодаря такому дару он смог в продолжение многих лет содержать четыреста проповедников махаяны в Шри-Наланде. При этом некоторых монахов-отшельников, нарушавших правила общежития, он изгонял, хотя те и пользовались среди духовенства силой и влиянием (таких было до 8 тысяч). Все школы признали его начальником. К тому же он предстал талантливым зодчим, предприняв значительные усилия по реставрации, укреплению и прославлению святилища у дерева Бодхи. Тут Будда достиг просветления (своего рода «древо жизни» для миллионов буддистов).

Чудеса у индусов, как и у христиан, дело совершенно обычное. Один католический священник жаловался: с индусами не срабатывает трюк с чудесами, который пользуется неизменным успехом у других народов: «Мы ничего не можем поделать с этим народом. Когда я рассказываю индусу о чудесах Христовых, он тотчас же излагает длинный ряд чудес, делаемых Кришну, перед которыми христианские чудеса ничто. Кришна маленьким пальцем поднимает гору и использует ее вместо зонтика. Всем чудесам индус верит искренне и охотно. Я могу рассказать ему, что апостол Павел в назидание коринфянам играл Солнцем и Луной, как мячиками, индус найдет все это в порядке вещей, но о Кришне он может сообщить вам еще более удивительные вещи, и поэтому христианские чудеса ему нипочем». Замечательно и по-детски как-то наивно это признание связи между «чудесной» природой веры и ее трюками.

Рельеф из Ориссы

Из огромного наследия Нагараджуны, изученного специалистами, мы отметим наиболее значимый, как нам кажется, момент. Таково – его знаменитое «Дружественное послание» или «Письмо к любящему». Смысл его – необходимость дружественности и любви ко всем существам (то есть, как мы бы ныне сказали, сугубо христианский мотив). В послании формулируются правила этического поведения индивида. Согласно этим правилам, каждый шаг человека – телесный, речевой или умственный – является актом его личного выбора, влекущим за собой в зависимости от выбора или воздаяние за вашу добродетель, или наказание за греховный и неправедный проступок. В зависимости от этого складывается и знаменитая «карма» человека. Иначе говоря, человек просто обязан контролировать свое собственное поведение, если он хочет добиться благосклонности судьбы. На этих этических законах и зиждется буддизм, важнейший регулятор социальных и духовных отношений в обществе.

Неизменно следуй путем десяти

добрых деяний

Для тела, речи и ума,

Отворачивайся от вина и вину

подобного

И будь полностью удовлетворен

такой жизнью.

Зная, что богатство преходяще и

само по себе не имеет сущности,

Искренне делай щедрые дары монахам,

брахманам, беднякам и друзьям.

Для следующей жизни нет лучше

родственника,

Чем щедрое даяние другим.

Тебе должно полагаться

на собственное нравственное

поведение —

Быть неколебимым чувствами,

безупречным в поступках,

неомраченным в мыслях, чистым.

Ибо сказано, что нравственные

заповеди – основа всех

добродетелей,

Подобно тому как земля —

основа всего живого и неживого.

Даяние, нравственность,

терпимость, решимость,

Сосредоточенное созерцание

и проникновенная мудрость —

вот они,

Безграничные совершенствования,

кои должно тебе развивать,

Дабы пересечь океан существования…

и стать Победителем.

Большое значение в буддистском учении представляют такие моменты как закон кармы и «нирвана». Эти слова часто можно слышать из уст многих наших современников, хотя иные даже не понимают его смысла и значения. Смысл закона кармы состоит вовсе не в том, что все в жизни человека заранее предопределено. Правильнее было бы сказать, что сама наша природа выстраивает так линию жизни и поведения, что вносит в сознание человека некую спокойную уравновешенность, требуя признания от него своего естества. Закон кармы должен был бы устанавливать справедливость в человеческих отношениях. Он говорит, что судьба наша различна: «Некоторые долговечны, некоторые недолговечны, некоторые здоровы, некоторые болезненны и т. д.». Закон помогает человеку обрести покой и гармонию. Теория кармы значительно старше буддизма. История индивида начинается не с его рождения, но осуществляется в течение многих веков. Даже от Будды человек не может узнать, предназначено ли ему спастись или нет. Заметим, что и у греков существовала неумолимая судьба, что выше людей или даже богов. Судьбу нельзя изменить никакими усилиями и молитвами. Та же судьба позже явится у кальвинистов и в мусульманской религии («кисмет»). Хотя Будда, замечу, допускал возможность энергичных действий человека по полному преодолению, скажем, негативной кармы. В соответствии с брахманской теорией Будда говорил о существовании ада для злых, рая для совершенных и места нового рождения для людей несовершенных. Одним словом, вращайте энергичнее колесо жизни – и ваша карма покатится в нужном, правильном направлении. Видимо, так.

Народы, оплакивающие Будду. Фреска из Дуньхуана. VIII в.

Что же касается нирваны, то это – символ и синоним некоего блаженства. Блаженства ли? Иные в нирване хотят видеть благородную истину об исчезновении мучения, отказ или избавление от страсти. Слово «нирвана» буквально означает «затухание» или «остывание». Так, видимо, живут в буддийских монастырях многие монахи, как и их русские собратья, обуздывая голос плоти и мирских желаний. В возбужденном состоянии духа, если кровь бурлит, по телу разливается истома, вы иногда восклицаете – «Нирвана!» Но вряд ли это будет иметь отношение к обычной индийской нирване, ибо та, как говорят индусы, есть «лишь разрушение пламени вожделения, ненависти и невежества». Только поняв нирвану таким образом, а не иначе, пишет С. Радхакришнан, мы сможем понять, «как Будда достиг бодхи в возрасте тридцати пяти лет, а потом провел оставшиеся сорок пять лет жизни в деятельной проповеди и в совершении добрых дел». И хотя философ уверяет нас, что цель нирваны – «совершенство, а не бездна уничтожения», все же это скорее завершение и уход, вечное блаженство, вознесение столь высоко над радостями и горестями мира, что они уже не представляют для нас никакого интереса. Можно сказать, что эта полнейшая прострация духа (возможно, даже кастрация), за которой маячит вечность. Это безусловная свобода, но та, к которой мы почти не имеем отношения, «потусторонний мир молчания». Нирвана у буддизма, по мнению многих, это уничтожение, мрак, ночь. Нам же нужна нирвана Света…

Особое место в индуистском философском наследии занимает учение Упанишад. Уже в некоторых из поздних гимнов «Ригведы» содержатся положения о высшем принципе, которому подчиняются все боги. Идея развивается в брахманах и упанишадах. Время создания этих прозаических текстов – с 1000 г. до 550 г. до н. э. В них рассматривается не только тайный смысл мифов и обрядов жертвоприношения, но и элементы того, что назовут обоснованием идеи всеобщей одухотворенности. В учении брахманов о едином бытии душ всех существ и вещей с Душой Вселенной есть интереснейшее положение, согласно которому не только материя, но и наш дух связан со Вселенной. Все, что духовно по природе, принадлежит Душе Вселенной. И каждый человек несет ее в себе. Если авторы ригведийских гимнов были прежде всего певцами и поэтами, то авторы Упанишад – это, мы полагаем, философы и мудрецы. В центре их внимания находятся вопросы о человеке, его сущности, истинных ценностях и целях бытия, вопросы, особенно глубоко волновавшие мыслителей и античной Греции, и Древнего Китая. Тут нам показалась особенно важной следующая мысль: карму все же можно изменить к лучшему или худшему – как мыслью, так и делом.

Буддийские монахи

Поскольку Душа Вселенной присутствует в существующем и человек обнаруживает себя, свое собственное «я» (Selbst) во всем – как в Божестве, так и в растении, то какова же его цель? Человек должен стремиться соединиться с Бесконечным. А. Швейцер в книге «Мировоззрение индийских мыслителей» попытался уловить «озарение», которое присуще индийской философии, в частности пытался понять, что лежит в основе жизненной философии ариев (санскрит – «властителей»). Он писал о мистиках: «Мистическое учение брахманов о возможности соединения с бесконечным совершенно другого рода, чем европейская мистика. В последней человек отдается на волю Бесконечного униженно и покорно и затем растворяется в нем; в брахманистской мистике он с гордостью осознает, что его собственное бытие является носителем Бесконечного. По сравнению с пониманием сверхчеловека в (их) учениях, сверхчеловек Ницше – жалкое создание… Сверхчеловек брахманов поднят над всей Вселенной, сверхчеловек Ницше – всего лишь над обществом людей. Согласно мистическому учению брахманов из свободы души от сенсорного мира следует, что человеку следовало бы прожить жизнь в полном отказе от всего земного. Все его размышления должны быть направлены на мир чистого Бытия». Интересно и то, что согласно их учению на небеса попадут не те, кто приносит жертву богам, но лишь те, кто жертвует собой ради людей… Приверженец этой идеи, великий учитель Яджнявалкья, разделил имущество между женами, а сам отправился странствовать в поисках Вечности. И в конечном счете – все остается людям.

«Точное разграничение брахманизма и буддизма (в Индии) может быть совершенно невозможно», – некогда писал русский буддолог О. Розенберг. Различие между индуизмом и буддизмом не очень значительно. Скорее это чисто сектантское различие. Индуизм всегда отличался от буддизма «не более чем шиваизм от вишнуизма» (К. Панникар). Важным же противовесом брахманам (то есть «идеалистам») в Индии выступали последователи учения «локаята» («материалисты»). Этимология этого слова такова: «относящиеся к народу», или «распространенные в народе». Так объяснял термин индуистский автор Мадхава, так же трактует его буддийская «Дивья-авадана». При ближайшем рассмотрении того содержания, что в нем заложено, мы видим, что это учение рационалистично. Оно гораздо более трезво взирает на окружающий человека мир и царящие в нем законы. Не случайно последователи его так определяют людей, следующих по пути их учения: «идущие путем земного мира», связанные с миром. Все указывает на материалистичность, скорее даже натуралистичность последователей учения. Мифологическим основателем древнего натурализма выступает обожествленный мудрец Брихаспати (Праджапати в «Чхандогья-упанишаде»). Любопытно, что в одном из текстов упанишад мудрец словно даже искушает смертных соблазнами красивой жизни, призывая их одеться в прекрасные одежды, нарядиться, одним словом, «красиво жить».

Н. Рерих. Святой, освободившийся от соблазнов мира, – архат

Любование своей красотой

Мысль, которая проходит через отрывок красной нитью, на первый взгляд кажется тривиальной – «Красиво жить не запретишь», но она резко противопоставляется брахманским речам о бессмертной душе, о том, что жить надо потусторонним величием, аскезой и т. д. и т. п. Адептов учения обвиняли в том, что те составляют грубую, необразованную толпу. На деле это философия нормальных людей из плоти и крови. Простые люди и локаятики, разъяснял смысл их учения Д. Чаттопадхьяя, придерживаются того мнения, что только одаренное разумом тело и представляет собой «я». Разум там, где есть тело. Нет тела – нет и разума. Стрела критики мыслителя направлена в сердце доктрины Атмана-Брахмана. Конечно же, недоброжелатели (а среди них было немало ученых жрецов, которые кормились за счет религиозных учений и философии, за счет тех, кто доверял им содержание не только своих душ, но и кошельков) обрушились на материалистов с тенденциозной критикой, называя их безнравственными, тупыми, приверженцами удовольствий и гедонизма. Воззрения их они называли убогими. Но были у учения и стойкие защитники. Кстати, уже в Махабхарате в уста всеми почитаемых мудрецов, признанных брахманистской традицией, вложены весьма дерзкие мысли скептического содержания в отношении религии и бессмертия. Учитель Бхарадваджи не очень-то верит в существование души после смерти и «благоприятного нового рождения». Давай жрецам корову, подноси или не подноси им подарки – все равно (вместе с жрецом-брахманом) окажешься на том свете. Подарки не спасут дающего, как и берущему не продлят его жизни. Нужно не заниматься бесплодными подношениями или глупыми молитвами, а прожить достойнейшим образом ту жизнь, которая тебе дарована судьбой, а также зачать новую жизнь – если можешь и хочешь, чтобы твой род продлился и впредь. «Мертвец мертвецом и гибнет, а из семени продолжает развиваться семя…»

Барельеф из храма Кхаджурахо. Индия

К сказаниям о древних временах примыкают так называемые пураны (слово «пурана» – «древний», «первоначальный»). Число их довольно велико. Всего в Индии насчитывается 18 махапуран (великих или больших пуран). Пураны – это наставления или рекомендации для всех случаев жизни. Об их содержании можно судить хотя бы по некоторым извлечениям из «Гаруда-пураны». Они дают представление о взглядах человека на мир и дают богатую пищу для изучения особенностей индийской культуры, поведения и нравов. Гигант Пуруша – первочеловек, из тела которого был создан мир и общество. Этот широко известный миф дает ключ к пониманию многих процессов бытия – от рождения человека до его смерти. Тут много говорится о том, что и сколько надо подавать брахманам – зерна, железа, хлопка, соли, земли, коров, золота и т. д. Самым тяжелым проступком верующего считалось отсутствие щедрости в предоставлении даров. «Святые люди», которые и составляли эти правила, очень хорошо понимали, что для них самое-самое важное. «Кто в счастье и в несчастье не был щедрым, кто думал: «Другой подаст», (у того) скверный разум». Вопросам имущества, как это ни странно прозвучит после речей о толпах отшельников, бродячих аскетов и т. д. и т. п., всегда уделялось особое внимание в индийской мысли. Оно (имущество) с древнейших времен считалось в Индии «вторым телом» человека. Поэтому монахам надо было нести и нести разные подношения. Немудрено, что при этом основная масса населения (дающая) пребывала в глубокой нищете. В Древней Индии первоначально дарения предполагали ответные подарки. Однако на практике те, кому эти подарки давались (служители религии, князья, чиновники), вскоре повернули дело так, что данное в качестве дара важным особам (брахманам и т. д.) якобы обязательно вернется к дарителю, только «не на земле, а на том свете или в новом рождении». Они говорили о необходимости духовного воплощения, а на деле старались «приватизировать» чужое имущество через дар церкви и священнику.

Гаруда с Вишну и Лакшми

В «Гаруда пуране» (Гаруда – мифический царь птиц, особо почитаемый в Индии, так как на нем путешествовал бог Вишну) показано человеческое существо во всей его «красе». Это натура алчная: «Имеющий сотню хочет тысячу, имеющий тысячу стремится к ста тысячам, владеющий сотней тысяч – к царству, имеющий царство – к господству над всем миром. Ставший властелином (жаждет) божественной сущности. Ставший богом стремится стать Властителем богов, а став Властителем богов, он жаждет еще более высокого положения, но жадность (его) так и не удовлетворяется. Побежденный жадностью попадает в ад». Как видите, хаос мироздания, что предстает в пуранах, имеет не только телесную, но и материально-финансовую основу. Цель не столько создать «золотого человека» (идеал), сколь вытрясти из живых как можно больше золота с помощью сложной системы грабежа, жертвований и подарков.

Рельеф с изображением стоп Будды. I в. до н.э.

Разумеется, между индийской культурой и, скажем, древнегреческой немало общего. И все-таки это совершенно иной тип культуры и просвещения народа, чем на Западе. Поэтому коллективное в Индии в той или иной степени довлеет над индивидуальным (Шпенглер упрекает великих греков в том, что ни один не оставил воспоминаний о своей внутренней жизни, включая Сократа). То же увидим и в древней Руси. Но это опять же отражение нравственно-этических установок, представлений времени. У древних народов на первом месте была личность Бога или Учителя. В первой половине I века н. э. жил в Индии проповедник, поэт и драматург Ашвагхоша (имя переводится – «Голос коня»), который составил жизнеописание Учителя, наделенного человеческими чертами, – лирическую поэму «Жизнь Будды». Ашвагхошу считают основателем драматического искусства Индии. Он собрал представителей разных религиозных и научных школ и после 12 лет всесторонних обсуждений и споров создал энциклопедию «Махавибхаша». Основанный им затем театр стал глашатаем буддийского вероучения (исследование немцем Х. Людерсом находок в Турфане это подтверждает).

Женщина поклоняется Будде

Статуя Будды

Буддизм проникает повсюду. В Персии буддистские проповедники появляются уже в III–II вв. до н. э. Если верить рассказам путешественников из Китая, то буддистами полон был Кабул и Северный Иран (Таберистан). А. Н. Веселовский пишет: «Торговые пути между Индией и Персией облегчали проповедь новой религии, те же самые караваны могли приносить, вместе со сведениями о медицине и астрономии индусов, богатую литературу священных легенд и рассказов, бывших одним из главных орудий буддистской пропаганды. Религиозное общение сопровождалось общением литературным и смешением преданий. «Панчататра» была переведена на персидский язык; на персидскую редакцию «Викрамачаритры» мы не раз ссылались, хотя и не можем сказать, относится ли она к столь же ранней поре. И эти перенесения из Индии, которые, быть может, мы никогда не узнаем во всем их объеме, вознаграждались обратным влиянием парсизма на развитие позднейшего буддистского догмата: по крайней мере, олицетворение злого начала в последнем случае совершилось, по всей вероятности, под влиянием дуалистических учений Ирана». Большую популярность завоевала философия буддизма в Китае. Там возникла буддийская школа чань (дзэн) в V веке н. э. Согласно преданию Бодхидхарма, двадцать восьмой буддийский патриарх, переселился из Индии в Китай, основал там новую школу буддизма и стал ее первым патриархом. Во времена танской династии монах Сюань Цзань совершил в 629 г. н. э. поездку в Индию с целью сбора буддийских книг (сутр). Вернувшись домой, он посвятил себя их переводу на китайский язык, способствуя распространению буддизма. Расцвет «школы чань» связывают с 637–713 гг., когда при чаньском патриархе Хуэйнэне та стала весьма заметным явлением в жизни Китая. В основе мировоззренческих взглядов учеников школы лежат представления о единстве мира природы, человека, духа и материи, космоса и времени. «Все миры Будды подобны пустоте, чудесная природа человека в своей основе пустотна, поэтому нет ни одной вещи, которую можно обрести», – писал Хуэйнэн.

В действительности буддизм менее всего может быть назван пустотой. Разве не примечательно то, что он нашел благодатную почву в богатых древних культурах Китая, Кореи, Японии, Бирмы и Таиланда и т. д. Возможно, как раз эта наполненность истории религии Индии миром ярких запоминающихся богов, множеством легенд и образов сделало буддизм столь популярным. Во всяком случае, в Китае жречество, храмы богов, культы их изображений возникли под влиянием буддизма. Кроме того, простому китайцу импонировала религия, выступавшая против господства одного человека над другим, против жадности и жестокости. Буддизм проповедовал милосердие ко всем живущим на земле, простой и разумный образ жизни.

Буддисты всего мира приняли решение возвести самую большую статую Будды в мире. В 2005 году этот памятник «всех времен и народов» стоимостью 150 млн долларов украсит индийский город Бодхгайя. Высота статуи 152 м (небоскреб в 50 этажей). В ногах такого исполина уместилась бы статуя Свободы. Внутри статуи Будды будут находиться: храм, библиотека, музей, выставочный зал. Вокруг нее раскинется Сад медитаций. Создателями этого «восьмого чуда света» стали британские скульпторы Питер и Дениз Гриффин.

Одним из конкретных инструментов воздействия и влияния буддизма в других странах стала так называемая Лотосовая Сутра, получившая широкое распространение в ареале «иероглифической культуры» (Китай, Япония, Корея, Вьетнам). В частности, множество ее переводов осуществлено в Китае, сохранилось немало рукописных копий, а также сюжетов и их переложений для народа. Интер





Дата добавления: 2015-06-16; просмотров: 483; Опубликованный материал нарушает авторские права? | Защита персональных данных | ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: Увлечёшься девушкой-вырастут хвосты, займёшься учебой-вырастут рога 8906 - | 6977 - или читать все...

Читайте также:

  1. Бронзовый Будда из Камакуры и Кит
  2. ВЕТХИЙ ЗАВЕТ И ПОСЛЕДОВАТЕЛИ ХРИСТА
  3. Вопрос 26. Урок как основная форма взаимодействия учителя и ученика в учебном процессе. Требования к деятельности учителя, обеспечивающие эффективность урока
  4. Джордж Герберд Мид и его последователи - Герберт Блумер и Ирвин Гофман.
  5. Интерес к профессии учителя, педагогическое призвание, профессионально-педагогические намерения и склонности составляют________ учителя
  6. Личностные особенности учителя, затрудняющие общение с учащимися
  7. Лучший способ узнать Будду – осквернить Будду. Не стесняйтесь. Будда понимает, зачем вы это делаете.
  8. Некоторые духи, и до них некоторые философы, определили душу как искру одухотворяющую, исходящую из великого Целого; отчего это противоречие?
  9. основопологающая роль учителя, основные виды дея-ть учетеля
  10. Разве Будда не проповедовал принцип перерождения?
  11. Распространение христианства в Индии и Юго-Восточной Азии. Франциск Ксавье и его последователи-иезуиты в Индии, Японии и Китае.


 

54.90.86.231 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.


Генерация страницы за: 0.039 сек.