double arrow

Ранние объектные отношения по Мелани Кляйн


В нашем историческом обзоре следует упомянуть Мелани Кляйн (Melanie Klein), которая в рамках психоанализа обратила внимание на ран­ние объектные отношения. С конца 20-х годов она занималась рано интери­оризированными объектными отношениями и исследовала их детермини­рующее влияние на формирование психических структур и на различные типы внутренних конфликтов. Она связала психоаналитическую теорию ин­стинктов, в особенности врожденный инстинкт агрессии, со сформулиро­ванной ею теорией ранних объектных отношений и ранних констелляций защитных процессов (расщепление и проективная идентификация) (Klein, 1930, 1933, 1940, 1946, 1972).

В ее понимании, которое основано на последней теории инстинктов Фрей­да (1923), инстинкты жизни и смерти находят свое психическое выражение в бессознательных фантазиях, которые под влиянием примитивных эмоций от­ражают самость и объект.

Агрессивные импульсы проецируются вовне, на мать, которая становится носителем этих импульсов, и они переживаются проецирующим ребенком как страх глотающих объектов, которые ведут к репрезентациям злой, деструктив­ной и жадно сосущей груди; сопровождают этот процесс аффекты и импульсы зависти и жадности. Либидозные импульсы реализуются в полных удоволь­ствия контактах с удовлетворяющими объектами, прежде всего с «доброй гру­дью». Фантазии о доброй удовлетворяющей груди интроецируются как хоро­ший внутренний объект. Важнейший сопровождающий аффект - это благодар­ность; благодарность тесно связана с чувством доверия, которое покоится на обеспеченном удовольствии от «хорошей груди». Хорошая и плохая грудь - это первые телесные объекты, которые принимают участие в самых ранних бес­сознательных фантазиях и представляют либидо или агрессию; «внутрен­ние объекты» становятся, таким образом, отражением истории развития врож­денных инстинктов либидо и агрессии.




Характерно для раннего периода жизни отделение от матери «совершенно хорошего» и «совершенно плохого» образов. Кляйн (1940, 1941) говорит о «параноидно-шизоидной позиции», которая характеризуется этими разделен­ными и еще не интегрированными образами. Такая констелляция сменяется позднее, при дальнейшем развитии, «депрессивной позицией», в которой ребе­нок узнает, что его ненависть направлена на ту же мать, от которой он получает добро; частные объекты только теперь могут быть интегрированы в тотальные или целостные объекты. Ребенок реагирует на это новое восприятие матери чувством вины и стремлением делать что-то хорошее. Обе позиции, параноидно-шизоидная и депрессивная, могут сохранять свою силу как элементарные

– 79 –

констелляции и актуализироваться к определенному времени. Из этого следует терапевтическое положение о том, что они должны быть включены в проработку конфликтов, должны толковаться и проясняться на всех фазах развития.



Значение вклада Мелани Кляйн и ее последователей (Биона, Розенфельда, Сигала) состоит прежде всего в том, что он представляет собой первую постфрейдистскую теорию объектных отношений. Своим подходом она выдвинула на первый план клинического рассмотрения ранние объектные отношения при нормальном и патологическом развитии. Кляйн проанализировала аспекты ран­него развития Суперэго и описала отношения между генитальными и прегени­тальными конфликтами; в дальнейшем она подняла вопрос о значении функ­ций примитивных механизмов защиты (расщепление и проективная иденти­фикация) для возникновения и успешности лечения тяжелых психопатологи­ческих заболеваний (см. также Kernberg, 1969, 1981, 1985 и 1988b).







Сейчас читают про: