double arrow

ЧИСЛОВЫЕ КАРТЫ: МАСТЬ МЕЧЕЙ


Масть Мечей воплощает когнитивную, познавательную сферу человеческого опыта. Это ясное понимание того, как что-то и вообще все устроено – вне зависимости, впрочем, как это устроено на самом деле. Мы связываем с этой мастью функцию познания мира, сознания и осознания себя самого и своих действий, в значительной степени – представления о правилах, по которым создана и функционирует каждая индивидуальная «мини-вселенная» индивидуума. Потому это принятые и, прежде всего, воспринятые извне объяснения существования явлений, поведения людей, ретроспективы и перспективы познаваемого мира в целом.

Туз Мечей. Туз – как обычно, средоточие, корень и весь потенциал масти. В Мечах это исключительное и ясное понимание, прозрение, инсайт, четкое видение смысла происходящего – в оценке или же в узнавании процесса, а также способность к такому взгляду на существование. Это также может быть общий смысл масти, проявляющийся в обучении, образовании, контактах с представителями юридических служб или военными (во втором случае это будет отчасти оракульное прочтение карты), в составлении документов и т.д.

Туз Мечей в системе Уэйта. Здесь это мощная и грозная карта. Рука, исходящая из облаков, сжимает меч, увенчанный коронами и двумя ветвями – лавровой и пальмовой (символами славы и мира). Победа понимается как торжество разума над материей и дисциплины над пороками и недостатками. Она же приносит мир и справедливость, что дает возможность увидеть в Тузе Мечей меч с карты «Справедливость» Старших арканов. Внизу карты располагается характерный для масти Воздуха горный ландшафт.

Туз Мечей в системе Тота Кроули повторяет общую иконографию Золотой Зари с мечом, увенчанным короной. Характерным признаком масти в этой колоде являются ломаные линии, вплетенные в фон или рисунок карты. Это прекрасное пиктографическое воплощение поиска разума, идейного движения, хода мыслей. Здесь же мы видим клубы воздуха, окутывающие пространство, не осененное светом меча и короны. На лезвии меча написано греческое слово «Телема» («Воля»), понятие чрезвычайно значимое для последователей философско-магической системы Кроули. При этом сам принцип карты интерпретируется автором как символ Руаха – «низшего разума», разумной части души, которая сопротивляется «более высоким уровням сознания», столь любимым мистиками. Именно такой разум порождает, по словам Лона Майло Дюкетта, «конфликты, разочарования, тревоги, беспокойство и скорбь».

Мы не склонны давать подобную негативную оценку развитому человеческому сознанию, полагая именно разум источником познания мира и способом договориться с другими людьми, а мистические впечатления и инсайты – пенными, но сугубо частными ориентирами. Именно поэтому мы исследуем различные взгляды на систему Tapo, сводя их воедино или предлагая свое описание, интерпретацию и впечатления от опыта работы. В противном случае предложение мистической, символической системы было бы приглашением смотреть на мир из чужой головы с ее прекрасным, но совершенно иным внутренним миром. Только овладевая собственным разумом, своим Тузом Мечей, человек способен делать осознанный личный выбор в пользу того или иного представления о мире, каждый раз, безусловно, совершая рискованный поступок, создавая и конструируя свою дальнейшую человеческую форму и свою судьбу.

Туз Мечей в колоде Хайндля представляет собой необычную для символики Таро картину самого лезвия меча (рукояти не видно, потому это суть и смысл оного), втыкающегося в крохотный островок земли посреди бурлящих волн. Три стихии сошлись в Тузе Мечей этой колоды. Рассекая, препарируя эмоциональную бурю, меч разума здесь находит единственно устойчивую точку реальности. Это утверждение реальности. Божественный смысл и ясность. Моя любимая карта. И, кроме того, глас Капитана Очевидность.

Туз Мечей в «Романтической Викториане» описываю здесь для примера, в том числе и как красивый, но один из самых нелюбимых Тузов Мечей. Некая фея юного вида, с прозрачными крылышками и в неглиже, сидит на высокой скале перед пропастью, бросая цветочки на брошенный кем-то меч, а в расщелине перед ней парит огромный орел. Очень красивая, но смущающая меня карта. Меч отброшен, и основательности разума (не вытащенного из ножен, впрочем) предпочитается легкомыслие, такая возвышенная отстраненность. Это также может быть отдельным побочным эффектом Мечей, в защите рационализацией, отрицанием, приукрашиванием при столкновении с грубой прозой жизни. Получается некая ментальная картина мира, во всем устраивающая и комфортная, хотя и оторванная от реальности. Противоречивость и сложность этой карты (ведь орел может быть атрибутом феи или, наоборот, антагонистом – 3 зависимости от интерпретации конкретного расклада) именно в ясном и чистом Тузе Мечей меня чрезвычайно смущает.

Туз Мечей в «Сказочном Таро», с которым работать намного проще. Несмотря на то, что с ним целиком связана большая сказка, он понятен и определен как путь военного. Жил-был воин, которому хотелось повышения до личного телохранителя повелителя. Он был смел, силен и дисциплинирован. Злые враги ему мешали, но он их победил, а враги оказались оборотнями-демонами. После своей победы он стал личным телохранителем властителя. Воспринимая сказку как метафору, можно говорить о самодисциплине и самоконтроле, вражде с «темными силами» внутри себя или же во внешнем мире. Однако советом тут будет фраза из классической Книги перемен: «Благоприятна стойкость». Интересно, как эта карта со своей сказкой близка исходной теме победы из системы Золотой Зари и Уэйта.

Туз Мечей в «Таро Элементов» ориентирован на влияние сочетания планет Марс и Меркурий. Это сила мысли, сила разума, в ее обыденной привычности для современного западного человека, во многом ориентированного на сильные Мечи в своей жизни. Интеллектуальная активность, новая идея, спонтанное самовыражение – именно в словах, в худшем случае – ложь. Колода хороша своей системностью, но глубины ей подчас недостает.

Двойка Мечей. Очень интересная карта. Она находится в начале развития масти Мечей и пока еще пытается формально противостоять хаотическому или эмоциональному началу. Это попытка сохранить тот самый разум, некое равновесие в субъективно нестабильной ситуации. Потому это карта моратория, как на эмоции, так и на значимые решения. «Я не буду сейчас ничего решать, – будто бы говорит она. – И я не буду переживать по этому поводу». Это взятая у мира пауза. Она может быть временной и необходимой, она также может стать постоянным состоянием – и, как всякое чрезмерное пребывание в одной карте, в одном принципе, весьма вредной. Тогда она будет сравнима со Жрицей, но без ее глубокого интуитивного понимания, не возвышенной, а инертной, ограниченной и плоской.

В достаточно обширном ряде колод, не принадлежащих ни к традиции Уэйта, ни к традиции Кроули («Таро да Винчи», «Таро Грааля» авторства Мэтьюз–Казелли, «Акрон Таро», «Таро Брейгеля», «Таро Дюрера», «Таро Северных теней», «Золотое Таро Боттичелли», «Кристальное Таро», «Джотто Таро», «Средневековое Таро» и т.д.), через метафору «двух мечей» показано противостояние в поединке двух соперников. И этот вариант имеет право на существование, показывая не внутренний конфликт и мораторий на решение, а внешний, с двумя участниками, убежденными в своей правоте или оказавшимися во власти рокового стечения обстоятельств (Мечи все еще несут отзвук трагичной масти).

Двойка Мечей в системе Уэйта – лаконичная и ясная картина. На ней женщина с завязанными глазами сидит спиной к водному побережью, держа в скрещенных руках два меча, а с неба на нее заглядывает молодая луна. Луна здесь появляется благодаря астрологической атрибутации Луны в своем деканате Весов. Одновременно она намекает на возможную связь карты со Старшим арканом «Луна», что можно использовать при интерпретации расклада. Женская фигура имитирует своей позой саму ось и равновесие весов. А мечи выходят за рамки карты, намекая на роль «дужек» для двух чаш.

Прочитывая символическую иконографию карт, мы замечаем отказ как от эмоций (женщина сидит спиной к воде), так и от осознавания ситуации (повязка на глазах; поэтому Справедливость в Таро обычно с открытыми глазами, в этой символике зрение принципиально важно как осознание).

Двойка Мечей в системе Тота Кроули, которую в традиции Золотой Зари называли «Владыкой примирения», демонстрирует тут, по мнению создателя, скорее спокойствие. Художница воспроизвела символ розы на карте и добавила греческий крест из четких геометрических линий, свойственных этой масти в колоде. Если воспринимать разум как источник ненужных волнений и беспокойств, то, действительно, Двойка Мечей предстает удивительно приятной. Нам карта этой системы кажется достаточно пассивной, неопасной, но и не несущей каких-то движений или прорывов. Как всякий принцип она может быть хороша в одном месте и тягостна в другом.

Также она может обозначать некие условные договоренности, шаткие, но пока еще действующие. Что-то в пределах общего обоюдного взаимопонимания на некоторое время, когда стороны не вмешиваются со всем пылом в ход событий, не нападают друг на друга, а взяли передышку или же выжидают, когда начнет другой, чтобы отследить ход и понять грядущий потенциал. Это очень похоже на принцип Мечей в целом.

Двойка Мечей в колоде Хайндля – карта мира Снежной королевы. Она называется «Покой», и на ней мы наблюдаем скалистую расщелину, сквозь которую видны высокие деревья и заснеженное поле, путь к которым преграждают два меча. На снегу остаются вмятины, как будто мечи уже изрядно искололи землю. В левой скале заметны небольшие пещеры, входы в которые похожи на привычные людские жилища.

Карта – запрет или карта – условие, если можно преодолеть ограду из двух мечей и выйти в поле. А возможно, этому не пришло время и все, что остается, – это переждать зиму в маленьких скалистых пещерках. Очень красивое розовое маленькое солнце почти на самом верху карты, радующее глаз и недоступное. Здесь вообще очень много этой хрупкости и недосягаемости, подобно прекрасному образу внутри ледяной формы. Как разбить лед, и не погубит ли это то, что внутри его?

Двойка Мечей в «Сказочном Таро» очень точно связана со сказкой о принцессе на стеклянной горе. Дочери короля надоели претенденты на ее руку, тем более что выбрать из них она никак не могла. Поэтому она уселась на большую стеклянную гору и сказала, что не сойдет с нее, пока кто-нибудь к ней не доскачет и не получит из ее рук золотое яблочко. Вот так усталость от бурных эмоций, смущение, смятение, неустойчивость понимания реальности приводит к временной передышке, отказу и от эмоций, и от решения. Вполне разумный и адекватный способ решения для сохранения имеющихся сил и отказа от траты их в хаотических метаниях побуждений. Это может происходить и инстинктивно, как внезапная эмоциональная бесчувственность, безусловно, временная. Чтобы закрыться надолго, понадобится уже Четверка Мечей.

Двойка Мечей в «Средневековом Таро Скапини» развивает еще одну нередко встречающуюся в современном Таро. Это «активное примирение враждующих сторон». Здесь слева стоит зажатый в латы средневековый воин Змеи (со змеей как тотемом), а справа – рыцарь Лисы. Но они подняли свои забрала и пожимают друг другу руки. Вполне возможно, что в этой сцене есть влияние интерпретации Двойки Мечей у Эттейлы – «Дружба». Она же, с двумя воинами, встречается в «Таро Сфинкса» и «Ренессанс Таро» (обе из библиотеки колод Ло Скарабео), в мужеско-женском обряде со скрещенными мечами в колоде «Таро Чувственной Викки» и некоторых других.

Тройка Мечей знаменует первый – и очень ранний – кризис, но тем самым оправдывает общую трагичность масти. Это, прежде всего предательство доверия. Нарушение близких, интимных границ существования личности, того, без чего человек не способен чувствовать себя целостным. С давних пор карта символизировала измену, предательство любви. Ее традиционный символ – три меча, проткнувшие сердце, потому это также и символ драматического и опасного любовного треугольника. В наше время и в современной системе Таро, однако, это именно нарушение тех правил существования или отношений, которые были, точнее, казались незыблемыми. Потому это внезапное обнаружение измены мужа, жены или любимого человека, предательства друга или подруги. Здесь есть еще шок и неверие в то, что это произошло и это правда, часто некоторое отрицание. Непонимание, «почему это случилось именно со мной», горечь осознавания, что для другого это даже плохой выбор. Масть Мечей говорит о правилах и закономерностях, а тут прежние правила, притом надежные до невидимости, внезапно отказались работать.

Здесь нет трансляции своей обиды на весь мир, также весь мир не кажется поврежденным – так, как это может восприниматься в Пятерке Мечей. Оказываются разбитыми ближайшие необходимые границы. Если продолжить метафору с ледяной формой и заключенным туда образом из Двойки Мечей, то в Тройке само существо внутри надежной ледяной сферы вдруг обнаруживает, что она разбилась или растаяла. И непонятно, что будет дальше, равно как неизвестно, как пережить весь этот кошмар.

Тройка Мечей в системе Уэйта – «Владыка скорби» в системе Золотой Зари – изображает сердце, пронзенное тремя мечами. В общем и целом про это мы уже все сказали. С неба на фигуру льется косой ветреный дождь из тяжелых туч, усиливая угнетенность и дискомфорт – и вновь возвращая нас к теме взаимосвязи первых карт масти со стихией Воды. Тройка Мечей достаточно близка и может переходить в Пятерку Чаш с се разочарованием, обидой, горестями и подавленностью, однако она оказывается тяжелее. Не просто охватили мрачные чувства, а сами правила собственного ближайшего пространства оказались разрушены. (Чувствую, что мне особенно хорошо удаются здесь трагические описания. Ничего не поделаешь – некоторые результаты жизненного опыта.)

Тройка Мечей в системе Тота Кроули, которую автор ассоциирует с метафорой скорби Исиды по умершему супругу, что для него мировая скорбь, всепоглощающая меланхолия. Три клинка па ней будто бы расщепляют желтую розу па части посреди мрачною тяжелого, дымного фона и бесформенных стеклянных осколков. Карта называется «Скорбь», и также ее Кроули описывает как чрево Темной Матери, утробу Хаоса.

В своих интерпретациях даже этой колоды мы стараемся следовать прежде всею системе, на которую накладывается значение карты в конкретной колоде. Поэтому для нас здешняя темь ужаса – скорее расщепление на грани небытия, угрожающее человеку, чьи близкие личностные (психические) границы были сильно нарушены.

Тройка Мечей в колоде Хайндля называется «Trauer» – «Печаль, траур, скорбь». Достаточно пугающая карта, в которой – единственной или одной из немногих (кроме Придворных карт) – почти нет глубокого пространства, здесь мы видим ровную стену или холст, на которой лежат три меча, а между двумя из них протекает огромная слеза, оставляющая кровянистый след. Низ карты подернут сгущающимся мраком. Очень ясный и отчетливый образ непримиримости, невозможности что-либо изменить и фатальности.

Тройка Мечей в «Сказочном Таро» связана со сказкой О. Уайльда «Соловей и роза», Студент влюблен в девушку, а соловей в саму любовь, поэтому жертвует своей жизнью ради любви студента и прихоти девушки. Жертва окатывается напрасной, только роза окрашивается в алый цвет крови. Еще один мотив любовною треугольника, чаще любви романтической, недоступной или не разделенной. Это восторженное служение несвободному мужчине или женщине, понимание того, что границ переходить нельзя или же что другой их перейти не позволит. Мучения в непониманиях, стоит ли оно этого, сладостное растворение в прекрасных фантазиях и несбывающихся надеждах.

Тройка Мечей в «Таро Элементов» интересна тем, что создатели колоды наотрез отказались от традиции и кризис закономерно решили отложить до Пятерки. А в Тройке представляют честный разум, простой ум, здравый смысл. Во всех Тройках масти у них хорошо работают, и это взяли за правило. Карта ассоциируется с сочетанием сил Солнца и Меркурия, поэтому все трезво, рационально и радует сообразительность.

Четверка Мечей. Четверка, как первичная форма масти, дает некоторую устойчивость принципа. В наиболее популярных традициях Таро, однако, есть сильное различение отношения к этой карте. У Уэйта это полное отключение от реальности («отключка»), диссоциация, бесчувственность, выпадение из действительности, социальная спячка. У Кроули это равновесие взаимных договоренностей, перемирие, то есть вполне осознанный процесс допущения и баланса различных точек зрения. Безусловно, нам больше правится вторая версия, однако у Уэйта большое количество потомков и клопов. Клопы повторяют одну и ту же тему в разных вариантах, что нам ничего особенного не дает. А вот потомки выдают тс или иные вариации, и работать с картой становится интереснее, но, честно сказать, это и есть наше единственное спасение, хотя и путем оракулыного прочтения и ассоциаций.

Следуя общей логике сложившейся системы, Четверка Мечей должна означать действительно некое удерживание различных взглядов, точек зрения, голосов в определенной форме, без взрыва, скрежета стали, дисбаланса или истерики. Это то, что регулярно происходит как во внутреннем мире, так и в социальных отношениях. Четверка учит как раз не подавлять свой разум (как это предлагает в картинке к карте Уэйт), а «контейнировать», уметь удерживать в себе или в ситуации. Это ситуация переговоров, нежели забытья в усталости или страхе. Здесь можно вспомнить и Четверку Чаш Уэйта, которую он также не смог выдержать без отказа, отрицания, страха перед полным насыщением. Здесь, в Мечах, происходит то же самое насыщение «по самую крышечку», только идей, разногласий, совпадающих или несовпадающих взглядов, которые необходимо привести к нужному для сохранения постоянной формы равновесию.

Четверка Мечей в системе Уэйта изображает воина в церковном склепе. Три меча на стене направлены остриями в его тело (напоминая предыдущую карту, Тройку Мечей), четвертый лежит прямо под ним, как его оружие. Это карта пассивной капитуляции. Считывая ее ассоциативно (оракульно), мы можем говорить о прошлых заслугах воина и необходимом отдыхе, но испытание, реальный поступок, действенный шаг тут совершенно невозможен. Система Уэйта в этом отказывает. Масть в этой карте еще недостаточно зрела для того, чтобы можно было использовать прошлые ресурсы. И «неделание» (кастанедийский термин, весьма популярный на волне эскапистского нью-эйдж конца 1990-х в нашей стране) тут не даст никакой полезной формы, никакого нового акта Мечей, ничего хорошего, кроме «некоторой передышки после кризиса Тройки перед кризисом Пятерки».

Четверка Мечей в Таро «Богемские Барочные коты» – единственный вариант среди клонов карт Уэйта, который вызывает приязнь и умиление. Рыжий, очень потрепанный жизнью кот лежит где-то в католическом храме, в том полном сонном блаженстве, которое умеют испытывать коты. Здесь можно увидеть реальный трагический жизненный опыт, и отдых уже кажется заслуженным! Кроме того, умение кота пристроиться в храме говорит о его недюжинных способностях договариваться, втираться в доверие, быть незаметным или просто как будто частью окружающего пространства. Ассоциативное, оракульное прочтение, но – как я уже говорила – это именно то, что спасает в этой карте системы Уэйта.

Четверка Мечей в «Сказочном Tapo» связана со сказкой «Спящая красавица». Здесь сон главной героини вполне объясним сюжетом истории, и потому не обязательно оглядываться на систему Уэйта. Сон как инициация к взрослой жизни, сон дочери как результат нежелания, чтобы она взрослела, сон как страх перед изменениями. И под сном здесь, конечно, будет пониматься та самая инертность и бесчувственность, пассивность, нерешительность.

Четверка Мечей в системе Тота Кроули называется «Перемирие» и ассоциируется у автора с военно-клановой общественной системой и связывается с властью в интеллектуальном мире. В этом есть некоторое противоречие, поскольку в реальности военные кланы па интеллектуальные высоты, как правило, не заявляются. Однако здесь действительно можно говорить о том самом осознаваемом равновесии различных сил и влияний, которое делает военного политиком, а профессора – немного воином. Это также, по словам А. Кроули, догма и закон в качестве прибежища от хаоса собственных мыслей. То есть те самые оформленные договоренности между людьми, которые привыкли считать нечто именно таким или тем самым. Это своего рода общественные договоры и условные формы, как обычное право, так и юридически оформленное. Отнюдь не гибкая общественная гармония, которая строится на компромиссах.

Карте соответствует Юпитер в Весах, в управляемом им деканате; стоит учесть, что тут он также управитель триплицитета, а также управляет термом в традиционных «египетских» таблицах, что по силе всяко весомее, чем деканат. Таким образом, одни планеты в своем же деканате оказываются более сильными, а другие – менее, согласно астрологическим правилам, однако это не учитывается в системе Таро Золотой Зари. В целом не знаю, описывать ли дальше астрологические соответствия в этой системе, поскольку сама большого смысла в них не вижу, и уже объяснила это в предыдущих мастях. Перед нами действительно встает выбор – отказываться ли от принципа Мечей, а тут именно Четверки Мечей в постижении реальной ситуации, учитывая различные взгляды и несоответствия, или же отказаться от сопоставлений и оценки, поскольку это признак «низшего разума», недостойного истинных мистиков. Я все-таки предлагаю путь открытого взаимодействия с мастью Мечей (равно как и с любой другой), вне страхов и упреков.

Четверка Мечей в колоде Хайндля называется «Augenblick der Ruhe» – «Мгновение тишины (покоя)». Обратите внимание на отчетливую разницу между оригинальным немецким названием и обычным английским переводом (потому я пользуюсь немецким изданием), но только оно и дает ясное понимание того, что нарисовано на карте. На фоне старого дуплистого дерева в лесу расположены четыре меча, два из которых направлены острием вверх, а другие – острием вниз. В воздухе парит осенний листок, держа на себе прозрачный шарик росы (вспомним прозрачный шар как символ целостности в Чашах и в карте «Жрица»), а в испещренный вмятинами камень уже воткнуто белое птичье перо. Вес здесь дышит хрупкой туманной осенью и ее неповторимым ощущением единственного мгновения. Здесь это внезапное замирание как будто в преддверии чуда или в желании его сохранить. Это также молитва о мире после случившейся жертвы. Желание сохранить целостность существования.

Четверка Мечей в «Tapo Элементов» связана у авторов карты с сочетанием сил Сатурна и Нептуна, что они видят как разумное, системное мышление, договоренности, конвенции, убежденность в том, что социальные правила вполне соответствуют текущей ситуации. Обратим внимание: несмотря на то, что астрологическая атрибутация колоды (системой ее назвать сложно) совсем иная, а каббалистических аналогий нет вовсе, но се общие значения крайне логично следуют общим критериям, сложившимся еще в Золотой Заре и у их современных потомков.

Пятерка Мечей. Пятерка – обычный кризис любой масти. В Мечах он становится очень остро-неприятным. Прежде всего, потому, что проявляет очевидный конфликт в восприятии мира. «Что-то в мире оказалось вовсе не так, как я думал». И это значимо до такой степени, что мешает воспринимать что-либо еще. Это уже не нарушение близких границ, как мы видели в Тройке, а видением искаженного, как будто неправильною мира вокруг себя. Это менее болезненно, зато более глобально. Мир стал неправильным – или это я неправилен для мира. Конфликт, который трудно разрешить, при этом он может быть внутренним (и напоминать дерганья «Повешенною») или даже внешним и быть символом острейшею противостояния, в котором каждая из сторон считает себя правой.

Пятерка Мечей в системе Уэйта отличается хорошей жанровостью, но слабым смыслом. В системе Золотой Зари эта карта называлась «Владыка поражения». Изображен воин с хитрым довольным лицом, забравший себе три меча, а два, очевидно, побросали уходящие прочь молодые люди. Обычная проблема состоит в том, чтобы определить, кем является кверепт в этой карте, победителем или побежденным. В духе общего кризиса масти обычно видят опасность от злых и сильных людей, то есть совершенно внешнюю, ролевую, хотя и крайне неприятную ситуацию. Тогда либо сам внутренний конфликт оказывается последствием поражения, либо у кверента нет никакого шанса на победу, поскольку на карте все уже произошло. В противном случае он старательно будет отождествлять себя с хитролицым победителем, однако это будет противоречить смыслу карты. Потому я не люблю эту карту в этой колоде, а также у ее клонов, за очень редким исключением (как обычно, это «Богемские Барочные коты»).

Пятерка Мечей в «Пражском Tapo» хотя и является своеобразным клопом колоды Уэйта, но здесь присутствует особое чутье, которое делает карту гораздо более глубокой. На ней изображен зеленый дракон, отнявший мечи у пачки воинов, убегающих сломя голову. Сама по себе ситуация поражения усиливается благодаря абсурду – дракой не просто победил, он и отнял все оружие у рыцарей! Кроме того, хорошим оракульным намеком для русскоязычного человека будет цвет дракона, «зеленый змей», побеждающий людей, – хорошая иллюстрация к обреченности восприятия себя и мира, конфликту с ним и невозможности что-то изменить у алкоголика или иного зависимого человека. Это состояние, когда он понимает, что все не так, но ничего не способен сделать (по тем или иным причинам).

Пятерка Мечей в системе Тота Кроули видится создателю колоды как поражение в конфликте, связанное с недостатком решимости или предательством. Рукояти мечей сложены в перевернутую пентаграмму, клинки искривлены или сломаны, роза, появлявшаяся на предыдущих картах масти, исчезла. В соответствии с идеей Четверки как военно-кланового союза и Пятерки как его поражения А. Кроули находит сравнение с угасанием государства Спарты и Римской империи Pax Romana. Доживи он до конца 1960-х, то, не сомневаюсь, говорил бы и об упадке Британской колониальной империи, Pax Britannica, вновь в безудержной пляске экстатических культов, прежде Кибелы и Адониса, позже – идолов сексуальной революции. Впрочем, ему могло и понравиться. Нам этот пример интересен именно с исторической точки зрения, но мы полагаем, что гибель империй и их разложение происходит отнюдь не в середине масти, тем более одной-единственной. Это процессы гораздо более глобальные и неспособные совершиться только лишь из-за одного порочащего влияния.

Пятерка Мечей в колоде Хайндля именуется «Sinnloser Streit» – «Бессмысленная схватка». Вновь особый оттенок смысла карты, имеющийся именно в немецком ее названии, поражает своей точностью и уникальностью. Очень хорошо чувствуется то, что писал картины колоды человек пожилой и многое повидавший (Г. Хайндль юношей был отправлен на фронт и провел время в советском плену).

На карте видна поднятая вверх морда единорога и меховая шкура какого-то животного сверху, очевидно льва, в соответствии со старинной метафорой о битве единорога со львом. Между ними брызжут осколки тяжелых мечей, и где-то парит бесценная капля крови, заключенная в прозрачную сферу, – что-то ценное, может быть самое цепное и важное во всем происходящем. Автор в названии карты указывает, что эта битва бессмысленна, пролитие крови обречено на духовное поражение. Это беспомощность человека перед миром, с его конфликтами, которых он не выбирал. Здесь почти ничего невозможно изменить. Только осознать смысл происходящего и хотя бы постичь его. Тогда что-то изменится. Это в наибольшей степени возможно именно в этой колоде.

Пятерка Мечей «Романтической Викторианы» – чудесная сценическая карта, на которой изображена группа Детей в клоунских нарядах. Один бросил свою игрушечную шпажку и горько плачет, двое других обнимаются и подсмеиваются над ним. Плачущий мальчик кажется самым младшим из них, оттого обида, кажется, заслоняет перед ним весь мир – эмоционально-пронзительная карта.

Пятерка Мечей в «Сказочном Таро» связана со сказкой о Красной Шапочке и Сером Волке. На самой карте изображена сцена, когда девочка приходит в домик своей бабушки и видит там волка, но пока не узнает его. Мы можем рассматривать весь сюжет сказки или эту самую сцену, которая даст запутанность и ошибки в восприятии реальности, возможно излишнюю веру в слова и форму, в отсутствие ясного и критического анализа действительности. Впрочем, рано или поздно девочка начала подбираться к сути, что, с одной стороны, стоило ей поражения, с другой – в результате она все равно победила.

Пятерка Мечей в «Таро Элементов» иконографически напоминает «Повешенного» и связывается с действием сил Меркурия и Урана, что не слишком приятно, хотя и приводит к каким-то новым открытиям. Тут видят внезапные и неотвратимые изменения, влияние обстоятельств, насильственное изменение точки зрения под их воздействием, в хорошем случае – мозговой штурм, в плохом – совершенную «ментальную панику».

Шестерка Мечей, как любая Шестерка в Числовых картах, в большинстве систем предполагает восстановление после кризиса Пятерки. (Исключением можно называть колоду «Колесо Изменений», где Пятерки означают целостность, а кризис проявляется в Шестерках.) В Мечах она дает восстановление системы за счет накопленных ресурсов масти. Это интеллектуально конструируемые положения, ментальные конструкции, научные обоснования, связанные логически обусловленными аргументами, причинно-следственными связями или иными общими способами понимания, принятыми в данной культуре. Часто это внятное объяснение того, что случилось и как что-то устроено, а также восстановление объясняемой картины мира. Мир восстал вновь, вкупе с новым его объяснением. Более того, прошлые кризисы уже способны вписаться в новое объяснение этого мира, основанного на объяснении его циклов расцвета, падения и восстановления. Потому эта карта называется «Наука» в системе Кроули, а в традиции Золотой Зари она называлась «Владыка заслуженного успеха». Она может воплощаться в системном узнавании правил этого мира, обращении к научным объяснениям или иным системам структурного мироописания.

Однако в системе Уэйта эта карта является, очевидно, провальной. Отчасти смешиваясь с Пятеркой, она не являет нам никакого нового этапа развития масти, лишь вынужденное коулинговое («сохраняющее») решение, о чем речь пойдет ниже. В этом состоит проблема клонов Уэйта, которые просто дублируют ту же тему в различных тематических вариациях; потому более выигрышными оказываются не клоны, но потомки Уэйта. И карту этой традиции приходится прочитывать или оракульно-ассоциативно, или на основе знания общего принципа карты в системе, пытаться на него наложить смысл изображения. Неудобная задача, вынужденное препятствие.

Шестерка Мечей в системе Уэйта изображает перевозчика па реке, который препровождает на другой берег женщину с ребенком. Хотя в Золотой Заре карта обозначала успех после заслуженных трудов, в иконографии карты ничто на это не намекает, она уныла и тягостна. После отъема мечей на Пятерке эта карта выглядит вынужденным бегством – на лодке мы видим ту же самую ограду из мечей. (В дальнейшем она сольется с дезертиром Семерки, предлагая как будто триаду Разбой-Побег-Воровство прямо в середине масти.) Слабая карта со слабым смыслом, в лучшем случае она интерпретируется как «сохранение самого ценного и дорогого, бегство». У Уэйта в ней проглядывает старинное значение из цыганской колоды – «дорога, путешествие», что было совершенно не нужно в колоде эзотерической. Даже интерпретаторы Уэйта (А. Костенко) говорят об ошибке автора в этой карте. К сожалению, она распространилась как генетическая болезнь по всем клонам и потомкам колоды.

Шестерка Мечей в системе Тота Кроули – это развитый ум, гуманизм, равновесие умственных способностей и морально-ценностного содержания, невозможного без восприятия культуры.

Шестерка Мечей в колоде Хайндля имеет сложное название «Mit dem Herzen denken», нечто вроде «Думать сердцем». На ней изображено сухое кривоватое дерево с вмятинами. Есть три несколько угрожающих меча острием вверх, два – скорее защищающих, острием вниз и один меч клинком вверх между ними, как будто зажатый, неспособный к причинению повреждений. Это своеобразное взаимодействие мечей друг с другом. Но к «опасным» клинкам прикасается из неведомой светлой дали огромная рука, осторожно тянется своим пальцем не то к клинкам, не то к самому дереву. Сквозь нее проглядывает лик длинноволосого бородатого мужчины, похожего на изображения мудрых старцев, святых, Христа. Но слева внизу просачивается характерная «хайндлевская Тьма».

Мы можем интерпретировать эту карту в прямом значении ее названия. Здесь понимание мира или какой-то части действительности возможно благодаря чуткому и мудрому, милосердному отношению. Осознание хрупкости и важности живого и настоящего. Это скорее голос души, но зрелой, опытной, великодушной; мудрость опыта как результата ошибок или, наоборот, осмысления пережитого. То, что способно сохранить бесценное прошлое, но и дать надежду на будущее. В этом смысле карта приобретает звучание, сходное со значением Старшего аркана «Звезда» как принципа живой и мертвой воды: мертвая вода собирает все ценное прошлое человека, живая – дает надежду, шанс, идеал для движения к будущему.

Шестерка Мечей в «Сказочном Таро» связана со сказкой «Шесть лебедей». Нам она больше известна по версии, пересказанной Х. К. Андерсеном. История о девушке, чьи братья были превращены злой колдуньей в лебедей, а она могла их спасти, только выткав и набросив рубашки из крапивы, но при этом должна была хранить полное молчание. Здесь создателям колоды удалось совместить тему Уэйта с попыткой сохранить самое дорогое, с темой перехода из одного состояния в другое, со значением карты у Кроули – девушка знает, каковы условия и что будет работать. У нее есть инструкция, и она ей следует. Есть также и понимание места этого ее действия в ее мире: братья чрезвычайно важны, их спасение важнее ее жизни, даже важнее милости мужа – короля. Она понимает, какова цена вопроса, и какими страданиями может быть куплено ее достижение. Потому здесь нет сожаления о выбранном пути. Так значение карты приобретает отзвук той, что мы описывали в колоде Хайндля. Вряд ли это было сделано осознанно, однако развитие системы в творческих колодах способствует ее естественной эволюции как созданию нового общекультурного источника.

Шестерка Мечей в «Таро Элементов» ассоциируется с силой Меркурия и Юпитера. Она воплощает вполне комфортное состояние «открытого ума», достаточно естественно появляющегося на уровне этой карты. Путешествия, новые впечатления, расширение кругозора. Как я уже говорила, колода очень логичная и немного простенькая, особенно это касается Мечей. Здесь мало силы, напряжения. Ментальные ходы слишком привычны и понятны, в них нет страсти, почти нет страхов, нет мучительного выяснения, что же происходит на самом Деле. Разум превращается в привычный удобный инструмент общего пользования.

Семерка Мечей сильно разнится в традиции Уэйта и традиции Кроули, кроме того, может иметь широкую вариативность изображений в менее системных или в авторских колодах. Семерки мы видим очередным, на этот раз внутренним кризисом, связанным с новым риском в общем поле принципа масти. Это может быть проверка интеллектуальных навыков, сопряженная с определенной ловкостью и авантюризмом, без гарантий на успех и все же неоднозначно неуспешная. В Семерке Мечей, как и в других Семерках, можно заметить склонность к череде попыток достижения цели, определенному процессу по отстаиванию и настаиванию на своем. На этом уровне развития масти мы уже способны самостоятельно продлевать ее проявление, а не только реагировать на внешние импульсы.

Семерка Мечей в системе Уэйта – крайне нелюбимая карта по причине своей смысловой плоскости, в угоду жанровой сцене. На ней изображен товарищ, тайком уносящий из военного лагеря охапку мечей. При обычной интерпретации она будет обозначать хитроумные планы, интеллектуальный шпионаж или воровство, добывание информации. В целом ее можно рассматривать как вероломное поведение. Мечи, воткнутые в землю, говорят о неумелом использовании или «заземленности» идей или же о «тщетной охране».

Семерка Мечей в системе Тота Кроули называется «Тщетность», и автор видит в ней слабость, пассивность, притязания, не соответствующие возможностям. Отмечаются колебания, склонность к компромиссам, некоторая терпимость, которые приводят именно к упущенному времени, потерянному влиянию на ситуацию.

При работе с этой картой, однако, мы замечали, что она часто обозначает множественные усилия, попытки достигнуть чего-либо, однако по неизвестным причинам не приносящие результата. Рассматривая масть Мечей, прежде всего как сферу интеллекта и осознания, мы замечали, что основным вопросом этой карты бывает «Почему я не достигаю своих целей? Что я делаю не так?». Ловушка Семерки здесь одновременно в необходимости прилагать усилия и в невидимости результата этих действии.

Семерка Мечей в колоде Хайндля называется «Nutzlosigkeit» «Бесполезность, никчемность». Тем не менее, это очень страстная, угрожающая карта. Семь мечей сталкиваются, и, кажется, скрежещут лезвиями в хаотичной пляске. За ними мы видим чудовищный клуб, сотканный из характерной хайндлевской «материи хаоса», при этом очень отчетливо и ярко выраженной – в нем видятся мужские грозные лики, глаза, носы, волосы. Мечи то ли преграждают ему путь, то ли подчиняются этой ужасной воле – неизвестно.

«Бесполезность» Хайндля – это ведомость неизвестными силами, бессознательными или малоосознанными, неоформленными, – и в этом причина провала. Кроме того, это может быть сниженный вариант Старшего аркана «Сила», с интеллектуальным противостоянием внутренним или внешним «чудищам Бездны».

Семерка Мечей в «Сказочном Таро» связана с загадочной сказкой «Царевич-Лягушонок, или Железный Генрих» братьев Гримм. Она поражает тем, что главная героиня ведет себя совершенно не так, как обычно ведут себя порядочные героини сказок. Лягушонок помогает ей добыть золотой мячик и затем хочет заботы, любви и ласки, но она вовсе не собирается потакать его прихотям. Принцесса кидает лягушонка об стенку, и тот вдруг превращается в прекрасного принца, за которого она выходит замуж.

Парадоксальность сказки здесь напоминает о том, что на уровне Семерки часто совершенно невозможно предугадать причинно-следственные связи своих поступков. То, что должно хорошо идти, – тормозится или не идет, что-то неожиданное – работает. Но на данном этапе все это совершенно непонятно. Единственный выход – немного рискнуть. Или же другой вариант – отсидеться при своем, противостоять этой самой жажде тщетных действий.

Семерка Мечей в «Таро Элементов» воплощает в себе силы Нептуна и Меркурия. На карте изображен лысый человечек, с улыбкой засовывающий свою голову в пасть тигра, а с неба на него смотрит кто-то божественный на облачке. Земля здесь испещрена разными символами. Семерки в этой колоде очень отчетливо идут как «риск, авантюра в рамках масти», потому Семерка Мечей – это «новый способ увидеть что-либо», риск нового знания, и все это делается для того, чтобы не застыть в унынии. Вполне привычный принцип современной «позитивной психологии»: зачем тебе быть грустным, изменись и будь веселым. В данном случае не так грубо, но сам механизм очень похож.

Восьмерка Мечей. Восьмерки – развитая форма масти, усложненная Четверка. Восьмерка Мечей в таком случае формально развивается из Четверки таким образом: в традиции Уэйта внутренние ограничения становятся социально заметными, а в традиции Кроули простые правила становятся слишком сложными, а их давление – тяжеловесным.

Я имела возможность переживать Восьмерку Мечей в течение года: эта карта постоянно выпадала мне в раскладах, и я ощущала ее актуальную значимость. Это было похоже на блуждание в лабиринте Железного леса великанш скандинавской мифологии. Было очевидно, что я не понимаю, что происходит в значимых для меня отношениях, которые заслоняли практически всю мою реальность того периода. Я не понимала своей роли, роли других участников, что на самом деле правда, а что ложь; любовь, доверие, переживания предательства, подозрение во лжи, раскаяние, досада, злость на себя – все сплелось в один клубок. И я не понимала, что именно происходит, каждый раз вытаскивая карту Восьмерки Мечей, надо сказать из колод Кроули и Хайндля. Уэйт или не попадался, или я его не использовала. Я пыталась честно рассмотреть, что же было и, где я очутилась, но вновь и вновь оказывалась в непонимании и депрессии. Восьмерка Мечей у меня выпадала примерно так же часто, как и «Суд» в то время, а также Десятка Мечей. Самой актуальной метафорой тогда для меня было сравнение себя с Белоснежкой, стучащей изнутри стеклянного гроба. Мне уже казалось, что я выбралась и отряхнула с себя землю… как спустя некоторое время я вновь оказывалась там, под землей. При таком сильном проживании принципов карт – и при таких картах – единственным способом было прожить все эти карты до конца, до их исчерпания. Во всяком случае, прямого выхода в Восьмерке Мечей не было, я его нашла только в Десятке Мечей.

Восьмерка Мечей в системе Уэйта – очень выразительная карта, на которой связанная женщина с повязкой на глазах стоит около череды воткнутых в землю мечей. Интересно, что у клонов и потомков колоды Уэйта мечи могут окружать фигуру кольцом, но в исходной карте этого нет. В системе Золотой Зари карта называлась «Владыка ограниченной силы». Интерпретируют ее, как правило, в русле сугубо личных тягостных ограничений и фантазий, мешающих предаваться радостному жизненному оптимизму или продуктивной деятельности. Действительно, если выпадает Восьмерка Мечей этой традиции, то стоит задать себе или квереиту вопрос о том, па что он закрывает глаза и что мешает ему освободиться, что означает повязка на глазах и эти путы.

В «Пражском Таро» авторы, по своему обыкновению Давать шанс даже в самой сложной карте, убрали путы с женщины, и хотя окружили се мечами, но неплотно, дав возможность выхода.

Восьмерки Мечей в системе Тота Кроули – очень мощная, впечатляющая карта (и, как я уже говорила «родная» для меня на протяжении долгого времени). Астрологическое соответствие ее Юпитеру в своем деканате Близнецов начинает отсчет самых непонятных астрологических соответствий в колоде: на Восьмерке, Девятке и Десятке Мечей, очень тяжелых, критических картах, мы видим «легкие» Близнецы, а в Восьмерке даже с «великим благодетелем». Непонятно, откуда появляются ограничения, тяжесть и скованность. А. Кроули здесь использует Юпитера в Близнецах лишь как дополнение, «улыбку Фортуны», внезапно появляющуюся даже в самом безнадежном случае недостатка интеллектуального упорства. Нам кажется неправильным полагать любую атрибутацию частным случаем или дополнением, она может выражать, сильно или слабо, основную идею символа, но никак не частные исключения. Это результат желания Золотой Зари увидеть в Tapo универсальную систему, способную легко перекладываться на другие символические системы без перевода на язык описаний. Подобные методы всегда являются ошибочными.

Значение этой карты у Кроули – неожиданные препятствия на пути Высшей Воли, однако неплохие, хоть и слабые интеллектуальные усилия, которым недостает постоянства. Рассматривая карты как первичный источник в рамках общей системы Tapo на данном этапе ее развития, а, также принимая во внимание непосредственный опыт работы с картами, мы не склонны принимать эту интерпретацию буквально. Во второй половине развития масти принцип ее – интеллект – уже не будет слабым. Именно постоянные напряженные усилия ума и могут создавать некоторый лабиринт разнообразных построений и вариантов. Это запутанность, но редко слабость.

Восьмерка Мечей в колоде Хайндля, от которой я получила метафору лесного лабиринта мечей. Высокое дерево, очевидно сосна, покрытая маленькими «глазками» сучков или же глазами хайндлевской «материи хаоса», оказалась в тесном и ритмичном переплетении стальных мечей, пронзающих не только ее саму, но и реальность вокруг. Фоном виднеется еще одно дерево, будто в тумане, слева – звериный мех как присутствие, справа – красно-кровавое расплывающееся пятно. Тревожная, напряженная, мучительная и очень статичная карта. Она называется «Einmischung» – «Вмешательство», по традиции Кроули. В ней в наибольшей степени я чувствую пронзительное спокойствие и угрожающую опасность лабиринта умственных представлений, очень слаженных или сложившихся… но именно в этот момент они оказываются в чем-то ложными. Остается только найти – где, это-то и станет выходом.

Восьмерка Мечей в «Романтической Викториане» – это прекрасная картина с классическим сюжетом, женщиной, ждущей своего моряка. Она сидит на пристани, кажется, что по совершенно своей воле, однако ее запястья связаны. Красивая девушка с распущенными волосами и в романтическом одеянии, с венком на голове, она не то ждет чего-то, не то уходит в себя и свои фантазии от угроз реального мира. Верная подруга или рабыня?

Восьмерка Мечей в «Таро Элементов», которое вновь радует нас своим позитивным мышлением, связана с сочетанием сил Меркурия и Сатурна. Это именно системное мышление, структурализм подхода, уравновешенность в суждениях в сочетании с блестящим интеллектом.

Как раз те самые две планеты, которые хорошо друг к другу относятся в моем гороскопе. Результатом их влияния является, полагаю, и эта книга.

Девятка Мечей. Одна из самых трагичных карт колоды и вместе с тем достаточно простая для понимания. Некоторое смущение в ее значение внес лишь Уэйт, о чем мы поговорим немного ниже. В его традиции карта зачастую читается оракульно, как пробуждение от кошмара, но все еще переживание страха, а также в соответствии с нюансами колоды. В общем же и обычном значении Девятка Мечей как пик расцвета и целостность трагичной и интеллектуальной масти – это очень острое и осознанное переживание, жесткие самообвинения или крайне негативная оценка обстоятельств. Жесткость переживаний здесь обусловлена представлением о себе как об объекте воздействия.

Девятка Мечей в системе Уэйта изображает женщину, проснувшуюся в кошмаре. И здесь у интерпретаторов есть два пути: считать, что кошмар уже закончился, или же полагать, что ночной ужас все еще владеет душой несчастной. Но в целом это карта ощущения безнадежности и отчаяния, потому что в Золотой Заре она называлась «Владыка отчаяния и жестокости». И позитивное «окончание ночных страхов» – это именно оракульное прочтение карты.

Девятка Мечей в системе Тота Кроули не дает двусмысленности, несмотря на отсутствие сценичного содержания. Девять мечей на тревожно-подавляющем, угрожающем красноватом фоне окроплены стекающей кровью. Карта называется «Жестокость». И это обыкновенно жестокость к себе или другим, в масти Мечей – интеллектуального свойства, например обесценивание, фанатизм, радикальные и беспощадные точки зрения, зачастую ведомые «чудовищами Хаоса», силами бессознательного.

Девятка Мечей в колоде Хайндля называется «Назойливые помыслы». На пен немного зловещая или, наоборот, трагичная птичка появляется из плотной стены (обыкновенно очень напряженной, в отличие от разнообразного пространства у Хайндля). И саму птичку. И поле пронзают девять мечей, разрезая и немного окровавливая пространство. Снизу к мечу тянется детская или юношеская рука. Здесь можно увидеть обреченность и жестокость невинности, воплощенной и в руке, и в птице, похожей на павлина Двойки Чаш, чьи перья мы видим в Старшем аркане «Справедливость» (и тут мечи словно повторяют хвост павлина в Старшем аркане). Если говорить о связи этих карт, то жестокими, беспощадными помыслами и назойливыми мыслями может быть разбита именно любовь и нарушена справедливость.

Девятка Мечей в «Романтической Викториане» дает интересную фантазию на тему карты из колоды Уэйта-Смит. Девушка, в сомнамбулическом состоянии, гуляет по краю крыши – она еще не проснулась и находится в своих снах, иллюзиях, грезах. По своему смыслу эта карта ближе к Восьмерке Мечей, нежели к Девятке.

Девятка Мечей в «Таро Элементов» называется «Гром», связывается с силами Урана и Плутона. Достаточно сложная карта. Группа людей прославляет божественный лик в небе, очевидно, их верой построены высокие городские здания. Но никто не замечает, что жертвой этого величия пал прекрасный ветверогий олень, его тело мертвым и скорбным лежит на земле. Авторы этой колоды строго и четко следуют своей системе, потому в Девятке Мечей у них пик развития, но и жертвы масти. Построены новые общественные системы, есть новая вера, однако теряется инстинктивное, животное – и живое – начало. Это хорошее напоминание для масти.

Десятка Мечей – беспощадная карта. О ее значении можно сказать кое-что хорошее и кое-что плохое. Плохое – то, что все очень плохо, хорошее – что хуже уже не будет. Она хорошо компилируется со Старшими арканами «Страшный суд» (в старой традиции Таро, а не в новой, где это оптимистичное «Возрождение») и «Башня». Как всякая Десятка, она воплощает угасание и исход масти, дальнейшую безнадежность развития цикла. В масти Мечей Десятка говорит о бессмысленности дальнейшего познавания мира в определенной ситуации (и это может быть достаточно благополучный вариант, например крайняя умственная усталость) или же о полном своем поражении, крушении всех представлений о себе и мире. Все оказалось совсем не таким. А то, что было таким, все равно умерло. В ее переживании есть какое-то безвременье, которое проблесками мелькает, собственно, во всех Десятках. Но тут оно наиболее зримо. Безвременье ужаса и пустоты, в жалких попытках собрать какие-то осколки прошлого. (Чувствую, что описание этой карты мне тоже удается особенно хорошо.)

Единственным выходом из этой карты является шаг вовне из прежних представлений о мире. Сложатся ли новые и какие – неизвестно. Потому эта карта напоминает «Суд» и «Башню», однако в отличие от Старших арканов неизменно проигрывается в реальности, ощущается, проживается, а не существует просто как некая идея. У интерпретаторов может случиться желание найти все лучшее, что может быть в этой карте, – хотя бы через конкретную колоду, в надежде, что это поможет. Зачастую это ложные надежды: мне однажды выпала честь обменяться раскладом на год в определенной сфере с создательницей колоды «Джейн Остин Таро». Я попросила у нее прогноз на романтические отношения, и она вытащила Десятку Мечей. Грустное известие, хотя тогда я еще не понимала всей глубины возможных последствий. Но мне было сказано, что это все же ночь перед рассветом, потому что на картинке убегает лорд Дарси, Элизабет думает, что все кончено, а на самом деле он вернется и все будет хорошо. Строго говоря, в такой трактовке есть очевидный смысл, потому что он согласуется с источником истории. В моей жизни так не случилось, хотя я честно в течение целого года думала каждый очередной раз, что вот-вот произойдет перелом в ситуации и все окажется не так плохо. В результате выйти из нее я смогла лишь сама, именно описанным выше способом – полностью разрушив прежние представления (в определенной области жизни и взаимоотношениях, разумеется, а не во всей существующей для меня реальности) и очень медленно и постепенно собирая то, что еще могло пригодиться (на самом деле оказалось очень мало). Однажды пережив такое, Десятки Мечей уже не так боишься.

Десятка Мечей в системе Уэйта – простая и однозначная карта, изображающая тело, лежащее посреди пустынного места и пронзенное десятком мечей. Астрологическое соответствие этой карте в Золотой Заре оказывается одним из самых удивительных в своей парадоксальности – это Солнце в Близнецах, позитивное дневное светило в достаточно легком, мутабельном, воздушном знаке. Чтобы объяснить эту астрологическую атрибутацию, сторонникам этой системы приходится очень сильно постараться. Общее ее значение – катастрофа, внезапный крах, ужасные времена. Встречалось мне и позитивное отыгрывание этой карты – вы уже не удивитесь, если я скажу, что это было в колоде Tapo «Богемские Барочные коты». Карта обозначала сильную усталость, прежде всего интеллектуального свойства, и крепкий сон, по возвращении с моего учебного семинара по этой колоде. Больше никаких происшествий не было. Так, сроки воздействия карты играют решающую Роль при определении ее трагичности.

Десятка Мечей в системе Тота Кроули – это разум, охваченный безумием, отрезанный совершенно от реальности. Потому это настоящее крушение интеллекта и всех нравственных способностей. Согласуя значение карты с гексаграммой 43 из И-Цзин, Кроули говорит об упадке творческого импульса, слабости и разложении ума. Дл художницы колоды Фриды Харрис эта карта стала символом массового безумия в разрушении: когда она ее закончила, началась мировая война.

Десятка мечей в колоде Хайндля называется достаточно позитивно – «Кризис как шанс». Песчано-каменистая материя Хайндля здесь превращается в далеко тянущийся ландшафт из не то развалин, не то пещер. Видна даже линия горизонта, что практически не встречается в остальных картах колоды. Но раны в земле от десяти воткнутых в нее мечей сочатся кровью и преграждают путь взгляду. На переднем плане видны некоторые обломки самих клинков, очевидно разбившихся о землю.

Вновь можно вернуться к взгляду на эту колоду с точки зрения того, что рисовал ее очень мудрый, пожилой и много повидавший мужчина. Здесь видна и глобальность, масштабность поля кризиса, но также и широкое видение всего происходящего. Точка зрения, с которой любая катастрофа или ужас – лишь часть какого-то цикла, процесса и всегда – некоторая частица шанса, удачи. В том числе возможность измениться, повернуть судьбу. Это самая главная и важная правда о Десятке Мечей.

Десятка Мечей в «Романтической Викториане» – одна из самых печальных и трогательных карт колоды. На берегу моря русалка, призрачный дух воды ласкает умершего мужчину, очевидно утопленника. Картина насыщена печалью, тоской, нежностью и покорностью. Это еще один взгляд на переживания Десятки Мечей, которую можно воспринять и как трагичную данность саму по себе, оплакать и проститься.

Десятка Мечей в «Скачанном Таро» ориентирована на сказку «Стойкий оловянный солдатик» Х. К. Андерсена. Она придает значению карты богатый ролевой сценарий, включающий романтические знаки и отношения, но также и неизменный исход оных в никуда. Это оказываются напрасные надежды, хотя и яркая игра.

Десятка Мечей в «Таро Элементов» называется «Циклон», и, верные своей системе, создатели колоды придают этой карте значение серьезных ограничений, крушения идей или концепций, ловушки системы или же в катящемся колесе. Картой управляют планеты Сатурн и Уран: первый дает серьезные ограничения, второй глобальные изменения. Так, мы видим, что в современных колодах Таро, не клонирующих предшественников начала XX пека, Десятка Мечей становится трагичным исходом, катастрофой – но и в большой степени призывом к изменениям, что для нашего более быстрою времени уже и неудивительно.


Сейчас читают про: