double arrow

Два года спустя. 4 страница


У Риз появиться шанс. Я собирался дать ей шанс.

Я ждал, чтобы позвонить Риз, пока не переговорил с Эстор Манро. Дважды, я порывался написать ей сообщение, пока не осознал, что она не сможет прочесть его или ответить мне, так что я остановил себя. Вместо этого я провел оставшуюся часть дня и вечер на пляже с Харлоу, Грантом и Лилой Кейт, затем вернулся в дом Нан, чтобы собрать вещи. Я должен был уехать, как только профессор позвонит мне.

Эстор Манро позвонил мне до десяти часов утра, следующим утром, и сказал, что он очень заинтересован в оказании помощи Риз. Он даже казался взволнованным и заинтригованным ее ситуацией. Его цена была не из дешевых, но он объяснил, что он выделил ей место в очень плотном графике. Он задавал мне вопросы, ответы на которые я не знал. Она совсем мало рассказала мне о своем прошлом. Я дал ему ее контакты и сказал, что сегодня переговорю с ней. Я надеялся что, когда я уеду, она сам позвонит профессору, он заверил меня , что если в течение двух дней не дождется ее звонка, то он сам ей позвонит. Риз была дома, когда я позвонил и спросил, могу ли я заехать и поговорить. Теперь я снова был здесь у двери ее квартиры, надеясь, что она примет этот шанс и воспользуется им. Я не могу сделать больше, чем это. Даже если я и хотел остаться и держать ее за руку, это было невозможно. Дома меня ждали лошади и мое ранчо.

Риз открыла мне дверь после первого стука, и застенчиво улыбнулась мне, прежде чем отступить и позволить мне пройти внутрь. Сегодня ее волосы были распущены. Длинные, темные, шелковые пряди мягкими волнами доходили до поясницы. Они завивались. Черт, это было лучше, чем я себе представлял. Мне пришлось прочистить горло, чтобы успокоить мое мгновенное возбуждение.

- Мне нравятся твои распущенные волосы, - выпалил я прежде, чем смог себя остановить.

Щечки Риз порозовели, и довольная улыбка коснулась ее губ. Кто-то раньше, наверное, говорил ей об этом. - Спасибо, - тихо ответила она.

Я шагнул внутрь и оторвал глаза от ее длинных ног, которые полностью демонстрировали ее шорты. Даже ярко полосатые носки, доходившие до половины ее икр, не отвлекали от ее прекрасных ног.

- Могу я предложить тебе, что-нибудь выпить? - ее голос дрогнул, словно она нервничала.

- Ух, да, спасибо, - ответил я, зная, что у меня не было времени, чтобы, что-то выпить. Я должен был рассказать ей детали и поехать в аэропорт.

Она прошла в уголок комнаты, где была ее кухня. - У меня есть апельсиновый сок, и я только что сделала немного лимонада. Прости, но у меня не большой выбор, - сказала она, оглядываясь на меня.

- Лимонад, звучит отлично.

Она просияла, словно ей доставило удовольствие, что я хотел попробовать ее лимонад. Я наблюдал, как она достала стакан с открытой полки, вместо настоящего кухонного шкафчика. Все было аккуратно организованно. Даже полки с едой были аккуратными. Мне нужно было, чтобы она приехала ко мне домой и привела в порядок мои шкафы. Найти в них, что-то было сущим кошмаром.

В стакане зазвенел лед, и я снова вернул к ней свой взгляд. Она налила мне лимонад, затем положила кувшин обратно в узкий холодильник. В нем не могло быть много места.

- Когда ты была в школе, кто-нибудь говорил о том, что у тебя возможно дисклексия? - спросил я, когда она несла мне напиток.

Она остановилась на пол пути. Затем продолжила идти ко мне. - Нет, но я слышала о ней. Я просто не знаю, что это конкретно значит.

Я взял стакан и сел на кресло напротив дивана. – Специалист, с которым я вчера встречался, считает, что это именно то, чем ты страдаешь. Дисклексия не значит, что ты, каким то образом менее интеллектуальна, чем другие. Меня связали с профессором, имеющим докторскую степень в изучении таких расстройств. Он специализируется на дисклексии. Услышав о твоей проблеме, он готов работать с тобой бесплатно. Его отца никогда не диагностировали, и он не мог научиться писать и читать до пятидесяти лет. Сейчас это его страсть. Он хочет помогать людям. Он хочет помочь тебе.

Риз села на диван, смотря на меня с огромным количеством эмоций на лице. Но самым главным был страх. Я не хотел, чтобы она боялась этого. Я хотел дать ей надежду.

- Скажи мне, что ты об этом думаешь, - подбодрил я ее.

Она крепко стиснула руки на своих коленях. - Что . . . что если мы узнаем, что это не дисклексия, и ты потратил на это столько сил. Возможно, я просто глу -

- Не заставляй меня снова слышать, что ты себя так называешь. Это приводит меня в бешенство, Риз. Я серьезно говорю. Ты далеко не такая, обещаю тебя. И если твоя проблема не в дисклексии, доктор Манро выяснит что это такое. Это проблема связанна с обучением. Ее можно решить.

Он крепко зажмурила глаза и сделала глубокий вдох. Я видел, что она хотела в это верить. Я просто должен был убедить ее, принять это. - Он сможет выяснить, в чем моя проблема, если окажется что это не дисклексия? - спросила она, смотря на меня этими огромными светло голубыми глазами, из-за которых у меня сжималась грудь.

- Да. Он сможет.

Она издала тихий смешок, затем прикрыла рот, когда из него вырвался всхлип. Я не был уверен, стоит ли мне успокоить ее, или подождать, но затем она встала и бросилась ко мне. Ее руки обхватили мою шею, когда она прижалась ко мне. Сладость корицы захлестнула все мои чувства. - Спасибо тебе . . . Я даже не знала . . . даже этого не достаточно. Я не могу подобрать правильные слова. Просто . . . спасибо тебе, - сказала она, когда она испустила еще один всхлип, все еще крепко прижимаясь ко мне.

Я нежно обхватил ее руками и чертовски пытался не думать о том, насколько приятно было ощущать ее грудь, прижатую ко мне. Она была переполнена эмоциями и благодарила меня. Я не собирался этим воспользоваться. - Пожалуйста. Я рад, что ты готова это сделать. Думаю, ты создана для великих дел, Риз. Просто тебе нужен был кто-то, кто смог бы подтолкнуть тебя.

Она отстранилась посмотреть на меня и улыбнулась мне мокрыми от слез губами, затем уткнулась своим лбом в мою грудь. - Я не могу тебе поверить. Я не знаю, почему ты хочешь помочь мне, или что я сделала, чтобы заслужить это. Я разбудила тебя, распевая песни, и я знаю, что пела я ужасно и возможно очень громко. И я разбила твое зеркало и развела беспорядок, который даже не убрала, и я перепачкала тебя кровью. Я просто не знаю, почему все это подтолкнуло тебя сделать, что-то вроде этого для меня. Но, спасибо тебе, - она еле остановилась, чтобы сделать вдох, после того как излила все свои чувства на моей груди.

Улыбаясь, я дотянулся и прикоснулся к ее волосам. Я боролся с этим желанием с тех пор как пришел и увидел их распущенными. Как я и представлял, они были шелковистыми. - Ты разбило зеркало моей сестры, а я не особо беспокоюсь о Нан. Кроме того, она может себе позволить заменить его. Ты никогда не пачкала меня кровью, только пол, и я убрал этот беспорядок. Это все прошло. Что насчет твоего пения, да, оно ужасно. Но в тебе Риз есть что-то, что заставляет меня хотеть сменить этот потерянный взгляд, когда я смотрю в твои глаза.

Она застыла в моих руках, затем ослабила свою хватку и отклонилась посмотреть на меня, перед тем как убрать руки с моей шеи и отойти, но только на пару дюймов. Ее губы расплылись в улыбке. - Мое пение ужасно, не так ли? - затем она рассмеялась. - Боже, мне было так стыдно, когда я развернулась и увидела, что ты стоял там, - она покачала головой. - Готовлю я лучше, чем пою. Я обещаю. Могу я сегодня приготовить для тебя ужин? Мне хочется что-нибудь сделать для тебя.

Никогда еще я не был так расстроен из-за приобретения новых лошадей. Мне нравились деньги, и мне нужны были лошади, чтобы и дальше развивать ранчо. Но, проклятие, если бы только мне не нужно было их переправлять прямо сейчас. - Мне нужно идти, - сказал я ей.

Свет в ее глазах погас, но только на мгновение. - Верно. Тебе нужно вернуться в Техас. Я забыла.

Я кивнул. - Мне уже нужно ехать в аэропорт.

Я встал и, она отступила назад, давая нам больше пространства. Я не хотел, чтобы она отступала. Она забрала с собой этот запах корицы и сахара.

- У доктора Манро есть твой номер, но вот здесь есть его контактная информация. Позвони ему. Он ждет твоего звонка. Он позвонит тебе в том случае, если ты сама не сделаешь это.

Она взяла бумагу из моих рук и кивнула. - Я позвоню. Сегодня, - ответила она.

- Хорошо, - мне было необходимо уйти, но я стоял здесь и смотрел на нее.

- Еще раз спасибо. Серьезно. Я могу сказать это еще миллион раз, - ее глаза блестели от не пролитых слез.

- Ты не должна этого делать. Но я хочу, чтобы ты мне позвонила, после того как встретишься с ним. Мне будет интересно, как идут дела. Держи меня в курсе.

Она лучезарно улыбнулась мне. - Да, я так и сделаю.

В последний раз, посмотрев на нее, я направился к двери. Мне нужно уйти, пока я не дотянулся и не прижал к себе эти блестящие волосы, так чтобы я мог вдыхать ее запах корицы и запутаться в этих шелковистых локонах.

- Будь осторожен, - сказала она.

Я открыл дверь, затем оглянулся на нее и подмигнул — Всегда.

Риз

Мое двойное свидание пришлось отложить. Мы договорились на четверг, но в четверг был первый вечер, когда я могла встретиться с доктором Манро. Но думала о том, чтобы позвонить Мейсу и сказать ему, что я звонила профессору и договорилась о первой встрече, но он сказал, чтобы я позвонила ему после встречи. Я не хотела доставать его.

Так что вместо этого, я подолгу смотрела на фото его ботинок на моем телефоне.

Я влюблялась в Мейса Меннинга. Со мной это было не в первый раз. Пару раз мне нравились мальчики в школе, но я быстро узнала, что эти парни флиртовали со мной только тогда, когда никого не было поблизости. Когда они видели меня в холе школы, они игнорировали меня. Я была невидимо для них пока мы не оставались одни. Эта влюбленность быстро проподала, и я перестала обращать внимание на симпатичных парней. В последний год старший школы, капитан чирлидеров застукала своего парня прижимающимся ко мне и впала в бешенство. Он больше никогда со мной не разговаривал, что было облегчением, но вскоре после этого вся школа заговорила о том, что я лесбиянка.

Не думаю, что это было настолько плохо. Я не интересовалась девочками. Особенно теми гадюками, с которыми я ходила в школу, но я уверена, что и парни мне также не нравились. Так что я позволила им обзывать меня, и просто игнорировала их. В конце концов, они переключались на тех, кто реагировал на их нападки.

Излишне говорить, что прошло много времени с тех пор как я — клянусь — богом, влюблялась в парня. Мой отчим позаботился о том, что бы я держала мужчин на расстоянии равное размеру футбольного поля. Я съежилась, подумав о человеке, который забрал мою невинность и запятнал меня на всю жизнь.

Отбросив в сторону все мысли о Мейсе, я пошла принять душ. Воспоминания о том, как мой отчим всегда заставлял меня мыть дочиста тело под очень горячей водой, которую я только могла выдержать, всплыли в моей голове, но меня хотя бы больше не вырывало, когда я думала о нем. Я отдалялась от своего ужасного прошлого. Мне становилось лучше.

В среду вечером мой телефон зазвонил, как только я достала лазанью из духовки. Я сделала целую сковородку, надеясь, что Джимми возможно захочет зайти и поесть. Но он позвонил мне около трех и дал мне знать, что вечером он будет гулять, так как я отменила наше двойное свидание. Он настаивал чтобы я выбрала другой день, когда мы сможем все устроить, но меня это никак не интересовало. Прямо сейчас, я была очень сосредоточена научиться читать.

Так что я продолжала искать оправдание, почему я не могла пойти.

Я бросила рукавичку и пошла, поднять телефон. Мое сердце забилось сильнее, когда на экране я увидела ковбойские сапоги. Это был Мейс.

- Привет, - сказала я, ответив после третьего звонка.

- Эй. Ты мне не позвонила, - в телефоне раздался его глубокий голос и, пальчики на моих ногах вжались в ковер.

- Ох, да, я пойду на первую встречу только в четверг, - объяснила я, очень благодарная за то, что сейчас, он не может видеть глупую улыбку на моем лице.

- Хорошо. У тебя уже есть расписание. Он понравился тебе, когда ты говорила с ним по телефону?

Я прошла и села в кресло, в котором сидел он, перед тем как уехал, и подогнула под себя ноги. - Да. Он был очень мил. Кажется, он горит желанием встретиться со мной. Он задал мне несколько вопросов, и услышав мои ответы сказал, что уверен в том, что у меня и в самом деле дисклексия. - Когда он это сказал, мне захотелось танцевать и прыгать от радости.

- Завтра вечером я буду свободен. Позвони мне, когда закончишь. Я хочу обо всем услышать.

Тот факт, что он так заботится, заставил мою слабую влюбленность разгореться и стать больше. Влюбиться в кого-то в роде Мейса Меннинга было глупо и смешно. Скорее всего у него была целая вселенная женщин влюбленных в него. Он помогал мне, и я поставлю его в неудобное положение, если он узнает, что я к нему чувствую.

- Хорошо. Я позвоню, - заверила я его.

- Отлично. Мне надо идти. У меня ужин с родителями. Поговорим с тобой завтра вечером.

- Ладно, пока, - ответила я.

Бросая телефон на колени, мне хотелось кричать и визжать. Но вместо этого, я встала и пошла насладиться лазаньей.

Эстор Манро, был не тем, кого я ожидала увидеть. Когда я думала о профессоре, я представляла себе мужчину с сединой волосах и возможно в очках. Может быть даже с пузом, под накрахмаленной рубашкой.

Чего я не ожидала, это мужчины около тридцати пяти лет, с высоким, стройным телом, одетым в пару голубых джинс, кроссовки Nike и рубашку поло с коротким рукавом. Но не был красавцем, хотя, я сравнивала с Мейсом, а это было не честно. Мне бы не хотелось, чтобы меня сравнивали с Харлоу. Они были красивыми людьми. Так что я должна была поступать так и с доктором Манро.

У него были добрые светло карие глаза. Он совсем не заставлял меня нервничать. Как только я вошла к нему в офис, он встал, улыбнулся и предложил мне присесть. После каждого вопроса и просьбы, он заверял меня, что это все, для того чтобы помочь мне научиться. Было очевидно, что моя проблема взволновала его. Он поделился историей о страданиях своего отца, и я с благоговением слушала, как двадцати однолетний доктор Манро учил своего отца бороться с тем, с чем он жил всю свою жизнь.

Но когда я встала, чтобы уйти, он сделал замечание, которое я не поняла. Я думала о нем в такси по дороге домой, пока водитель женщина рассказывала о своих внуках, и насколько вкусными были ее курица и пельмени.

Когда я поблагодарила его за то, что он так быстро нашел для меня время в своем расписании, он сказал, что за это я должна благодарить мистера Меннинга.

Вопрос был в том, что это могло значить? Сделал ли Мейс что-то, что заставило его так быстро действовать? И если так, что именно он сделал?

Мейс

В следующий раз, когда кто-то постучит в мою дверь, я собирался сначала посмотреть в окно, а уж потом идти открывать. Я ждал звонка от Риз, когда совершил ошибку, открыв дверь. Корделия, моя «подружка по интересам», с самодовольным видом, одетая в облегающие джинсы и блузку на бретельках. Ее ботинки застучали по деревянному полу, и она усмехнулась мне, направляясь в мою спальню.

- Ты не позвонил, а мне нужно хорошо потрахаться, - крикнула она через плечо, перед тем как стянуть блузку и, смеясь бросить в меня.

Мой член даже не дернулся. Дерьмо.

Я надеялся, что . . . то что я чувствую к Риз не выходит за рамки дружбы. Но черт меня дери, все, о чем я мог думать это, что не так с Корделией. Во-первых у нее на пупке был пирсинг. Раньше мне казалось это сексуальным, но сейчас было ощущение, что она перегибает палку. И ее бедра не были выпуклыми. Когда она покачивала своими несуществующими боками, ее попка не округлялась. Ее почти не было.

У нас ничего не получится. Я дружил с Корделией годами. Два года назад мы вместе напились и переспали, и вместо того чтобы посчитать ситуацию неловкой, мы решили, что все в порядке. Мы удовлетворяли потребности друг друга, когда в этом была необходимость. Лишь однажды мы прекратили делать это, когда у нее на четыре месяца завязались серьезные отношения с парнем, который, как оказалось, был женат. Она покончила с ним, и мы вернулись к нашим старым взаимоотношениям.

Я не часто ходил на свидания. Я не был достаточно доступен для женщин. Они слишком много требовали, и после парочки неудачных отношений, я решил, что секс с Корделией, меня более чем устраивал. Но кажется, сейчас это все закончилось. Что-то изменилось.

И это что-то — Я.

Проклятье. У меня на это не было времени.

- Тебе надо было позвонить, - сказал я ей, бросая обратно ее блузку.

Она не поймала ее и позволила ей упасть на пол у ее ног. Озадаченное выражение ее лица, не предвещало ничего хорошего. - Я никогда не звоню. Я просто прихожу. Так же как и ты, - напомнила она мне.

- Я жду телефонного звонка. Это важно. Сегодня я не могу.

Она руками обхватила свои сиськи и, ущипнула розовые соски.

- Ты хочешь сказать мне, что телефонный звонок лучше этого?

Я слишком хорошо знал женщин, чтобы не говорить ей правды. Так что я пожал плечами.

- Сегодня ничего не получится. Я не уверен, когда получится. Впереди у меня очень занятая неделя. - В случае если эти чувства, играющие моей головой, где Риз, была заинтересована мной, исчезнут, мне бы не хотелось заканчивать свои дела с Корделией. Она также была моим другом.

Она дотянулась, схватила и дернула вверх свою блузку. - Прекрасно. Будь задницей. Я не вернусь, так что если ты захочешь меня, тебе придется прийти и взять, - сердито сказала она.

Ох, боже. Я не поэтому крутился возле нее. Корделия не разыгрывала драм. С ней было легко общаться. А это была драма. Я ненавидел драмы.

- Прости Корд. Я и в правду занят. У меня многое поставлено на карту. Просто сейчас для меня не самое лучшее время. Мысленно, я не в игре.

Она посмотрела на меня, а захлопнул за собой дверь.

Если повезет, она проспится и завтра придет в себя. Мне нравилась Корделия. Просто она никогда не нравилась мне больше чем друг. Периодический секс был лучше, чем мастурбировать в одиночку. Я должен был перед ней извиниться, но прямо сейчас, я был рад, что она ушла без лишнего шума.

Мой телефон зазвонил. Внезапно, я перестал думать о Корделии.

- Эй, - сказал я, когда поднес трубку к уху, желая услышать, как Риз расскажет мне о своей встрече.

- Я надеюсь еще не очень поздно. На Тридцать Первой А случилась авария, и образовалась пробка. - Ее мягкий голос согрел меня через телефон.

- Нет, еще не так поздно. Кто свозил тебя?

- Я взяла такси. Эта женщина, знакомая Джимми, которая живет недалеко от Панама Сити. Она работает на этой полосе пляжа почти двадцать лет. У нас здесь не так много такси.

Она ездила с женщиной. Это заставило меня чувствовать себя лучше. Если бы ее отвез незнакомый мужчина, это заставило бы ее ощутить дискомфорт. Я не подумал об этом. Я продолжал забывать, что у нее нет машины.

Постойте . . . - Риз, ты умеешь водить машину? - если она не могла читать, у нее не было возможности пройти письменный тест и получить права.

- Нет , - ответила она.

Еще одна вещь, усложнявшая ее жизнь. - В следующий раз, когда я буду в городе, мы поедим за город и я дам тебе пару уроков. Мы также начнем изучать письменный тест.

Несколько секунд она молчала. Я задумался, возможно, она боялась сесть за руль. Затем, я наконец то услышал звук ее движений. - Хорошо. Мне бы этого хотелось.

Мне бы тоже. - Расскажи мне о своей встрече.

- Доктор Манро был мил. Он очень взволнован идеей помочь мне. Я прошла пару тестов, и у меня определенно дисклексия. Вот и все. Это единственная проблема, которая у меня есть. Он сказал что мои учителя или родители должны были понять это, когда я была ребенком, но каким то образом это недоглядели или неправильно диагностировали . . . - Она замолчала. Я не хотел, чтобы она об этом думала. Кто-то сказал ей, что она глупая, и я знал ее родители были частью этого.

- Когда ты начнешь с ним работать?

- По понедельникам после обеда он приезжает в Грейтон Бич, что не так далеко отсюда. Там живет его мать, и он приезжает поужинать с ней. Он сказал, что мы могли бы встретиться в городской библиотеке. Затем после обеда по четвергам, я должна приезжать к нему в офис и делать уроки. Он сказал, что я быстро начну читать, как только он научит меня, как концентрироваться на слове. Никто раньше не работал со мной так, как мне было необходимо.

Она была взволнованна. Пока она продолжала говорить, ее голос становился громче и быстрее. Это было так мило. Я мог представить ее голубые глаза, светящиеся счастьем.

- К тому времени как ты вернешься, возможно, я уже смогу почитать тебе, - сказала она, и затем я услышал ее нервный смех, словно она не собиралась говорить это вслух.

- Зачем ждать пока я приеду? Ты можешь читать мне по телефону, когда будешь звонить, чтобы рассказать, как прошли уроки.

Она снова притихла, и я позволил ей пару секунд обдумать эту идею. Я не хотел ее пугать. Но мне хотелось, чтобы со мной ей было комфортно. Даже по телефону. - Ты хочешь, чтобы я звонила после своих уроков? - спросила она.

- Конечно же, хочу. Если с этим нет проблем. Мне бы хотелось быть в курсе, как идут дела.

- Да, с этим нет никаких проблем. Я . . . Я так и сделаю. И когда я буду достаточно храбра, я почитаю тебе.

Риз

Две недели я ходила на занятия и после звонила Мейсу. К четвертому уроку я осознала, что я больше взволнована услышать голос Мейса, чем от самого предстоящего урока. И это говорило о многом, потому что я любила свои уроки. Я любила насколько сильной я себя чувствовала, когда научилась концентрироваться на словах и расшифровывать то, о чем говорилось.

Я никогда не стану быстрым или заядлым читателем. Доктор Манро сказал мне, не позволять этому сломать меня.

Чтение никогда не будет моей сильной стороной, но я буду иметь возможность просто читать. Это больше не помещает мне научиться водить машину, пойти в колледж, или заполнить заявление на работу.

В начале третей недели, я была готова встретиться с доктором Манро в библиотеке города. Он собирался дать мне домой книгу, с которой я смогу практиковать свое чтение. Две последние книги, которые он мне дал, были очень легкими, иллюстрированные книги с одним или двумя словами на странице. На следующем уроке я прочитала каждое из них за пять минут. Сегодня он собирался дать мне что-нибудь посложнее. Я готовила себя к этому. Я могу это сделать.

Затем, после всего я позвоню Мейсу и расскажу о моих занятиях.

Лила Кейт проснулась после дневного сна и заплакала, и я передвинулась с лестницы, где вытирала пыль, чтобы позвать Харлоу, но она уже бежала из- за угла с улыбкой на лице. Когда ее не было рядом с Лилой Кейт, с ней всегда была радио-няня. Я забыла об этом.

- Она позволила мне закончить печенье, которое я делала для Гранта, сказала Харлоу, когда проходила мимо меня по лестнице. - Почему бы тебе не взять перерыв и не поесть со мной печенье с молоком, когда они остынут?

Харлоу всегда просила меня о таких вещах. Она не игнорировала меня, как это делали другие клиенты, и она не смотрела на меня свысока, когда разговаривала со мной. Вместо этого она обращалась со мной на равных. Она была благодарна мне за помощь, даже, несмотря на то, что она платила мне за это.

- Мне бы хотелось и, спасибо что спросили, но вечером у меня встреча. Я должна закончить все и пойти домой, чтобы привести себя в порядок, прежде чем пойду на встречу, - хотелось бы мне не отказываться от такого предложения. Я пропустила завтрак и была голодна.

Харлоу улыбнулась мне. - Я могу тебе в этом помочь. Ты поешь со мной печенье с молоком, а я отвезу тебя домой. Если я тебя подвезу, ты будешь дома гораздо раньше. И не говори мне нет. Ты отказала мне на прошлой неделе , а мой брат позвонил чтобы удостовериться, что я тебя отвезла. Я объяснила, что ты не позволила мне, а он обвинил меня. Так что начиная с сегодняшнего дня, я тебя отвожу. Никаких возражений. - Она развернулась и поспешила к Лиле Кейт, которая как только услышала голос Харлоу, заплакала намного громче.

У меня заняло несколько секунд, чтобы успокоиться. Я прижала руки к своим щекам, мне бы очень хотелось не краснеть. Мейс звонил, чтобы проверить отвезла ли она меня домой. Он думал обо мне, помимо тех моментов, когда мы с ним разговаривали. Сумасшедшая улыбка, которая расплывалась на моем лице, каждый раз, как я думала о Мейсе, снова вернулась.

Когда я снова начала вытирать пыль со ступень, у начала лестницы снова появилась Харлоу, держа в руках широко раскрывшую глаза и улыбающуюся Лилу Кейт. Теперь она была счастлива, что с ней была ее мамочка. Малышка могла осветить комнату.

- Лила Кейт тоже ждет тебя на печенье с молоком. Так что ты не можешь ей отказать. Никому не разрешается говорить ей нет. Спроси об этом ее папочку. - Сказала Харлоу, спускаясь по ступенькам. - Давай пойдем и насладимся нашим перерывом.

Я не собиралась спорить. Это было бы невежливо, и потом, раз Мейс так сильно хотел, чтобы она подбросила меня, что даже позвонил, чтобы проверить ее, я не собиралась говорить ей нет. Кроме того, я была действительно голодна.

Кухня в доме Картеров напоминала мне сцену из ситкома. Она была обжитой и теплой, но не было ничего лишнего. Харлоу посадила Лилу Кейт в подвесные качели, которые были расположены в нише окна, выходящего на задний двор. - Ты катайся и смотри на птичек, а я приготовлю твою бутылочку. - Сказала она своей дочери, словно малышка понимала, что ей сказала мать. Затем она повернулась ко мне. - Если ты предпочитаешь кофе, я могу тебе его приготовить. Я не могу пить кофе, только если оно без кофеина, и даже в этом случае мне можно только чуть-чуть. Но у меня оно есть. Грант пьет кофе.

Мне было достаточно и молока. - Я люблю молоко, - ответила я. - Я могу вам помочь?

- Просто сядь и передохни. Ты без остановки работала часами. Ты должна прерываться на ланч.

По контракту с агентством, я не должна была прерваться больше,чем на пятнадцать минут каждые два час. И я поняла, что многим людям, у которых я убиралась, не нравились мои перерывы. Если они были дома, они хотели, чтобы я работала, пока все не закончу. Так что я так и делала.

В доме Картеров многое было по-другому. Данный перерыв, также относился к этому. Это также был мой любимый дом, потому что мне удавалась понаблюдать за нормальной, счастливой семьей. Такого я раньше никогда не видела. То как Харлоу обожала свою дочь, заставляло меня улыбаться, но в моей груди также была боль, за то, что у меня никогда не было. То, что моя мать решила мне никогда не давать. Любовь.

От Гранта Картера держащего свою дочь захватывало дыхание. Даже, когда он смотрел на нее через комнату. Его лицо полностью излучало любовь и абсолютную преданность. Ни у кого не вызывало вопросов то, что он защитит свою маленькую девочку любой ценой. Я не раз ловила себя на мысли, был бы таким мой настоящий отец. Знал ли он вообще о моем существовании?

Я прогнала эти мысли и сосредоточилась на Картерах. Я не буду думать о своей семье или о моем прошлом. Это лишь приведет меня в подавленное состояние. Я упорно старалась не думать и не останавливаться на мыслях об этом.

Этот дом, был настоящим домом. Это было счастливое и безопасное место. Даже не смотря на то, что он был самым маленьким из домов, что я убирала, он по прежнему был тем местом, куда я стремилась каждую неделю.

Харлоу поставила стакан молока и тарелку с двумя большими печеньями с шоколадной крошкой передо мной. - Давай начинай, - сказала она, и поставила такую же тарелку перед стулом напротив меня. - Я попробую перекусить, пока Лила Кейт не вспомнила, что пришло время поесть. В любом случае ее бутылочка будет готова через пару минут. Она должна согреться, - она присела.

- Они восхитительно пахнут, - сказал я ей, надеясь, что это было хорошим поводом начать их поглощать. Я была голоднее, чем думала, и чудесный запах усложнял задачу, есть помедленнее, культурно маленькими кусочками.

- Такими они и должны быть. Это рецепт моей бабушки. Она делала лучшее печенье, - ответила Харлоу. - Грант их обожает.

Как я и предвидела, я закончила первое печенья за три прикуса. Харлоу улыбалась, наблюдая за мной. Она тоже радостно жевала, поэтому мне было не так неловко. Но эти печенья были действительно очень вкусными.

- Ты разговаривала с моим братом, с тех пор как он вернулся в Техас? - спросила Харлоу, удивив меня.

Я кивнула, раздумывая, должна ли я дать ей больше информации. Хотел ли Мейс чтобы она знала, что мы общались? Возможно, она думала, что здесь есть, что то еще и все неправильно понимала. С Харлоу я чувствовала себя комфортно, но сказать ей, что у меня дисклексия было совсем другое дело. Как я смогу объяснить, что до сих пор не могла читать и писать, не вдаваясь в детали своего прошлого.

- Он кажется . . . беспокоится за тебя. Мейс из типа защитников, но я не припомню, чтобы он так о ком-то заботился, кто не был частью семьи. До тебя. – Улыбка коснулась уголков ее губ.

Ох, нет. Она строила неправильные предположения. Если я не объясню ей все, она может сказать что-нибудь Мейсу, а мне бы этого не хотелось. Он мне так помогал, и я была обязана ему. Кроме того, это не было чем-то, чего следовало бы стыдиться. Эстор несколько раз говорил мне об этом. Он даже заставил меня повторять за ним, «Я не хуже других. Мне нечего стыдиться. Я умный и способный человек».


Сейчас читают про: