double arrow

Бог Отец


В начале было Слово, и Слово было у Бога,

и Слово было Бог.

Ев. от Иоанна 1, 1

Ибо всякий дом устрояется кем-либо;

а устроивший всё есть Бог.

Посл. к Евреям, 3, 4

Мы верим в то, что в рамках нашего мира детерминизм социального развития определяется предопределённостью развития разума. Но как возникла та уникальная сцена, те условия, которые гарантируют такую возможность? Что предопределило появление законов, управляющих развитием коллективных структур природы? Чем определяется абсолютный детерминизм нашего мира?

Материалистическое мировоззрение, базирующееся на аксиоме о двойственной природе мироздания, приводит к необходимости признания факта возникновения материалистического пространственно-временного феномена (МПВФ), в котором возникают условия для появления и развития разума, в результате перебора огромного количества менее удачных попыток. В подавляющем большинстве случаев основные константы и принципы, определяющие все параметры конкретного МПВФ, оказываются не оптимальными с точки зрения его развития до момента, когда в нём может зародиться жизнь и вслед за ней разум. И только в редчайших случаях, к которым относится и наш мир, возникают материальные формы, совместимые с жизнью, и ещё реже – с разумом. Задача получения достаточно корректных оценок вероятности возникновения таких миров далеко выходит за рамки этой книги. Строгие оценки такого рода должны базироваться, как минимум, на достаточно точных представлениях о фундаментальных фактах, лежащих в основании нашего мира. Современная наука, по крайней мере, в отношении классического мира, по-видимому, близка к этому состоянию. Например, в одной из статей («О симметрии в современной физике»), препринт которой был подарен мне академиком Александром Михайловичем Балдиным после обсуждения с ним вопросов, затрагиваемых в этой книге, содержится такое высказывание: «Разработка калибровочной симметрии привела к полному определению лагранжианов взаимодействия[33] для электромагнитных, слабых, сильных и гравитационных взаимодействий и создала иллюзии о построении “теории всего”».




Естественно предположить, что вероятность возникновения мира, подобного нашему, крайне мала. Однако аппарат теории множеств даёт нам возможность получить общую оценку вероятности возникновения таких уникальных явлений, как наш разумный мир и жизнь. Вопросы о происхождении этих феноменов относятся к наиболее принципиальным в философии. Попробую и я высказать соображения по этому поводу[34].

Оценим вероятность появления конкретного мира с заданными свойствами на фоне всех других возможностей. Пусть множество, характеризующее число основополагающих характеристик некоего материалистического пространственно-временного феномена, состоит из а элементов (например, по современным представлениям наш мир состоит из шести кварков, шести лептонов и четырёх взаимодействий). В данном случае важно то, что а есть просто некое конечное число. Естественно далее предположить, что множество всех допустимых характеристик произвольных материалистических образований представляет собой счётное бесконечное множество. Это связано с тем, что такие характеристики, по-видимому, представляют собой рациональные или, по крайней мере, алгебраические величины, с одной стороны, а с другой – являются счётными выборками из иррационального[35]. Мощность подобного множества, эквивалентного мощности натурального ряда чисел, принято обозначать Àо (алеф-нуль). Тогда мощность множества, характеризующего количество всех возможных материалистических образований, будет определяться отображением[36] Àона а. Основоположник теории множествГеорг Кантор показал, что мощность такого множества характеризуется величиной аÀо и является несчётной. Она эквивалентна мощности континуума. Это, в общем-то, естественный результат, поскольку миры порождаются иррациональной Сутью мироздания. Поэтому вероятность случайного возникновения мира с заданными свойствами обратно пропорциональна мощности континуума, т. е. тождественно равна нулю.



Единственное не обоснованное здесь предположение об универсальности[37] а даёт, как не трудно сообразить, консервативную оценку. Кроме того, если миров с требуемыми свойствами имеется не один, то, в любом случае, мощность их множества всё равно не превышает мощность счётного неограниченного множества, поскольку рациональный мир имеет метрику и, следовательно, является счётным. Но и в этом случае вероятность их случайного возникновения так же тождественна нулю. Таким образом, мы пришли к выводу о том, что мир с заданными свойствами из иррациональной Сути мироздания случайным образом возникнуть не может. Этот вывод мне представляется крайне важным с точки зрения обоснования идей, которые проводятся в этой книге. Он снова демонстрирует недостаточность материалистической точки зрения. Причём на сей раз это относится к самому факту возникновения нашего мира.



Нам в очередной раз для объяснения реальности приходится привлекать постулат Христа. Наш мир не мог быть создан без вмешательства Высшего Разума, или, в терминологии Христа, – Бога Отца. Прежде чем был создан наш мир, должно было быть ясно, что надо делать. И было сказано Слово[38]. И это Слово мог сказать только Высший Разум, то есть Бог. И Он сказал, что будет в основе этого мира. В его основе может быть только Высший Разум, то есть Бог.

Весьма важным является то обстоятельство, что, в соответствии с теоремой Гёделя, аксиома в рамках любой рациональной дедуктивной теории является именно тем утверждением, которое не может быть доказано просто потому, что существует множество родственных теорий, базирующихся на разных аксиомах. Например, геометрические системы Евклида и Лобачевского. В силу этого, все они не являются фундаментальными, поскольку в рамках нашего мироздания фундаментальная аксиома единственна. При этом принципиально то, что только в отношении её может быть доказано обратное утверждение о невозможности создания разумного мира вне Высшего Разума.

Для нас исходным положением в данном случае является знание об экспериментальном факте существования нашего мира. Используя это знание, мы доказываем, что случайно этот мир создан быть не может. После этого мы формулируем аксиому, основанную на вере, которую и положим в основу дедуктивной теории. Прямое утверждение о феномене Бога Отца принципиально доказано быть не может. В прямое утверждение, утверждение, что наш мир создан Богом Отцом, мы обязаны верить.

Таким образом, в процедуре формирования фундаментальной аксиомы мы объединяем фундаментальные знание и веру. Именно это обстоятельство радикально отличает фундаментальную аксиому от любых других, в обоснование которых априори не может быть приведено вообще никаких доводов. Неполнота любой рациональной системы аксиом, доказанная Куртом Гёделем, есть просто следствие того факта, что все они формируются разумом и исключительно по воле разума.

Таким образом, смысл того, что Христос называет Богом, мы называем сегодня[39] Разумом. Разум царит и над нами, в виде феномена Бога Отца, и внутри нашего мира, как Разум Сына Человеческого. В основе нашего мира – Иррациональное, Дух Святой, и Разум.

Можно высказать общие соображения и о различиях миров, формируемых Богом Отцом[40], и о материалистических образованиях, возникающих случайным образом из иррационального.

Все миры, в которых возникли пространственно-временные формы материи, должны подчиняться определённым рациональным закономерностям. Следовательно, эти миры должны определяться правильно выбранными основными характеристиками. В этих мирах существует метрика, т. е. мощности множеств, характеризующих их свойства, всегда счётны. И, следовательно, возникновение любого материалистического пространственно-временного феномена вне разума невозможно. Апостол Павел так говорит по этому поводу в Послании к Евреям: «Ибо всякий дом устрояется кем-либо; а устроивший всё есть Бог» (3, 4). Вне разума могут возникать только флуктуации материи вне каких-либо закономерностей, т. е. квазиматериальные флуктуации, не связанные пространственно-временной метрикой и законами сохранения. Такие флуктуации существуют, например, в качестве одного из основных свойств физического вакуума.

Следовательно, мы можем сделать общий вывод о том, что любая пространственно-временная форма материи всегда есть порождение разума. Точно так же мы можем сказать, что и сами пространство и время являются продуктами только разума. Вне разума не могут возникнуть и существовать какие-либо пространственно-временные формы материи. Всё, что может быть познано разумом, всегда есть только продукт разума. В свете этого соотношение неопределённостей можно трактовать как границу между разумными и случайными формами организации материи. Это ключевой момент для теоретических построений.

Вслед за сказанным мы естественно приходим к выводу об уникальности нашего материалистического пространственно-временного феномена. Коли наш МПВФ создан Богом Отцом, то он единственен. Он есть продукт Его Озарения. Именно Бог Отец сформулировал основные принципы, лежащие в основе нашего разумного мира. Идея новых, более совершенных МПВФ может возникнуть только на последующих этапах развития человеческого разума, после понимания общих законов их устройства[41]. Таким образом, философия Христа радикально отличается от материалистического мировоззрения, признающего необходимость огромного числа попыток для получения мира с наблюдаемыми свойствами. Ситуация здесь вполне аналогична обычному разуму, способному создавать осмысленные формы на фоне случайных созданий природы.

Сотворение мира Богом Отцом – это венец торжества Разума над случаем. То, что случай не может создать в результате неограниченного числа попыток, Разум способен сделать одномоментно.

Философия Христа принципиально отличается от других религиозных и философских построений. В основе любых религий лежит вера в непознаваемое иррациональное начало, выраженное абстрактным понятием Бог. Учение Христа совершенно определённо говорит о Сыне Человеческом, в едином Лице, нераздельно и неслиянно, представляющем Разум Божий и разум человеческий, ибо только человек, в отличие от всех других материальных форм, достигает в своём развитии разумного состояния.

В философских системах идеалистического плана иррациональное начало вводится в виде Духа, души, непознаваемой сути. Всё это не даёт возможности построить продуктивную философию, которая смогла бы оказать конструктивную помощь на данном этапе развития, в первую очередь, социальной науке в её исканиях. Философия Христа полностью решает эту задачу, вводя в свою аксиоматику разум на различных этапах его развития. Человеческий разум, являющийся отблеском Разума Бога Отца и в Лице Сына Человеческого нераздельно и неслиянно соединённый с Разумом Бога Сына, постоянно развивается. Источником, питающим его, и движущей силой его развития является неисчерпаемый Божественный Разум. И предела его развитию нет. Оно является осуществлением слов Христа: «Да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ев. от Иоанна, 17, 21). Абсолютный детерминизм в развитии разума, а вместе с ним и всего мира, гарантирован феноменом Бога Отца.

Вывод о том, что основой нашего мира на всех этапах его существования является Разум, есть самый принципиальный результат этой книги.

Таким образом, сегодня нам известен ответ на вопрос о перспективах развития человеческого разума. И в этом абсолютная причина детерминизма в мире, наполненном разумом. Все остальные религиозные, философские и научные системы не в состоянии объяснить феномен абсолютного детерминизма в развитии. Что же касается социального развития, то из всех в принципе возможных его способов в действительности реализуются только те варианты, которые адекватны постулатам Иисуса Христа о фундаментальной сущности разума и предопределённости его развития в нашем мироздании.

Признание в качестве научного факта того, что истинным Творцом нашего мира является Бог Отец, радикально меняет всю систему нашего восприятия мира и отношения к нему. Материализм, отрицая факт творения мира Разумом, был вынужден декларировать лишь стремление к познанию мира, лишь возможность построения приблизительной картины реальности, предоставляя недостижимой бесконечности абсолютное знание. Отсюда и уродливый фетиш в виде «матрёшки», отводящий человеку роль бесконечно неудачливого ученика. В этом материализм един с дуализмом, представляющим Бога Отца насколько высоким и великим, настолько и далёким и чуждым по отношению к миру и человеку. Картезианский дуализм, разделивший мир и разум и явившийся предтечей материализма, предопределил смерть всему сущему. Но истина Сына Человеческого заключается в другом. Бог Отец в нас и с нами. Он Создатель мира, Отец Сына Своего, Сына Человеческого. Он сформулировал аксиомы нашего мира. В словах первого стиха Евангелия от Иоанна в свете современных научных представлений можно увидеть тот смысл, что в начале была высказана аксиома, и высказал её Разум, и сказал Он, что в основе всего будет Разум. Именно по этой причине аксиоматический метод в науке является истинным.

Непременным условием дальнейшего развития и совершенствования человеческого разума является нравственное обновление человеческой природы. Сегодня люди должны стать хотя бы просто людьми, уйти от того скотского состояния вражды и взаимной ненависти, в котором они до сих пор пребывают. Необходимо создать такие условия жизни, в которых каждый человек, имея в себе зачатки разума, станет уподобляться Сыну Человеческому. Для этого человек должен построить социальные формы, которые позволят ему сделать этот шаг. Осмыслению этих форм и посвящены дальнейшие разделы книги.

Феномен Бога Отца гарантирует нам предопределённость перехода человеческой цивилизации к формам жизни, адекватным Учению Христа.

На этом, собственно, заканчивается философская часть моего построения. Мы нашли, что в фундаменте нашего разумного мира находится то, во что предписал нам верить Единородный (Единственный) и Единосущный Сын Божий, ставший Человеком, Иисус Христос – в Бога Отца, Сына и Святого Духа.

Я верю в Бога Отца, поскольку наш мир разумен. Я верю в Бога Сына, поскольку мыслю сам. Я верю в Бога Духа Святого, ибо Он – Источник всего.

Наука

Наука – это отображение разумом реалий мира. Её цель – познание творения Бога Отца. Однако такое отображение является наукой лишь в том случае, когда оно не только правильно объясняет мир, но способно прогнозировать явления мира и преобразовывать его в соответствии с волей разума в рамках возможностей, заложенных при создании мира высшим Разумом. Наука есть Закон Божий, в соответствии с которым мы должны жить. Данный тезис есть прямое следствие аксиомы Христа о фундаментальной сущности разума в нашем мироздании и, как следствие, возможности детерминированного развития и познания такого развития.

Принятие в качестве исходного положения науки аксиомы Христа означает, во-первых, признание аксиоматического метода в качестве наиболее общего метода научного исследования и, во-вторых, трёх направлений научных исследований. Основные направления научного исследования – это изучение иррационального, коллективных и индивидуальных явлений. Философия определяет аксиоматическую основу, предмет и методологию научного исследования.

Полнота мировоззрения на основе аксиоматики Христа не может быть строго доказана логическим способом в силу иррационального происхождения любой аксиомы. Суть аксиомы может быть только пояснена в рамках философских рассуждений. Аксиоматика Христа есть предмет нашей веры. В ней (в аксиоматике) – вершина единения веры и науки. Только вся история развития разума может подтвердить истинность этого положения. Прошлые этапы развития человека и его разума дают нам массу примеров этого. На это обстоятельство я буду постоянно обращать внимание в процессе изложения.

Адекватность аксиоматической формы построения науки следует из всего опыта её развития (в первую очередь, из опыта математики) и первого стиха Евангелия от Иоанна («В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог»). Те же источники определяют и саму фундаментальную аксиому, аксиому триединства[42]. Эти истины есть философия науки. Конструктивным аппаратом философии являются фундаментальные разделы математики. Они раскрывают содержание и метод науки. На уровне материалистического мировоззрения триединая аксиоматика сводится к материалистическому дуализму[43].

Математическая аксиома о триединстве позволяет построить представления о самых общих закономерностях строения материальных миров[44]. Формы и способы существования различных материальных образований могут быть получены только с привлечением материалистических аксиом, которые определяют конкретные свойства каждого мира.

Эти свойства, в соответствии с теоремой К. Гёделя, не могут быть полностью охвачены разумом в рамках материалистических построений, поскольку материальный мир, будучи производной от иррационального, сам по себе недостаточен. Только мышление на уровне иррациональной веры Христа даёт полную картину мироздания. Важнейшая задача последующих этапов развития разума – создать научное мышление на иррациональном уровне. Сегодня ситуация в этой области вполне подобна той, которая существовала в алхимии накануне создания научной химии. Имеются какие-то факты, о достоверности которых ничего практически сказать нельзя.

Суть метода развития науки содержится в теореме Георга Кантора о сравнении мощностей множеств. Он состоит в совершенствовании нашего знания о мире (мощности соответствующего множества) на последующем шаге процесса познания при отображении предыдущих знаний на группу интеллектов.

В математике иррациональное может быть определено только через рациональное. Одним из основных принципов квантовой механики является то, что она может быть построена только с привлечением представлений о классическом «приборе». Это есть общий фундаментальный факт, свидетельствующий о том, что иррациональное может быть познано разумом только на основе рациональных представлений. Всё это, вообще говоря, вполне естественно, поскольку разум (ratio) не имеет иных возможностей, кроме как оперировать рациональными понятиями.

Фундаментальные разделы математики, в первую очередь теория множеств, определяют структуру основной аксиомы науки. Математическая аксиома о триединой сути мира отличается от аксиомы Христа. Это обстоятельство связано с тем, что математическая аксиома имеет отношение к всевозможным флюктуациям[45] материи, в том числе и к тем, в которых развитие не доходит до возникновения разума, формируемого рациональным началом в мироздании. Возможные структуры этих образований имеют для разума только познавательную ценность. Аксиоматика же Христа применима конкретно к нашему миру, миру, в котором возник[46] и развивается разум, к миру, который он способен преобразовать.

Индивидуальными объектами являются элементарные частицы, интеллект живого и виртуальные частицы, определяющие основы построения коллективных структур из индивидуальных объектов.

Исследованием количественных отношений и пространственных форм действительного мира занимаются прикладная математика и естественные науки. Они изучают характеристики и процессы групповых явлений природы.

Особое место в науке занимает современная физика, первая вступившая в область исследования явлений на границе иррационального.

В классической науке проблема сингулярности (проблема проникновения в бесконечность) решается вполне детерминированным способом, например, путём бесконечного деления заданного отрезка. Физическая реальность нашего мира обрезает процесс такого рода с помощью соотношения неопределённостей, налагая тем самым принципиальные ограничения на возможность построения рациональных моделей целого ряда физических явлений, в том числе таких принципиальных, как, например, взаимодействие, сила, масса, электрический заряд и так далее. На уровне микромира для этих характеристик вещества не могут быть созданы рациональные модели. Эти свойства материи находятся в области виртуальных процессов.

Практически мы можем определить характеристики элементарных объектов и фундаментальные константы с некоторой точностью, определяемой точностью аппаратуры и методики. В соответствии с тем, что пространственно-временные представления классического мира являются всего лишь приблизительными, реализуемыми на уровне групповых структур, можно сделать вывод о том, что все наши рациональные представления есть лишь некоторое усреднённое представление о реальном мире. В этом смысле методы современной физики, направленные на построение групповых характеристик мира на основе его иррациональных (не подчиняющихся пространственно-временным закономерностям) свойств есть фундаментальное свойство всей науки. Таким образом, наука пришла к необходимости введения понятия иррационального в свою структуру через изучение рациональных свойств мира, теперь же она приходит к необходимости построения рациональных объектов мира на основе иррационального.

С точки зрения формального, иерархического построения внутренней структуры адронов (элементарных частиц, участвующих в сильных взаимодействиях и в основном определяющих массу реальных тел), по-видимому, возможно бесконечное дробление по схеме, предложенной М. Гел-Маном в так называемой кварковой структуре вещества. Не исключено, что применительно к кваркам может быть предложена процедура, аналогичная разработанной М. Гел-Маном процедуре для элементарных частиц. Такой процесс, скорее всего, должен обрезаться предельными характеристиками МПВФ типа планковских массы, длины и временного интервала. В этом случае физические свойства нашего мироздания будут описываться фундаментальными константами. В качестве таковых выступят постоянная Планка, гравитационная постоянная и скорость света.

Такие построения будут иметь практический интерес в весьма ограниченной области, ибо энергии взаимодействия даже на уровне кварков таковы, что практически исключена возможность экспериментирования или технологического использования теоретических эффектов. Кроме того, в соответствии с современными представлениями, кварки, а следовательно, и более глубокие фрагменты вещества не могут существовать в отдельном виде. Это связано с феноменом конфайнмента – явлением абсолютного связывания кварков внутри элементарных частиц.С другой стороны, крайне важно провести построения такого рода, поскольку они будут одной из основ для создания общего алгоритма устройства конкретно нашего мироздания.

С точки зрения строения материального мира, обнаружение явления конфайнмента является принципиально важным потому, что из этого факта следуют два принципиальных вывода. Во-первых, те элементарные частицы, которые известны сегодня, являются именно теми «кирпичиками», теми «индивидуальными объектами», из которых реально построен весь материальный мир, и, во-вторых, это означает, что те технологические возможности, которые предоставила нам природа, сегодня полностью известны. Это гравитация, электромагнетизм, сильные и слабые взаимодействия. Всё это позволяет осмыслить основные цели науки на прошлых этапах её развития и на предстоящий период.

Оказывается, что до конца XIX века наука занималась поиском законов, управляющих материалистическими объектами нашего мира. На основе этих законов человечество создало технологии, давшие ему возможность построить ту цивилизацию, в которой мы сейчас живём. Основной заслугой XX века, с точки зрения развития разума, является доказательство существования «индивидуального объекта» и, следовательно, абсолютной ценности идеалистического подхода в науке, прошедшей первичный этап материалистического развития. Это важнейшее обстоятельство дало нам понимание того факта, что мир создан Творцом, и того, в чём заключаются цели развития разума и существования человека.

Открытие реальности индивидуального объекта, в свою очередь, определило задачи развития разума на XXI век. Это развитие научного идеализма и исследование свойств квазиматериальных и иррациональных индивидуальных объектов. Наука XXI века будет нематериалистической, т. е. она не даст человечеству новых технологических возможностей в освоении мира. Цель науки до XXI заключалась в совершенствовании условий жизни тела человека. После этого основной целью науки будет познание иррациональных основ мироздания и сохранение души человека. Это обстоятельство радикально повлияет на социальную организацию и экономику.

Важнейшим понятием в науке является понятие адекватности процесса при его научном отображении. Мы будем различать адекватность материалистическому мировоззрению, триединой философии и Учению Христа. Адекватность материализму означает просто двойственную природу явления, наличие в нём индивидуальных и групповых сторон. Триединое понимание мира опирается на признание иррационального в качестве источника всего сущего. Учение Христа выделяет из всех теоретически возможных миров только наш реально существующий мир, мир, в котором возник нетленный разум и который создан Разумом. Адекватными Учению Христа являются лишь те построения, которые основаны на строгой науке, ибо только настоящая наука и Учение Христа истинны.

В значительной части работы я использую термин «адекватность», имея в виду соответствие дуалистическому постулату. При рассмотрении более сложных вопросов, которые требуют привлечения триединых основ, я это специально оговариваю.

Я не буду давать классификацию современных наук. Их существует предостаточно. В своём анализе я хотел лишь подчеркнуть, что структура наук следует из основной аксиомы. В настоящей книге мне важно показать, что социальные науки также укладываются в общую логику всего построения науки. Социальная наука, как и естественные науки, должна базироваться на свойствах её индивидуального иррационального начала – интеллекте. Исследование свойств интеллекта пока что находится на самых начальных стадиях, на уровне первоначального сбора информации. Однако наиболее общие свойства интеллекта как индивидуального объекта позволят нам исследовать свойства групповых структур, которые могут быть созданы на его основе. Такую науку принято именовать социологией или обществоведением. Ей и посвящена, в основном, данная книга.

Все социологи, будь то экономисты, историки, политологи и т. д., и т. п., с которыми мне приходилось контактировать, интуитивно выделяют социологию из других наук. При защите своих диссертаций они говорят о возможностях правильных социальных прогнозов с помощью их построений, т. е. признают полное сходство целей и возможностей естественных и социальных наук. Однако после защиты их настроение радикально меняется, и они, как правило, отрицают возможность какого-либо прогнозирования в социальной сфере, упирая на то, что там всё, дескать, решает воля отдельных людей, наделённых властью. Для них социология превращается из науки просто в говорильню и дело случая. Доходит до того, что великие революции во Франции 1793 года и в России 1917 года объявляются просто происками интриганов и совершенно случайными, необязательными событиями. Причина всего этого заключается в том, что современная социология действительно не является наукой, поскольку в своём арсенале она не имеет современного метода. Социология по факту использует только статистический метод. Именно поэтому вершиной социального устройства общества признаётся либеральная демократия, в основе которой лежит статистика, базирующаяся на индивидуальных воззрениях членов общества. С точки зрения Учения Христа, это грех. Личное человек должен нести Богу. Обществу он может предъявить только строго научные и, следовательно, рациональные, детерминированные программы. Ибо сказано: «Отдавайте кесарево кесарю, а Божие – Богу».

Марксистская социология, единственно последовательная научная система, давно уже не описывает реалий нашего мира. Её методы чисто групповые и не принимают во внимание индивидуальные процессы. Дело ограничивается некоторыми рассуждениями о роли личности в истории. Реально же социология, несмотря на общность основной аксиомы о двойственной природе всего материального, отличается от естествознания просто в силу того, что её индивидуальный объект отличается от индивидуального объекта естествознания. В одном случае мы имеем дело с иррациональным интеллектом, а в другом – с элементарными частицами. Но, тем не менее, групповые процессы в социологии так же детерминированы, как и в естествознании.

Общность наук проявляется также, в частности, в том, что последовательная социология не может быть построена без привлечения основных результатов естествознания и математики, ибо, в соответствии с аксиомой Христа, именно развитие разума есть основа и цель всего прогресса человечества. Это мы обнаружили уже при построении аксиоматических основ науки. Как покажет дальнейшее изложение, все важнейшие этапы формирования человеческого общества, будь то революции, или противостояния народов, или что-то ещё, определяются интеллектуальными достижениями разума, в первую очередь, на прошлом этапе развития в области технологий.

В свете всего сказанного проблема аксиоматики нашего или любого другого теоретически возможного мира выглядит следующим образом. В основе разумного мира лежит аксиома триединства, сформулированная Христом. Устроен наш мир по проекту Высшего Разума, Бога Отца. Именно поэтому не может быть самодостаточной идеи мироздания без привлечения в качестве её основы Разума. Именно поэтому материалистическая аксиоматика принципиально неполна. Бессмысленно обращать вопрос о том, как построен дом, в пустоту. Этот вопрос надо просто задать его создателю, будь то Бог или человек. Создатель всегда сам формулирует правила построения (аксиомы) своего объекта. Вне Создателя разумного (счётного) мира быть не может. Вопрос о том, что лежит в основании геометрии Евклида, надо задать Евклиду, а по поводу геометрии Лобачевского вопрос должен быть обращён к Лобачевскому.

Таким образом, единство мира и, следовательно, науки, его познающей, определяется единством аксиом, лежащих в основании мира и науки. Основой материального мира является аксиома о двойственной природевсего сущего. Многообразие мира следует из многообразия индивидуальных объектов нашего мира.

Впервые абсолютную ценность аксиоматики для построения науки осознал Давид Гильберт. Он говорил: «Аксиоматический метод поистине был и остаётся самым подходящим и неоценимым инструментом, в наибольшей мере отвечающим духу каждого точного исследования, в какой бы области оно ни производилось». Лучше не скажешь.

Успешное развитие социальных наук, основанных на фундаментальном постулате Иисуса Христа, и являющихся науками о формах развития разума, есть непременное условие прогресса и процветания всех других наук, использующих свои собственные аксиоматики. Эти аксиомы построены по проекту Бога Отца. Человек пытается осваивать эту деятельность. Он по своему разумению обустраивает Землю – пристанище, дарованное ему свыше. Эффективность этих действий, в первую очередь, определяется оптимальностью социальных форм, используемых людьми.







Сейчас читают про: