double arrow

Глагольные признаки деепричастий

Видо-временная характеристика деепричастий в сравнении с глаголами. Как и у причастий, категории вида и времени деепричастий значительно отличаются от соответствующих глагольных категорий. Глагол называет процесс, который может быть реализован в момент речи (настоящее время), до него (прошедшее время) или после него (будущее время). Деепричастие называет признак действия, состояния или отношения (процесса), которые совершались в прошлом, имеют место в настоящем или будут произведены в будущем. Поэтому прямой связи со временем деепричастия не имеют; в зависимости от глагола это время может иметь разные соотношения: идет, разговаривая – шёл, разговаривая – будет идти, разговаривая. Деепричастие разговаривая обозначает признак действия, который в свернутом виде содержит добавочный процесс; поэтому, хотя представленные сочетания можно «развернуть» (идет и разговаривает, шел и разговаривал, будет идти и разговаривать), но характеризовать время деепричастия как настоящее нельзя. Глагольное время в деепричастиях трансформировалось потому, что данный гибридный класс слов получил новое категориальное значение. Деепричастия вследствие своей неизменяемости не могут передавать такие грамматические значения, как время.

Грамматическое значение времени в деепричастии в целом неотделимо от вида. Категория вида у этого класса слов также трансформируется в связи с новым категориальным значением. Характеризуя признак процесса, деепричастия имеют собственные особенности, хотя и сохраняют некоторые особенности исходного глагола.




Деепричастия несовершенного вида, обозначая признак процесса, развивающегося во времени, в скрытом виде через признак действия и состояния предают значение одновременности так называемого относительного времени: Они неслись по улице, расталкивая прохожих, словно куда-то опаздывали (Д.Гр.).

Значение одновременности глагольного действия и действия, скрытого в признаке процесса (в деепричастии), может противоречить семантике несовершенного вида. Такое временное соотношение можно понимать как частичную одновременность: Надела старый тёплый салопчик, тёплый платок и, крепко держась за мою руку, медленно спустилась с крыльца (К.П.). – Референдум устроить? – всё более сердясь, сказал зампред, потом примирительно протянул ладонь (Д.Гр.).



Особенно ярко значение частичной одновременности проявляется в тех контекстах, где деепричастие обозначает признак, передающий повторяющееся действие: Он полз, иногда хватаясь рукой за выступы и подтягиваясь.

Деепричастия несовершенного вида могут в конструкциях с временным, причинным, уступительным и другими значениями деепричастного оборота выражать значение предшествования. Как правило, в подавляющем большинстве случаев такие деепричастия находятся в препозиции к глагольному предикату, представленному совершенным видом: Он, переступая порог, пьяно ударился плечом о косяк (Тендряков). Ощущая жажду, он поставил чайник на огонь.

В исключительно редких случаях деепричастие несовершенного вида может выражать через признак действие, следующее за основным, в предыдущий период объединенное с ним: Внезапно в глубине толпы произошло движение, шум, плотный круг людей разомкнулся, пропуская всклокоченного, бледного Крылова (Д.Гр.).

Совершенный вид деепричастий может влиять на формирование значений вторичного действия, скрытого в признаке процесса. Значение предшествования отражено в деепричастиях, изображающих целостный, законченный, достигший своего предела процессуальный признак: Чех, настроив рояль, сказал, что рояль старый, но очень хороший (К.П.). Дан был лишён слабостей, он не стал бы терзаться и мучиться, порвав с близкими (Д.Гр.).

Деепричастия совершенного вида могут в определенных условиях, как и деепричастия несовершенного вида, выражать значение одновременности: Варюша стояла, приоткрыв рот, слушала и улыбалась (К.П.).

Деепричастия совершенного вида в некоторых случаях могут выражать значение следования, то есть через процессуальный признак способны передать следствие или вывод по отношению к предикату. При этом деепричастие в преобладающих случаях находится в постпозиции к предикату: Автобус пополз по разбитой подводами дороге, растянув за собой хвост пыли.

Сказанное позволяет сделать следующие выводы.

Вид и время взаимообусловлены, равноправны и не зависят от особых контекстуальных условий лишь в некоторых примерах. В остальных случаях большую роль играет семантика вида у глагола и деепричастия, позиция деепричастия в предложении и т. д.

Система временных значений, выраженных деепричастиями, имеет отличный от системы временных форм глагола характер. Помимо того, что деепричастие не имеет морфологических показателей времени и не может выражать абсолютное время, разница заключается и в выражении относительного времени. Основное отличие заключается в том, что деепричастие обозначает процессуальный признак действия или состояния. Если относительное время глаголов выражает последовательность, одновременность и др. характеристики протекания действия, то деепричастия, отражая относительное время, называют прежде всего признак действия в его процессе. Ср.: обдумывая, пишет статью. Но, в отличие от наречия, признаковая характеристика действия у деепричастий динамична. Ср.: пишет быстро и пишет, обдумывая.

Деепричастия не имеют категорий наклонения, лица, числа, свойственных глаголам.

3. Наречные признаки деепричастий

Деепричастия имеют следующие свойства, присущие наречиям: 1) у них отсутствуют формы словоизменения; 2) во многом схожи их синтаксические функции. Последнее рассмотрим более подробно.

По вопросу о функциональной нагрузке деепричастий в лингвистической литературе имеется несколько точек зрения: 1) деепричастие (деепричастный оборот) квалифицируются как обстоятельство (Р.И. Аванесов, В.М. Никитин, В.Н. Сидоров и др.); 2) как второстепенное сказуемое или обстоятельство (Л.А. Дерибас, Е.В. Кротевич, Г.Н. Самарина и др.); 3) как второстепенное сказуемое или второстепенное сказуемое и обстоятельство одновременно (А.А. Шахматов, А.В. Ананин, Л.А. Буланин, И.П. Распопов и др.); 4) как предикативное обстоятельство (Т.В. Лыкова, А.Г. Руднев, Д.И. Арбатский и др.).

Сопоставление разных точек зрения свидетельствует о том, что всеми лингвистами признаётся за деепричастиями наличие обстоятельственной функции в предложении. Наибольшие споры вызывает выделение у деепричастий функции так называемого «второстепенного сказуемого». В лингвистической практике существует следующий способ определения функции второстепенного сказуемого у деепричастий: если при трансформации деепричастного оборота деепричастие способно заменяться спрягаемой формой глагола и образовывать однородное сказуемое, то это второстепенное (добавочное) сказуемое. Например: Капли дождя падали на мостовую, подпрыгивая и дробясь; ср.: падали, подпрыгивали и дробились.

Логично предположить, что в составе обстоятельств может в большей или меньшей степени проявляться глагольность вербально-адвербиального контаминанта; при большем её проявлении и возникает возможность замены деепричастия глаголом, иллюзия «второстепенного сказуемого» например: Монета падала, звеня и подпрыгивая. – Монета падала, звенела и подпрыгивала.

В других деепричастиях в большей степени проявляется наречный характер контаминанта, и тогда замена деепричастия глаголом становится невозможной.

Одиночные обособленные деепричастия, как правило, выражают обстоятельственные значения образа или способа действия. Но нельзя исключать и определенную полупредикативность таких отношений, которая проявляется в интонационном и пунктуационном обособлении, например: Утром поезд дотащился до Борисова, и комендант станции, кривясь, заявил, что эшелон дальше не пойдет (К.С.).

Одиночные обособленные деепричастия могут выражать также значение

обстоятельства времени: – Да, – сказал он, помолчав, и вздохнул (В.Сол.);

обстоятельства причины: При этом Несвицкий сконфузился, не понимая, зачем он это спросил (Д.Гр.);

обстоятельства условия: Все казалось ему бесплодным, но, напрягшись, он мог бы и вспомнить.

Функционально деепричастия в составе деепричастного оборота имеют двойственный характер: с одной стороны, они выступают организующим центром, возможно, большой группы слов; с другой – они вместе со своими распространителями в гораздо большей степени зависят от семантики предложения, от его лексического наполнения. В связи с этим деепричастные обороты могут более отчетливо и разнообразно выражать обстоятельственные отношения, чем одиночные деепричастия.

Деепричастный оборот выступает в функции

обстоятельства образа и способа действия: За ним, прыгаячерез воронки, бежали ездовые Рубин и Сергуненков (Ю.Б.); в этой функции как результат осуществлённого действия способно проявляться состояние: Шацкий, опустив голову, покорно ушёл в свою комнату (К.П.). Он долго сидел на берегу, опустивруку в бегущую воду, перебирая пальцами её струистые пряди (Д.Гр.);

обстоятельства времени: А потом, поздним вечером, Татьяна Петровна, сидя у рояля и осторожно перебирая клавиши, обернулась к Потапову (К.П.);

обстоятельства причины: Лес стоял безмолвно, тоже слушаяпение Гайдара, и только река всё бормотала, сердясьна неудобную корягу (К.П.). Он даже развеселился, представив физиономию Уварова (Д.Гр.);

обстоятельства цели: Он прикрыл глаза, вглядываясьв прошлое (Д.Гр.). Гайдар походил по саду, что-то ворча про себя, потом опять прошёл мимо окна, но теперь уже явно стараясьзадеть меня (К.П.);

обстоятельства условия: Только чувствуя их (людей – Е.С.), любя их, радуясьи страдая за них, можно писать о них (К.П.); обороты со значением условия часто совмещаются с временной семантикой: Можно представить себе, что человек, подобрав на улице измятый рубль, начнет с этого рубля свой роман… (К.П.);

обстоятельства уступки: – Передайте ему, что я зайду в воскресенье, – сказал Лосев, не успевсообразить, зачем он это делает (Д.Гр.).

Вывод: деепричастия (как одиночные, так и в составе деепричастных оборотов) способны передавать широкий спектр семантических и синтаксических отношений. Функция обстоятельства передана им наречным компонентом деепричастия, но гибридный характер контаминанта проявляется и в том, что в ряде деепричастий, выступающих в роли обстоятельств, ярко проявляется глагольность и деепричастие получает возможность синонимической замены глаголом, ср.: сидел, читая газету – сидели читал газету.

Глагольность деепричастий проявляется и в реализации валентных свойств деепричастий.






Сейчас читают про: