double arrow
Агенты в помощь / БЕЛОРУСЫ И РЫНОК / 05.10

Сокращение товарных потоков в ЕАЭС не помешало таможенной логистике сохранить докризисный объем оказываемых услуг. О том, за счет чего это произошло, рассказал председатель Ассоциации таможенных представителей Андрей ГАЙШУН.

— Андрей Александрович, как вы оцениваете динамику рынка услуг таможенной логистики Беларуси? Ранее вы называли число в 200 млн долларов по итогам 2012 года. Что сейчас?

— В 2014—2015 годах товаропотоки, которые обслуживает таможенная логистика, несколько снизились. Речь идет прежде всего об импорте, где мы оказываем полный спектр услуг: декларирование, размещение на складах временного хранения и т. п. Сегодня процедуры экспорта товаров максимально упрощены, поэтому работа с ним таможенных логистов минимальная.

Тем не менее снижение товарных потоков страны было компенсировано действием Указа от 11.08.2011 № 358 «О стимулировании реализации товаров», который расширил поле для работы логистов, в том числе за счет обслуживания резидентов других стран ЕАЭС. В итоге объем услуг таможенной логистики в денежном выражении удержался, по нашим оценкам, как минимум на уровне 2012 года.

— С принятием Таможенного кодекса Таможенного союза условия работы для отрасли заметно изменились. В частности, увеличилась цена «входного билета» в этот бизнес. Я имею в виду требование предоставить в качестве обеспечения 1 млн евро для уплаты таможенных платежей. Как к этому адаптировались субъекты хозяйствования?




— Несмотря на весьма внушительную сумму, в целом рынок к ней приспособился. В стране работают 71 таможенный представитель и 341 уполномоченный экономический оператор. Это значительное количество. Для сравнения: в 2014 году в России статус уполномоченного экономического оператора имели около 120 компаний, в Казахстане — порядка 35. Белорусские предприятия поняли, что преференции и доверие со стороны таможенных органов окупают расходы на обеспечение, и нашли деньги на эти цели.

— Кстати, были ли случаи, когда приходилось взыскивать обеспечение по таможенным платежам?

— В нашей стране в основном добропорядочные субъекты хозяйствования, поэтому, к счастью, у нас не было громких инцидентов, когда приходилось бы взыскивать значительные суммы обеспечения из-за неуплаты таможенных платежей.

Настоящая проблема не в обеспечении, а в том, что, несмотря на создание союза, статус наших уполномоченных экономических операторов не признается в других странах ЕАЭС. То есть преференциальный режим возможен только при работе с белорусской, но не с российской или казахстанской таможней. Соглашения о признании данного статуса в ЕАЭС нет, и это ключевой момент. Поэтому пока мы варимся в собственном соку. Зато, например, Казахстан уже подписал с Китаем соглашение о взаимном признании уполномоченных экономических операторов.



— Каких изменений стоит ожидать в таможенном законодательстве ЕАЭС?

— Страны союза активно включились в борьбу за общий рынок и сейчас стремятся закрепить свои национальные интересы в наднациональном таможенном законодательстве. Например, Казахстан внес около 600 поправок в проект нового Таможенного кодекса ЕАЭС. Практически во всех указанных поправках просматриваются интересы казахстанского бизнеса, и он этого не скрывает.

На таком фоне очень тревожит пассивность белорусского бизнеса. Возможно, наши предприятия не понимают, что по нормам, которые сейчас составляются, они будут работать в течение нескольких ближайших лет. Мы пытаемся исправить ситуацию, плотно взаимодействуем с предприятиями — членами Ассоциации таможенных представителей, а также с Республиканской ассоциацией предприятий промышленности «БелАПП».

Из ключевых норм нового Таможенного кодекса отмечу переход на безбумажный документооборот: практически все будет оформляться в электронном виде. Значительно упростить работу предприятий позволит деятельность таможенных органов по принципу «одного окна». Новые преференции могут быть предоставлены и уполномоченным экономическим операторам.

— Не получится ли так, что радикальное упрощение процедур оставит без работы таможенных агентов?

— Скорее наоборот: мы ожидаем дальнейшего расширения рынка таможенной логистики, так как производственные и торговые компании будут передавать эти функции на аутсорсинг. Топ-менеджеры предприятий понимают, что дешевле и эффективней передать логистику профессиональному участнику рынка, чем содержать штат из нескольких десятков сотрудников и отслеживать постоянно меняющееся таможенное законодательство.

Да, либерализация процедур в ЕАЭС может снизить совокупный документооборот, но, как мы ожидаем, работы у профессиональных участников рынка меньше не будет в силу того, что увеличится доля обрабатываемых ими документов. В перспективе она должна превысить 90 %.

— Андрей Александрович, вы упомянули проблему инертности белорусского бизнеса при выработке наднационального таможенного законодательства. Возможно, она связана с тем, что к мнению наших предприятий не особо прислушиваются чиновники, которые представляют страну в структурах ЕАЭС?

— За последние три-четыре года взаимодействие с органами госуправления кардинально улучшилось. Например, в прошлом году собрали более 100 компаний со статусом уполномоченного экономического оператора, провели совместное мероприятие в Государственном таможенном комитете, по многим вопросам выработали консолидированную позицию. Там же присутствовал и представитель Минэкономики. Взаимодействие есть, достучаться можно. Смущает другое: во всем этом процессе не видно руководящей руки. В России такую функцию взяло на себя Минэкономразвития, представители которого выступают с основными инициативами и занимаются проблемами таможенного законодательства.

От Беларуси на профильные заседания в Москву ездят представители ГТК. Они отрабатывают разного рода технические вопросы, а экономические интересы вроде как и некому отстаивать. Вынужден заметить, что остальные наши министерства и ведомства заняли позицию статистов, а нам нужна серьезная аналитическая работа. И чиновникам, и бизнесменам необходимо разобраться со многими стратегическими вопросами. Чего мы ждем от ЕАЭС? Готовы ли мы где-то потерять и что найдем взамен?

Нет четкой поведенческой модели, и мы не решили еще много концептуальных вопросов, в том числе по валютному контролю, налоговому законодательству. Зачастую и чиновники, и бизнесмены боятся заострять проблемы, пробуют изображать хорошую мину при плохой игре. Нужно называть вещи своими именами, тогда и результат будет.

— Приходится слышать достаточно противоречивые высказывания. Мол, с одной стороны, наши таможенные агенты конкурентоспособны в ЕАЭС (низкая стоимость услуг при высокой скорости и надлежащем качестве). С другой — многие тревожатся, что не смогут конкурировать с крупными российскими операторами. Что вы думаете об этом?

— Мы конкурентоспособны и по цене, и по качеству услуг. Очень важно, что в стране создана развитая инфраструктура логистических центров, достаточно квалифицированных специалистов, много конкурентоспособных перевозчиков. Отрасль готова принимать и обрабатывать большое количество грузов. Так что в целом я сохраняю оптимизм. Надо лишь разобраться с некоторыми наднациональными вопросами.

ИНТЕГРАЦИЯ В СФЕРЕ ТРАНСПОРТА И ЭНЕРГЕТИКИ

Евразийский форум KAZENERGY-2015






Сейчас читают про: