double arrow
Проблема универсалий в средневековой философии

Универсалии — это то общее, что присуще всем конкретным объек­там определенного вида или рода. Например, как уже было сказано, все конкретные лошади, несмотря на множество индивидуальных разли­чий, обладают некой общей «лошадностью», благодаря чему они, соб­ственно говоря, и являются лошадьми.

Средневековое понятие универсалий возникло на базе учения Пла­тона об идеях, которые, будучи «присущи» конкретным вещам некото­рого вида, определяют их природу, являясь их идеальной моделью, а кроме того — причиной и целью этих вещей; близко к этому и учение Аристотеля о формах.

В том виде, в котором она обсуждалась в Средневековье, проблема универсалий впервые была поставлена в работах неоплатоника Пор­фирия, хотя в средневековую схоластику она вошла через Боэция и его комментарии к работам Порфирия.

Порфирием были поставлены три вопроса:

1. Существуют ли универсалии (т.е. роды и виды: животное, чело­век, лошадь и т.д.) самостоятельно (т.е. вне конкретных вещей)?

2. Если да, то являются ли они в таком случае телесными или бесте­лесными?

3. Если они бестелесны, то имеют ли они единую природу с чув­ственными вещами?

Сам Порфирий не дал на них никаких ответов, но эти три вопроса и особенно первый из них стали предметом ожесточенных споров в эпо­ху Средневековья. В решении вопроса «существуют ли универсалии самостоятельно?» все философы поделились на два больших лагеря: реалисты и номиналисты.




Реалисты это философы, считавшие универсалии существую­щими реально вне конкретных вещей.

Номиналисты (от лат. «nomen» — «имя») — это философы, счи­тавшие, что вне конкретных вещей общее (универсалии) существует только в словах (именах), которыми называются вещи определенного вида.

Так, с точки зрения реалистов, кроме конкретных лошадей и вне их Реально существует «лошадность», присущая всем лошадям как тако­вым, вне конкретных быков — «быковость», вне любых четвероногих животных — «четвероногость» и т.д. А с точки зрения номиналистов, вне конкретных объектов нет никакой «лошадности», «быковости» и «четвероногости», а есть только слова (имена) «лошадь», «бык», «четве­роногое», применимые, соответственно, к любой лошади, быку, четверо­ногому.

Борьба шла не только между реалистами и номиналистами, но и внутри каждого этого лагеря, среди и тех и других можно выделить «крайних» и «умеренных».



К крайнему реализму можно отнести многих представителей ранней схоластики IX—XII вв.: Эриугену, членов Шартрской и Сен-Викторской школ, а также Ансельма Кентерберийского. Для сторон­ников крайнего реализма, опирающихся прежде всего на Платона и неоплатоников, характерно не просто признание реального существо­вания универсалий вне и до конкретных вещей, универсалии пони­маются еще как опосредствующие звенья между Богом-Творцом и конкретными сотворенными вещами.

Универсалии понимались как содержащиеся в уме Бога образцы, соответствии с которыми создаются конкретные вещи; при этом бо­лее общие — родовые — универсалии содержатся в менее общих — видовых (например, универсалия «четвероногое» содержится в уни­версалиях «лошадь», «бык», «собака»), а видовые универсалии содер­жатся в конкретных предметах (универсалия «лошадь» во всех конк­ретных лошадях). При этом универсалии считаются сущностями бо­лее высокого порядка и в некотором смысле более реальными, нежели отдельные объекты.

Умеренный реализм ближе к учению Аристотеля и перипате­тиков, у которых общее (форма) понимается как содержащееся в конкретных вещах (так как любая конкретная вещь есть соеди­нение материи и формы). Соответственно, сторонники умеренного реализма считали, что универсалии существуют только в конкрет­ных вещах.

Своеобразный вариант умеренного реализма представляет собой позиция Фомы Аквинского, который, как и Ибн-Сина, признавал троя­кое существование универсалий:

1) до конкретных вещей (ante rem) — в уме Бога;

2) в конкретных вещах (in re);

3) после конкретных вещей (post rem) — в уме человека (как впе­чатления от них).

Основоположником крайнего номинализма был Росцеллин (ок. 1050—1110). Он утверждал, что существуют только конкретные вещи, а все, что есть вне их — в виде общего, присущего этим ве­щам, — так это только слова, последовательности звуков («дунове­ние звука»).

Сторонники умеренного номинализма чаще всего признавали существование универсалий в человеческом уме (после конкрет­ных вещей). Свой вариант умеренного номинализма — концептуа­лизм — предложил Пьер Абеляр: универсалии обладают опреде­ленным существованием как понятия (концепты) в уме человека, возникая на базе чувственного восприятия единичных вещей благо­даря абстрагирующей деятельности ума. Однако Абеляр признавал, что в чистом виде эти понятия существуют в Божественном уме, т.е., строго говоря, эта позиция может расцениваться и как умерен­ный реализм или как промежуточная между реализмом и номина­лизмом.

Важнейшие представители умеренного номинализма — Дунс Скот и Уильям Оккам. Наиболее интересно учение Оккама, получившее на­звание «терминизм». Оккам считал, что реально существуют только конкретные индивидуальные объекты. Так как могущество Творца бесконечно, то Он не нуждается ни в каких опосредствующих звеньях в виде универсалий, а способен создать множество конкретных вещей непосредственным актом своей Божественной воли. Универсалий нет в вещах и до вещей, они представляют собой лишь термины, знаки вещей, фиксирующие посредством слов сходство между всеми объек­тами, называемыми одним и тем же термином. Однако эти термины не случайны, им соответствуют определенные состояния человеческого ума (души), и рождаются они как некие сократительные знаки (аббре­виатуры) при проведении ментальных операций над сходными предме­тами.

Особую остроту проблеме универсалий в Средневековье придавало то, что она обсуждалась не как чисто философская проблема соотно­шения общего и отдельного (частного, индивидуального), а в связи с определенными богословскими проблемами. Для учения католической церкви одинаковую опасность представлял как крайний реализм, так и крайний номинализм — особенно в связи с догматом о триединстве Бога. Так, крайний номинализм вел к отказу от идеи единства трех ипостасей Бога, а крайний реализм — от идеи троичности единого Бога.






Сейчас читают про: