double arrow

Справедливость Франции


Итак, Пюше приговорен к смерти и казнен за сговор с врагом. Преобладает одно чувство: наконец-то во Фран­ции торжествует справедливость. Пусть никто не заблуждается на этот счет. Никому не убедить нас в том, что пытается утверждать вражеская пропаганда: будто это просто акт реванша Алжира, на­правленный против Виши, что это эпизод гражданской войны. Никакой гражданской войны нет. Идет самая фран­цузская из войн, которые мы когда-либо вели: все силы Франции брошены в бой против врага и услужающих ему изменников. Алжир — столица освобождающейся Фран­ции — обязан делать все, чего требует эта война. Этого акта справедливости Национальный комитет пи­сателей потребовал в своем обращении к Национальному комитету освобождения Франции не только от своего име­ни, но и от имени Жака Декура, Жоржа Политцера, Жака Соломона, которых полиция Пюше после чудовищных пы­ток выдала немецким оккупантам, расстрелявшим их без суда как заложников. НКП руководствовался не чувством мести, а чувством справедливости. Испокон века, с тех пор как Франция стала Францией, ей присуще чувство спра­ведливости. Никогда народ наш не мирился с несправед­ливостью. Разве не писал Гуго Капот еще в X веке: «Мы для того и существуем, чтобы всем воздавать полною мерой справедливость»? Это изречение применимо ко всем правительствам Франции. Воздадим же полною мерою тем, кто покоится на ги­гантском кладбище в Иври, всем заложникам, которые с Марсельезой на устах бесстрашно стояли под дулами па­лачей. Воздадим полною мерою всем жертвам — старикам, женщинам, детям. Воздадим должное французскому народу, борющемуся против угнетателей, и в первую очередь Франтирерам и партизанам — мы не устанем повторять, что именно они — честь и слава Франции, ибо они вовлекли всю нацию в вооруженную борьбу и вот уже в течение трех лет нано­сят самые грозные и самые дерзкие удары но врагу. Но можно ли воздать должное французскому народу, не казнив Пюше? Пусть нас поймут правильно! Речь идет вовсе не о том, чтобы осудить скопом тех честных фран­цузов, которых на некоторое время могла ввести в заблуж­дение фигура Петэна и тип истекая ложь. Речь идет о дру­гом — беспощадно карать любую попытку сговора, с врагом. Лого же тогда карать за сговор с врагом, если пощадить Пюше. этого министра внутренних дел правительства из­менников, того, кто передал в гестапо все полицейские досье, того, кого обвиняют его собственные официальные распоряжения и декреты? Пюше расстрелян, теперь пора воздать по заслугам та­ким, как Фланден, Пейрутон, Буассон, и прочим предате­лям. Только та страна сильна, которая способна очистить себя от изменников. Если Франция в 1940 году временно вышла из строя, то именно потому, что она ничего не сделала для уничтожения «пятой колонны», когда еще было не поздно, той самой «пятой колонны», все представители которой обнаружились потом в Виши. Ныне предатели трепещут. А непокоренные из маки чувствуют прилив новых сил.

№5 И. МАЙ 1944 ГОДА


Сейчас читают про: