double arrow

Лагерная тематика в русской литературе 8 страница


[311] благодарю, батюшка.

[312] Они приехали, Мари.

[313] Ну, а вы остаетесь, в чем были? Сейчас придут сказать, что они вышли. Надо будет идти вниз, а вы хоть бы чуть-чуть принарядились!

[314] мой дружок.

[315] Нет, Мари, решительно это не идет к вам. Я вас лучше люблю в вашем сереньком ежедневном платьице; пожалуйста, сделайте это для меня.

[316] Ну, княжна, еще маленькое усилие.

[317] Нет, оставьте меня.

[318] По крайней мере, перемените прическу. Я вам говорила, что у Мари одно из тех лиц, которым этот род прически совсем нейдет. Перемените, пожалуйста.

[319] Оставьте меня, мне все равно.

[320] Вы перемените, не правда ли?

[321] Вот Мари!

[322] эта милая Аннет!

[323] выгоняла его из дома?

[324] Ах! это перл женщин, княжна!

[325] компаньонка.

[326] очень, очень недурна.

[327] батюшка.

[328] Бедняга! Чертовски дурна.

[329] моя бедная мать.

[330] Какая деликатность.

[331] Нет, нет, нет! Когда отец ваш напишет мне, что вы себя ведете хорошо, тогда я дам вам поцеловать руку. Не прежде.

[332] Нет, княжна, я навсегда утратила ваше расположение.

[333] Почему же? Я вас люблю больше, чем когда-либо, и постараюсь сделать для вашего счастья все, что в моей власти.

[334] Но вы презираете меня, вы, столь чистая, должны презирать меня, вы никогда не поймете этого увлечения страсти. Ах, моя бедная мать…

[335] Я все понимаю.

[336] Ах, милая, милая.

[337] Судьба моего сына в ваших руках. Решите, моя милая, моя дорогая, моя нежная Мари, которую я всегда любил, как дочь.

[338] Моя милая, я вам скажу, что этой минуты я никогда не забуду, но, моя добрейшая, дайте нам хоть малую надежду тронуть это сердце, столь доброе и великодушное. Скажите: может быть… Будущее так велико. Скажите: может быть…

[339] Мой добрый друг?

[340] Ах, плутовка.

[341] Готово!

[342] дети, идите ложиться спать! – Ред.

[343] Прелестно.

[344] лошадку-то мою пожалейте.

[345] А пожалейте лошадку.

[346] Павлоградские гусары?

[347] Резерв, ваше величество!

[348] Господин генерал Вимпфен, граф Ланжерон, князь Лихтенштейн, князь Гогенлоэ и еще Пршпршипрш, как все польские имена (нем. и фр.).

[349] Замолчите, злой язык.

[350] И, любезный генерал! Я занят рисом и котлетами, а вы занимайтесь военными делами.

[351] Так как неприятель опирается левым крылом своим на покрытые лесом горы, а правым крылом тянется вдоль Кобельница и Сокольница, позади находящихся там прудов, а мы, напротив, превосходим нашим левым крылом его правое, то выгодно нам атаковать сие последнее неприятельское крыло, особливо если мы займем деревни Сокольниц и Кобельниц, будучи поставлены в возможность нападать на фланг неприятеля и преследовать его в равнине между Шлапаницем и лесом Тюрасским и избегая дефилеи между Шлапаницем и Беловицем, которою прикрыт неприятельский фронт. Для этой цели необходимо… Первая колонна марширует… вторая колонна марширует… третья колонна марширует… (нем.)




[352] Урок из географии.

[353] Ей-богу. – Ред.

[354] Виват император, император!

[355] Ну, любезный, старик сильно не в духе.

[356] Ступайте, мой милый, посмотрите, прошла ли третья дивизия через деревню. Велите ей остановиться и ждать моего приказания.

[357] И спросите, поставлены ли застрельщики. Что делают, что делают!

[358] Ваше величество, мы сделаем все, что будет возможно сделать, ваше величество!

[359] К черту этих русских! (нем.)

[360] Славный народ!

[361] Батарейных зарядов больше нет, ваше величество!

[362] Велите привезти из резервов.

[363] Вот прекрасная смерть.

[364] Ваше величество.

[365] Молод же он сунулся биться с нами.

[366] Это субъект нервный и желчный, – он не выздоровеет.

[367] надо бы выдумать его.

[368] До завтра, милый!

[369] Я вас люблю.

[370] убирайся.

[371] и зачем черт дернул меня ввязаться в это дело?



[372] диадемою.

[373] Батюшка, – Андрей?

[374] Милый друг.

[375] Дружочек, боюсь, чтоб от нынешнего фриштика (как называет его повар Фока) мне бы не было дурно.

[376] Не бойся, мой ангел!

[377] Нет, это желудок… скажи, Маша, что желудок…

[378] Боже мой! Боже мой! Ах!

[379] Иди, мой друг. – Ред.

[380] «подрастающих».

[381] самонадеянность.

[382] подросточков.

[383] подростки.

[384] Любезный граф, вы один из лучших моих учеников. Вы должны танцевать. Посмотрите, сколько хорошеньких девушек.

[385] Нет, мой милый, я лучше посижу для вида.

[386] О моя жестокая любовь… (итал.) – Ред.

[387] братство. – Ред.

[388] так проходит слава мирская (лат.). – Ред.

[389] мой милый?

[390] Полусумасшедший – я всегда это говорил.

[391] сливки настоящего хорошего общества, цвет интеллектуальной эссенции петербургского общества.

[392] Сливки настоящего хорошего общества.

[393] человека с большими достоинствами.

[394] Ты этого хотел, Жорж Данден. – Ред.

[395] Князь Ипполит Курагин – милый молодой человек. Господин Круг, копенгагенский поверенный в делах, глубокий ум… и просто господин Шитов, человек с большими достоинствами.

[396] «Вена находит основания предлагаемого договора до такой степени вне возможного, что достигнуть их можно только рядом самых блестящих успехов; и она сомневается в средствах, которые могут их нам доставить». Это подлинная фраза венского кабинета, – говорил датский поверенный в делах.

[397] Лестно сомнение! – сказал глубокий ум.

[398] Необходимо различать венский кабинет и австрийского императора, – сказал Мортемар. – Император австрийский никогда не мог этого думать, это говорит только кабинет.

[399] Ах, мой милый виконт… Европа никогда не будет нашей искреннею союзницей.

[400] Непременно нужно, чтобы вы приехали повидаться со мной.

[401] Во вторник, между восемью и девятью часами. Вы мне сделаете большое удовольствие.

[402] Прусский король!

[403] Эта шпага Великого Фридриха, которую я…

[404] Ну, что ж, прусский король?

[405] Нет, ничего, я хотел только сказать…

[406] Я хотел только сказать, что мы напрасно воюем за прусского короля.

[407] Ваша игра слов нехороша, очень остроумна, но несправедлива. Мы воюем за добрые начала, а не за прусского короля. О, какой злой этот князь Ипполит!

[408] человек глубокого ума.

[409] Извините, табакерка с портретом императора есть награда, а не отличие; скорее подарок.

[410] Были примеры – Шварценберг.

[411] Это невозможно.

[412] Лента – другое дело.

[413] Приезжайте завтра обедать… вечером. Надо, чтобы вы приехали… Приезжайте.

[414] скромность.

[415] Со времени наших блестящих успехов в Аустерлице, вы знаете, мой милый князь, что я не покидаю более главных квартир. Решительно я вошел во вкус войны и тем очень доволен; то, что я видел в эти три месяца, – невероятно.

Я начинаю ab ovo. Враг рода человеческого, вам известный, атакует пруссаков. Пруссаки – наши верные союзники, которые нас обманули только три раза в три года. Мы заступаемся за них. Но, оказывается, что враг рода человеческого не обращает никакого внимания на наши прелестные речи и с своей неучтивой и дикой манерой бросается на пруссаков, не давая им времени кончить их начатый парад, вдребезги разбивает их и поселяется в Потсдамском дворце.

«Я очень желаю, – пишет прусский король Бонапарту, – чтобы ваше величество были приняты в моем дворце самым приятнейшим для вас образом, и я с особенной заботливостью сделал для того все распоряжения, какие мне позволили обстоятельства. О, если б я достиг цели!» Прусские генералы щеголяют учтивостью перед французами и сдаются по первому требованию. Начальник гарнизона Глогау, с десятью тысячами, спрашивает у прусского короля, что ему делать. Все это положительно достоверно. Словом, мы думали внушить им только страх нашей военной этитюдой, но кончается тем, что мы вовлечены в войну, на нашей же границе, и, главное, за прусского короля и заодно с ним. Всего у нас в избытке, недостает только маленькой штучки, а именно – главнокомандующего. Так как оказалось, что успехи Аустерлица могли бы быть решительнее, если бы главнокомандующий был бы не так молод, то делается обзор осьмидесятилетних генералов, и между Прозоровским и Каменским выбирают последнего. Генерал приезжает к нам в кибитке по-суворовски, и его принимают с радостными восклицаниями и большим торжеством.

4-го приезжает первый курьер из Петербурга. Приносят чемоданы в кабинет фельдмаршала, который любит все делать сам. Меня зовут, чтобы помочь разобрать письма и взять те, которые назначены нам. Фельдмаршал, предоставляя нам это занятие, смотрит на нас и ждет конвертов, адресованных ему. Мы ищем – но их не оказывается. Фельдмаршал начинает волноваться, сам принимается за работу и находит письма от государя к графу Т., князю В. и другим. Он приходит в сильнейший гнев, выходит из себя, берет письма, распечатывает их и читает те, которые адресованы другим… И пишет знаменитый приказ графу Бенигсену.

[416] пишет он императору.

[417] Фельдмаршал сердится на государя и наказывает всех нас: это совершенно логично! Вот первое действие комедии. При следующих интерес и забавность возрастают, само собой разумеется. После отъезда фельдмаршала оказывается, что мы в виду неприятеля и необходимо дать сражение. Буксгевден – главнокомандующий по старшинству, но генерал Бенигсен совсем не того мнения, тем более что он с своим корпусом находится в виду неприятеля и хочет воспользоваться случаем к сражению. Он его и дает. Эта пултуская битва, которая считается великою победой, но которая совсем не такова, по моему мнению. Мы, штатские, имеем, как вы знаете, очень дурную привычку решать вопрос о выигрыше или проигрыше сражения. Тот, кто отступил после сражения, тот проиграл его, вот что мы говорим, и, судя по этому, мы проиграли пултуское сражение. Одним словом, мы отступаем после битвы, но посылаем курьера в Петербург с известием о победе, и генерал Бенигсен не уступает начальствования над армией генералу Буксгевдену, надеясь получить из Петербурга в благодарность за свою победу звание главнокомандующего. Во время этого междуцарствия мы начинаем очень оригинальный и интересный ряд маневров. План наш не состоит более, как бы он должен был состоять, в том, чтобы избегать или атаковать неприятеля, но только в том, чтобы избегать генерала Буксгевдена, который по праву старшинства должен бы быть нашим начальником. Мы преследуем эту цель с такой энергией, что даже переходя реку, на которой нет бродов, мы сжигаем мост, с целью отдалить от себя нашего врага, который в настоящее время не Бонапарт, но Буксгевден. Генерал Буксгевден чуть-чуть не был атакован и взят превосходными неприятельскими силами, вследствие одного из таких маневров, спасавших нас от него. Буксгевден нас преследует – мы бежим. Только что он перейдет на нашу сторону реки, мы переходим опять на другую. Наконец враг наш Буксгевден ловит нас и атакует. Происходит объяснение. Оба генерала сердятся, и дело доходит почти до дуэли между двумя главнокомандующими. Но, по счастию, в самую критическую минуту курьер, который возил в Петербург известие о пултуской победе, возвращается и привозит нам назначениеглавнокомандующего, и первый враг – Буксгевден – побежден. Мы теперь можем думать о втором враге – Бонапарте. Но оказывается, что в эту самую минуту возникает перед нами третий враг – православное, которое громкими возгласами требует хлеба, говядины, сухарей, сена, овса – и мало ли чего еще! Магазины пусты, дороги непроходимы. Православное начинает грабить, и грабеж доходит до такой степени, о которой последняя кампания не могла вам дать ни малейшего понятия. Половина полков образует вольные команды, которые обходят страну и все предают мечу и пламени. Жители разорены совершенно, больницы завалены больными, и везде голод. Два раза мародеры нападали даже на главную квартиру, и главнокомандующий принужден был взять батальон солдат, чтобы прогнать их. В одно из этих нападений у меня унесли мой пустой чемодан и халат. Государь хочет дать право всем начальникам дивизий расстреливать мародеров, но я очень боюсь, чтоб это не заставило одну половину войска расстреливать другую.

[418] Я знаю в жизни только два действительные несчастья: угрызение совести и болезнь. И счастие есть только отсутствие этих двух зол.

[419] но не так, как ты думаешь.

[420] Это интересно, право.

[421] Что такое.

[422] Андрюша, зачем ты не предупредил меня?

[423] Очень рада вас видеть. Очень рада.

[424] Ты знаешь, это женщина.

[425] Андрюша, ради Бога!

[426] Но, мой добрый друг, ты бы должна была мне быть благодарна за то, что я объясняю Пьеру твою интимность с этим молодым человеком.

[427] Право?

[428] Княжна, я, право, не хотел ее обидеть.

[429] Я бы желал видеть великого человека.

[430] Вы говорите о Буонапарте?

[431] Князь, я говорю об императоре Наполеоне.

[432] Сейчас я к вашим услугам.

[433] Граф H. H., капитан С. С.

[434] Хорошо сложена и свеженькая.

[435] Что это?

[436] Еще проситель.

[437] звезда Почетного легиона.

[438] «Виват, император!»

[439] Государь, я прошу вашего позволения дать орден Почетного легиона храбрейшему из ваших солдат.

[440] Тому, кто храбрее всех вел себя в эту войну.

[441] Позвольте мне, ваше величество, спросить мнение полковника.

[442] Наполеон, Франция, храбрость.

[443] Александр, Россия, величие.

[444] Любезный друг.

[445] комитетом общественного спасения.

[446] прозвище.

[447] Мой милый.

[448] Это всеобщий делец.

[449] Боитесь опоздать.

[450] основание монархии есть честь, мне кажется несомненною. Некоторые права и преимущества дворянства мне представляются средствами для поддержания этого чувства.

[451] Ежели вы смотрите на дело с этой точки зрения.

[452] Почетному легиону.

[453] на французский манер. – Ред.

[454] свиданий.

[455] заколдованный круг (лат.). – Ред.

[456] Наполеоновского кодекса и кодекса Юстиниана.

[457] прелестной женщины, столь же умной, сколько и прекрасной.

[458] остроты. – Ред.

[459] женщины прелестной и умной.

[460] господа посольства.

[461] самой замечательной женщины Петербурга.

[462] серьезно.

[463] мой паж.

[464] синим чулком.

[465] Вот она будет моею женою.

[466] сочельник.

[467] Очень, очень рады вас видеть.

[468] Прелесть!

[469] По нем теперь все с ума сходят.

[470] в дружеском кружке.

[471] быть мужчиной (нем.). – Ред.

[472] удовольствие быть замеченною.

[473] И Натали, надо признаться, к этому очень чувствительна.

[474] между нами будь сказано… в стране нежного.

[475] Вы знаете, между двоюродным братом и сестрой эта близость очень часто приводит к любви. Двоюродные – опасное дело. Не, правда ли?

[476] Браки совершаются на небесах.

[477] дурного тона.

[478] Милая матушка.

[479] ваш послушный сын.

[480] Он прелестен, он не имеет пола.

[481] силою нарушить приказ.

[482] желчь и прилив к голове. Не беспокойтесь, я заеду завтра.

[483] Герцог Ольденбургский переносит свое несчастие с удивительною силой характера и спокойствием.

[484] Мой милый, с 500 тысячами войска было бы легко иметь хороший слог.

[485] Он к ней очень внимателен.

[486] надо быть меланхоличным. Он очень меланхоличен при ней.

[487] Правда?

[488] «Сельские деревья, ваши темные сучья стряхивают на меня мрак и меланхолию».

[489]

Смерть спасительна, и смерть спокойна.

О! против страданий нет другого убежища.

[490] Есть что-то бесконечно обворожительное в улыбке меланхолии!

[491] Это луч света в тени, оттенок между печалью и отчаянием, который указывает на возможность утешения.

[492]

Ядовитая пища слишком чувствительной души,

Ты, без которой счастье было бы для меня невозможно,

Нежная меланхолия, о, приди меня утешить,

Приди, утиши муки моего мрачного уединения

И присоедини тайную сладость

К этим слезам, которых я чувствую течение.

[493] Все так же прелестна и меланхолична, наша милая Жюли.

[494] Мой милый, я знаю из верных источников, что князь Василий присылает сына затем, чтобы женить его на Жюли.

[495] Наташа, твои волосы.

[496] Персиянин Долохов.

[497] Очень, очень мила!

[498] Не правда ли, что Дюпор восхитителен?

[499] О, да.

[500] Это хорошенькие женщины.

[501] Вы будете самая хорошенькая. Поезжайте, милая графиня, и в залог дайте мне этот цветок.

[502] я обожаю девочек.

[503] О, моя восхитительная!

[504] Прелесть!

[505] из металлического газа.

[506] Он без ума, ну истинно без ума влюблен в вас.

[507] моя прелесть!

[508] Если вы кого-нибудь любите, моя прелестная, это еще не причина, чтобы запереть себя. Даже если вы невеста, я уверена, что ваш жених желал бы скорее, чтобы вы ездили в свет, чем пропадали со скуки.

[509] важная барыня.

[510] Восхитительно, божественно, чудесно!

[511] обворожительна.

[512] Одно слово, только одно, ради Бога.

[513] Натали, одно слово, одно.

[514] Милая княжна!

[515] Какая ножка, любезный друг, какой взгляд! Богиня!!

[516] дружок.

[517] Ежели вы позволите себе в моей гостиной…

[518] Я ничего не сделаю, не бойтесь.

[519] как честный человек.

[520] по следам этого господина.

Одной из новаторских и интересных тем в литературе 60-х годов была тема лагерей и сталинских репрессий.

Одним из первых произведений, написанных на эту тему стали «Колымские рассказы» В. Шаламова. В. Шаламов — писатель непростой творческой судьбы и его работы далеко не английские сказки. Он сам прошел через лагерные застенки. Свой творческий путь он начинал как поэт, а в конце 50-х-60-е годы он обратился к прозе. В его рассказах с достаточной степенью откровенности передан лагерный быт, с которым писатель был знаком не понаслышке. В своих рассказов он умел дать яркие зарисовки тех лет, показать образы не только зэков, но и их охранников, начальников лагерей, где ему пришлось сидеть. В этих рассказах воссозданы страшные лагерные ситуации — голода, дистрофии, унижения людей озверелыми уголовниками. В «Колымских рассказах» исследуются коллизии, в которых узник «доплывает» до прострации, до порога небытия.

Но главное в его рассказах — это не только передача атмосферы ужаса и страха, но и изображение людей, которые в то время сумели сохранить в себе лучшие человеческие качества, готовность прийти на помощь, ощущение того, что ты не только винтик в огромной машине подавления, а прежде всего человек, в душе которого живет надежда.

Представителем мемуарного направления «лагерной прозы» был А. Жигулин. Повесть Жигулина «Черные камни» — произведение сложное, неоднозначное. Это документально-художественное повествование о деятельности КПМ (Коммунистической партии молодежи), в которую входили тридцать мальчишек, в романтическом порыве объединившиеся для сознательной борьбы с обожествлением Сталина. Она построена как воспоминания автора о своей молодости. Поэтому в отличие от произведений других авторов в ней много так называемой «приблатненной романтики». Но в то же время Жигулин сумел точно передать ощущение той эпохи. С документальной достоверностью писатель пишет о том, как зарождалась организация, как проводилось следствие. Писатель очень наглядно обрисовал проведение допросов: «Следствие вообще велось подло... Подло велись и записи в протоколах допросов. Полагалось записывать слово в слово — как отвечает обвиняемый. Но следователи неизменно придавали нашим ответам совсем иную окраску. Например, если я говорил: «Коммунистическая партия молодежи», — следователь записывал: «Антисоветская организация КПМ». Если я говорил: «собрание», — следователь писал «сборище». Жигулин как бы предупреждает, что главной задачей режима было «проникнуть в мысль», еще даже не родившуюся, проникнуть и задушить ее до колыбели. Отсюда заблаговременная жестокость самонастраивающейся системы. За игру в организацию, игру полудетскую, но смертельно опасную для обеих сторон (о чем обе стороны знали) — десять лет тюремно-лагерного кошмара. Так функционирует тоталитарная система.

Еще одним ярким произведением на эту тему стала повесть «Верный Руслан» Г. Владимова. Это произведение написано по следам и от имени собаки, специально обученной, натасканной на то, чтобы водить под конвоем заключенных, «делать выборку» из той же толпы и настигать за сотни верст рискнувших на побег сумасшедших. Собака как собака. Доброе, умное, любящее человека больше, чем сам человек любит своих сородичей и самого себя существо, предназначенное велениями судьбы, условиями рождения и воспитания, выпавшей на долю ему лагерной цивилизации нести обязанности охранника, и если понадобится, палача.

В повести у Руслана одна производственная забота, ради которой он и живет: это, чтобы соблюдался порядок, элементарный порядок, и арестанты сохраняли бы установленный строй. Но в то же время, автор подчеркивает, что он слишком добр по природе (смел, но не агрессивен), умен, рассудителен, самолюбив, в лучшем смысле этого слова, он на все готов ради хозяина, пусть даже и умереть.

Но основное содержание повести Владимирова как раз и заключается в том, чтобы показать: в случае чего, а случай этот представился и совпадает с нашей эпохой, все лучшие возможности и способности не только собаки, а человека. Самые святые намерения перекладываются, сами того не ведая, с добра на зло, с правды на обман, с преданности человеку на умение заворачивать человека, брать за руку, за ногу, брать за глотку, рискуя, если потребуется, и собственной головой, и превращать глупую кучу по наименованию «люди», «народ» в гармонический этап арестантов — в строй.

Несомненным классиков «лагерной прозы» является А. Солженицын. Его произведения на эту тему появились на исходе оттепели, первым из которых была повесть «Один день Ивана Денисовича». Первоначально повесть даже и называлась на лагерном языке: «Щ-854.(Один день зэка)». В небольшом «времени-пространстве» повести сочетаются многие человеческие судьбы. Это прежде всего кавторанг, Иван Денисович и кинорежиссер Цезарь Маркович. Время (один день) как бы вливается в пространство лагеря, в нем писатель сфокусировал все проблемы своего времени, всю сущность лагерной системы. Теме ГУЛАГА он посвятил также свои романы «В круге первом», «Раковый корпус» и большое документально-художественное исследование «Архипелаг ГУЛАГ», в котором предложил свою концепцию и периодизацию развернувшегося в стране после революции террора. Эта книга основана не только на личных впечатлениях автора, но и на многочисленных документах и письмах-воспоминаниях самих заключенных.

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: