double arrow

ФЕОФАН ПРОКОПОВИЧ


(1681 – 1736)

Один из образованнейших людей своего времени, Феофан Прокопович первым почувствовал и осмыслил необходимость для Русского государства коренных преобразований в области политики, идеологии и искусства, борьбы за осуществление Петровских реформ. Феофан Прокопович, по словам Н.К.Гудзия, этот «просветитель в рясе» отдал всю свою кипучую энергию и весь свой талант делу просвещения России.

Сын мелкого киевского купца, Феофан Прокопович испытал в детстве нужду, но сумел стать учеником Киево-Могилянской академии. Однако полученных знаний ему оказалось недостаточно, и он, без долгих колебаний, принимает унианство(униатская церковь – христианское объединение, созданное Брестской унией в 1596 году, подчинялась папе римскому, признавала основные догматы католической церкви при сохранении православных обрядов), чтобы иметь возможность продолжить образование на Западе. Некоторое время учится в Польше, а затем в Риме, в коллегиуме святого Афанасия (открытого специально для подготовки пропагандистов католичества среди славян и греков). Его путь к знаниям говрит об основательности его знаний и о независимости его суждений и веротерпимости. Это было характерно для эпохи петровских преобразований – времени пересмотра всех традиционных представлений.

В 1704 году он возвращается в Киев и преподает некоторое время в Киево-Могилянской академии пиитику и риторику. Став личным другом царя, Прокопович утверждается в должности «префекта» – ректора Киевской академии. Он отличался необычайной широтой интересов, увлекался историей, филологией, теологией, философией и даже математикой. Вместе с Кантемиром, Татищевым и Голицыным он вошел в сложившуюся в конце 20-ых годов «ученую дружину» и сделался вождем этого кружка русских просветителей – поборников дел Петра I.

В русскую литературу Прокопович вошел как автор лирических стихотворений и создатель трагедо-комедии «Владимир», где на материале, заимствованном из летописи, была сделана попытка показать борьбу просвещенного монарха с невежественным духовенством, а также как автор трактата «De arte poetica» – учебника пиитики.

Он был выдающимся оратором и оставил много проповедей, в которых прославлял внешнюю и внутреннюю политику правительства Петра I. Как видный деятель церкви (он имел сан архиепископа Новгородского), Феофан оказал активную поддержку Петру I в деле реорганизации русской церкви. Именно этой поддержке в значительной мере Петр I обязан своим успехом в ликвидации всегда соперничавшего с царской властью патриаршества и созданием своеобразной коллегии для управления церковными делами – Cвятейшего Cинода. Прокопович стал первенствующим членом Cинода. Им был написан так называемый «Духовный регламент», которым определялась деятельность русской церкви на протяжении десятилетий. В своем творчестве и в своих проповедях Прокопович выразил идеологию передовой части дворянства и разночинной интеллигенции петровского времени. В «Слове на заключение мира со Швецией» Прокопович многозначительно желает, «чтобы умалились народные тяжести». Замечательный оратор, Феофан умел сделать язык своих проповедей колоритным и разнообразным.

В области поэтической формы Прокопович ввел в русскую поэзию октаву, которой пользовался довольно часто. Нередко в своих стихах он применял приблизительную рифму и консонанс: видно – многобедно, зритель – добродетель. Свои лирические стихотворения Прокопович писал силлабическим стихом, распространенным тогда на Украине и в Белоруссии. Но чувствуется и влияние песенной фольклорной стихии. Это объясняется органически присущим ему лиризмом. Как бы сознавая недостаточную ритмическую организованность длинного силлабического стиха, Прокопович нередко чередовал в своих произведениях стихи разной длины и широко пользовался короткими немногосложными стихами, которые звучали почти как силлабо-тонические.

Например: «За могилою Рябою»:

За могилою Рябою

Над рекою Прутовою

Было войско в страшном бою.

В день недельный от полудни

Стался час нам вельми трудный –

Пришел турчин многолюдный.

Или «Запорожец кающийся»:

Что мне делать, я не знаю.

А безвестно погибаю:

Забрел в лесы непроходны,

В страны гладны и безводны;

Атаманы и гетманы,

Попал в ваши обманы.

Пропадить вы за пороги,

Лишь бы не сбиться с дороги.

Не впасть бы мне в сильны руки,

Не принять бы страшной муки.

Это короткий силлабический стих (восьмисложник), в котором ударение нередко располагается в силлабо-тоническом порядке (хорей – как в народных плясовых песнях). Иногда встречаются украинизмы. Некоторые его стихотворения автобиографичны. Например, «Плачет пастущок в долгом ненастье». Это стихотворение написано в пятую годовщину смерти Петра I («прошел день пятый») и свидетельствует о том, какая тесная связь существовала в сознании поэта между личными переживаниями и политической жизнью страны, как близко принимал он к сердцу политическую реакцию и крушение своих просветительских надежд.

Обращался Прокопович и к одическому жанру. Таково его стихотворение «Епиникион, или песнь победная о тоежде преславной победе». Здесь широко испульзуя старославянизмы, Прокопович воспевает победу над «войсками свейскими», одержанную под Полтавой. В этом произведении Прокопович выступает как мастер высокого стиля. Строгое разграничение высокого и обычного, неприподнятого стиля мы находим уже в творчестве Феофана Прокоповича.

Трагедо-комедия Прокоповича «Владимир» – одно из наиболее значительных драматургических произведений начала века. Здесь писатель обратился к времени крещения Руси при Владимире Святославиче, использовав в качестве исторического источника летописные сведения об этом событии. На эту сюжетную основу он наложил современный ему общественно-политический материал, раскрыв две основные темы, всегда волновавшие его: борьба за распространение просвещения в России и борьба внутри церкви между прогрессивными и реакционными церковными деятелями. Во времена Прокоповича эти два аспекта идеологической жизни были тесно связаны.

Гротескные образы туповатых, неумных и жадных жрецов с характерными именами: Жеривол, Курояд, Пияр – обрисованы, несомненно, рукой одаренного мастера. Эта группа невежественных жрецов (символизирующая все косное в русской жизни) всячески противится намерению Владимира принять христианство, несущее с собой более высокую мораль, более высокую культуру. На помощь жрецам в их борьбе за старину приходит и тень Ярополка, погибшего от руки Владимира. Но Владимир, несмотря ни на что, поддерживаемый сыновьями и единомышленниками, принимает христианство и сокрушает языческих идолов. Здесь Прокопович стремится показать также противоречивость человеческого характера. Так, его Владимир колеблется: принять христианство или нет, потому что ему трудно отказаться от привычного многоженства. Но Владимир преодолевает эти колебания, эту человеческую слабость. Здесь уже можно говорить о некоторой реалистической тенденции в творчестве писателя.

Трагедо-комедия в том же 1705 году была представлена силами студентов Киево-Могилянской академии. Это было единственное представление пьесы.

Прокопович выступает как писатель-сатирик, непосредственный предшественник Антиоха Кантемира. Сатирический пафос Прокоповича проявился местами и в «Духовном регламенте». Здесь имеются яркие зарисовки нравов людей, противящихся перестройке русского быта на новый лад и обновлению русской церкви. О придворных льстецах он пишет: «Когда слух пройдет, что Государь кому особливую свою являет любовь, все к тому на двор, вси поздравляти, дарити, поклонами причитати и умирати за него будто бы готовы».

Интерес представляет «Поэтика» Прокоповича. Подобные рукописные пиитики часто создавались в духовных академиях того времени. Трактат Прокоповича был напечатан лишь в конце XVIII века, однако он оказал влияние на творчество Кантемира. Ряд его положений предвосхитили взгляды теоретиков романтизма и реализма, хотя в целом поэтика Феофана тесно связана с предклассицистическими тенденциями в европейском искусстве слова.

Трактат Прокоповича «О поэтическом искусстве» состоит из трех книг, небольших по объему.

В первой книге речь идет о происхождении и специфике поэзии, о значении поэтического мастерства. Наиболее интересные разделы, посвященные поэтическому вымыслу, где Прокопович выделяет главную специфическую черту художественного творчества – применение поэтической условности, мышление в образах. Другие вопросы трактуются в первой книге в идеалистическом духе. Утверждается, например, божественное происхождение поэзии, но поэтическое творчество рассматривается как разновидность обычного труда, не имеющего качественного отличия от других видов труда, например, от труда физического. Если для создания произведений героического характера еще признается необходимым наличие «мощного вдохновения», то создание менее «значительных» по содержанию произведений доступно любому прилежному автору. Таким образом, большое вдохновение приравнивается к большому физическому труду, необходимому для писания значительных по объему героических произведений. Развитие подобных мыслей, характерных для теоретиков предклассицизма и античности, мы найдем впоследствии в «Риторике» Ломоносова. Классицистическое преувеличение роли подражания приводит Прокоповича к недооценке творческого начала, к недооценке оригинальности писателя. Но вместе с тем, он выступает против «мелочного» подражания и плагиата и требует сознательного усвоения манеры писателя.

Во второй книге рассматриваются эпическая и драматическая поэзия. Как деятель христианской церкви он выступает против чрезмерного употребления мифологических образов, оставляя право за поэтом на использование этих образов в чисто метонимическом смысле. Касаясь различия между историком и поэтом, Прокопович вновь подчеркивает вымысел как главную детерминанту поэтического творчества. Прокопович пишет: «Историк рассказывает о действительном событии, как оно произошло: у поэта же или все повествование вымышлено, или, если он даже описывает истинное событие, то рассказывает о нем не так, как оно происходило в действительности, но так, как оно могло или должно было произойти».

Касаясь художественных особенностей эпического произведения, Прокопович отмечает, что изящество эпосу придает гармоничность содержания и соразмерность композиционных частей, а также словесные фигуры и тропы, которые автор рассматривает как средство украшения речи. В трактовке жанров трагедии и комедии (драма как особый жанр не выделяется) заметно влияние античных и средневековых схоластических представлений о драматическом искусстве. Ряд мыслей предвосхищает классицистические требования. Предмет трагедии – изображение бедствий «знаменитых мужей». Содержание заимствуется из истории и, в отличие от комедии, не «вымышляется». Строго регламентируется количество действий – не более десяти, активно действующих лиц не свыше 15, продолжительность изображаемых событий не может превышать 36 часов. Он считает, что вводить в пьесу нужно только тех действующих лиц, которые совершили нечто выдающееся, заметное и исключительное.

Лирическая поэзия рассматривается Прокоповичем в традиционно-античном духе, большое внимание уделено эпиграмме, рассмотрением которой и завершается трактат.

Историко-литературное значение своеобразного творчества Феофана Прокоповича ограничивается тем, что, будучи видным церковным деятелем, архиепископом Новгородским и первенствующим членом Синода, Прокопович, естественно, уделял очень много внимания делам церковным и смотрел на свои литературные занятия как на дело второстепенное. И это неизбежно накладывало на его яркое творчество поэта и драматурга налет дилентантизма.


Лекция 3


Сейчас читают про: