double arrow

Расскажите об особенностях системы линейной перспективы в живописи Петрова-Водкина


Важнейшим открытием русского художника, для живописи столь же значимым, как не-евклидова геометрия для математики, явилась глобально-сферическая перспектива с её «пере-секающимися параллельными» (радиально расходящимися осями). Посредством этой перспек-тивы Петров-Водкин соединил микромир с макромиром, так что даже интерьер теперь напоми-нает о его сопричастности огромному миру, наполняясь, таким образом, особенным, масштаб-ным смыслом, не позволяющим человеку замыкаться в обывательском мирке. Обогатившись глобально-сферической перспективой, язык живописи стал более красноречивым и ёмким, воз-никло видение жизни «и издали, и вблизи» («приближённая удалённость»), зритель воспарил, оторвавшись от земли, а вместе с тем, Земля стала напоминать о своём полёте во Вселенной. Перспектива Петрова-Водкина стремится к живому сектору обзора, она более отвечает диалек-тике бинокулярности и реального человеческого восприятия мира, чем математизированная схема «линейно-фронтальной итальянской перспективы», и более, чем последняя, передаёт вы-соту, глубину и ширь пространства. Художник-новатор не следует рабски бездушному диктату традиционного «гравитационного креста» осей координат полотна, но стремится к «живому смотрению», к органической связи с действительной картиной жизни.
Наклонные оси композиции, связанные в тесный узел, вводят зрителя в картину, кон-центрируя его внимание, и, в то же время, выводят его в огромный мир. Общая интерпретация пространственных связей и луч зрения зрителя довольно подвижны. В непосредственное вос-приятие Петров-Водкин привносит коррекции, полученные из опыта прошлого, из кладовых памяти, что оживляет бездушное, фотографическо-механистическое ренессансное ви΄дение действительности. Это — органическое, происходящее в реальной жизни соединение перцеп-ции и апперцепции — работы глаза и головы (зрения и умозрения) — в процессе созерцания пространственных отношений. У ренессансных мастеров живописи пространство исчислено, находится в перспективном СОКРАЩЕНИИ (сворачивание в точку), тогда как Вселенная Пет-рова-Водкина РАСШИРЯЕТСЯ (что является, как известно, её жизненным циклом).




Петров-Водкин искал живописную форму «философской картины мира». К 1910 г. он нашел собственный стиль символической трактовки живописного пространства (отсюда соз-данная художником теория «сферической перспективы»), взаимодействия трех основных цве-тов: красного, синего и желтого — так называемой «трехцветки», и выражения в изобразитель-ных образах философских категорий бытия. Именно эти качества отличают картину «Купание красного коня», имевшую громкий успех на выставке «Мира искусства» 1912 г. Петров-Водкин соединил в этой картине новейшие достижения французского постимпрессионизма, цветовую пластику Гогена и Матисса с символизмом европейского Модерна, традициями византийской и древнерусской иконописи и фрески. Творчество Петрова-Водкина «можно уподобить зеркалу, смотрясь в которое Запад узнает в себе Восток, а Восток — Запад» 1. Свою роль сыграли и идеи «плане-тарности» поэта В. Хлебникова. Это был стиль, объединивший классику и современ-ность. Понятие гармонии, «сдержанности, улаженности между тонами» Петров-Водкин связы-вал с принципами искусства старых «изографов», умевших переводить обычные явления в высший духовный план. Сам художник утверждал, что если чистые цвета поглощают все от-тенки, значит живопись вместо фиксирования мимолетного и случайного начинает выражать «вечность». Не случайно «Красный конь» был воспринят уже в то время как символический образ «Судьбы России». «Так вот почему я написал «Красного коня!», — воскликнул худож-ник, когда узнал о начале первой мировой войны. В том, что Петров-Водкин сохранял «чистоту краски», свойственную лишь новгородской школе иконописи и фрескам Дионисия, критик В. Дмитриев увидел «символизм русской национальности, исконного лика России»









Сейчас читают про: