double arrow

СТРАНА, РАСПОЛОЖЕННАЯ БЛИЗ РАЯ


Глава VII. История Других Миров

ШТУРМ ГРАДА БОЖЬЕГО

Спаси, Господи, люди твоя…

Молитва.

Ю стиниан не напрасно строил укрепления и готовился к последнему бою. С крепостных башен христианские воины видели, как горит степь и как из ее глубин вырываются одна за другой новые орды. Это были племена беглецов, они бежали от надвигавшейся с востока новой лавины: спустя два столетия по дороге гуннов на Европу шли потомки тех страшных всадников, которые изгнали их из степи. Это были авары, могущественный народ воинов, которые сидели в седлах и, приподнявшись в стременах, рубили врагов саблями. Прорвавшись через Восточную Европу, авары увлекли за собой живших в лесах славян; огромная орда обосновалась на излюбленной кочевниками Венгерской равнине и принялась опустошать Европу от запада до востока. Почти каждый год авары поднимались, и, гоня перед собой десятки тысяч славян, обрушивались на пограничные укрепления; Балканы превратились в поле боя, деревни были выжжены, население спасалось в крепостях или бежало в Азию. Так продолжалось тридцать лет, имперская армия изнемогала в этой борьбе, и близился тот момент, когда оружие выпадет из рук. Народ был уже не в силах платить военные налоги: ведь Сжатие продолжалось, население увеличивалось и крестьяне беднели. Юстиниан построил Град Божий, но не мог остановить ход истории: рано или поздно снова должно было прийти время голода и восстаний – и в конце VI века это время пришло. Восстание в Египте вынудило императора Маврикия (582‑602) уменьшить налоги, и это привело к невыплате жалования армии. Дунайская армия подняла бунт и пошла на Константинополь, Маврикий был свергнут и убит, страна погрузилась в пучину гражданской войны.




Это была катастрофа, похожая на катастрофу III века. Оказавшиеся открытыми границы Империи были сразу же сметены врагами. С севера наступали авары, а с запада – персы. В 626 году союзники встретились под стенами Константинополя. Аварский хакан предложил населению покинуть город, захватив с собой лишь рубаху и плащ: "Вы ведь не можете, – говорил хакан, – обратиться в рыб и искать спасения в море, или в птиц и улететь на небо". Однако Константинополь был неприступен, и после кровопролитного штурма хакан приказал отступать. Персы тоже ушли на восток; императору Ираклию (610‑641) удалось нанести им ряд поражений, и Персия погрузилась в междоусобицы. Однако в 636 году на поле боя явился новый противник – арабы. После Великой Северной Степи Аравийская Степь представляла собой второй по величине кочевой очаг: так же, как на севере, здесь шла постоянная война за выживание и отсюда исходили волны нашествия. В 620‑х годах бедуины аравийских степей объединились под знаменем новой веры, ислама, и по законам степи объединение кочевников породило новую грандиозную Волну.



Изнуренная войнами Империя не выдержала нового сокрушительного удара. Последние воины Ираклия приняли бой и полегли в великой битве при Ярмуке, арабская волна затопила восточное Средиземноморье. Волна нашествия поглотила остатки цивилизации Древнего Мира, неприступной осталась лишь последняя крепость, Константинополь. За тройной каменной броней здесь хранились сокровища прошлого: рукописи античных писателей и заветы христианского социализма. Окружающие земли стали добычей варваров, на развалинах древних городов здесь сражались между собой новые народы, среди руин Спарты строили свои землянки славянские поселенцы.

Наступила новая эпоха – Средневековье.

Бог, разделивший чудеса творения

на десять частей, семь из них

назначил Индии и Китаю.

Бузург ибн Шахрияр. Чудеса Индии.

В мире, над которым светило солнце, был Запад и был Восток, была цивилизация Запада и цивилизация Востока. Запад – это были Греция и Рим, это были античная культура и христианство. Восток – это были египетские пирамиды и Вавилонская башня, а потом мир ислама и сказок «Тысячи и одной ночи». Восток и Запад были соседними мирами, связанными тысячью нитей; цивилизация Запада пришла с Востока; с Востока пришли земледелие, храмы, письменность, ремесла. Восток был родиной земледелия, и отсюда земледельцы расселялись во все стороны света, разнося вместе с драгоценными семенами свою культуру. Почувствовав нехватку земли, новые поколения шли осваивать дальние поля за линией горизонта, шли на запад и на восток – потому что восточнее Востока тоже были земли, реки и горы! Там, на другом краю света, располагались другие миры, почти что неведомые людям Запада, загадочные миры Индии и Китая. Об этих мирах ходили легенды, где сказочное переплеталось с реальным. Легенды говорили, что в Индии вечное лето, что там растут огромные деревья с листьями в щит воина, что гигантские слоны вырывают эти деревья с корнем, что они могут встать передними ногами на крепостную стену и раскачивать хоботом башни. Говорили, что два летних месяца там идут ливни и грозы, страну затопляют потоки воды, и, спасаясь от потопа, десятки змей заползают в дома – так что людям приходится уходить из своих жилищ. Рассказывали, что там так тепло, что люди могут ходить нагими и жить под деревьями – как во времена райской жизни; что повсюду растут благовонные травы, воздух наполнен ароматом и, наверное, где‑то там, поблизости, расположен рай. Должно быть, первые земледельцы действительно приняли эту страну за рай; они пришли из выжженных степей Средней Азии, преодолели покрытые снегом горы и в VI тысячелетии вступили на благодатные берега Инда. Почти три тысячелетия ничто не омрачало жизни в раю: «Весна была приветливой и солнечным было лето…» Щедрое солнце Золотого века сияло над колосящимися полями и деревнями, разбросанными по равнинам и нагорьям. Высоко в небе пел жаворонок, и пахарь шел за парой волов, напевая старую песню о зерне и хлебе:



Просыпайтесь люди, вместе с птицами,

Пойдемте все вместе возделывать нашу землю…

Потом, как и везде, наступило Сжатие. Появились города, ремесла, торговля, огромные крепости и храмы – на берегах Инда родилась новая цивилизация. Народ, создавший эту цивилизацию, историки называют дравидами; когда‑то давно дравиды жили по соседству с шумерами и их города были похожи на города шумеров: узкие улочки среди глухих стен, а за стенами – внутренние дворики в окружении кирпичных строений. Приморские города торговали с городами шумеров, и большие вязаные из тростника корабли плыли вдоль пустынных берегов Персидского залива с грузом из меди, тканей и слоновой кости. Дравиды научились выращивать индийский рис и ткать ткани из хлопка – на Западе думали, что эти ткани делают из растущих в Индии деревьев. Дравиды имели и свою письменность, но их иероглифы до сих пор остаются нерасшифрованными, и мы ничего не знаем об их преданиях, о том, кто жил в огромных дворцах и кому поклонялись в храмах.

Города дравидов располагались вдоль берегов Инда, там, куда впервые вступили пришедшие из‑за гор земледельцы. Дальше на юго‑восток начиналась страна джунглей, там не было больших поселений и лишь маленькие деревни колонистов постепенно продвигались в глубь тропического леса. Освоение джунглей было трудным делом: только сильная родовая община могла расчистить участок влажной, переплетенной лианами чащи. Такие общины вместе возделывали землю и поровну делили урожай между сородичами: они жили так же, как древние охотники, которых нужда приучила к равенству и братству. Сопротивление джунглей затрудняло продвижение земледельцев на юг и поначалу люди теснились в долине Инда; здесь вырастали города, дворцы и могучие крепости – свидетельство того, что Золотой Век давно подошёл к концу.

В XVII‑XVI веках до н.э. на мир земледельческих цивилизаций Азии и Европы обрушилась Большая Волна. Сокрушая всё на своем пути, арийские племена ворвались в Северную Индию: "В один день Индра и Агни разрушили девяносто девять городов дасью", – говорится в арийском гимне. Раскапывавшим разрушенные города археологам открылась страшная картина: в домах, на площадях – повсюду лежали скелеты их защитников. Индская цивилизация погибла; жители сопротивлявшихся городов были принесены в жертву арийским богам – сохранилось известие об одном таком жертвоприношении в десять тысяч человек. Многие пленные были обращены в рабов: слово "враг" ("дасью") стало означать раба. Остальные туземцы превратились в зависимых "шудр", подобно плебеям и пэриекам шудры жили в своих деревнях и платили господам дань.

Арийские роды, "ганы", поделили между собой завоеванную страну и обосновались в укрепленных частоколами поселках. Среди тростниковых хижин в центре поселка располагался загон для скота; сюда пригоняли на ночь скот, который днем пасся на окрестных пастбищах. Поле вокруг поселка обрабатывали рабы‑дасью; так же, как скот и земля, они принадлежали всему роду; в те времена ещё не было частной собственности и все было общим. "Будучи объединены общим скотом, общими мыслями, они вместе боролись", – говорит предание о древних ариях. Так же, как в Великой Степи, арии проводили жизнь в борьбе, в походах и войнах; боевые колесницы год за годом выезжали из укрепленных поселков и устремлялись в набег на дальние, ещё не покоренные племена "дасью". Сражавшихся на колесницах знатных воинов называли кшатриями, они носили красные одежды и перед сражением пили вселяющий бесстрашие священный напиток, "сому". Пехотинцев‑простолюдинов называли вайшьями; они одевались в желтое и шли в бой следом за колесницами. Во главе ополчения выступал "раджа", опытный воин из числа кшатриев, которого народное собрание избирало в вожди. Ночью накануне похода устраивались кровавые жертвоприношения, воины закалывали десятки рабов и множество скота, пили сому и пели гимны, а жрец‑брахман гадал о воле богов. У ариев было множество богов и некоторые из них – со времен совместной степной жизни – были общими с греками, римлянами и персами. Греческого Зевса арии звали Дьяус, а персидского демона зла Ахримана – Айрьяманом; так же, как персы, арии приносили жертвы, сжигая их на священном огне. Царем арийских богов был Индра, богом огня – Агни, а богом‑охранителем – Вишну (или Кришна). Шудры и дасью поклонялись Шиве, которого арии сначала считали злобным богом своих врагов, но со временем причислили к своим божествам. Жрецы‑брахманы хранили заклинания‑"веды", с которыми нужно было обращаться к богам, и передавали их от отца к сыну. Они жили в мире богов и проводили время в молитвах – в то время как кшатрий украшал себя золотыми цепями, брахманы ходили нагими, в уборе из длинных волос и отворачивались от роскошных яств. Когда появлялись внуки и наступала старость, брахман уходил в лес и вел жизнь отшельника – он не нуждался в благах этого мира. Брахманы говорили, что боги ведут счет заслугам людей, их благим деяниям и молитвам, и этот счет называется "карма". После смерти душа человека вселяется в тело новорожденного, брахмана, кшатрия или раба – в зависимости от кармы умершего; при плохой карме душа может оказаться в теле животного или попасть в ад.

В новой жизни женщина могла стать мужчиной, а мужчина – женщиной. Индийские женщины сохраняли свободолюбивый характер степных амазонок; в отличие от женщин Вавилона и Греции, они не закрывали лицо и не проводили жизнь взаперти. Женщина могла иметь несколько мужей – так же, как мужчина нескольких жен. Вооруженные луками девушки составляли свиту вождя и, подобно амазонкам, сражались в битвах. Невеста и жених сами выбирали друг друга и клялись друг другу в верности; после смерти мужа‑воина жена в знак верности должна была взойти на его погребальный костер.

Такова была жизнь ариев – как её описывали древние предания, передававшиеся седыми брахманами. Брахманы заучивали наизусть тысячи строк из обращенных к богам вед – и множество песен, составляющих знаменитые поэмы "Махабхарату" и "Рамаяну". "Махабхарата" рассказывала о вражде двух знатных арийских родов, а "Рамаяна" – о приключениях царевича Рамы и его жены Ситы. Это были сказания о героях и о кровавых битвах – о том, что составляло жизнь ариев. Арии не боялись смерти в бою – ведь смерть означала для них новое рождение. Боги были милостивы к ним, они помогли им завоевать страну, расположенную близ рая, – и в благодарность арии воспевали хвалу богам. Отблески жертвенного огня падали на лица мужчин и женщин, на бронзовые тела, украшенные цветами и драгоценностями. Темные джунгли дышали теплым и влажным дыханием тропической ночи, жрец разносил чаши с пьянящей сомой, сладостным напитком богов. Прекрасные амазонки танцевали в отсветах пламени, а могучие воины тянули мощный, как небо и земля, гимн "Ригведы":

О два мира, дайте богатства нам,

Чтоб наградой сладости завладели мы!

Славу, сокровища, завоюйте нам!







Сейчас читают про: