double arrow

Новый этап развития капитализма


Глава II. Страны Европы и США в конце XIX — начале XX в.

Общественная мысль, искусство и литература

Технический прогресс и общественная мысль. В конце XIX— начале XXв. в странах Европы и Америки происходили серьезные перемены. Революция в естествознании, новая индустриальная эпоха, кризис классических систем мировоззрения побуждали к переосмыслению изменившихся условий жизни и вновь поставили вопросы о ее смысле. Многим внушали тревогу войны, милитаризм, разрушение природы в связи с развитием промышленности, социальные и моральные издержки индустриализма и городской жизни, классовая борьба и социальная напряженность в обществе. В среде творческой интеллигенции и деятелей науки росли настроения пессимизма и ожидания грядущих социальных бедствий. Русский поэт А. Белый писал об этом мироощущении: «В 1898—1901 годах мы знали твердо: идет гроза; будет гром; но будут и ослепительные зори: зори в грозе. Это было знанием рубежа».

В это переломное время часть философов обратилась к классическому философскому наследию Гегеля («неогегельянство»), а другая к Канту («неокантианство»). Обострилось традиционное противостояние философов, стоящих на позициях материализма и идеализма. В русле философских исканий того времени была и русская религиозно-философская мысль (Мережковский, Бердяев, Булгаков и др.).

В философской полемике того времени сталкивались полярные точки зрения и теории. Американский прагматизм, обвинявший прежнюю философию в отрыве от жизни, в абстрактности, предлагал заняться решением практических проблем, возникающих в реальной жизни людей. Сторонники «философии жизни», основоположниками которой считаются немецкие философы А. Шопенгауэр и Ф. Ницше, выступали против рационализма, взывая к иррациональному в человеческой психике. Ницше уделял главное внимание критике христианства и рационализма, которые «угнетают волю к жизни». Он предлагал преодолеть это угнетающее воздействие путем освобождения «жизненных сил» человека, чтобы раскрыть путь к «сверхчеловеку», стоящем/ «по ту сторону добра и зла». Такие высказывания Ницше справедливо расценивались как оправдание насилия, как подрыв позитивных моральных ценностей человеческой цивилизации. Вместе с тем художественную интеллигенцию начала XXв. привлекала в сочинениях Ницше особая образность, своеобразная художественная форма, афористичность, загадочность пророчеств, не свойственных философским сочинениям.

На рубеже веков науки об обществе и человеке обогатились рядом новых концепций и научных открытий. Большое влияние на многих деятелей науки, культуры и искусства оказало учение французского философа А. Бергсона об интуиции, которую он противопоставлял интеллектуальным методам познания и рассматривал как своего рода инстинкт, позволяющий художнику проникнуть в суть вещей. Не менее значительным было влияние учения о психоанализе, основы которого были заложены австрийским ученым 3. Фрейдом. Главное в психоанализе — это открытие бессознательного. Учение о бессознательных импульсах, мотивациях, влечениях позволило Фрейду создать психотерапевтический метод лечения неврозов, восстановления душевного равновесия пациентов. Со временем психоанализ распространился на философию, историю, религиоведение, изучение культуры и искусства.

В конце XlX— начале XXв. в странах Европы и США получила развитие социология — наука о различных сторонах развития общества. Во многих странах довольно популярным было течение социального дарвинизма, согласно которому развитие общества определяют биологические закономерности естественного отбора, выживания наиболее приспособленных. Дальнейшее развитие социологии помогло преодолеть ограниченность социал-дарвинизма.

Широкую известность приобрели труды М. Вебера, который изучал становление капиталистического общества, в частности, он попытался выяснить роль протестантской этики в этом процессе. Вебер считал, что протестантизм с его требованиями личной ответственности и суждением о человеке по его делам оказал решающее влияние на утверждение духа предприимчивости, внесение рациональности и эффективности в хозяйственную деятельность. Книга Вебера «Протестантская этика и дух капитализма» многократно переиздавалась во многих странах мира в течение всего XX в.

Со смутным осознанием переходного характера наступившей эпохи, тревожным ожиданием перемен было связано распространение мистики, оккультизма, популярности экзотических, в том числе восточных, религий.

Неоромантизм. Стиль модерн. Такие умонастроения нашли отражение и в произведениях многих деятелей искусства и литературы, в поиске новых путей в искусстве, в идейных исканиях. Так, на рубеже XIXи XXвв. возникло направление неоромантизма, которое стремилось к синтезу и переосмыслению прошлого европейской (и не только европейской) культуры.

В русле эпохи неоромантизма, провозвестником которого явился композитор Р. Вагнер, развивался литературный символизм. Зародившись во Франции в 60—70-е гг. XIXв. (Ш. Бодлер, П. Верлен, С. Маларме и др.), символизм захватил и другие формы искусства — театр, живопись, музыку. Главным средством художественного познания считался символ. Сочетание реального и таинственного, социального и индивидуального, обращение к мифам, поиски мистического откровения и новизны, иносказательность определяли эстетику символизма'. Центральным в нем был культ Вечной Женственности как символ и земной прообраз высшего совершенства. В России это художественное течение представляли писатели и поэты Вл. Соловьев, А. Блок, В. Брюсов, А. Белый, Л. Андреев, композитор А. Н. Скрябин и др.

В изобразительном искусстве символизм воплощался пластическими средствами стиля модерн (от французского слова, означающего «новый, современный»). Стиль модерн сочетал различные формы пластических искусств, универсальный декоративный язык и идеи всеобщего синтеза — реального и ирреального (идеального), соединение эстетства и функциональности. Стремление создать совершенные синтетические модели наиболее зримо проявились в архитектуре. Архитектор-творец выступал как универсал. Он создавал свое произведение от начала до конца — от составления проекта до архитектурной отделки и компоновки предметов интерьера. Так обеспечивалось единство стиля. Примером такого синтетического произведения может служить особняк Рябушинского в Москве, созданный архитектором Ф. О. Шехтелем. Это замечательное сооружение, начиная со спиральных элементов ограды, убранства фасада, разнообразия оконных проемов, живописного панно на фасаде и кончая интерьером, в центре которого знаменитая декоративная лестница, создано в едином стиле.

В театральном искусстве особое творческое внимание уделялось основным элементам сценического воплощения: живопись декораций, уникальные эскизы костюмов, хореография и сценическое действие становятся органическими, равноправными компонентами, которые созвучны игре актеров. Театр наиболее полно воплотил идеи синтетического искусства. Крупным событием в культурной жизни Европы в начале XX в. были «Дягилевские русские сезоны» в Париже, во время которых организовывались выставки, театральные гастроли, встречи деятелей искусства. Москва, Париж, Мюнхен, Венеция в начале XX в. стали центрами международного обмена в искусстве.

В музыкальной культуре неоромантизма ведущее место занимал Вагнер. Позднее поисками синтетического искусства занимался А. Н. Скрябин (опыты светомузыки, создание «музыкальных драм» — «мистерий»).

В начале XX в. большую популярность завоевывал новый вид синтетического искусства — кинематограф. Звезды кино начала века — Андре Дид, Макс Линдер, Чарли Чаплин — приобрели мировую известность. «Великий немой» требовал особого искусства жеста, мимики, ритма, сочетания декораций и натуры, доходчивых символов и юмора. Кино стало массовым искусством.

Новые художественные течения в искусстве: авангардизм. Характерный для изобразительного искусства последней трети XIXв. импрессионизм (от французского impression — впечатление) — пережил в начале века глубокий кризис, как и в целом «чувственное» искусство прошедшего столетия. Принципы импрессионизма, его метод четко определяли сами его представители: «видеть, чувствовать, выражать — в этом все искусство»; «я пишу то, что сейчас чувствую». Импрессионизм стремился в живописи путем разложения красок на составляющие элементы, разложения видимого мира на мозаику красочных пятен создать синтез — обобщенное синтетическое воспроизведение своего восприятия объекта. В конце XIXв. наступил закат импрессионизма как художественного метода и художественного течения. На смену ему пришел целый ряд новых художественных течений, представители которых в основном опирались на стиль модерн и подвергали критике чувственное искусство.

Французский художник Поль Сезанн первым вышел за рамки импрессионистского видения природы и пространства, положив начало постимпрессионизму. Он нашел новые художественные средства и на своих полотнах как бы «раздвинул» пространство. На его пейзажах сбегают или обрываются вниз склоны, прогибаются долины, выгибается зеркало вод, вспухают холмы, громоздятся к небу горные вершины. Если импрессионисты оживили свет и цвет в изображении, то Сезанн пошел дальше.

Постимпрессионизм открыл дорогу новым художественным течениям, которые отказались от простого воспроизведения видимой поверхности реальных объектов, стремились проникнуть в суть явлений, выразить внутренний мир, характер человека. Они знаменовали наступление нового, переходного периода в развитии живописи, архитектуры, литературы, театрального искусства. Поскольку представители этих течений провозглашали себя сторонниками нового, авангардного искусства, они получили объединяющее их название авангардизм.

Большое влияние на развитие авангардной живописи оказал кубизм. Основателями этого направления считаются французские художники П. Пикассо, М. Дюшан и Ж. Брак. Отказываясь от свойственной импрессионизму передачи цвета и света, кубисты создавали новые формы многомерной перспективы: разлагая объект на геометрические формы, художники изображали его с самых разных сторон, в том числе и обычно невидимых. На картинах пересекались различные плоскости и геометрические фигуры (полуокружности, окружности, треугольники, кубы и т. д.). Таким образом кубисты пытались обнаружить некий энергетический центр объекта, его внутреннее содержание. Картина Пикассо «Скрипка» является наиболее характерным примером этого художественного направления, метода и стиля.

Дальнейшим развитием кубизма стал созданный К. Малевичем супрематизм (от латинского — высший). Мир его картин — вне земного измерения. На белом фоне — символе чистого света — как бы парят геометрические фигуры, лишенные всяких содержательных элементов и улетающие в беспредельный космос.

Наиболее известным произведением Малевича стал «Черный квадрат» Помещая на белом фоне уравновешенную форму черного идеального квадрата, Малевич создавал символ вечного противостояния двух сил —света и тьмы, небытия и жизни, прошлого и неизвестного будущего Малевич и В. Кандинский — родоначальники беспредметной живописи. Кандинский создавал свой абстракционизм и теорию абстрактного искусства, уходя от предметных ассоциаций в мир цветовых симфоний. У Малевича — приверженность миру идеальных геометрических тел, парящих в идеальном духовном космосе искусства. Эти поиски мастеров авангарда не следует рассматривать как поиски совершенства технического мастерства. Это были поиски в духе философии искусства того времени, они не были изолированы от состояния общественной мысли и философских направлений конца XIX —начала XX в.

Абстракционизм и беспредметность — таково конечное, пиковое достижение авангарда, это реализация мечты романтиков о создании творения искусства максимально бесплотного и воплощающего лишь духовное тело. Многие художники авангарда практически и теоретически разрабатывали идеальные модели. Кандинский писал «О духовном в искусстве», Малевич создавал теорию супрематизма, Скрябин грезил о высочайшем воплощении духа творчества в «Соборе будущего», где сливаются в едином хоре голоса разных искусств. Авторы этих теорий настойчиво подчеркивали невоплотимость их в реальности, это — философия искусства. Практические выводы из этих творческих открытий стали возможными спустя многие десятилетия (конструктивизм и функционализм в архитектуре, дизайн).

Если кубисты и супрематисты изображали мир с помощью рассудочных геометрических форм, то другой французский художник — А. Матисс, опираясь на идеи стиля модерн, обращается к природе, к человеку. В искусстве авангарда начала века прослеживаются два основных направления: одно устремлено в будущее, другое обращено к природе и человеку, стремясь уберечь его от разрушительного напора цивилизации. Об этом и говорит картина Матисса «Танец», где выражена идеальная формула декоративной гармонии трех начал — неба, земли и людей, трех цветов — голубого, зеленого и оранжевого, трех состояний — статики, динамики и их соединения в стремительном танце.

Ощущение европейской культурой своей «перезрелости», усталости выражалось в стремлении причаститься и очиститься прикосновением к древним архаическим культурам, наследию культуры Востока (Китай, Индия, Япония, Полинезия, Африка, первобытное искусство), а также к первоистокам собственных культур (иконы, готика, лубок). Все эти течения, обратившиеся к истокам народного творчества и примитива, отразились в неопримитивизме (П. Гоген во Франции, Н. Гончарова, М. Ларионов в России). Поиски идеала духовного спасения и обновления привели П. Гогена в Полинезию, на остров Таити. Его привлекали нетронутая природа, мудрость древних религий и мифов. Обращаясь к первобытному «варварскому» искусству, художественной культуре Востока, П. Гоген стремился создать новый художественный синтез, возвращающий человеку гармоничное слияние с природой.

По пути Гогена пошли и некоторые другие художники. Поездка Матисса в Марокко обогатила его творчество новыми красками и сюжетами. Английский художник О. Бердслей многое использовал из японской графики. В свою очередь его творчество оказало влияние на европейскую книжную и журнальную графику. Влияние искусства Китая, Индии, Египта, персидской миниатюры, негритянской скульптуры, японской графики, мексиканских ацтеков, народов Полинезии прослеживается в творчестве многих выдающихся художников, писателей и поэтов Европы и Америки.

Признанием ценности цивилизации Востока было присуждение в 1913 г. Нобелевской премии выдающемуся мыслителю и писателю Индии Рабиндранату Тагору.

Среди новых течений в Германии особо выделялся экспрессионизм. В произведениях этого направления подчеркивается стихийное эмоциональное начало, однако в отличие от импрессионизма, стремившегося передать «впечатление», экспрессионизм стремился выразить «внутреннюю истинную сущность» предмета. Это искусство предугадывало время ломки, роковых, кровавых и необратимых перемен. Ключевой образ поэзии экспрессионизма — Апокалипсис, Страшный суд («Сумерки человечестиа»). В русле этого течения были и первые произведения австрийского писателя Ф. Кафки.

Литература «критического реализма». Деятелей искусства и литературы на рубеже XIXи XXстолетий волновали не только чисто творческие проблемы, но и социальная несправедливость, империализм, колониализм, милитаризм и войны — вся сложность и противоречивость жизни. Тревожное состояние кануна социальных потрясений, предчувствие грозы как бы наполняли атмосферу того времени. У многих литераторов эти чувства порождали настроения пессимизма и тоски. В той или иной форме это находило отражение в их творчестве, где ясно ощущалась тенденция к критике несправедливостей общественного строя, человеческих отношений, судьбы творческой личности в буржуазном обществе.

Французский писатель Р. Роллан создал серию биографических произведений о выдающихся художниках и музыкантах — «Героические жизни». В нее вошли биографии Бетховена, Микеланджело, Л. Толстого. Многотомный роман «Жан-Кристоф» раскрывал психологию творческой личности, сложность духовной жизни и судьбы художника.

В ином жанре выступал французский писатель А. Франс. В антибуржуазных романах-памфлетах — «Остров пингвинов», «Боги жаждут», «Восстание ангелов» он осуждал насилие, войны, в том числе и революционное насилие, религиозный фанатизм, лицемерие буржуазной морали. В то же время творчество Франса пронизано любовью к человеку, природе и красоте.

На рубеже двух веков произошло обновление драматургии. Английский драматург Б. Шоу в эти годы много сделал для вывода английской драматургии из идейного и художественного тупика. Его пьеса «Пигмалион» уже тогда обошла сцены всех ведущих театров мира. Новатором в области драматургии выступил норвежский драматург Г. Ибсен, который придал драме проблемный характер. Широкую известность в мире в конце XIX —начале XX в. приобрели пьесы немецкого драматурга-неоромантика Г. Гауптмана.

Немецкий писатель Т. Манн создал в начале XX в. ряд крупных художественных произведений. Его роман «Будденброки» повествует о вырождении бюргерского рода, упадке его духовных сил и жизнеспособности. На пессимистических взглядах автора сказалось влияние философии Шопенгауэра. Своеобразие видения мира Т. Манном отразилось также в его психологических новеллах. В самой яркой из них — «Смерть в Византии» создано синтетическое, сложное видение проблем, возникающих перед творческим человеком.

Английский писатель Г. Уэллс сочинил знаменитые научно-фантастические романы «Человек-невидимка», «Война миров» и др.

Американцы Ф. Норрис, Дж. Лондон, Т. Драйзер выступили в начале XX в. с рядом крупных критических произведений. «Спрут» Ф. Норриса, «Железная пята» Дж. Лондона, «Джунгли» Э. Синклера — наиболее примечательные образцы социальной литературы критического реализма в США.

Завершение территориального раздела мира колониальными державами к началу XX в. Осознание сущности качественно нового состояния европейской и мировой истории в наступившем XX в. пришло не сразу. Переходный характер эпохи осознавался по-разному политиками, экономистами, философами, деятелями искусства и науки. Однако многочисленные книги и статьи определяли новую эпоху общим понятием «империализм» (от латинского — власть, государство, империя). Первое, что было совершенно очевидно и требовало объяснения: почему весь мир именно в конце XIX — начале XX в. был «охвачен невиданной лихорадкой империализма» (по выражению французского историка, современника событий). Действительно, колониальные захваты территорий, создание империй, грабительская активность торговых компаний известны были многие десятилетия и столетия, но именно в последней четверти XIX в. развернулось ожесточенное соперничество небольшой группы индустриальных капиталистических государств за захват территорий в Азии, Африке и на Тихом океане. Великобритания, Франция, объединенные Германия и Италия, а также Россия, США, Япония, более мелкие государства — Бельгия, Голландия, Португалия, Испания — все приняли участие в вакханалии колониальных захватов и создании колониальных империй.

Больше всех преуспела Англия Еще совсем недавно, в 1852 г английский министр финансов Б Дизраэли заявлял, что «колонии — мельничные жернова на нашей шее». А за 1884—1900 гг. Англия приобрела 3,7 млн. кв. миль с населением в 57 млн. человек. Не намного отстала Франция, захватившая территорию в 3,6 млн. кв. миль с населением свыше 36 млн. человек. Германии досталось меньше — 1 млн. кв. миль с 16 млн. населения. Другие колониальные державы довольствовались меньшей добычей. В итоге к началу XX в. в основном был завершен территориальный раздел мира между горсткой империалистических государств.

Главным объектом колониальной экспансии в это время была Африка. Крупнейшие африканские страны стали английскими колониями: Нигерия, Кения, Танганьика. В Южной Африке создана колония Родезия. Англия оккупировала Египет и Судан. Франция овладела Тунисом, Западной и частью Центральной Африки, Мадагаскаром. Германии достались земли так называемой германской Восточной и Юго-Западной Африки, Того, Камерун. Италия захватила Ливию и часть Сомали.

Кроме колоний в сферу экспансии капитала, в политическую и экономическую зависимость попали многие формально независимые государства в Азии, Африке и Латинской Америке. Колонизаторы оправдывали свои захваты «цивилизаторской миссией», утверждая, что они несут тяжелое «бремя белого человека» в целях просвещения «диких туземцев». Знаменитый английский поэт Редъярд Киплинг, певец колониализма, по этому поводу писал:

Несите бремя белых —

И лучших сыновей

На тяжкий труд пошлите

За тридевять морей,

На службу к покоренным

Угрюмым племенам,

На службу к полудетям,

А может быть — чертям.

По мере расширения колониальных захватов предпринимались попытки объяснить мотивы экспансии. Одни утверждали, что колониализм — это неизбежное зло, преследующее человечество всю его историю: «империализм стар, как всемирная история». Другие оправдывали колониализм своей буржуазии, а колониальную политику других держав осуждали как негуманную и несправедливую.

Однако представление об империализме только как политическом явлении, вызванном психологическими, честолюбивыми мотивами не давало ответа на вопрос о сущности новых процессов в капиталистическом обществе. Оставались не выясненными экономические мотивы и всплеск колониальных захватов именно в конце XIX в., а также начавшаяся борьба за передел колоний. Изучение перемен в экономике ведущих индустриальных стран и в мировом хозяйстве позволило подойти к экономическому объяснению империализма.

Монополистическая стадия капитализма. В конце XIX — начале XX в. в экономической политике окончательно утвердился вывоз капитала над вывозом товаров.

Английский экономист Дж. Гобсон в книге «Империализм» (1902) обстоятельно описал экономические и политические особенности новейшего капитализма. Он заметил, что Англия получила от внешней торговли (включая колониальную) в 1899 г. 18 млн. ф. ст., в то время как чистый доход от вывоза капитала превысил указанную сумму более чем в 5 раз. Он также пришел к выводу, что именно финансисты стремятся к политическому захвату тех стран, где находятся наиболее выгодные капиталовложения. Банки, не прилагая никаких усилий для развития промышленности, получали очень высокие прибыли в качестве платы за посредничество при выпуске иностранных займов. Внешняя политика правительств, особенно таких государств, как Англия и Франция, руководствовалась не в последнюю очередь целями обеспечения рынков для выгодного помещения капиталов. Таким образом, колониальная экспансия, прежде всего европейского капитала, в страны Азии, Африки и Латинской Америки прямо была связана с превращением промышленных капиталистических стран в государства-кредиторы.

Большой вклад в понимание империализма внесли работа немецкого социал-демократа Р. Гильфердинга о финансовом капитале (1910) и популярный очерк В. И. Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916). В этих работах анализировался процесс концентрации производства и капитала, который выразился в образовании крупных картелей, синдикатов, трестов, концернов, финансовых и банковских объединений, известных под общим понятием — монополии, поскольку они подчас занимали доминирующее, монопольное положение на рынках сбыта и в производстве. Таким монополиям становилось тесно в национальных рамках от «переизбытка» капитала, а экспансия капитала в слаборазвитые страны давала возможность получить более высокие прибыли в виде процентов по займам, субсидирования железнодорожного строительства, разработки сырьевых ресурсов.

Формирование крупных промышленных и финансовых групп в экономике индустриальных капиталистических стран привело к качественным изменениям: на смену свободной конкуренции пришло ее ограничение монополией.

Благодаря преимуществам крупные корпорации стали занимать доминирующее, монопольное положение в отдельных сферах хозяйства, теснить и подавлять конкурентов, а иногда могли тормозить распространение научных, технических и организационных новшеств. Хотя существовали тысячи мелких и средних предприятий и фирм (немонополистическая сфера хозяйства), господствующим фактором в экономике становятся монополии и финансовые объединения. Это стало характерной чертой и особенностью новой ступени развития капитализма.

Со становлением монополий в капиталистических государствах Европы совпадает и главная масса колониальных захватов, обострение борьбы за раздел мира. К старым мотивам колониальной политики прибавилась борьба за источники сырья, за вывоз капитала, за разграничение сфер влияния, за хозяйственную территорию. Определенную роль играли и военно-стратегические соображения, противодействие реальным и возможным конкурентам и противникам, что, однако, не исключало между ними полюбовных сделок и тайных соглашений.

Новая стадия капитализма получила название монополистического капитализма или империализма. Его основные черты: сочетание свободной конкуренции и монополии; слияние промышленного и банковского капитала и образование финансовой олигархии; территориальный и экономический раздел мира; преобладание вывоза капитала в отличие от прежнего преимущественного вывоза товаров; установление тесной связи финансового капитала с государственной машиной.

После завершения территориального раздела мира в конце XIX — начале XX в. сложилось всемирное капиталистическое хозяйство. Началась борьба за передел мира в соответствии с меняющимся соотношением сил между империалистическими державами. Милитаризация и гонка вооружений, особенно усиливавшиеся в первое десятилетие XX в., стали предвестниками всемирной схватки империалистических держав.

Новая эпоха и политика буржуазного реформизма. Новая стадия капитализма характеризовалась установлением тесных связей между бизнесом и государственной властью. Более отчетливо проявила себя и органическая связь внешней и внутренней политики буржуазных государств. Внешняя экспансия далеко не ограничивалась простым удовлетворением корыстных интересов капитала. С внешними захватами и эксплуатацией колоний буржуазные политики связывали расчеты на ослабление социальных конфликтов в своих странах.

Известный английский империалист Сесиль Родс, по имени которого была названа* Родезия, в 1895 г. говорил:

«Я был вчера в лондонском Ист-Энде (рабочий квартал) и посетил одно собрание безработных. Когда я послушал там дикие речи, которые были сплошным криком «Хлеба, хлеба!», я, идя домой и размышляя о виденном, убедился более, чем прежде, в важности империализма... Моя заветная идея есть решение социального вопроса, именно: чтобы спасти сорок миллионов жителей Соединенного Королевства от убийственной гражданской войны, мы, колониальные политики, должны завладеть новыми землями для помещения избытка населения, для приобретения областей сбыта товаров, производимых на фабриках и рудниках. Империя, я всегда говорил это, есть вопрос желудка. Если вы не хотите гражданской войны, вы должны стать империалистами».

В период империализма усилилось влияние крупного бизнеса на принятие законодательных решений, на общий курс государственной политики. Нередкими стали перемещения высших государственных чиновников в кресла директоров компаний и банков и, наоборот, бизнесменов в правительственный аппарат (так называемая «личная уния»). Однако государственная власть не становилась простой марионеткой отдельных, пусть самых могущественных монополий, она обладала известной самостоятельностью.

В период капитализма свободной конкуренции государственную власть мало заботила экономическая жизнь общества. Идейно-политическим течением, господствующим в обществе, был либерализм.

С началом новой эпохи — перерастания капитализма в монополистическую стадию — идеи либерализма о невмешательстве государства в экономическую жизнь стали противоречить потребностям экономического развития и состоянию социальных отношений. К тому же в конце XIX — начале XX в. получили широкое распространение социалистические идеи общественной собственности, централизованного управления хозяйственной жизнью в интересах общества в целом, идеи социальной справедливости. Новые потребности усложнившейся экономики и острые социальные проблемы поставили в повестку дня вопрос о новой роли государства, о неизбежности активного вмешательства государства в регулирование социальных и экономических процессов.

Таким образом, вопрос о роли государства, о государственной политике и участии в ее осуществлении различных классов, социальных слоев и политических партий стал одним из центральных в общественной жизни индустриальных государств. Политика вмешательства капиталистического государства в регулирование социально-экономических отношений получила название буржуазного реформизма.

Один из видных идеологов буржуазного реформизма Г. Шмоллер в 1894 г. так обосновывал необходимость этой политики:

«Наверняка останется безрезультатной попытка отнять сегодня у социал-демократа, у организованного рабочего его идеалы и его вождей, не изменив его сперва изнутри. Его необходимо успокоить, оставить ему для начала его утопии, но попытаться практически улучшить условия его рабочего дня, облегчить труд женщин и детей, изменить методы исчисления заработной платы, улучшить воспитание его детей, необходимо признать его профессиональные рабочие союзы, его коалиционное право, но одновременно ограничить отрицательные стороны коалиционного права посредством одновременного создания третейских судов, тарифных договоров, принятия соответствующего закона о профессиональных рабочих союзах».

Реформистская идеология имела целью воздействовать на политику правительств и государств, направляя ее в русло компромиссов и реформ. Однако такая политика еще не встречала достаточно широкого отклика в массе предпринимателей и среди политических партий буржуазии.

Для империалистической эпохи была характерна и другая тенденция: курс на применение насилия, принуждения, склонность к реакции и подавлению демократических устремлений трудящихся. Нередко эти две линии в буржуазной политике — тактика уступок и реформ и тактика насилия и отказа от уступок — сочетались в разных странах в той или иной пропорции. В годы первой мировой войны политика социальных реформ была свернута и государственное регулирование приняло однобокий характер, обеспечивая капиталу прибыли, а рабочим — принудительный и изнурительный труд при снижении жизненного уровня.

Деятельность II Интернационала. В конце XIX — начале XX в. возросла активность партий II Интернационала. Важнейшим вопросом, стоявшим в повестке дня этой международной организации, объединявшей свыше двух десятков социалистических и рабочих партий, был вопрос об отношении социалистов к милитаризму, войне и колониализму. Уже первый конгресс II Интернационала, состоявшийся в Париже в 1889 г., осудил милитаризм и войну. Последующие конгрессы в Брюсселе (1891), Лондоне (1896), Париже (1900), Штутгарте (1907), Копенгагене (1910) и Базеле (1912) неизменно принимали антивоенные, антиимпериалистские резолюции. С совместными заявлениями против милитаризации, готовящейся войны выступали социалистические партии Германии и Англии, Франции и Германии. Однако в международном социалистическом и рабочем движении были и серьезные разногласия по вопросам тактики, стратегии, теории, особенно в оценке новых явлений и процессов в капиталистической экономике и государственной политике.

В 1899 г. немецкий социал-демократ Э. Бернштейн опубликовал книгу «Предпосылки социализма и задачи социал-демократии», в которой подверг критике некоторые принципиальные положения марксистской теории. Ссылаясь на новые тенденции в развитии капитализма, Бернштейн указывал на ошибочность теории обнищания рабочего класса, на преувеличение марксистами зрелости предпосылок социалистической революции, на недооценку ими потенциальных возможностей регулирования капиталистической экономики и значения реформ в прогрессе общества. Эти попытки пересмотра (ревизии) ряда теоретических положений марксизма впоследствии оправдались, однако тогда они были объявлены ревизионизмом, правым уклоном от марксистской теории и социал-демократической практики, К. Каутский в том же году выступил с книгой «Антибернштейн», в которой с позиций «ортодоксального» марксизма подверг критике основные тезисы Бернштейна. В России с таких же позиций против бернштейнианства выступил Г. В. Плеханов. Затем последовала критика ревизионизма слева, в том числе и со стороны В. И. Ленина. Таким образом, четко обозначились три направления в европейской социал-демократии: правое, центристское и левое. Позиция центриста Каутского, выступившего со своей точкой зрения на империализм, вызвала со стороны левых, в том числе и В. И. Ленина, столь же резкую критику, как и правый ревизионизм. В европейской социал-демократии в начале XX в. шла острая полемика. Отношения между представителями правой социал-демократии, центристами и левыми социал-демократами приняли враждебный характер. Однако организационное единство Интернационала сохранялось до первой мировой войны.


Сейчас читают про: