double arrow

Дом Мертвых: Гроза разразилась


Ангел Смерти стоит на небольшом скальном выступе, с которого открывается панорама самого гигантского некрополя Вселенной. Чернильно-черная шерсть, покрывающая все тело Последнего из Траг’гонов, сливается с бездонным мраком Дуата. В темноте, как две маленьких звезды, горят фиолетовым огнем его глаза. Вместо неба, над плотными рядами саркофагов нависает один из проекторов Ока Мертвых, и сейчас на его эфемерной поверхности виден флот Старших Рас, двигающийся сквозь гиперпространство к Мор-Теготу. С момента начала Войны Ипостасей, Селкер постоянно наблюдал через Око Мертвых за возней Высших и Старших, однако сейчас его терпение истощилось. Слишком далеко зашли Высшие, решившие, под покровом сгустившейся над Мирозданием тени Внешних Реальностей, объявить войну Наследнику Траг’гонов. Их расчет был прост и понятен: Ангел Смерти отвел все свои войска в Альтернативную Вселенную, и теперь взять Мор-Тегот будет легче легкого… Селкер усмехается: как были Высшие наивными идиотами, такими они и остались. Ни одно войско Срединных Миров просто не в состоянии реально угрожать Дому Мертвых, оснащенному по технологиям самих Траг’гонов. Как могут создания всерьез соревноваться даже с тенью своих Творцов? И тем не менее, Селкер даже не особо задумывается над тем, по кому наносить первый удар. Ответ для него очевиден. Повстанческие силы Высших рассчитывают на то, что у Ангела Смерти нет достойной армии… Придется их разочаровать.

Селкер поднимает левую руку и его голос разносится по всему Дуату. И сейчас этот голос не похож на обычный резкий лай. Он не быстрый и не медленный, не высокий и не низкий, может быть Повелитель Мор-Тегота и вовсе ничего не говорит, но звук образуется в волнах вселенских энергий и сейчас в тишине Дуата звучит голос самой Смерти. Эти слова слышит все Мироздание, они падают точно гранитные утесы, превращая волю тех, кто слышит их, в абсолютное ничто по сравнению с волей говорящего.

— Только я имею власть призвать Смерть против Жизни! – рука Селкера медленно опускается – И теперь я говорю вам: восстаньте из своих могил! Все до единого!

Тяжкий вздох проноситься по Царству Мертвых. Погребальным светом вспыхивают надгробия, и неисчислимые мертвецы поднимаются из каменных саркофагов. Они идут к скале, на которой стоит их Хозяин, и собираются под скальным выступом. Те, кто пробуждается в бездонной шахте, идущей сквозь весь Верхний и Нижний Дуат, тоже идут к Ангелу Смерти, поднимаясь прямо по воздуху. Едва отзвуки голоса Селкера достигают Цеты, мученики, нарушавшие Закон Равновесия, получают прощение и вместе со своими палачами бредут из адских казематов наверх.




Перед Селкером собираются миллионы мертвецов, мумий, составленных из частей тел представителей различных рас, полумеханических созданий и существ, полностью закованных в металл. Здесь представители всех рас Вселенной, даже тех, что погибли полностью еще до прихода Триумвирата.

— Слушайте меня, мертвые. – говорит Ангел Смерти, на этот раз уже обычным голосом – Вы все возвращены к жизни не ради моей прихоти, но потому что над той Вселенной, в кругах коей вы до сих пор находитесь, нависла угроза. И потому вы призваны мной с одной только целью: защитить Вселенную, себя и свое посмертие, каким бы оно не было. Вы будете сражаться, как и живые, умирать и, возрождаясь снова, опять сражаться. И убитые вами, будут присоединяться к вашей армии. Вы не можете отказаться, ибо у вас просто нет иного выбора. Кем бы вы ни были при жизни, сейчас вы солдаты моей армии, а вся память о прошлом стерта из тех энергетических субстанций, что я вкладываю в вас вместо души. Вы умеете сражаться и убивать, потому что только это от вас сейчас и требуется.



Селкер щелкает пальцами, и все становиться так, как он сказал.

Живые мертвецы, необозримыми колоннами выходят из мрака Дуата на равнины Йилфа. Здесь они будут ждать своего часа, здесь их снарядят и приготовят к ведению войны в любых условиях и в любой обстановке. И именно сюда прибудут боевые звездолеты из Йякана, построенные по технологиям крэллов. Однако не трагониды поведут их в бой, а мертвые трехмерного мира. Так будет. Более Ангелу Смерти нет дела до тех, кого он пробудил от сна. Ими займутся полуматериальные тени, вызванные из омутов вселенской энергии. Они подготовят все необходимое, и через сорок – пятьдесят лун, армия Мор-Тегота будет полностью готова к войне…

Ангел Смерти возвращается в тронный зал, но, отворив двери, останавливается в нерешительности. Он видит чудовищную бесформенную тень над своим троном, корчащуюся, словно в агонии, извивающуюся десятками щупалец – отростков. На троне из черного мрамора сидит закутанная в просторные одежды фигура. У нее нет лица, ибо под черным башлыком одна лишь пустота. Селкер вздрагивает, вспоминая тот сон, после которого у него осталась незаживающая рана, едва не повредившая глаз.

Селкер понимает, что смотрит в лицо собственной гибели.

— Ты пришел… - Ангел Смерти обреченно вздыхает. – Что же, давай, исполняй это треклятое Пророчество Танокаля.

Фигура отвечает. Он неимоверно низкого гула и рева содрогается Мор-Тегот. Это не голос Азарга Куна, но слабое эхо чего-то неимоверно далекого и чужого.

— Преклонись перед силами Внешних Реальностей и Его Абсолютным Величеством Ур’Ксултом, Султаном Черной Галактики Нааргаль. Твой час еще не пробил, шакал, но он близок. Я могу забрать тебя прямо сейчас, но тогда в моей мести роду Траг’гонов не будет никакого смысла.

Селкер не двигается. Не принадлежащая траг’гонам частица его существа подавляет желание опуститься на колени перед эмиссаром Внешней Тьмы. В ответ, тени, корчась и извиваясь, удлиняются, окружая Ангела Смерти. Одно неловкое движение, и тень Забвения может задеть его.

— Ты мой навеки. – отголоски голоса Ур’Ксулта вновь наполняют Мор-Тегот. – Но сначала ты увидишь, как погибнет Мироздание и К’Лаан воцариться над трехмерной Вселенной. Я покажу тебе как все, что создали твои предки, будет проглочено утробой Небытия.

Как и в достопамятном сне, Жезл Мертвых сам прыгает в руку Селкера. Слепящий луч бьет в черную фигуру на троне, ибо даже эмиссар Забытых Древних не может состязаться в скорости реакции с Ангелом Смерти. Чудовищный по силе разряд концентрированной звездной энергии разгоняет тени, на мгновение, озаряя весь тронный зал. Черная Пирамида дрожит от исступленного рева и воя, в котором с трудом угадывается смех. Нахлынувшая масса живого мрака пожирает свет, только набирая от этого силу. Черной молнией бросаются вперед щупальца Ур’Ксулта, но Селкер отпрыгивает в сторону, отсекая их направленным ударом фонтанирующей энергии. Смех не стихает, а только усиливается. Почти прозрачные темные потоки сворачиваются в жгуты и снова распрямляются в стремительном броске. На этот раз Тень задевает щупальцем руку Ангела Смерти, и Жезл Мертвых падает на мраморный пол. Неведомая и необоримая сила прижимает Селкера к колонне, а расплывчатые очертания чего-то неимоверно ужасного, похожего на хаотичное сплетение витых черных канатов, жидких как кисель, постоянно вздрагивающих и дрожащих, приближается к нему. Только сейчас Ангел Смерти замечает, что на этих канатах открываются и закрываются маленькие рты. В морщинах живого мрака он видит несколько десятков тройных глаз, окруженных подрагивающими присосками и тысячами червеобразных отростков. Вокруг глаз вздуваются и лопаются постоянно меняющие свой цвет пузыри. Но самое ужасное, что при этом, поверх этой текучей желеобразной массы можно различить половину человеческого лица, уродливую и перекошенную, растекающуюся отвратительными складками вязкого, плотоядного сумрака…

— Как ты посмел поднять на меня оружие, шакал? Как ты осмелился бросить вызов Султану Забытых Древних? Ты же пустота, по сравнению с Его Абсолютным Величеством Ур’Ксултом! Ты будешь низвергнут в Дальнее Забвение и в твоей плоти будут вечно кормиться наши лярвы!

— Ты слишком много говоришь, Азарг Кун… - с трудом произносит Селкер. – Если ты можешь это сделать, то делай.

— Слишком легко для тебя… Я оставляю тебе жизнь только потому, что вскоре ты и сам согласишься променять ее на Забвение. Я покидаю Дом Мертвых, но не прощаюсь. Жди меня в любое время…

Сущность Азарга Куна отшвыривает Селкера в сторону и растворяется в вечном мраке Черной Пирамиды. Наверное, более часа Ангел Смерти лежит, не двигаясь и почти не дыша. Он очень медленно приходит в себя, с трудом встает, и кое-как добирается до трона. Одна его рука онемела, вторая, которую коснулись щупальца Ур’Ксулта, превратилась в окровавленный кусок плоти, с торчащими оголенными костями. В который раз ему доказывают, что враг, вторгнувшийся ныне в пределы Мироздания, не по зубам траг’гону – полукровке. Может быть, пора с этим смириться? Селкер пытается восстановить правую руку, но безуспешно. Левая рука по-прежнему парализована, однако у Ангела Смерти получается немного снять оцепенение. Селкер притягивает к себе лежащий на полу Жезл и берет его в искалеченную руку. Боль заставляет его застонать, кровь сбегает по кристаллической рукояти жезла, постепенно впитываясь в него. Ангел Смерти не знает, пострадал ли в результате стычки Азарг Кун, но подозревает, что и тому потребуется время, что бы оправится от удара…

Повинуясь желанию Селкера, вода в бассейне дрожит и превращается в подобие зеркала. Перед Ангелом Смерти встает панорама наступающих войск К’Лаана и от этого зрелища, даже Ангелу Смерти становиться не по себе…

Почти все звездное небо перечеркивает черная трещина, откуда не останавливаясь ни на мгновение, вылетают самые диковинные и отвратительные порождения Внешних Реальностей. Они свободно летят в безвоздушном пространстве, не обращая внимания на законы физики и трехмерной геометрии. Они похожи то на облака звездного газа, в которых пульсируют темные прожилки и пузыри, то на постоянно меняющие свою форму клубки свернутых внутренностей, то на странные созвездия кубов и многогранников, чьи грани обозначены разноцветными лучами. Селкер видит существ, чьи части тел живут и двигаются отдельно друг от друга и в одно короткое мгновение замечает прорисовывающееся на фоне звезд лицо с черными провалами на месте глаз и рта. Контуры лица складываются из почти невидимых, дергающихся и извивающихся червей. Прямо среди этих тварей летят многомильные, черные, уродливые звездолеты Внешней Сферы, окруженные роями истребителей и небольших крейсеров. У Ангела Смерти не хватает духу посмотреть на захваченные Забвением планеты, где наверняка уже живут и множатся легендарные ужасы Внешних Реальностей.

Все естество Селкера пронзает резкая боль. Не телесная, но эфемерная, внутренняя. Страх перед Забвением, наконец-то прорвал так долго сдерживавший его заслон. Ангел Смерти все сильнее понимает, что на свете существует нечто более страшное нежели все кошмары Вселенной и все Зло Мироздания… Так, твари обитающие в Цете не прочь подвергнуть н’кро нарушивших Закон Равновесия пыткам, лишь потому, что они получают от этого наслаждение и силу. Так, Высшие и Старшие будут постоянно бороться с Триумвиратом за господство над трехмерным пространством потому, что, по крайней мере, они считают это пространство достойным, что бы за него сражаться. Но то, что лежит вне этой черной трещины, рассекшей небо обреченной Вселенной, уничтожит и пожрет все, не удостаивая своих жертв даже ненависти. Они просто ничего не значат для Ур’Ксулта и Забытых Древних. Единственный, к кому стремится вся эта армада, он – Селкер.

Но вместе со страхом, Ангел Смерти впервые в своей жизни чувствует злость. Нет, он, конечно, чувствовал ее и раньше, до того как Скайриус спас его из плена гулов, которые обожали пробовать на траг’гоне - полукровке новые магические пытки. Тогда его злость привела к полному уничтожению всей расы гулов. Но с тех пор прошло много лет, и Эриел переродился в Селкера. А Селкер до этого момента не знал, что такое ненависть. Он слышал о ней, но впервые ощущает ее сам. И эта ненависть, словно защитная реакция организма, заглушает страх…

…Что-то непонятное происходит вокруг движущихся в безвоздушном пространстве исчадий Дальних Сфер. Вселенная светлеет, космос начинает хаотически изменять свой цвет, а Реальность смазывается, поддернутая туманной пеленой. Внезапно, страшный удар обрушивается на зараженные миры. В одно мгновение все три измерения искажаются, сминаются под напором силы, настолько же чуждой трехмерному миру, как и мирам Забвения. Масштабная пространственно – временная сингулярность рвет на части псевдо-плоть Омерзений, отбрасывая их обратно, в недра К’Лаана. Звезды сталкиваются друг с другом, взрываются ядра соседних с Порталом галактик. Реальность продавливается, изгибаясь, словно под ударом невидимого молота. Катаклизм галактических масштабов продолжается всего несколько секунд, но за это время армия вторжения из Внешних Сфер раздавлена, смята и раскидана по различным пространствам… Удар подобной силы, нанесенный из Мор-Тегота, удивляет даже Азарга Куна, считавшего, что Ангел Смерти более ни на что не способен. Но вот властелин Дома Мертвых показал, что его слишком рано перестали расценивать как серьезного противника. Ибо Азарг Кун не может знать, насколько хорошо Селкер изучил проходящие через Мор-Тегот наступательные системы древнего, многомерного города Крэллов, известного как Иркастан. В те времена, когда Забвение обрушилось на Наследников Траг’гонов, Крэллы ушли из Иркастана, не принимая боя. Свою мощь он показал миллиарды веков спустя… Провал в ткани Мироздания, через который непрекращающимся потоком изливаются орды порождений Внешних Сфер, начинает затягиваться под давлением энергий трехмерного мира. Однако у Селкера не хватает силы закрыть его целиком. Что-то извне, непостижимо могучее, вмешивается и задерживает смыкающиеся края Портала. Не начинает заново разрывать Реальность, но лишь пытается приостановить движение закрывающихся Ворот. Никто не скажет, сколько времени длилась дуэль Селкера с Забытыми Древними, ибо, время могло и вовсе остановиться. Портал остается открытым. Он стал намного меньше и сжался до размеров одной единственной звездной системы. У эмиссара Внешней Сферы не остается сил на его расширение, а неумолимая власть Ур’Ксулта, видимо, тоже имеет свои пределы. К тому же Врата К’Лаана вновь закрыты, а Печать Энергий самовосстановилась. Если бы Забвение могло управлять временем, оно наверняка не дало бы Ангелу Смерти настолько сильно смешать все планы Султана Нааргаля. Но Забвение не в состоянии править Временем, ибо время для него отсутствует, и Азарг Кун не учитывает ход времени во Вселенной Смертных. Это и дало определенное преимущество Селкеру.

В Око Мертвых Селкер видит, как съеживается и тает Портал Внешней Тьмы. Он понимает, что этот успех не окончательный, и, скорее всего, потребуется еще один, такой же по силе, удар. Но теперь у Азарга Куна нет постоянной подпитки извне, ибо он и его войско отрезаны от Дальних Сфер. Селкер не тешит себя мыслью, что Азарг Кун мог быть уничтожен во время возникновения сингулярности. Посланник Забвения наверняка даже не пострадал, ибо, прежде всего Ур’Ксулт спасал даже не Портал, а тело, занятое им самим. Но, так или иначе, время было выиграно, и теперь ничто не мешает Ангелу Смерти обратить всю свою мощь против восставшей Ассамблеи Высших…

…Да, действительно, никто не ожидал от Повелителя Йилфа таких масштабных и устрашающих по своим последствиям действий. Неведомо, что думал Азарг Кун, но вот Совет Высших был встревожен и, возможно, напуган. Несомненно, Высшие знали о колоссальной разрушительной мощи Мор-Тегота, но никто не мог представить насколько разрушительной она окажется. То, что посланник Ур’Ксулта оказался отрезан от Внешних Реальностей, добавляло уверенности в победе, однако никто из Высших не мог гарантировать то, что в любой момент Селкер не нанесет по ним такой же удар. Впрочем, насчет Высших у Ангела Смерти были совсем иные планы…

…И пока сильные мира сего, пользуясь удобным моментом, пытались выяснить отношения друг с другом, миллионы невинных людей гибли под натиском полчищ Забвения. Множество планет оказались отрезаны от остальной Вселенной пространственными провалами, и на них обычные Смертные, обладавшие различным уровнем технологий, пытались противостоять дьявольским ордам Внешней Тьмы. История могла бы знать множество подвигов, совершенных во время этих битв, если бы оставался хоть кто-то, способный рассказать о них…

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: