double arrow

Хозяйство и общественный строй франков по данным «Салической правды»


Важнейшим источником для изучения общественного строя франков (преимущественно Северной Галлии) в меровингский период является «Салическая правда». Она представляет собой запись судебных обычаев салических франков, произведенную, как полагают, в начале VI в., еще при Хлодвиге.

Изучая «Салическую правду», можно сделать вывод, что хозяйство франков стояло на более высоком уровне, чем хозяйство германцев (хозяйство германцев было описано римским историком в очерке «Германия»). Важную роль в хозяйстве франков во все времена играло животноводство. «Салическая правда» скрупулезно устанавливала, какой штраф надлежит платить за кражу свиньи, за годовалого поросенка, за молочного поросенка отдельно и пр. Весьма подробно в «Салической правде» рассматривались все случаи кражи крупных рогатых животных, овец, коз, случаи конокрадства. О развитии птицеводства свидетельствовали штрафы, установленные за украденных домашних птиц. имелись титулы, устанавливавшие штрафы за кражу пчел и ульев с пасеки, за порчу и кражу плодовых деревьев из сада, за кражу винограда из виноградника. Представляют интерес титулы, которые определяют штрафы за кражу рыболовных снастей, лодок, охотничьих собак, птиц и зверей, прирученных для охоты. «Салическая правда» свидетельствует о том, что в хозяйстве франков имелись самые разнообразные отрасли - животноводство, пчеловодство, садоводство, виноградарство, а также охота и рыболовство. Однако основную роль в хозяйстве франков играло земледелие. Они сеяли зерновые культуры, лен, имели огороды, где выращивали бобы, горох, капусту, репу. Франки были хорошо знакомы с плугом и бороной. Пахота производилась на быках. Порча вспаханного поля каралась штрафом. Урожаи хлеба были богатыми. Урожай с полей франки увозили на телегах, в которые впрягали лошадей. При доме каждого свободного франкского крестьянина имелись хозяйственные постройки. Полученный урожай складывался в амбары и риги. В хозяйстве франков были нередки водяные мельницы. Согласно «Салической правде», усадебная земля находилась в индивидуальной собственности каждого свободного франка. На это обстоятельство указывают высокие штрафы, установленные за порчу и уничтожение изгородей или проникновение с целью воровства в чужие дворы. Вместе с тем луга и леса находились в коллективной собственности крестьянской общины. Принадлежавшие крестьянам соседних деревень стада паслись на общих лугах. Свободный крестьянин мог брать из леса любое дерево, в том числе срубленное, если на нем имелась пометка, что оно было срублено более года назад. Крестьянская община сохраняла верховные права на пахотные земли. Однако пахотная земля не перераспределялась, а находилась в наследственном пользовании каждого свободного франкского крестьянина. Родовую общину сменила община соседская. Одновременно в деревне жили и чужаки - переселенцы из других мест, поселившиеся тут по соглашению с другими общинниками или в соответствии с королевской грамотой. «Салическая правда» в титуле «О переселенцах» устанавливала, что каждый свободный человек мог поселиться в чужой деревне, если против этого не протестовал никто из ее жителей. Родовые связи у франков были очень сильны. Род в «Садической правде» выступает не только как верховный собственник общинных земель, но и как политическая организация. «Салическая правда» утверждала и закрепляла возможность передачи имущества не родичу. Добровольный выход из родового союза назывался «отказом от родства». Основную массу франкского населения составляли в это время свободные крестьяне. Они жили соседскими общинами, в которых сохранялись пережитки родового строя. За убийство свободного франкского крестьянина «Салическая правда» определяла высокий вергельд, который равнялся 200 солидам, для королевских дружинников (антрустионов) или должностных лиц, состоящих на службе у короля, — 600 (о родовой знати «правда» не упоминает). Жизнь полусвободных — литов — защищалась сравнительно низким вергельдом — в 100 солидов. У франков имелись и рабы, совершенно не защищаемые вергельдом: убийца лишь возмещал ущерб, причиненный господину раба. Если человек погибал от удара или укуса домашнего животного, то вергельд уплачивался владельцем животного в половинном размере.








В конце VI в. под воздействием имущественного расслоения и ослабления родовых связей наследственный надел свободных франков превращается в индивидуальную, отчуждаемую земельную собственность отдельных малых семей — аллод. Ранее, в «Салической правде», этим термином обозначалось всякое наследство: применительно к движимости аллод в ту пору понимался как собственность, но применительно к земле — только как наследственный надел. Но в эдикте короля Хильперика (561—584) во изменение главы «Салической правды» «Об аллодах» было установлено, что в случае отсутствия сына землю могут наследовать дочь, брат или сестра умершего, но «не соседи», т. е. община. Земля становится объектом завещаний, дарений, а затем и купли-продажи, другими словами, превращается в собственность общинника. Это изменение носило принципиальный характер и вело к дальнейшему углублению имущественной и социальной дифференциации в общине, к ее разложению. Община сохраняется, но ее права теперь распространяются лишь на неподеленные угодья (леса, пустоши, болота, общественные выпасы, дороги и т. п.), которые продолжают оставаться в коллективном пользовании всех ее членов. К концу VI в. луговые и лесные участки нередко также переходят в аллодиальную собственность отдельных общинников. В ходе становления аллода большая семья все больше уступает место малой индивидуальной семье, состоящей из родителей и детей. Меняет свой характер и община. Из коллектива больших семей она к концу VI в. превращается в объединение индивидуальных семей, владеющих аллодами, — соседскую общину или общину-марку. Она представляет собой последнюю форму общинного землевладения, в рамках которой завершается разложение первобытнообщинного строя и зарождаются классовые феодальные отношения.







Сейчас читают про: