double arrow

ИСТОРИЯ ЭКОНОМИЧЕСКИХ УЧЕНИЙ 12 страница


Да, что там Индия и Ирландия. Где те демократы и социалисты, что поднимали бы «злободневный» вопрос об оккупации свободного английского острова норманнами и французами под предводительством Вильгельма Завоевателя в 1066 году? А ведь какая хорошая тема: оккупанты - вон...

Не было таких. Не растили, не оплачивали, не искали и не взращивали. А англичане всё это делали. Не спеша, с расстановкой, ожидая нужного момента. Английский план уничтожения Российской империи, взорвавший нашу страну в 1917 году был смел, красив и основателен, как всё произведённое жителями туманного Альбиона. Эта операция, в которой англичане задействовали свои спецслужбы, своих дипломатов и политиков, своих монархов и солдат. И лишь единицы знали, чем он должен закончиться.

Однако не будем забегать вперёд. Давайте стиснем зубы и внимательно изучим дьявольское коварство наших «союзников», приведшее Россию на край гибели и обескровившее наш народ.

В принципе, то, что англичане хотели сделать в начале двадцатого века, для их политики не было чем-то новым. Уничтожение соперника чужими руками неоднократно практиковалось британским правительством на протяжении трёхсот лет. Новизна была в масштабе готовящегося краха.

Впервые в истории английская дипломатия и разведка готовились столкнуть между собой двух своих главных конкурентов и уничтожить в рамках одного военного конфликта их обоих. Задача была поистине титанической: предстояло разом похоронить Германию и Россию, между собой вообще никогда не воевавших. Не имевших территориальных и исторических претензий, не испытывавших ненависти друг к другу. К тому же во главе этих государств стояли монархи-родственники. Вот почему процесс непосредственной организации конфликта занял у англосаксов целых 20 лет. В 1894 году от организованного английской разведкой «нефрита» внезапно умер Александр III, в 1914 году его сын повёл Россию в Первую мировую войну, из которой ни стране ни её монарху уже не суждено было вернуться...

Для начала надо было растащить будущих жертв по разные стороны политических баррикад. Именно тогда и начинается яростное заигрывание англичан с Германией. Показное дружелюбие британцев настораживает русского царя и для перестраховки Александр III начинает сближение с французами. Когда же подписывается формальный договор, его убивают, и англичане немедленно прекращают быстрое движение навстречу германскому рейху. Англия вновь - сама по себе. Проходит ещё совсем немного времени, и заключив 31 мая 1902 года мир с непокорными бурами британская дипломатия начинает зондировать почву на предмет заключения англо-русского договора. Великобритания предлагает разделить сферу влияния в Персии, Афганистане и Тибете. На практике это означает, окружение Индии поясом территорий, куда русское правительство не должно совать свой нос.

Однако Крымская война и многие другие козни англичан вызывают у Петербурга стойкое неприятие такой неожиданной «дружбы». Даже уже заключённый японо-английский договор не помогает склонить Петербург в нужную сторону. Николай II отвергает английские предложения, но переговоры продолжаются остаток 1902 и весь 1903 год. Неуступчивость русских необходимо устранить - для этого британцам и пригодятся друзья из страны восходящего солнца. Россия и Англия должны стать союзниками - это обязательное условие развязывания будущей мировой войны. Поэтому в начале 1904 года Япония начинает против России войну...

Одновременно начинается внутренняя смута, тщательно режиссируемая из-за рубежа. Безвольное французское руководство, послушно следовавшее за англичанами во всех зигзагах их политики, занимает позицию «нейтралитета», на деле выполняя все указания из Лондона. Отсюда и задержки угля для эскадры Рождественского и предоставление займов японцам. Французы имеют в подготовке будущей войны свой интерес: разгром Германии сулил возвращение отторгнутых ей Эльзаса и Лотарингии. И сделать это планируется силами и кровью русских солдат.

Хочется подчеркнуть - вступая в союз с Россией, французы знали, что это делается в интересах её будущего уничтожения. Подписав злосчастный договор, русский император умирает. И сразу, словно по мановению волшебной палочки, начинается ренессанс русских подрывных организаций. Не поленитесь - откройте учебники истории и вы увидите, что и РСДРП и эсеры были созданы после кончины Александра III. Умер, тот, кто задушил крамолу, и она тут же начинает расцветать пышным цветом. Все те, кто жил в Париже и Лондоне (а именно там были основные центры русской эмиграции) спешат на Родину. Подрывать, убивать, подстрекать и взрывать. Не выдержав одновременного удара, царское правительство идёт на заключение мирного договора не только с японцами, но и с внутренними смутьянами. Манифест 17-го октября вводит в России выборный парламент, конституцию и невиданные свободы. Однако это только осложняет ситуацию. Революционеры борются не за свободы и права - им нужно уничтожение самодержавия, что на деле означает уничтожение страны, её армии и флота. Именно так события и будут развиваться в 1917-м. Однако в 1905-м цели британской разведки были несколько иными. Конечно, хорошо, если к власти в России придёт «демократическое» правительство. Но раз этого не получается, то и не надо. Главное, чтобы по итогам внешней и внутренней войны, страна даже во главе с царём склонилась к союзу с Великобританией.

И, как только англо-русский договор был подписан, словно по мановению волшебной палочки революция пошла на убыль, резко снизилось число терактов, и страна быстро вернулась к нормальной жизни. Режиссёры из Лондона просто закрутили финансовый краник смуты и без живительного ручейка фунтов стерлинга борцы за свободу уже бороться не смогли.

Таким образом, к концу 1907 года блок Антанта был вполне готов к будущей войне. Но для конфликта всегда необходимо две стороны. Когда германский кайзер Вильгельм, сказал своё знаменитое: «Наше будущее лежит на море», он и не подозревал, что тем самым подписал смертный приговор своей державе. Быстрые темпы роста немецкого флота, заставляли англичан спешить, с другой стороны Россия должна была оправиться от последствий своего поражения. Исходя из этих двух параметров, и выбирались сроки Первой мировой. А, чтобы Германия в свою очередь не побоялась решительных действий, она должна была быть уверена в своей победе в будущей войне. Но участие Британии в конфликте сводило вероятность победы немцев к нулю. Поэтому англичане до самого последнего момента должны были демонстрировать Германии своё миролюбие и дружелюбность. Создавался двойной стандарт: для России наличия у неё мощных союзников, а для Германии и Австро-Венгрии - отсутствия военных обязательств англичан перед партнёрами. Ведь мы помним, что Англия, Россия и Франция были связаны между собой договорами, не имеющими никаких конкретных обязательств.

Чтобы быть разгромленной и униженной, сначала Германия должна была налиться мускулами военных и гражданских заводов. Чтобы практически лишиться армии она должна была ощетиниться частоколом орудий и длинными рядами новейших кораблей. Для того, чтобы в будущем корчиться от голода и быть обобранной до последней нитки, Германия обязана была гордиться высоким уровнем жизни своих бюргеров. И во всём этом ей терпеливо помогали англичане и американцы, будущие и нынешние хозяева мира. На Ближнем Востоке Англия «охотно» пошла на подписание с Германией конвенции о сотрудничестве в богатом нефтью Ираке, шли переговоры о разделе в пользу рейха португальских колоний. Смущают только даты подписания соглашений: «иракскую» готовили к 15-му июня 1914 года, но потом акт подписания немного отложили. «Португальское» соглашение было уже готово в мае 1913 года, однако и его подписание отложили... на конец июля 1914 года. Не правда ли странно, если помнить, что 1-го августа началась мировая война!

Организовав убийство наследника австро-венгерского престола Франца Фердинанда руками сербских националистов, англичане стали подталкивать австрийцев к принятию решительных мер против Сербии. Сценарий разжигания мировой войны был невероятно сложным по организации, но очень простым по своей сути. Австро-Венгрия, получая поддержку от Германии, предъявляет претензии Сербии. В Белграде проявляют несговорчивость, заручившись гарантиями России. При этом австрийцы и немцы рассматривая в качестве оптимального решения сербской проблемы именно силовой вариант, должны быть убеждены, что Петербург за сербов не вступится и ограничится дипломатическим осуждением. Только в таком варианте запаливался бикфордов шнур войны. Если бы в Австрии и Германии, знали, что их акция против Белграда приведёт к схватке с Россией, они бы на неё не пошли, потому, что в условиях франко-русского договора это означало войну с Францией, а в перспективе и с Англией.

Ясность такого развития событий и была главной гарантией от разжигания вооружённого конфликта. Первую мировую войну было очень просто предотвратить. Великобритания всего лишь должна была заявить Германии, что она ни в коем случае не останется нейтральной в случае европейской войны и выступит на стороне своих соратников по блоку Антанта. Именно так Великобритания и поступила, предотвратив франко-германскую войну во время Марокканского кризиса. Но в Марокко тогда были «показательные выступления» для завлечения России в сети Антанты. Теперь совсем другое дело - поэтому Германии, озабоченной возможным конфликтом с Россией, связанной с сербами дружбой, министр иностранных дел Великобритании сэр Грей, демонстрировал отстраненность и оптимизм. Англия останется нейтральной, говорил он. Доказательством этому и было полное отсутствие каких-либо договоров между Россией, Францией и Англией.

С русским посланником Грей - пессимист. Он не сомневается в нападении Австрии и убеждён, что Россия должна выступить на защиту Сербии. Кроме того, он намекает на планы военной агрессии Германии против России. Потом следует новая встреча с Германией, где Грей прямо говорит о миролюбивом настроении России.

В результате у австрийцев и немцев складывается уверенность, что русские не вступятся за Сербию. А самое главное, что если даже и вступятся, то в войну на их стороне включится только Франция, связанная договором. Англия сохранит нейтралитет! Это очень важно - конфликт с Россией и Францией ещё можно выиграть, в войне же против Англии (а значит всего мира) шансов у немцев нет. И они её не начнут. А разбить Францию Германия готовилась давно, и все её военные планы означали быстрый решительный удар по своему соседу, совмещённый с обороной на русской границе.

Буквально вся мощь английской дипломатии направляется на разжигание войны. В кампании по дезинформации Германии участвовал даже британский монарх. Он заявил родственнику немецкому принцу Генриху следующее: «Мы приложим все усилия, чтобы не быть вовлечёнными в войну, и останемся нейтральными».

«Когда я выразил в этом сомнение, кайзер возразил: Я имею слово короля и этого мне достаточно» - пишет в своих мемуарах гросс-адмирал Тирпиц.

Виртуозно исполняя свою роль, глава МИДа сэр Грей провоцирует обострение ситуации. Россия объявляет мобилизацию, и позиция англичан в разговоре с немецким послом резко меняется. Англия останется сторонним наблюдателем, только если война не затронет Францию. Иными словами немцам предложили воевать с одной Россией, что и было целью всей комбинации. Выбор кайзера таков:

- или война с Россией, Францией и Англией без шансов на победу;

- или война только против России, которая Германия не нужна, но дающая шансы на успех.

Единственный шанс немцев в этой ситуации - это объявить войну России. Но не воевать! Так они и делают, приводя в изумление всех последующих историков Первой мировой войны. За объявлением войны 1-го августа 1914 года не следует немецкое наступление. Зачем объявлять войну, чтобы начать обороняться? Нет ответа у историков. Причины «странного» поведения кайзера не были понятны даже его генералам. Глава флота адмирал Альфред Тирпиц пишет в своих мемуарах: «По моему мнению, мы должны были так использовать в дипломатической области то преимущество, что в военном отношении наша позиция на русском фронте была оборонительной, чтобы объявление войны пришлось на долю России. Мы не должны были воодушевлять мужика, внушая ему уверенность, что кайзер хочет напасть на белого царя».

А ответ очень прост. Германия и не собиралась нападать на Россию, германский план Шлиффена ведь требует удара по Франции. И немцы его нанесут, когда поймут, что их втравливают в войну с Россией для того, чтобы потом нанести удар французской армией в спину. А на русском фронте в наступление пойдёт ... русская армия.

Первая мировая война - это сплошные загадки. Возьмите книгу по её истории, откройте. И вы увидите, что все «загадки» станут вам понятны и объяснимы, если вы будете помнить, что:

Первую мировую войну развязала Англия, в целях взаимного уничтожения России и Германии.

Сначала военным путём обе державы должны ослабить друг друга. Потом в их странах начнётся революция. И это будет концом всех европейских империй. Кроме британской, разумеется.

Если вы будете это помнить - удивляться вам более не придётся. Всё сразу встанет на свои места. Непрерывные требования о наступлении русской армии, раздающиеся из «союзных» штабов. Нежелание под любыми предлогами продавать (не давать, продавать) нам недостающие снаряды и оружие. Форменные «перехваты» винтовок из Америки, когда оплаченная и купленная русским правительством продукция, почему-то отгружалась англичанам.

Не вызовет недоумения полнейшее отсутствие координации между «союзниками» и русской армией. Если наступаем мы, то стоят они. Когда останавливалась русская армия, вперёд пыталась идти французская и английская. Это даёт возможность Германии отбивать наступления Антанты, быстро перевозя войска по своим прекрасным железным дорогам. Если ударить всем разом, то немцы войну проиграют. Это Николаю II и простым жителям Европы надо скорейшее окончание войны, а правительству Великобритании победа нужна только после полного крушения России. Так оно и будет - при подписании Версальского мирного договора, нашей страны в числе победителей не будет...

Фактов предательского поведения наших партнёров по Антанте неисчислимое множество. По сути, вся эта война и есть одно большое предательство. Точно также как и Вторая мировая. Косвенным подтверждением этого являются сценарии обеих мировых войн. Словно списанные с одного первоисточника, они следуют одному и тому же порядку действий. Сначала Германия, думая, что вступает в краткосрочный конфликт, открывает боевые действия. Затем воспылавшие праведным гневом англичане присоединяются к войне, придавая ей мировой характер. В первый период немцы имеют большие успехи и крепко треплют своих противников. Потом чаша весов начинает выравниваться и тогда хранившие нейтралитет США, как последняя гирька «союзников», бросаются на арену борьбы. С этого момента поражение Германии и её партнёров - лишь вопрос времени...

Когда немцы перебросили большинство своей армии на Восточный фронт в 1915 году, решив раздавить Россию, главной задачей «союзников» стало оказание русским минимальной помощи, чтобы ущерб от немецкого наступления был максимальным. Русская армия отступала несколько месяцев. Всё это время англичане и французы стояли на старых позициях, и оповещали мир торжественными телеграммами: «В Вогезах мы продвинулись на 135 метров вперёд и взяли двух пленных...».

Совершенно естественным будет для вас и тот невероятный факт, что всеобщая воинская обязанность была введена в Соединённом королевстве 6-го января 1916 года, т. е. через 16 месяцев после начала мирового конфликта. А до этого на фронт шли малочисленные добровольцы, поэтому, когда мы теряли сотни тысяч, они теряли сотню - тысячу!

Желание британцев затянуть войну, сделать её как можно более тяжёлой, чтобы совокупность ужасных потерь и объективных трудностей вызвала революцию, было понятно для немцев. Неоднократно за первые два года войны они делали попытки заключить с Россией сепаратный мир и каждый раз они разбивались о трагическую верность русского монарха тем, кто хотел погубить и погубил его самого и его империю.

Вина Николая II именно в том, что, видя подлое отношение «союзников», он слепо вёл страну к уготовленной гибели, с негодованием отвергая все германские предложения о мире.

С самого начала войны он действовал так, как просили и требовали из Лондона или Парижа. Отсюда и страшные поражения, и огромные потери. Лучше всего об этой монаршей глупости сказал Уинстон Черчилль в своей книге «Мировой кризис»:

«Узкоэгоистический подход к военным проблемам требовал немедленного отвода русских армий от границы до полного окончания мобилизации. Вместо этого русские совместили стремительную мобилизацию со спешным вступлением в пределы не только Австрии, но и Германии. Цвету русской армии вскоре предстояло быть скошенным в великих и устрашающих битвах восточной Пруссии».

Опасность бесплодной борьбы с Германией многие увидели уже тогда, когда ставились подписи под англо-русским договором. Министр царского правительства Пётр Дурново в записке Государю накануне войны проявил редкостную политическую прозорливость. Он предвидел, что любые жертвы и потери, а также уготованная нам «союзниками» «роль тарана... в толще немецкой обороны», будут напрасными. «Россия - писал Дурново - не сможет обеспечить себе какие-либо стратегически важные обретения постоянного характера». Почему? «Потому что она воюет на стороне Великобритании - своего традиционного геополитического противника». Лучше и не скажешь. Николай II записку прочитал, а вот выводов не сделал и потому уже через четыре года шагнул в расстрельный ипатьевский подвал.

Рамки этого исследования не позволяют рассказать даже о малой части фактов предательства англичан и французов во время Первой мировой войны. Мы упомянем лишь несколько малоизвестных. Как англичане и французы помогают нам в 1915 году, мы уже упомянули. Так в самый разгар страшного напряжения русского фронта они ещё и просят нашей поддержки! Петербург отказать не может - русские солдаты открывают ещё один фронт. Операция в Персии поручается экспедиционному корпусу генерала Баратова численностью в 14 тыс. человек. В начале ноября 1915 года он высадился на северном побережье Персии, в короткий срок наведя порядок во всей стране и заняв Тегеран. В Лондоне могли спокойно вздохнуть - главной жемчужине британской короны более ничего не угрожало. Однако насчёт русских солдат у «союзников» были свои планы. Корпус Баратова не выводится, а участвует в боях с турецкими войсками. Англичане зря времени не теряют и подбираются поближе к ближневосточной нефти. Воевать они умеют плохо, поэтому турки, которых бьёт русская армия, в свою очередь бьют их. Вторгнувшийся в Палестину и Ирак британский экспедиционный корпус генерала Таунсенда блокирован в декабре 1916 года в крепости Кут-Эль-Амар на Тигре (на юго-востоке от Багдада) всего лишь одной турецкой дивизией. Численность противника вдвое меньше, чем у англичан. Возможность вырваться и разгромить турок у британцев имеется. Но зачем воевать и рисковать жизнью, если у Британии есть русские союзники! Генерал Таунсенд ставит Лондон в известность, что если к 13 апреля 1917 года его не деблокируют, то он с вверенными ему войсками голодать не станет и уже 14-го числа капитулирует. Британское правительство немедленно потребовало направить наведший порядок в Персии корпус генерала Баратова, на выручку своих горе-вояк. Тот факт, что после Февральской революции дисциплина в наших частях упала и войска уже малобоеспособны, в расчёт не принимается. Неважно и то, что у самих англичан на Тигре, всего в 150 км от Кут-Эль-Амары, четыре дивизии, тогда как у генерала Баратова за 800 км всего четыре батальона пехоты!

Временное правительство любит британцев не менее отрёкшегося царя. В первых числах апреля корпус генерала Баратова спустился в пустыни северной Месопотамии. Бои и пустыня сделали скорость похода невысокой, но к означенному сроку наши солдаты успели. И чтобы вы думали! Ровно 13-го апреля, на день раньше обещанного, английский гарнизон сдался! Русский корпус, зря прошедший пол Персии и Ирака, был просто отведён назад. Без извинений, без объяснений.

Вывод напрашивается простой: чем ближе к Февральской революции отрезок времени, тем наглее и беспардоннее «союзники» себя ведут. Примерно к 1916 году англичане и французы отбрасывают всякое стеснение и начинают, открыто относиться к русской армии, как к бесплатному пушечному мясу. Вот ещё один факт: в декабре 1915 года Россию посетила французская делегация сенатора Поля Думера. Он запросил у истекающей кровью русской армии не много ни мало 300 тыс. солдат, которые бы на правах колониальных войск, под командованием французских офицеров, вели бы войну на Западном фронте. Ему вежливо отказали. Больно много просил, но «нет» в принципе не сказали. Ведь «союзники» тоже сражаются на наших фронтах. Вот журнал «Нива» за 1915 год сообщает о французском добровольце Габриэле Эльчене, сражающемся в рядах сибирских стрелков. Вот ещё один француз - героический лётчик подпоручик Бернэ. Как тут не помочь «верному союзнику» - ведь целых два его солдата геройски бьются на русском фронте! В декабре 1915 года Николай II отдаёт приказ об организации 1-й Особой пехотной бригады для отправки во Францию. В историографии пишут об этом лаконично: по просьбе союзников. И всё. Вдумайтесь: в 1916 году, несмотря на огромные потери в живой силе, Россия посылает на Западный фронт солдат, и не штучно, а десятками тысяч! Разве, на Восточном фронте бойцов переизбыток или вдруг установилось затишье?

Конечно, нет. Но ведь враг у нас один. К тому же царское правительство опутано французскими займами. Поэтому к просьбам «союзников» помочь людьми относится весьма лояльно. Борьба за русское пушечное мясо шла постоянно. Ещё в августе 1914 года английский посол Бьюкенен начал зондировать почву на предмет посылки на Западный фронт 3-4-х корпусов наших войск. Перевозку солдат, щедрые британцы, предлагали оплатить самостоятельно. С этого времени наши «друзья» уже не уймутся, постоянно выдумывая новые варианты получения наших воинов на свои фронты. Так, осенью 1914 года Лондон предложил России послать в Британию казачий полк. В ноябре того же года Сербия и Черногория обратились к Антанте о военной помощи, а те естественно, тут же запросили Петербург о возможности отправить на Дунай русский корпус.

И вот, наконец, «союзники» сломили сопротивление русского царя. Всего будет послано четыре особые бригады: две во Францию и две на Балканы. Общая численность доходила до 40 тыс. бойцов, а с учётом маршевых батальонов, регулярно прибывавших из России, цифра нашей очередной помощи «союзникам» можно оценить в 60 тыс. бойцов. Причём, лучших - в европейские бригады отбирали наиболее опытных, статных и дисциплинированных солдат. Единственное, что может нас порадовать - сражаться наши солдаты должны были под русским командованием.

Так что же случилось с нашими ребятами на фронтах дружественной Антанты? Проследим для этого их путь. Вот 30 июля 1916 года первые подразделения 2-й русской особой пехотной бригады генерала Дитерихса высадились в Салониках. Жара, солнце, море. Курорт - но опасный для жизни. На Балканах «союзники» собирались отбить у австрийцев Сербию. Задача сложная, если учесть, что оборона противника проходит в гористой сложнейшей местности и хорошо оборудована.

Интересен и путь наших солдат к местам своей славной гибели. Он был долгим. Поначалу планировалось после открытия навигации в Архангельске отправить бригаду морем вокруг Европы, но позднее французское правительство предпочло высадить её в Бресте и перевезти в Салоники с юга Франции. Во Франции бригада должна была получить всё необходимое, включая вооружение и обоз. Для перевозки русских войск французскому правительству пришлось предоставить девять пароходов. Отношение «союзников» почувствовалось сразу. Пароходы шли без всякой охраны, хотя их должны были сопровождать английские военные корабли. Генерал Дитерихс записал: «Надо отдать должное англичанам, что они большие свиньи». Полноте, генерал! Простая халатность, ну потопят германцы русский корпус, ну так не английский же он, и даже не французский. Чего переживать!

Вот французский посол Морис Палеолог разоткровенничался: «По культурному развитию, французы и русские стоят не на одном уровне. Россия - одна из самых отсталых стран на свете. Сравните с этой невежественной бессознательной массой нашу армию: все наши солдаты с образованием; в первых рядах бьются молодые силы, проявившие себя в искусстве, в науке, люди талантливые и утончённые; это сливки человечества... С этой точки зрения наши потери будут чувствительнее русских потерь».

Это «чёрный ход» французской политики, а вот ход «парадный» - главнокомандующий маршал Жоффр писал в приказе: «Наша верная союзница Россия, армии которой так доблестно сражались против Германии, Австрии и Турции, захотела дать Франции новый залог своей дружбы, ещё большее блестящее доказательство своей преданности общему долгу». Встречали наших солдат цветами и вином, а провожать будут погребальным звоном и кандалами!

Русское пушечное мясо, само собой, ставят на самые опасные участки. В первой половине сентября 1916 года войска «союзников» начали наступление под Салониками, и бригада немедленно была послана на фронт, ещё до того, как все её части были собраны воедино. В первых же боях, бригада понесла чувствительные потери: уже в начале октября они составляли около 1400 человек. В конце сентября под командованием генерала Дитерихса была создана так называемая Франко-русская дивизия. Если вы думаете, что к нашим солдатам добавили французов, то жестоко ошибётесь. В русскую дивизию влили полк зуавов, т. е., колониальных «диких» войск. Видимо, для «союзников» и русские были существами второго сорта. В ноябре 1916 года бригада получила приказ атаковать казавшиеся неприступными германо-болгарские позиции под городом Битоль. Геройская бригада понесла в этом бою огромные потери и была выведена для отдыха и переформирования в тыл. Кстати, подкрепления, новые русские солдаты, также регулярно прибывали с Родины, заново комплектуя бригаду. В это время на нашем фронте остро не хватало обученных солдат, а лучших из них продолжали отправлять во Францию и на Балканы.

После случившейся Февральской революции русские солдаты присягнули Временному правительству и продолжали сражаться. Октябрьская революция внесла свои коррективы: известия о заключении мира с Германией, которые в большом количестве поступали от самих немцев, привели тому, что в рядах корпуса началось брожение. Тогда французы решили от греха подальше союзников русских разоружить. Бригаду отвели в тыл, где войскам было объявлено, что они поступают в распоряжение французского правительства и на них распространяются все правила дисциплины французской армии. Это было нарушение основного условия, на котором, наши войска воевали на «союзном» фронте: русское командование для русских войск. Одним росчерком пера парижские генералы приписали к себе целый корпус! У новоиспечённых «французов» было изъято оружие и затем объявлена запись по трём категориям: в первую попадали те, кто хотел продолжать сражаться, во вторую - те, кто был согласен работать на тех же условиях, что и французские рабочие, все остальные попадали в категорию «недобровольных рабочих» (читай пленных) и отправлялись в Северную Африку. В первую категорию записалось немногим более 300 человек, работать изъявили желание лишь около 5000, остальные, около 1500 человек, решили что лучше ехать в неизвестную Африку, чем становиться французским солдатом. О том, что под термином «недобровольных рабочих» скрывается настоящее рабство, им было невдомёк...

Второй нашей бригаде («французской») генерала Лохвицкого, «повезло» чуть больше. По дороге на фронт им удалось немного посмотреть мир. Бригада по железной дороге была перевезена через Россию до китайского порта Дайрен. Там солдаты и офицеры погрузились на пароходы и направились в Европу по маршруту Сингапур - Сайгон - Коломба - Суэц - Марсель. Из Марселя бригада проследовала во французский военный лагерь Майи, где командование приступило к подготовке и обучению её личного состава. Летом 1916 года бригада уже приняла участие в боях в Шампани. В апреле 1917 года бригада отличилась в ожесточённых боях под Реймсом и понесла большие потери. За это им дали французские военные кресты на знамёна и русские кресты на их свежие могилы. Даже сегодня каждый год летом, на праздник Святой Троицы, чтобы почтить память погибших русских воинов на русском военном кладбище в местечке Сент-Илер-ле-Гран собираются их дети и внуки - эмигранты.

Но не все солдаты корпуса погибли. Дальнейшая судьба оставшихся в живых воинов ещё более трагична, чем у их «балканских» коллег. После получения известия о февральской революции в России, большая часть солдат отказалась воевать и потребовала возвращения в Россию. Тогда «союзное» командование вывело русские части с фронта в тыл под предлогом переформирования и пополнения в лагерь в местечке Ля-Куртин. Там часть солдат выразила готовность продолжать воевать, и была отделена от остальных. Оставшиеся солдаты были, некоторое время предоставлены сами себе. Неопределённость и напряжённость продолжались все летние месяцы 1917 года. Солдаты сохраняли стрелковое оружие, в том числе пулемёты, боеприпасы, но решительно отказывались не только от боевых действий, но и от военных занятий в местах новой дислокации. Требовали они только одного - немедленной отправки на Родину.

«Союзники» решили действовать решительно. Лагерь был блокирован «цветными» французскими войсками. Справедливости ради заметим, что русские солдаты, ранее отделённые от ля-куртинцев, также блокировали лагерь. Объявили приказ - сдать оружие, если не сдадут, возьмут силой. После истечения срока ультиматума артиллерия открыла по лагерю огонь. К концу первого дня было выпущено 50 снарядов, что значительно отрезвило большую часть мятежников, большая часть их сдалась. Оставшиеся продолжали выдвигать свои требования. Осада продолжалась четыре дня. За это время по лагерю от артиллерийского и пулемётного огня погибло около двухсот русских солдат.


Сейчас читают про: