double arrow

АТЕИСТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ НАУЧНЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ЧЕЛОВЕКЕ И ОБЩЕСТВЕ

ГлаваХХУ

В качестве составной части в религиозное понимание мира входят определенные представления о человеке и обществе. Их содержание формируется в религиозном сознании как ответ на «общий вопрос о человеке» и включает взгляды на природу человека, его отношение к миру и место в нем. Развитие науки вскрывает несостоятельность религиозных антропологических представлений, устанавливает историческую обусловленность их содержания и преходящий характер этих взглядов.

Революция в естествознании и кризис религиозных представлений о природе человека. Религиозные антропологические представления в качестве своего основания имеют определенное понимание мира. Последний, согласно христианским воззрениям, есть сотворенный, конечный универсум с ограниченным временем существования и устанавливаемым провиденциальными актами бога путем развития. Появление человека в мире понимается как его творение богом и не может быть объяснено как результат действия природных и социальных закономерностей. В качестве сотворенного отдельным божественным актом человек оказывается выделенным из природной стихии, и основание его бытия находится вне ее. Соответственно в природу человека входит элемент, не определяемый действиями природных и социальных сил и невыводимый из них. Эти представления закрепляются в известной религиозной формуле, рассматривающей человека составленным из души и тела. Наличие души, не подчиненной действию природных и социальных сил, обусловливает свободу человека по отношению к ним. Душа, согласно христианским воззрениям, является бессмертной. На основе этих антропологических представлений формируется определенная моральная доктрина, утверждающая ценность аскетического образа жизни.




Критика богословских спекуляций на проблемах антропогенеза. Современные богословы не отказываются от возможности использовать трудности и проблемы научных исследований для того, чтобы воспроизвести на их основе религиозные представления о происхождении человека и его

природе.Не решаясь на прямое опровержение эволюционизма, современные теологи проводят мысль о гипотетичности положений эволюционной теории, о недостаточности их обоснования в науке.

Из «гипотетичности» положений эволюционной теории теологами делается вывод о невозможности полностью раскрыть «вопрос о человеке», опираясь на результаты наук. Эта позиция по сути лишь прикрывает антинаучность и иррациональность теологических представлений, создает видимость «контакта» теологии с современной наукой, иллюзию рациональности богословских построений.



Несостоятельность религиозного понимания взаимоотношений личности и общества. Помимо противопоставления материального и духовного начал в человеке религия противопоставляет также личное, индивидуальное — общественному. В религиозном понимании каждый человек представляет собой самостоятельную, самодовлеющую единицу. Он может и в одиночку выполнять свою главную обязанность — служение богу. Не случайно религиозные идеологи широко пропагандируют образ жизни отшельников, пустынников, покинувших людей во имя общения с богом. Представление о достижении загробного блаженства предусматривает, что человек должен иметь для спасения личные заслуги перед богом или быть персонально избранным богом к спасению. Все человеческие сообщества вторичны, производны, и ценность их определена свойствами и стремлениями людей, вступающих в общение.

Общение с другими людьми верующему нужно в той мере, в какой оно помогает служить богу и идти к жизни вечной. Высшая форма общения людей — общение при посредстве церкви во имя единения с богом.

Если развитие естествознания вскрыло ложность религиозного учения о душе, то возникновение марксистской науки об обществе выявило несостоятельность религиозного понимания отношения индивида и общества. Труд, создавший человека, с самого начала носил общественный характер. Индивид становился человеком лишь в той мере, в какой он овладевал социальными способами общения и деятельности. Развитие его способностей определяется теми социальными условиями, в которых он находится, а отнюдь не деятельностью вымышленной сверхъестественной души. «Индивид есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни — даже

если оно и не выступает в непосредственной форме коллективного, совершаемого совместно с другими... является проявлением и утверждением общественной жизни»1.

В антагонистических обществах существует такая система социальных отношений, которая подавляет личность, не позволяет ей раскрыть свои творческие возможности, удовлетворить ее запросы. С ликвидацией эксплуататорского строя уничтожаются социальные отношения, подавляющие личность. В ходе построения социализма создаются такие общественные условия, при которых основные цели общества и личности приходят в единство. Чем выше по своему уровню развития социалистическое общество, тем более благоприятны в нем условия для развития личности.

Опровержение марксистско-ленинской наукой религиозного истолкования общественной жизни. Атеизм стал подлинно научной теорией только с возникновением материалистического понимания общественной жизни. Домарксовские материалисты видели причины исторических изменений в сфере человеческого сознания. Отвергая религиозное истолкование общественной жизни, они объясняли исторические перемены изменениями идеологии, волей и желанием отдельных правителей. Их концепции общественной жизни, оставаясь идеалистическими, не могли служить теоретической основой действенной борьбы с религиозными представлениями об обществе.

К. Маркс и Ф. Энгельс впервые последовательно изложили материалистическое понимание общественной жизни. «...Производство,— писал Ф. Энгельс,— а вслед за производством обмен его продуктов, составляет основу всякого общественного строя... в каждом выступающем в истории обществе распределение продуктов, а вместе с ним и разделение общества на классы или сословия, определяется тем, что и как производится, и как эти продукты производства обмениваются. Таким образом, конечных причин всех общественных изменений и политических переворотов надо искать не в головах людей, не в возрастающем понимании ими вечной истины и справедливости, а в изменениях способа производства и обмена...»2

1 Маркс К., Энгельс Ф Соч. Т. 42. С. 119.

2 Там же. Т. 20. С. 278.

Создание научной теории общественного развития нанесло сокрушительный удар по религиозной трактовке общественного процесса.

В основе религиозного понимания общественной жизни лежит провиденциализм. Все изменения в обществе и в жизни отдельных людей объявляются проявлениями божественной воли, реализацией божественного плана, недоступного пониманию человека. Бог провозглашается творцом и создателем всех общественных отношений. На долю людей остается либо содействовать осуществлению этого плана, что означало безоговорочное примирение с существующими условиями жизни, либо противодействовать им, за что их ожидали всевозможные наказания. «В истории мира, — утверждают современные православные богословы, — взаимодействуют промысел божий о всеобщем спасении и свобода человека».

Согласно христианскому вероучению, история общества началась с грехопадения, когда человек утратил возможность непосредственно общаться с богом. Эта концепция реакционна, поскольку, провозглашая бога творцом всех изменений, религия ориентировала человека на мистическое постижение божественных планов, выступая тем самым против научного объяснения явлений природы и общества, против попыток изменить социальные условия жизни людей. Эта концепция и противоречива, поскольку не объясняет наличие в мире социального зла.

Именно поэтому появились религиозно-философские теории, пытающиеся примирить наличие в мире зла с представлением о благости бога. Подобные доктрины Лейбниц назвал теодицеей (греч. theos — бог, dike — справедливость). Согласно теодицее, бог является творцом только добра. Что же касается зла, то бог в нем неповинен. Зло — в человеческом своеволии. Если бог и допускает зло, то лишь в интересах человека, ради его же блага.

Подобное богооправдание зиждется на несостоятельных логических аргументах. Принцип свободы воли человека, на который ссылаются религиозные идеологи при объяснении происхождения зла, не может быть логически согласован с принципом предопределения; наличие зла никак не совмещается с божественной сущностью человека, а природа зла противоположна природе бога в той интерпретации, которая присуща любой религии.

Трудности подобного рода пытался преодолеть не

только Лейбниц, но и другие религиозные философы. Французский идеалист Н. Мальбранш подчеркивал, что в делах веры нельзя искать очевидности. Все существующее имеет свое бытие в боге. Но зло не порождено божественной волей. Мальбраншу этим аргументом не удалось снять противоречие теодицеи. Помимо своей воли он стирал грань между богом и миром и тем самым вставал на путь идеалистического пантеизма.

В конце XIX — началеXX в. проблема теодицеи разрабатывалась русскими религиозными философами В. С. Соловьевым, Л. П. Карсавиным, С. Л. Франком, Б. П. Вышеславцевым, П. А. Флоренским и др. Не менее активно ее обсуждают и современные богословы. Однако вряд ли кто-либо сегодня может согласиться с доктриной, в которой наличие социальной несправедливости оправдывается «испорченной природой человека» или его «свободной волей». Противоречие между социальным злом и представлениями человека о добре можно преодолеть только в результате уничтожения тех социальных условий, которые порождают страдания и несправедливость.

Несмотря на свою противоречивость, провиденциализм до сих пор служит основой религиозного истолкования истории. Войны, насилие, эксплуатация объясняются испорченностью человеческой природы, а утверждавшиеся в ожесточенной борьбе прогрессивные явления рассматриваются как проявление добра творца.

Одной из форм провиденциализма является религиозный фатализм. Из учения о всемогущем и всезнающем боге, естественно, вытекало и учение о том, что любое изменение в мире, в жизни человека предопределено богом. Человеку только кажется, что он делает что-то по своей воле, на самом же деле вся его жизнь предопределена богом задолго до его рождения. В некоторых религиозных течениях, например в кальвинизме, учение о предопределении приобрело значение религиозного догмата.

Религиозные идеологи, претендовавшие на духовное руководство в обществе, не могли не видеть опасность фатализма для самой религии, ибо и неверие человека оказывалось предопределенным. Поэтому они пытались давать такую интерпретацию провиденциализму, которая смягчала бы крайний фатализм. Но полностью порвать с фатализмом религия не может, ибо он вытекает из учения о боге.

Защитники религии, провозглашая непостижимость божественной воли, объявляли развитие истории недоступным для человеческого понимания. С их точки зрения, материальные условия жизни людей являются несущественными, ибо каждый человек в любых условиях обязан стремиться к богу, заботиться о спасении своей души.

Пренебрежение к благополучию защитники религии всегда ставили себе в заслугу, утверждая, что в противоположность всем революционным учениям только они заботятся о духовном развитии человека, о его нравственном совершенствовании.

Марксизм вскрыл беспочвенность притязаний религии на роль главной силы духовного развития общества, показал бесперспективность и несостоятельность указываемых ею путей духовного совершенствования. Духовная культура определяется уровнем развития производительных сил и характером производственных отношений. Поэтому для развития духовной культуры необходимо создание таких условий жизни людей, при которых они могли бы всесторонне развивать свои способности. Рост производительных сил и совершенствование производственных отношений в социалистическом обществе являются не самоцелью, а необходимым условием развития всех способностей человека.

Религия отрицает наличие объективных закономерностей общественного развития и тем самым исключает научное предвидение. Будущее целиком зависит от бога, и только по его милости некоторые выступают в роли пророков. В действительности же пророки не предсказывали реальное будущее, а в религиозной форме отражали мечты и чаяния определенных социальных групп в конкретные исторические периоды. Оценивая новозаветное «Откровение Иоанна Богослова», Ф. Энгельс отмечал, что оно «относится к самым ранним временам христианства и отражает представления тогдашних христиан с самой наивной правдивостью и соответствующим идиоматическим языком...»3.

В противоположность религиозным пророчествам марксизм впервые создал возможность предвидения исторического развития. Маркс и Энгельс на основе глубокого изучения общественных явлений сделали вывод, что на смену капиталистическому способу производства

3 Там же. Т. 22. С. 475.

должен прийти социалистический. Они указали, что достижение этой цели должно совершаться на основе сознательного использования объективных закономерностей, в ходе целеустремленной борьбы революционных классов. Это научное предвидение блестяще подтверждено всем ходом истории.

Согласно религиозному толкованию, история человечества должна закончиться новым воссоединением человека с богом. Представления о «царстве божьем» в разных религиях и в различные периоды имели свои особенности. Христианская теология под «царством божьим» подразумевает и «царство небесное», где небожители всех рангов, а также души праведников испытывают блаженство. .

Под «царством божьим на земле» имеется в виду установление после второго пришествия Христа на землю нового общества, где, как говорится в «Откровении Иоанна Богослова», бог живет среди верных ему, светит им вместо солнца, где нет ни смерти, ни скорби, ни страданий. Но представления о «царстве божьем» имеют одну особенность — это царство не от мира сего. Оно не может возникнуть как результат человеческих усилий. Только бог определяет время наступления царства блаженства. Идея «царства божьего» использовалась церковью в течение многих веков для того, чтобы иллюзорной надеждой усыпить сознание угнетенных, отвлечь их от борьбы за улучшение условий их существования.

Марксизм убедительно доказал, что на определенном этапе исторического развития возникают объективные предпосылки для ликвидации антагонистических классов, для создания бесклассового общества. Эта цель может быть достигнута только в результате целеустремленной борьбы самих трудящихся. Изменится труд и отношение к нему. Он станет первейшей потребностью нового, гармонически развитого, высокосознательного человека. Общество предоставит неограниченные возможности для всестороннего развития каждого человека.

Модернизация религиозного понимания человека и общественного развития. Возрастающее влияние идей научного коммунизма, повышение социальной активности масс, успехи наук вынуждают теологов модернизировать религиозные представления о человеке и обществе.

Модернизацию религиозных представлений о роли человека в мире, о загробной жизни можно охарактери-

зовать как псевдогуманизацию. Современные теологи делают упор на те моменты в догматических представлениях, которые позволяют приблизить бога к человеку, создают образ заботливого отца, уготовившего людям спасение и счастье, несмотря на их греховность и непослушание. В представлениях о человеке на первый план выдвигается догмат о том, что он образ и подобие бога, единственное существо, наделенное способностями, сходными с божественными.

Современные теологи, сохраняя тезис о том, что назначение человека — служение богу, в понятие «служение» вкладывают иное содержание, чем прежде. Правда, сегодня, как и в прошлом, в религиозной пропаганде много говорится о том, что борьба с силами зла в самом человеке есть важная сторона угодной богу жизни. Но наряду с этим все большее место уделяется новому мотиву: утверждению роли человека как представителя бога в мире и продолжателя его деяний. Пересмотрев концепцию роли человека в мире, теологи пытаются более приемлемо для современного верующего, чем прежде, представить смысл взаимоотношений человека с природой: преобразуя природу, человек не нарушает, а исполняет божественное установление. Так, в энциклике «По-пулорум прогрессио» папы Павла VI говорится: «Бог вменяет в долг человеку приложить свои разумные старания, дабы всемерно поднять полноценность первозданной природы и своим трудом довершить заложенные богом в ней возможности на благо человечеству».

В 60-х годах русские православные идеологи стали говорить о том, что человек получил необходимые способности, «силы и благословение божье», чтобы созидать и расширять «царство божье» здесь, на земле, и поэтому он должен умножать земные блага для спокойной, радостной и счастливой жизни своих потомков. Журнал евангельских христиан-баптистов «Братский вестник» писал о человеке как сотруднике бога в совершенствовании мира: «Бог есть творец в гигантских, безграничных масштабах; он творец миров, человек же является микроскопическим подобием своего безграничного творца. Будучи таким подобием бога, люди не могут быть без творчества».

В связи с модернизацией представлений о роли человека в мире современные теологи стараются смягчить традиционное противопоставление личного и общественного.Они нередко пишут о важности для верующего

принимать участие во всех стоящих перед обществом проблемах, разрешаемых на благо прогресса и счастья человечества. Однако при этом подчеркивается, что верующий прежде всего должен совершенствовать свой духовный мир, укреплять свою веру в бога.

Богословы понимают, что для современного верующего неприемлемы идеи традиционного христианства о суетности бытия, эфемерности человеческих свершений и их обреченности на полное исчезновение. Еще более неприемлема догма о наказании человека богом за ослушание в конечной земной жизни бесконечными муками. Поэтому некоторые теологи под видом углубления понимания новозаветных текстов вводят представление о будущем человечества, в котором грядущая потусторонняя действительность будет не отрицанием, а как бы продолжением современного мира. Догмат о гибели мира и создании вместо него для праведников совершенно иного они заменяют положением: «Новым миром будет эта же земля, но обновленная».

Догмат о вечности наказания грешников адскими муками теологи подменяют идеей о грядущем прощении богом всех грешников и установлении на обновленной земле всеобщего счастья и благополучия. Страшный суд якобы будет не полным истреблением всего мира, как мерзкого и греховного, а очищением и обновлением его. «Можно верить, что наши дела в церкви Христовой и наши культурные достижения будут использованы в качестве краеугольных камней для построения царства божьего», — пишет протестантский теолог. Таким образом, посюсторонняя преобразующая деятельность человечества получает и некий потусторонний смысл: она является своего рода мостом в будущее «царство божье».

Конечно, далеко не все современные теологи поддерживают подобные модернистские взгляды.

Модернизация религиозных социальных доктрин. Церковь всегда приспосабливала свои социальные доктрины к конкретным условиям. В эксплуататорском обществе ее социальные доктрины, с одной стороны, защищали социально-экономические и политические порядки, а с другой — соответствовали уровню сознания масс, затрагивали самые важные проблемы.

Во всех папских энцикликах, начиная с «Рерум новарум», выражена озабоченность церкви падением своего влияния на рабочий класс. Распространение социалисти-

ческих идей, повышение влияния политических организаций рабочего класса послужили причиной обновления социальных доктрин церкви. Это определило и основные направления модернизации.

В условиях острой классовой борьбы в капиталистическом обществе религия предпочитает выступать в роли «третьей силы». В последних энцикликах осуждаются крайности капиталистической эксплуатации, непомерное стремление к прибыли и роскоши, выражается сочувствие тяжелому положению населения, но одновременно осуждаются и требования трудящихся.

Социалистическое учение во всех энцикликах осуждалось, как противоречащее христианскому вероучению. Церковь выступала с претензией на роль миротворца, призванного регулировать отношения между классами. Но поскольку основа капитализма — частная собственность на средства производства — объявлялась священной и неприкосновенной, то смысл религиозной проповеди сводился к защите капитализма.

Модернизация социальной доктрины церкви идет также по линии проявления внимания к материальным условиям жизни людей. На соборе католической церкви в 1870 г. осуждался всякий, кто осмелится утверждать, что человек собственными усилиями может обеспечить себе обладание истиной и благом. Но в условиях классовой борьбы трудящихся за улучшение своего существования для церкви стала невозможной проповедь презрения к земным благам, терпению и покорности. В энциклике «Матер эт магистра» («Мать и наставница», 1961 г.) говорится, что трудящиеся многих капиталистических стран получают заработную плату, обрекающую их на недостойные человека жизненные условия, что положение тружеников в сельском хозяйстве хуже, чем в промышленности. Энциклика давала также и рекомендации, как улучшить материальное положение трудящихся, но они сводились к благим пожеланиям вроде призыва устанавливать заработную плату по справедливости.

Современная действительность вынудила религиозные организации пересмотреть свои позиции и в отношении участия верующих в политической жизни. В папских энцикликах четко прослеживается, как церковь, начав с осуждения даже вступления рабочих в профсоюзы, постепенно, со множеством оговорок согласилась с правом трудящихся на забастовки. В религиозной литературе выдвигается тезис, оправдывающий согласие церкви при-

знать право людей на борьбу за улучшение жизни, состоящий в том, что бог творит через людей свою волю. Этот тезис сопровождается оговорками, которые сводятся к тому, что деятельность людей выступает выражением воли бога только в том случае, если они руководствуются религиозными принципами.

В последних папских энцикликах много говорится о правах человека: о праве на достойный уровень жизни, на образование, на участие в политической жизни, на проведение собраний и создание ассоциаций. Все это свидетельствует о том, что иерархам церкви пришлось отказаться от традиционной проповеди презрения к мирским заботам и благам и хотя бы на словах признать право людей на улучшение своей жизни. Но поскольку каких-либо реальных путей к осуществлению этих прав, кроме призыва к нравственному самоусовершенствованию, не указывается, то разговоры о них носят демагогический характер.

Победа Великой Октябрьской социалистической революции, появление социалистических государств в странах Европы и Азии оказали сильное влияние на ряд теологов. Некоторые из них (Э. Фукс, X. Джонсон), впоследствии реально оценившие огромное значение социальных преобразований в СССР, пытались заявлять, что социализм является реализацией христианских идеалов и что между научным социализмом и учением Христа нет расхождений. Отдавая должное их искреннему уважению к социалистическим преобразованиям, следует вместе с тем подчеркнуть, что научный коммунизм по своей сути атеистичен и победа социализма свидетельствует о несостоятельности любых религиозно-идеалистических концепций общественной жизни.

В условиях национально-освободительного и революционного движения представители наиболее демократической части духовенства призывают к сотрудничеству с марксистами, участвуют в борьбе за изменение социальных условий жизни трудящихся, против расовой дискриминации. Некоторые из них выступают за осуществление демократических преобразований, критикуют официальную доктрину католической церкви.

Наибольшие усилия по приспособлению своих социальных доктрин к новым условиям вынуждены прилагать религиозные организации в социалистических странах. Изменился облик современного верующего, нормы социалистической жизни стали для него привычными.

Богословы оказались перед необходимостью дать религиозную интерпретацию социалистическим преобразованиям. В результате этого они начали активно разрабатывать «богословие революции», стремящееся сблизить идеалы христианства и коммунизма, представить коммунизм как проявление и развитие истинного христианства. В такой интерпретации все положительное представляется реализацией истинного учения Христа. Капиталистическая система эксплуатации и неравенства, войны и насилия подвергаются осуждению, как противоречащие христианству. Данная концепция, адресованная верующим, поддерживающим программу коммунистического строительства и активно в нем участвующим, содержит и призывы к социальной активности.

Прежняя проповедь полного отчуждения от мира объявляется современными религиозными идеологами псевдохристианской. Идеологи «богословия революции» выступают с критикой социальной ориентации церкви в прошлом. Однако признание справедливости и гуманности социалистических преобразований не означает, что они допускают возможность сближения научно-материалистического и религиозного мировоззрений. Его представители заявляют, что понимают историю как область «руководства Христова и животворной деятельности духа святого», как «промыслительный процесс спасения». Предпринятое последователями «богословия революции» осмысление в религиозном духе социалистических преобразований является попыткой представить этот сознательно совершаемый процесс в провиденциалистском плане.

Модернизация религиозных социальных концепций, призывы современных богословов к верующим участвовать в переустройстве общества на началах справедливости, равенства, братства свидетельствуют о стремлении религиозных организаций приспособиться к новым условиям, к сознанию верующих. Включение верующих в коммунистическое строительство, в целеустремленное преобразование жизни на благо человечества способствует их освобождению от религиозных предрассудков.






Сейчас читают про: