double arrow
СОБОРНОЕ УЛОЖЕНИЕ

Управление страной после смуты. 2. — Обзор царствования Алексея Михайловича. 3. - Цер­ковь и государство в царствование Алексея Михайловича. 4. — Приказная система. 5. - Социальный строй общества.

На сегодняшнем занятии я постараюсь ориентировать вас на те темы по XVII веку, которые вам надо будет особенно тщательно проработать по С.Ф.Платонову; постараюсь дать их обзор и отвечу на вопросы о том, что будет на экзамене.

Итак, XVII век. Если формально подойти к истории этого столетия, то надо разобрать два царство­вания — царя Михаила Федоровича и его сына царя Алексея Михайловича. Проблем здесь особенных

как будто не предвидится, но эта поверхностная ясность и очевидность на самом деле скрывают колос­сальные сложности, которые открываются перед всеми, кто серьезно хочет исследовать это время.

Дело в том, что XVII век чрезвычайно обилен не только событиями, как любое время, но и источни­ками, которые в полном объеме рассмотреть не просто, а установить взаимосвязи, собрать мозаику собы­тий, попытаться воссоздать ход исторического процесса — задача чрезвычайно сложная. Поэтому обыч­но, когда речь идет о событиях XVII века, вычленяют основные темы. >.

Первая тема — деятельность правительства в период до возвращения митрополита Филарета из пле­на (1613-1619 годы). Это всего 6 лет, но мы увидим, что в этот период практически не расходится Зем­ский собор, происходит только ротация его депутатов в 1615 году. Представители земщины играют здесь чрезвычайно большую роль, но все это время посвящено в прямом смысле слова латанию дыр, и особых результатов нет.




Это время чрезвычайно тяжелое для России, показателем чего являются довольно частые случаи, ко­гда дворяне сознательно и добровольно переходят в холопство, т.к. будучи холопами какого-то боярина, они будут накормлены и спасут свою жизнь. Трудно оставаться просто дворянами, не имея средств к су­ществованию, потому что казна пуста, мужики разбежались, а имение пропало разорено, отнято. Поэто­му здесь мы можем говорить о разрухе в стране, о попытках наведения какого-то порядка, и только с возвращением митрополита Филарета, который сразу по возвращении возводится на патриарший пре­стол, начинается какая-то более или менее продуманная работа по организации государственного управ­ления, налоговой системы, по восстановлению каких-то норм суда. Поэтому здесь говорят о правлении митрополита Филарета.



Очевидно, что с 1613 по 1619 год, когда патриарх умер, его сын Михаил Федорович был в тени. И хотя его имя в указах всегда стояло на первом месте, отец, выдающийся администратор, играл перво­степенную роль.

Здесь надо сказать, что нового ничего не изобретали, восстанавливали хорошо забытое старое — при­казную систему. Но надо помнить, что приказы никогда не были какой-то омертвелой формой. Коли­чество их могло увеличиться, могло сократиться в зависимости от потребностей. Затем было восстанов­лено местное самоуправление. Этот акт был направлен на пресечение всяких несправедливостей, лихоимств, которые творили воеводы. Но если в Смутное время грабили все и, строго говоря, жизнь зависела от того, сумеешь ли ты что-нибудь награбить, то и потом воеводы практически самовластно распоряжались в тех городах и местностях, куда были назначены, и творили всякое бесчинство. По­пытка навести порядок и выражалась в том, что появилось самоуправление в виде старост, которые со­средоточивали в своих руках и суд.

Бесспорной новацией является создание полков иноземного строя. У нас войско состояло из дворян­ской конницы и ополчения. Дворянская конница была более организованной, а ополчение созывалось в зависимости от обстоятельств. Но дворянская конница в то время не представляла собой серьезной бое­вой силы. Учитывая положение дворянства, совершенно очевидно, что она и не могла быть боевой силой, поскольку даже на смотрах, куда полагалось приходить с людьми, с конями и оружием, дворяне не мог­ли представить ни того, ни другого, ни третьего. А те, кто был в состоянии это сделать, старались избе­гать этих смотров под предлогом общего разорения. Именно тогда в среде российского дворянства и ро­дилось выражение: "Дай Бог великому государю служить, а сабли из ножен не вынимать".

Стало очевидно, что столкновение с шведами или поляками дворянская конница проигрывала вслед­ствие своей неорганизованности, невыученное, и те способные люди, которые все-таки были в ее ря­дах, не могли повести за собой всю массу спонтанно собранного люда. И вот заводят войско иноземного строя, и это постепенно приносит плоды.

Затем приглашают из-за границы людей, которые обещают найти руды — золотые, железные, мед­ные; ищут их, правда, в таких экзотических местах, как Тверская губерния, и, естественно, ничего не находят, но иногда делают дело серьезно. Так, иностранец Виниус становится владельцем Тульского за­вода, и именно Тула становится фактически основой будущего военно-промышленного комплекса нашей страны. Потомки Виниуса всегда жили в России.

Здесь мы видим какие-то новации, очень практические, без особо широких замахов. Смерть патри­арха Филарета способствует перестановке интересов, расстановке определенных приоритетов, усилению типичной придворной интриги. В это время Шеин осаждал Смоленск тот самый легендарный воевода, защитник Смоленска, который попал в плен к полякам только потому, что уже не осталось в живых за­щитников города. Он вместе с патриархом выдержал плен, вернулся в Россию и вновь как воевода Смо­ленска был отправлен добывать город у поляков.

Осада русским войском Смоленска продолжалась 8 месяцев, но взять его не удалось. В это время подошла рать с польской стороны, русские войска были окружены в собственном лагере, и тогда Ше­ин, вынужденный думать и о людях, вступил в переговоры с поляками. Он сдал обоз и пушки, но со­хранил людей и вернулся в Москву. Патриарха Филарета уже не было в живых, и Шеин был тут же обвинен в государственной измене и казнен. Эта история достаточно ярко характеризует нравы, в об­щем-то, любого двора, интриги, когда люди, которые не стремятся взваливать на себя ответственность, пытаются быть судьями и выносить наиболее жестокие приговоры. Конечно, изменником Шеин не был. Эта история показывает, как непрочна была в это время царская власть, потому что, естественно, ни о каком расследовании речи просто не было.

Итак, умирает Михаил Федорович, и на московский трон вступает его 16-летний сын, знаменитый "тишайший" русский царь Алексей Михайлович. Не буду пересказывать С.Ф.Платонова — может быть, страницы, посвященные Алексею Михайловичу, из лучших во всем курсе лекций, — скажу только, что этот действительно замечательный русский монарх столкнулся с колоссальными проблемами.

Во-первых, московские и провинциальные бунты, направленные против представителей администра­ции, начавшиеся практически сразу после его воцарения, — бунты посадского населения. В' результате был сослан всесильный временщик Морозов, и в 1648 году начал работу земский собор по составлению "Соборного уложения". Это, может быть, было одним из первых важнейших событий царствования царя Алексея Михайловича. Не успели разобраться с новым российским законодательством, не успели ввести его в обиход, как на повестку дня встает вопрос о воссоединении Украины с Россией. Строго говоря, вся первая половина XVII века — это непрерывные неофициальные контакты православного населения Ук­раины с Москвой, поскольку там испытывают жесточайшие притеснения со стороны поляков — не толь­ко нацибнальные и социальные, но и религиозные. И вот в середине XVII века, как мы знаем, фактиче­ски начинается война казаков и украинского населения против Польши, и Россия вынуждена решать вопрос: если мы соединяемся с Украиной, то это означает войну с Польшей, т.к. иначе этот вопрос раз­решен не будет. До середины XVII века мы всячески стараемся уклониться от воссоединения Украины с Россией, потому что выдержать войну с Польшей было, вероятно, невозможно.

Но вот Россия уже накопила какие-то возможности и материальные ресурсы, и, в общем-то, было отлажено государственное управление. Начинается победоносная война с Польшей, результат которой известен: возвращаются исконно русские земли, совершенно иным становится положение населения, которое хотя бы частично остается на польской территории. Тема воссоединения Украины с Россией обнимает и то, что происходило на Украине, и непосредственно земский собор, и Переяславскую раду, и походы Хмельницкого, и, наконец, русско-польскую войну, которая последовала автоматически по­сле земского собора середины XVII века. Уже этого — "Соборного уложения" и украинско-польской проблемы — хватило бы на любое царствование. Но именно царю Алексею Михайловичу, царю чрез­вычайно набожному в самом лучшем смысле этого слова, пришлось столкнуться еще с одной пробле­мой — расколом.

У нас, к сожалению, достаточно широко распространена точка зрения, что патриарх Никон в своей деятельности, руководствуясь исключительно благими целями, был не понят, оклеветан, сослан — сле­довательно, почти мученик, и за этим его личным подвигом все остальное куда-то исчезает. Но это точка зрения совершенно не историчная. Я вовсе не собираюсь анализировать здесь личность патриарха Нико­на — он был истовый, честный человек, настоящий монах, и в этом отношении двух мнений быть не мо­жет. Но он был патриарх — если хотите, второе лицо в государстве, и его деятельность должна оцени­ваться именно с этих позиций.

И вот представьте себе: только-только Россия обрела какой-то покой, только-только восстановлена система управления и заработали администрация, приказная система, суд, было создано новое законода­тельство, обнимающее практически все стороны жизни, достигнуто единство страны уже не формально, а по существу. И в этот момент население совершенно бессмысленно раскалывается пополам — на две партии, причем в вопросе, который вообще лучше не трогать, — вопросе религиозном, церковном, а сле­довательно затрагивающем каждого русского человека. И вот здесь приходится говорить о том, что рас­кол, который был создан совершенно искусственно, во многом, как это ни печально, "заслуга" патриарха Никона. На эту тему мы будем говорить более подробно в одной из следующих лекций.

Существуют традиционные вопросы, которые вам тоже будут предложены по XVII веку: Стенька Разин, походы в Сибирь русских казаков, начало или, если хотите, продолжение колонизации Сибири. Тут никаких особых проблем не возникает, если только не обращать внимания на следующее. История Разина имеет как бы два уровня. Сначала это чисто казачьи дела, когда казаки попросту грабили — это начало движения. А потом оно было поддержано уже землей, мужиками, которые грабили помещичьи усадьбы, и этот бунт во второй своей стадии действительно сотрясал Россию. Не думаю, чтобы личность Разина кого-то особенно привлекала. Начало его деятельности было традиционным: грабеж в устье Волги и вдоль Иранского побережья Каспийского моря. Это приблизительно то время, когда флибустьеры, или королевские пираты, грабили испанские поселения Центральной Америки. Цели тут вполне совпадали. Поэтому когда говорят о том, что Разин выражал какой-то протест, то можно возразить, что он им ско­рее пользовался.

Теперь остается разобрать вопрос: что собой являла приказная система, каков был социальный строй общества, а также вопрос о западном влиянии.

Приказная система — это система управления, построенная по территориально-отраслевому принци­пу. Зародилась она достаточно давно, стала отлаженным государственным институтом уже в XVI веке и была восстановлена достаточно адекватно в XVII столетии. Отраслевое управление соединялось с тер­риториальным, и это создавало определенные сложности.

Например, Посольский приказ ведал внешней политикой, Дворцовый приказ — дворцовым хозяй­ством, Разрядный приказ — разрядами службы дворянской. А, скажем, приказ Казанский управлял всем Поволжьем. Естественно, все дела, касавшиеся Поволжья, будь то дела дворянские или какие-то еще, относились к юрисдикции этого приказа. Разбойный приказ — министерство полиции того време­ни — понятно чем занимался.

У каждого приказа были фактически свои судебные функции, и, следовательно, структура государ­ственного аппарата была очень сложной. Что касается злоупотреблений, их было, как и всегда в государ­ственном аппарате, очень много.

Что касается социального, сословного деления общества, то здесь легко понять, что пирамида начи­налась с крепостных крестьян, которые были у помещиков и бояр. В это время помещичья и боярская вотчины начинают сливаться. Были холопы — совершенно бесправные люди, которые, в отличие от кре­постных, не имели собственной земли. Были крестьяне черносошные, которые платили государственные подати; они были прикреплены к земле, но не за каким-то определенным лицом. Было посадское населе­ние, состоявшее из ремесленников и купцов; было духовенство — тут своя иерархия, естественно. Нако­нец, дворянство — служилое сословие, не платившее тягла (налогов). Боярство становится уже не со­словием, а должностью. Боярин это должность в то время, и скоро последуют указы об отмене местничества при Федоре Алексеевиче. И, наконец, сам монарх. Было ли у нас самодержавие? Да, было. Но был ли абсолютизм в это время? Этот вопрос, который иногда задается, можно, вероятно, разрешать по-разному. Но мне кажется, что следует говорить о том, что была, во-первых, боярская дума, был ос­вященный собор, был земский собор. Земские соборы собирались чрезвычайно часто в первой половине XVII века и постепенно сошли на нет во второй половине. Следовательно, здесь можно говорить не об ограничении царской власти на основании каких-то законов, а скорее о каком-то единении царской воли с волей представителей земства, боярства, духовенства — т.е. о выработке каких-то компромиссов на благо страны, на благо общества. Здесь можно говорить об элементах какой-то гармонии, которая была залогом крепости нашего государства. Поэтому говорить о власти русского самодержца как о власти аб­солютистской я бы не стал.

Наконец, нужно еще несколько слов сказать о западном влиянии. В XVII веке оно прослеживается с самого начала, поскольку Смутное время — это непрерывная война с поляками, и, как всегда это бывает, через быт, обычаи, язык на нас действует культура соседнего государства. Этот процесс неизбежен. Россия всегда удивительным образом впитывала в себя бытовые и культурные новшества, приходившие с Запада, перерабатывала их и создавала на этом основании свою неповторимую культуру. Какую бы область госу­дарственной жизни мы ни взяли, везде появляются постепенно через Украину новации — в быту, в управ­лении, в организации войска, в культуре (скажем, книгопечатание); мы все время это ощущаем. И в ре­зультате такой переработки западного влияния уже в конце XVII столетия возникает неповторимая культура русского барокко, которая впоследствии достигнет удивительного расцвета.

Петр I — не тот человек, который повернул нас к Западу, он сам — порождение того переворота, ко­торый произошел фактически уже до'него. Это надо понять, и тогда у нас не будет деления на Русь допет­ровскую и петровскую, как у нас иногда любят говорить. Петр — не какое-то искусственное явление в рус­ской истории, наоборот: его деятельность есть логический результат всего того, что было сделано в XVII веке, естественное продолжение. Поэтому, мне кажется, вопрос о западном влиянии надо рассматривать более углубленно, и не только в отношении того, что бояре стали носить польские усы, а дамы иногда на­девать какие-то польские одежды. И дело не в том, что Василий Васильевич Голицын говорил по-латыни очень бегло или на Руси стали распространяться немецкие гравюры. Я думаю, что это происходил естест­венный, огромный, очень важный процесс, который набрал особенно сильные обороты при Петре, а потом, когда все это уже было переработано русским организмом, русской душой, явилось новое замечательное явление — русская культура XIX века, культура абсолютно самобытная, которая дала нам совершенно особенные возможности. До известной степени все наше современное достояние — это результат того, что сделали наши предки в XIX веке.

Теперь об экзаменах. Вопросов — 90. В каждом билете три вопроса. Часть вопросов традиционна: крещение Руси, какая-нибудь война, феодальная раздробленность. Тут все просто и понятно. Второй цикл вопросов сводится к каким-то общим местам: например, как раскрыть понятие об истории как нау­ке. У С.Ф.Платонова это, кстати, блистательно разобрано, поэтому в билете так и будет указано: по С.Ф.Платонову. Или, скажем, обзор основных источников по русской истории — тоже по С.Ф.Платонову. Значение природного фактора — это по В.О.Ключевскому. Что такое норманская тео­рия? Значение принятия христианства. И, наконец, вопросы, которые для некоторых студентов составят определенную сложность, если вы сейчас не начнете к ним готовиться. Это вопросы, которые будут тре­бовать от вас знания текстов "Русской правды", "Сказания о Борисе и Глебе", "Повести временных лет", "Жития Александра Невского", "Поучения Владимира Мономаха", "Владимирского Собора 1274 года" (я об этом рассказывал), "Повести о разорении Рязани Батыем", "Послания старца Филофея", "Судебника" 1497 года, сочинения Андрея Курбского, источников по истории смуты (С.Ф.Платонова по­смотрите — мне нужна характеристика этих источников), "Соборного уложения".

Вопросы, которые также будут вас волновать: польско-литовская уния, Брестская уния, "Сказание о Мамаевом побоище", "Повесть о нашествии Тохтамыша", "Церковный устав" князя Ярослава, внешняя торговля в XVII веке.

Лекция 19






Сейчас читают про: