double arrow

От точки и линии до плоскости


Подписи знаменитостей

Как нарисовать свое имя

Как заставить линии говорить

Если вы из тех людей, кто говорит себе: «Я никогда не рисую», вы не совсем правы. Вы рисуете почти каждый день, используя один из основных компонентов рисунка — линию: вы «рисуете» свое имя. В этом рисунке — в линии вашей подписи безотносительно к тому, какие слова образуются этими линиями, — заключена масса визуальной информации. Эту информацию может видеть и «читать» каждый.

Некоторые люди считают себя специалистами по чтению почерка, и хотя анализ почерка, так называемая графология, никогда не принимается слишком всерьез большинством людей в качестве средства определения черт характера, никто не станет отрицать, что почерк уникален для каждого человека. Ваша подпись выражает вас и только вас. Ваша подпись фактически является вашей юридической собственностью, это такая же неотъемлемая часть вас, как и ваши отпечатки пальцев.

Поскольку буквы алфавита не меняются — а всегда а, как бы эту букву ни писали, — источником уникальности вашего почерка является линия, с помощью которой вы рисуете буквы своего имени. Точные характеристики этой линии укореняются в вашей психике, вашей физиологии и вашей истории. Поэтому никто не может совершенно точно подделать вашу подпись — ведь линия, рождаемая вами, несет в себе такое богатство сложной информации, какое не может воспроизвести никто, кроме вас.




Возьмите лист бумаги и попробуйте проделать следующее:

Сначала просто распишитесь (нарисуйте свое имя!), как вы это обычно делаете.

Теперь на минутку отложите бумагу в сторону и посмотрите на ряд нижеследующих подписей. Имя в каждом случае используется одно и то же, чтобы не вносить путаницу. (Я составила имя и фамилию, просто дважды ткнув пальцем в телефонный справочник с закрытыми глазами.)

Каким вам представляется Дэвид Джейкоби? Он интроверт или экстраверт? Какие цвета ему нравятся? Какую машину он водит? Вы бы одолжили ему денег? Он был бы хорошим другом? Вы доверяли бы ему? Он бережет свое и чужое время — скажем, помнит о назначенных встречах? Как вы думаете, он любит читать допоздна? Какие книги?

Теперь, держа в памяти этого человека, подумайте, на кого похож следующий Дэвид Джейкоби?

Этот человек отличается от первого Дэвида Джейкоби, не так ли? А он интроверт или экстраверт? Какие цвета ему нравятся? Какую машину он водит? Вы бы одолжили ему денег? Отдал бы он? А как насчет времени: приходит ли он вовремя на встречи? Какая его любимая телепрограмма?

Теперь третий Дэвид Джейкоби:

Опять же, интроверт он или экстраверт? Какой работой он занимается? Какие его любимые цвета? Какая у него машина? (Глядя на такую подпись, мои студенты иногда отвечают: «Он водит автобус».) Любимая телепрограмма? Как насчет времени? Вы бы одолжили ему денег? Был бы он надежным другом?



Теперь четвертый:

Живописец Василий Кандинский, который в 1896 г. оставил академическую карьеру в России, чтобы стать живописцем в Германии, попытался составить грамматику визуального языка. В 1947 г. он писал:

«Точка — покой. Линия — направленное внутрь напряжение, порождаемое движением. Эти два элемента — их чередование и их комбинации — создают свой собственный "язык", который нельзя постичь словами».

Теперь мой вопрос вам такой: «Каким образом вы так много знаете об этих воображаемых персонажах?» Ответ, я думаю (вторя изречению Поланьи), в том, что вы знаете больше, чем знаете, что знаете. Подписи как рисунки весьма содержательны, и вы интуитивно читаете заключенную в них информацию. Вы схватываете мгновенно, и это не требует специальной подготовки. И ваше интуитивное представление о характере человека, скрытого за подписью, может быть до некоторой степени правильным, потому что черты характера влияют на почерк.







Сейчас читают про: