double arrow

ПРОГНОЗ


В начало

Безадресный обзор

В таком обзоре, как и в тематическом, рассматривается одна или более актуальных тем, обсуждаемых прессой. Однако безадресный обзор обладает одной характерной чертой – отсутствием ссылок на конкретные обозреваемые издания, радио- и телепрограммы. Для автора важно проследить за тем, как средства массовой информации в целом обсуждают ту или иную тему, к какому выводу приходят, какие оценки выносят. Иногда своей целью автор ставит выявление проблем, тем, которые на протяжении определенного времени (недели, месяца) в наибольшей мере волновали российскую или даже мировую прессу (подобного рода обзоры характерны, например, для газеты «Русская мысль»).

При этом автор может достаточно обстоятельно комментировать как сами заинтересовавшие прессу проблемы, так и особенности их освещения в прессе. Это в значительной мере сближает безадресный обзор СМИ с жанром обозрения. «Привязку» содержания обзора к СМИ автор обычно осуществляет обобщенным образом (например: «Левая пресса считает...», «Правая пресса России уверена...», «Средства массовой информации России обратили внимание на следующую проблему...», «Как полагают некоторые газеты...», «Вся мировая пресса выступила в связи с этим...» и т.д.). Такого рода ссылки выгодны для автора тем, что они освобождают его от возможного упрека со стороны конкретных СМИ в искажении их позиции и т.п. При этом вид безадресного обзора позволяет автору проявить свое «глобальное видение» наиболее важных проблем, тем, привлекших внимание СМИ, высказаться по ним в нужном ключе. В то же время аудитория имеет право относиться к таким обзорам, как к личному мнению автора, которое не обязательно принимать во внимание.




При подготовке обзоров журналисту желательно придерживаться определенных правил. Первое – правильно определить цель своего выступления, очертить круг вопросов, которые надо осветить, выбрать тему. Так, например, при написании тематического обзора важно установить, какое место данная тема занимает в «привлеченных» журналистом изданиях. Ему следует при этом обращать внимание как на крупные, так и на небольшие по размеру публикации, акцентируя внимание прежде всего на их содержании. Все это помогает более точно оценить позицию того или иного издания по конкретному вопросу.

В ходе изучения публикаций журналист может обнаружить какие-то ошибки, опечатки и т.д. Если они имеют случайный характер, то их можно использовать только в качестве образных деталей, но отнюдь не стоит строить на них свое выступление. Необходимо избегать излишних или необоснованных эмоций по поводу обозреваемых публикаций. Автор публикации, разумеется, имеет право выразить свое мнение по поводу того, о чем идет речь, но мнение это должно быть аргументированным, построенным на фактах. Иначе оно будет выглядеть неуместным, излишним.



Становление жанра «прогноз» происходило в течение последних десяти лет и напрямую связано с процессами реформирования общества. Именно для таких периодов в его жизни значимы прежде всего слова Ришелье: «Будущее важнее настоящего – опыт доказывает, что если не заглядываешь в даль своих проектов, туда, куда хочет донести, век их будет не долог». Желание узнать, что ждет впереди, и вызвало вал предсказаний, пророчеств, прогнозов, захлестнувший страницы отечественной прессы, ставших, пожалуй, одним из наиболее заметных и постоянных для нее с тех пор явлений. Да и не задача ли журналиста, используя возможности «жанра» Кассандры (именно эта мифическая богиня владела даром предсказания в совершенстве), помочь своей аудитории узнать что-то о завтрашнем дне? Ибо, как гласит пословица, «кто предупрежден – тот вооружен».

Предсказания, или прогнозы, – это суждения о будущем. Прогноз, который всегда сбывается, называют «пророчествами». Иногда понятие «прогноз» журналисты заменяют понятием «гипотеза». Равноценна ли такая замена? Вовсе нет. Почему? Да потому, что эти понятия совпадают лишь отчасти. А именно гипотеза, как и прогноз, в ряде случаев может рассматривать некоторые явления, отнесенные в будущее. Но она может быть обращена и в прошлое. Прогноз же всегда связан только с будущим тех или иных явлений. Кроме того, прогноз всегда рассматривает будущее состояние уже существующих явлений. В отличие от него в гипотезе может идти речь о явлениях, которые никогда не существовали или не существуют в настоящий момент. Не совсем верно отождествлять прогноз и с версией. Версия – это возможный вариант развития события. С помощью версий обычно пытаются объяснить уже свершившиеся факты. Но иногда версия излагает вариант развития какого-то явления в будущем. В этом случае понятия «версия» и «прогноз» могут совпадать.



На страницах сегодняшней прессы журналисты в качестве авторов прогнозов выступают относительно редко. Чаще всего их составляют специалисты, эксперты, ученые соответствующей сферы деятельности. Так происходит, когда издание преследует цель – дать серьезный прогноз. Причиной обращения журналистов именно к таким людям являются, разумеется, те знания, которыми они владеют. В оптимальном случае – это точные знания. Опираясь на них, как раз и можно заглянуть в будущее. Но точность знаний о современном состоянии прогнозируемого явления – не гарантия точности предвидения его будущего. Ибо, как заметил в своей статье «Прогноз прогнозов или прогноз о том, как надо строить прогнозы» философ Н. Шулевский (Союз-ТПП. 2000. №4), «любой прогноз предполагает выделение двух величин – постоянной и переменной». В качестве постоянной величины выступает то, что нам уже известно, а в качестве переменной – то, что неизвестно. Когда неизвестное оказывается весомее известного, прогноз получается неточным. К чему сводится задача журналиста, если он обращается за прогнозом, например, к ученому? Прежде всего – к определению точной темы прогноза и литературному оформлению текста.

Но иногда возникает потребность в развлекательном прогнозе.

Из публикации «Колдуны знают, кто победит»

(АиФ. №50.1995)

По мнению компетентных ясновидящих, в тонких мирах накануне выборов в Государственную Думу царит страшная толкотня. Представители оккультных профессий, которым не чуждо желание и умение побродить по астралу, отыскивают в будущем ответы на вопросы заинтересованных лиц: «Победю (-жу, -ждю, в зависимости от степени владения лица русским языком) ли я на выборах?»

Как видим, эта «врезка», предваряющая публикацию, настраивает читателя на шутливый тон. О том, что публикуемый прогноз не надо принимать всерьез, журналист предупреждает уже рубрикой, под которой располагается текст. Звучит она так: «Политический прогноз с прибабахом». Заявленный тон журналистка выдерживает и в последующем содержании материала. Сделать это ей помогает ироничное отношение к повальному увлечению многих современных политиков мистикой.

К чести наших политиков, надо заметить, что мало кто из них совершенно пренебрегает консультациями астрологов, биоэнергетиков и экстрасенсов. Рискнем предположить, что без них обходится Джуна Давиташвили, кандидат в депутаты Госдумы. Скорее всего она (Джуна) решает эти проблемы по-домашнему, наедине с собой. Но все остальные, уже выдвинутые, но пока не столь продвинутые, вынуждены общаться с соответствующими инстанциями, отвечающими за будущее, через посредников.

Что касается «посредников», т.е. наших сенсов, скажем, что не все они занимаются политическими прогнозами. Многие придерживаются узкой специализации – любовной, семейной, здравоохранительной – и в политические дебри не заглядывают. Те же, кто ими не пренебрегает, в эти дни идут буквально нарасхват. Результаты предстоящих выборов предсказываются всеми доступными способами, как-то: гадание на картах, кофейной гуще, по китайской «Книге перемен», ладони депутата и его нательной карте, вопросы к дельфийскому оракулу и непосредственные контакты со Вселенной. Белая магия поднимает своим клиентам энергетику. Черная пакостит энергетикам противников. И та и другая обходится политикам очень недешево...

Нам жалко наших политиков. Им и так сейчас нелегко, а тут еще такие хлопоты... И поэтому мы решили в этот трудный и ответственный момент прийти им на помощь и предложить вниманию прогнозы, которые сделали приглашенные нами независимые колдуны. Опасаясь упреков в ангажированности наших оракулов, мы постарались отыскать не слишком известных и растиражированных магов (понятно ведь, что, скажем, личный сене Егора Гайдара никогда не станет публично предрекать ему поражение)...

Далее следует изложение колдовских прогнозов относительно возможной депутатской судьбы ряда видных российских политиков. А в конце, когда читатель как на ладони увидел «окончательно и бесповоротно» предначертанное думское будущее каждого из кандидатов, автор возвращает его из «астрала» на грешную землю, заявив следующее:

Все предсказатели сошлись в одном: результаты выборов вполне могут быть подтасованы

Если журналист решил выступить со своим собственным прогнозом, то начинать, как и в любом ином случае, надо с главного – с выяснения истинного положения дел в той сфере, которой касается прогноз. Иначе говоря – с установления основных фактов, которые и станут фундаментом прогноза. Исходный фундамент должен восприниматься как серьезный и неопровержимый и теми, для кого пишет журналист.

Из публикации «Кремль ищет решение»

(Московские новости. №42. 1999)

Умом понимаешь – вроде бы беды ждать неоткуда. Электоральный рынок аккуратно сегментирован: крайне левые – около 5 процентов, Зюганов – не более 20, «Отечество – Вся Россия-Аграрии» (сокращенно – ОВРАГ) – процентов 25. Потом Явлинский (до 10), Жириновский (5–7), НДР и крайне правые – тем и другим, дай Бог, по 5 процентов. Вроде все гладко. Но только на бумаге, потому что забыли об ОВРАГЕ. Точнее, о его правом береге. Левый центр в предвыборном пасьянсе представлен преизобильно. А вот правого полусреднего в российской команде нет. Соответственно непонятно, куда прислонить оставшиеся без хозяина 25 процентов электората. Они – в зависимости от развития событий – могут уйти и к Лужкову, и к Зюганову, и еще невесть куда. Такой неопределенности допустить в Кремле не могут. Тем более что на сей момент нет ни одного откровенно пропрезидентского предвыборного объединения, если не считать ЛДПР. Отсюда и лихорадочное мельтешение Бориса Березовского...

Трудно возразить что-то против доводов журналиста. Как видим, рассмотрев конкретное, реально существовавшее на момент прогнозирования разделение электората по политической приверженности, автор материала обнаруживает «бесхозные» двадцать пять процентов избирателей. И далее он вполне резонно указывает на то, что о существовании данной, не примкнувшей пока ни к какой политической силе электоральной группы известно не только ему, но и, например, кремлевской «семье». И что она наверняка попробует создать некое политическое новообразование, которое должно обладать привлекательной для данной части населения «раскраской». По мнению автора, все необходимые цвета (то бишь качества) содержатся в фигуре премьер-министра В. Путина:

Есть премьер Путин. Он, похоже, дорогого стоит. За одно воскресенье дважды мелькнул с рюмкой и стаканом в руке и оба раза скупо пил за чисто конкретные дела – сначала за армию и спецназ в Дагестане, потом за спецназ уже отдельно от Дагестана. Вот он, воплощенный правый центр, да еще и не скрывающий пропрезидентской ориентации.

Теперь мы уже можем точно сказать, что прогноз автора сбылся вполне. Практически в последний момент было создано общественно-политическое движение под названием «Единство», о поддержке которого заявил В. Путин. И это движение, действительно, пришлось «по вкусу» той «бесхозной» группе избирателей, о которой писал автор выступления в «МН». Двадцать два с лишним процента избирателей проголосовало за него, удовлетворившись симпатией к Путину и еще двум достойным гражданам, составившим ему компанию, даже ничего не зная ни о целях, ни о программе этого движения.

В распоряжении журналиста могут оказаться факты вполне достоверные. И, тем не менее, сами по себе они не гарантируют точность прогноза. Необходимо правильно их использовать. А это требует знания методов прогнозирования. На страницах прессы чаще всего присутствуют следующие методы.

Метод экстраполяции. В переводе на русский слово «экстраполяция» означает «проецирование, расширение, распространение». Что же «проецирует» автор прогноза? А проецирует он основную тенденцию развития исследуемого явления в целом на будущее этого явления. О существовании ее (тенденции) как раз и могут свидетельствовать те факты, которые были накоплены автором. Это должны быть взаимосвязанные факты. Именно такого рода факты, подобно гряде островков в океане, обозначающих подводный хребет, и свидетельствуют о неком направлении (тенденции) «роста» исследуемого явления. Зная это направление, уже можно предположить, что оно сохранится (при благоприятных обстоятельствах) хотя бы и в ближайшем будущем (что и представляет собой экстраполяцию).

Из публикации «Все школы станут элитными»

(Общая газета. 8 декабря. 1999)

За восемь месяцев 1999 года население России сократилось на 521 тыс. человек, то есть больше, чем за весь предыдущий год. Эти данные Российского статистического агентства были приведены на заседании комиссии по вопросам женщин, семьи и демографии при президенте РФ. В целом, как сообщил глава Минтруда Сергей Калашников, с 1994 по 1998 год россиян стала меньше на два миллиона. Таким образом, сегодня население страны составляет 146 миллионов человек. Если экономическая ситуация не улучшится, в 2015 году численность населения России сократится до 138 миллионов. Последствия демографического кризиса почувствуют прежде всего в школах и вузах.

Опираясь на знание тенденции развития демографической ситуации в стране, связанной с уменьшением населения страны, а значит и рождаемости, экстраполируя ее на будущее, автор, в частности, и строит прогноз, суть которого изложена в заголовке публикации (о сокращении числа учащихся, а посему – превращении всех школ в элитные).

Метод аналогии. Напомним, что аналогия – это один из видов сравнения, когда на основе совпадения ряда основных признаков делается вывод о том, что и все другие признаки сравниваемых явлений совпадают.

Из публикации «Постсоветская осень»

(Известия. 31 июля. 1998)

Осень 1990-го – «война законов» между Россией и Союзом...

Осень 1991-го – послепутчевый развал всего и вся...

Осень 1994-го – «черный вторник»...

Осень 1995-го – «черный четверг»...

Осень 1996-го – президент при смерти. Паралич государственной машины...

Осень 1997-го – «информационная война». Драка наверху...

Журналист устанавливает, как видим, неизбежность наступления трудной «политической осени-98» названным выше способом.

Как теперь мы знаем, журналист оказался прав: хотя и чуть раньше, в августе 1998-го, в стране был объявлен дефолт, рухнул рубль, народ в один момент обнищал...

Метод сценариев. Подобный метод исходит из того, что сложные ситуации, процессы развиваются под воздействием ряда факторов. При наличии определенных условий преобладающим может оказаться влияние одного из факторов, а значит – возможны и разные результаты этого влияния (т.е. будущие состояния исследуемого явления). Изложение разных вариантов и представляет собой создание сценариев возможного развития явления.

Рассуждая о том, как может развиваться экономическая ситуация в сегодняшней России, автор материала «Ожидаются частичные реформы», опубликованного под рубрикой «Прогнозы» в «Деловом вторнике» (приложение к «Московской правде». 2000. 25 января), излагает три возможных варианта этого развития. Первый сценарий – быстрого подъема экономики – исходит из благоприятно складывающейся конъюнктуры в среде большой когорты средних и части крупных кампаний (это – микроуровневый сценарий). Второй сценарий – дальнейшего развала экономики – исходит из неблагоприятных внешних условий (огромные долги Западу), изношенность производственного оборудования, разрушение сельского хозяйства и пр. (это макроуровневый сценарий). И третий, промежуточный, сценарий – быстрого роста отдельных хозяйствующих субъектов с быстрым оборотом капитала – возможен в самых неблагоприятных условиях. Сравнивая три этих сценария, журналист выражает уверенность, что реализуется скорее всего третий сценарий.

Прогноз иногда называют опасным жанром. В отличие от сообщения о том, что уже произошло, прогноз нельзя проверить, поэтому он – прекрасное средство провокации.

Предположим, читатель узнал из газеты, что банк, в котором лежат его деньги, вот-вот рухнет. Скорее всего он на всякий случай заберет свой вклад. А если заберут свои вклады многие, то банк может рухнуть! Банкиры это хорошо знают и нередко применяют псевдопрогноз как средство конкурентной борьбы.

Знают об этом и политики, и журналисты. Поэтому «прогнозисты» всегда находятся под прицелом внимания оппонентов. В силу этого опубликованный прогноз нередко становится поводом для политических потасовок.

В таком качестве, например, прогноз выступал на страницах СМИ в период, предшествующий смещению правительства, которое возглавлял Евгений Примаков. В частности, этот прогноз стал причиной невидимого, но вполне ощутимого противостояния между «АиФ» и рядом СМИ других политических ориентации. Началось все с публикации «Степашин готов?» (АиФ. 1999. 3 марта), в которой газета высказала уверенность в том, что Кремль вот-вот предъявит ультиматум Е. Примакову, потребует от него уволить из правительства «красных» вице-премьеров. И что в противном случае будет рассмотрен вариант смены председателя правительства. Этот же прогноз газета повторила некоторое время спустя.







Сейчас читают про: