Что такое «замирье» и каков источник представлений о нем?

Почему для понимания смерти недостаточно ни объективных свидетельств, ни субъективных?

Чтобы охарактеризовать бытийную конституцию смертности человека недостаточно ни объективных свидетельств, ни субъективных, поскольку субъективное понимание смерти, как внутренний душевный феномен – это страх, терзающий человека перед ситуацией неизбежного конца жизни, а объективное понимание – внешнее природное событие заключается в том, что каждый человек встречается с ситуациями, показывающими, что он «заканчивается», что он живёт лишь ограниченный период времени, исключительно редко равный веку.

Восприятие смерти имеет вид реальной постижимости, т.е. оно постоянно задевает нас.

Но, возможно, понимание смерти совсем не является тем для чего смерть существует в бытие человека. Возможно, что сам страх смерти - вторичный феномен.

 

Для понимания этого у нас пока нет подходящих слов и подходящих категорий.

 

Какие виды «конца» вещей различает автор?

Автор выделяет несколько видов «конца» вещей: умирание живого (растения, животного, человека).

Бренные вещи исчезают все по - разному.

Неорганическое – распадается, исчезает «форма», но материя остаётся: она возвращается в элементарное состояние, из которого, возможно, вновь образуются какие-нибудь формы и гибель не означает здесь абсолютного уничтожения.

Но вот умирание живых организмов не просто резкий переход из одного определённого бытийного состояния в другое, но резкий переход из бытия в ничто. (в «иной мир»)

У неживого исчезает, так сказать, только форма, но не вещество: распадается лишь определённая конфигурация, и уже в разрушении образуется некая новая. Распад, старая и новая формы - всё это феномены, пребывающие в сфере феноменального мира.

На что должна опираться феноменология смерти по мнению автора?

Что означает «прекратиться», «уйти безвозвратно в ничто» - где это ничто, куда исчезают живые организмы? Ведь не бывает так, чтобы там, где только что жил живой организм, вдруг возник вакуум, исчезли как по волшебству растение, животное, человек. Сохраняется остаток, труп животного, труп человека. Мы называем его бездыханным, говорим, что из него исчезла жизненная сила, душа. Труп как мёртвое тело, без сомнения, есть сущее. На трупе мёртвое бытие являет свой феномен. Труп принадлежит миру живущих, которые устраняют его различными способами. Труп наиболее подвержен разрушению и распаду, разъедается и растворяется тлением. Тление - это процесс распада органической субстанции. Истлевая, органическая материя возвращается в неорганическую природу. Кажется, что прежде живой индивидуум с распадом и исчезновением трупа растворяется в ничто. Тело возвращается обратно в землю.

Чаще всего считается, что лишь человек имеет «бессмертную душу», в то время как растение и животное, что касается их души, в смерти, вне всякого сомнения, угасают, совершенно уничтожаются. Однако при построении и экзегетическом изложении таких верований мало учитывается, что идея бессмертия человеческой души должна была бы включать в себя ясное понятие об абсолютной уничтожимости душ растений и животных. Мы не будем здесь высказывать свою точку зрения на утверждения религиозных вероучений, потому что они лежат вне возможностей самоинтерпретации человеческого бытия в аспекте его основных феноменов.

Из каких данностей, из какого свидетельства мы должны исходить при интерпретации смерти?

Человеку известны законы природы, управляющие свойствами материи. У живого мы хотя и можем описать типичные черты в картине кончины, дать точную обрисовку каждой фазы с точки зрения живого наблюдателя и привести, сверх того, множество физиологических причин умирания, однако само событие кончины происходит в пограничной зоне феноменального мира. Умирающий живой организм (будь то растение, животное или человек) как бы уходит из области пребывания. Такой уход мы, разумеется, не должны опрометчиво и наивно толковать как движение, в котором пребывает нечто движущееся. Мы не знаем, переходит ли «уходящий» в процессе умирания живой организм в ничто или в так называемый «иной мир». С нашей позиции, с позиции живущего свидетеля, кончина видится как уход, как оставление нашей сферы, но мы не располагаем феноменальным понятием о «куда» такого «удаления». Событие остаётся непостижимым для нас.

 

Что такое «замирье» и каков источник представлений о нем?

Это выдуманное человеком представление о «ином мире», населенном его воображаемыми фигурами взятыми из этого мира. Источник – человеческая фантазия и невозможность жить с нераскрытой тайной.

 6. Какова функция официальных интерпретаций отношения к смерти, формируемых обществом? Почему общественные точки зрения на смерть автор называет несобственными?

И всё же обычно у человека как раз и нет определённого отношения к своей смерти. Он пребывает в пространстве нравов, традиций, обычаев, вращается в рамках официальной интерпретации смысла смерти человека и смертности нашего рода. Социум, к которому он принадлежит, в принципе, истолковал смерть как таковую. Не бывает человеческого сообщества, которое вообще могло бы существовать без интерпретации смерти. Толкование смерти является основополагающей чертой любого сообщества. Культ, древнейшие обычаи, фундаментальные условия жизни связаны с толкованием смерти. Но и самое современное технократическое общество никогда не сможет существовать без такой интерпретации, как бы оно ни пряталось за «механизмами». Общество неизбежно обнаруживает в своём жизненном круге смерть как чудовищную силу, которую ему никогда не удастся ни опротестовать, ни проигнорировать. Однако оно снова и снова делает попытки как-то приспособиться к этой зловещей силе, способной уничтожить все планы, разрушить все надежды, как бы заговорить и изгнать её с помощью культовых форм, облегчить людям бремя внезапных ударов судьбы в случаях смерти при помощи благотворительных структур, регламентировать ход общественной жизни путём унификации отношения к смерти. В обществе определённым образом установлено, как следует относиться к смерти, как сохранять «самообладание», как выражать скорбь. Известны и признаны ритуалы погребения. Существует целая новейшая отрасль промышленности, живущая этим. «Ожидаемая продолжительность жизни» индивида давно рассчитана страховыми обществами на основании статистик смертности и выражается в соразмерной сумме страховой премии.

Однако было бы абсолютно неправильно видеть в общественной точке зрения на смерть человека лишь несобственное отношение к смерти и выступать в защиту исключительно той позиции, где одинокий индивид восстаёт против толкования смерти обществом, полисом. Этой проблемой нам ещё придётся заняться более обстоятельно. В философии смерти имеет место и неоправданный радикальный «индивидуализм», который как раз и препятствует тому, чтобы мистерии духа усопшего, которому живущий посвящает венок и память, стали мучительным и неотступным вопросом мысли.