Российские особенности. Нигилизм

Авторский взгляд

Новое время недаром называется Новым. Это не только другая культура, но и совершенно другой человек. Только с ним героическая личность, культурный герой расстается с идущим от древности самоощущением, согласно которому все то, чего достигает человек, далеко не в полной мере принадлежит ему. Источник его свершений лежит в какой-то иной природе, которая должна слиться с его собственной, чтобы придать ему силы.

Разумеется, это может (и должно) рассматриваться как новая фаза развития, и, подобно всему новому в развитии, как проявление прогресса, как несомненный позитив. Однако действительность чаще всего далека от наивных представлений о движении к добру и свету. Появление нового типа личности, которая воспринимает себя как результат собственных трудов, служения своим же талантом рождаемых ценностей, таит в себе угрозу для социума.

Выше говорилось о том, что культурный герой (независимо от сферы деятельности, в которой развивается и торжествует его талант) в такой же степени творец нового, в какой и ниспровергатель старого. Ему присуща (не всегда сознательная) готовность переступить через существующие нормы (включая и нормы права, и нормы нравственности) ради воплощения своего идеала, и стремящийся к абсолюту ригоризм. Все это делает творческую личность тем, от кого социум вынужден защищаться. Часто нет более страшной диктатуры, чем диктатура ценности, которая рождается ею.

Ведь если источником таланта являются высшие силы (иная ли природа, божественная ли благодать, дары ли залетных инопланетян), рожденная ценность не вполне принадлежат человеку, и культурный герой действует с постоянной оглядкой на что-то сохраняющее власть над ним самим. А значит, и принуждение всех остальных к тому, что кажется главным для него, в конечном счете может исходить только от этих же стихий. Но там, где единственным творцом остается сам человек, положение меняется. «Если Бога нет, значит, все позволено»,— говорят герои Достоевского, и это отпускает все «тормоза». Сама личность становится единственным мерилом своих идеалов, и, разумеется, в ее (единственно же верной!) системе мер они становятся абсолютными ценностями мира. Поэтому герою становится дозволенным вершить суд над своим обществом… и самому же исполнять вынесенный приговор.

К тому же учтем и другое: инструмент художника — это его краски, и нет ничего плохого в том, чтобы соскрести неудачно наложенный слой. Но есть и такие сферы творчества, где красками служат сами люди…

Словом, героическая личность, ради воплощения своих идеалов, не отдавая отчета никому, кроме себя, может стать палачом.