double arrow

Причины сохраняющейся непопулярности «женской темы» в отечественной исторической науке 12 страница


На основе физических представлений разрабатывалось психологическое учение о душе, познании, чувствах, воле, а также ставились и решались практические вопросы в области человеческого поведения.

Учение о душе

в античном материализме

Демокрит понимал душу как причину движения тела. Душа материальна и состоит из самых мелких круглых, гладких, необыкновенно подвижных атомов, рассеянных по всему организму. Душа, как и огонь, состоит из этих атомов: она — это атомы огня по своей форме и активности. Когда мелкие частицы проникают в тяжелые, они вследствие того, что по своей природе никогда не бывают в покое, двигаясь, приводят тело в движение, становясь душой этих тяжелых тел. Таким образом, душа понимается как продукт распределения атомов в теле. Демокрит приписывал душе движения в материальном смысле как пространственное перемещение. Когда сложные тела распадаются, тогда маленькие выходят из них, рассеиваются в пространстве и пропадают. Значит, душа смертна и уничтожается вместе с телом. Когда мы дышим, мы втягиваем в себя частицы, составляющие душу, которые находятся в большом числе в воздухе; выдыхая, мы выбрасываем какую-то часть нашей души. Таким образом, душа непрерывно материально обновляется с каждым дыханием. Демокрит считал, что душа принадлежит всем, даже мертвому телу, но только у него очень мало души. Так Демокрит приходит к панпсихизму: все — и растения, и камни — имеет душу.




Болезнь — это изменение пропорции атомов. В старости число подвижных атомов уменьшается. В органах чувств мелкие атомы ближе всего к внешнему Миру, поэтому они приспособлены для внешнего восприятия. Особенно благоприятное соотношение легких и тяжелых

атомов в мозгу: он — место высших душевных функций, способности к познанию. Органом благородных страстей является сердце, чувственных желаний и вожделений— печень. Таким образом, Демокрит дает естественное понимание души. Душа выступает продуктом организации тела, а не является изначальным принципом. Она не существует вне тела. Ограниченностью взглядов Демокрита является количественный принцип, не позволяющий отличить психические процессы от материальных. Характерно, что, отличая душу от тела, Демокрит считает ее телом, хотя и особым телом. Античному материализму свойственна материализация души: душа не только рассматривается в единстве с телом — в этом состоит признак всякого материалистического учения о душе, но сама является телом. При этом аргументом в пользу материальности души служит следующее рассуждение: если душа движет телом, значит, она сама телесна, поскольку механизм действия души на тело мыслился как материальный процесс по типу толчка. Доводы в пользу телесности души подробно развивает Лукреций.



Эпикур, Лукреций, а также стоики продолжили разработку представлений Демокрита о душе. По Эпикуру, душу имеют только те существа, которые могут ощущать. Стоики выделяли восемь частей души: управляющее начало (разум у человека или инстинкт у животных), от нее «происходит семь других частей души, распространяющихся по телу наподобие щупалец осьминога. Пять из этих семи частей души составляют чувства: зрение, обоняние, слух, вкус, осязание. Зрение — эта пневма, распространяющаяся от управляющей части до глаз; слух — это пневма, распространяющаяся от управляющей части до ушей; обоняние — это пневма, распространяющаяся от управляющей части до носа; вкус—■ это пневма, распространяющаяся от управляющей части до языка; осязание — это пневма, распространяющаяся от управляющей части до поверхности вещей, которых можно коснуться чувствами. Из остальных частей одна называется воспроизводящей; она пневма, распространяющаяся от управляющей части до детородных органов. Другая часть — это то, что Зенон называл голосом; она пневма, распространяющаяся от управляющей части до горла, языка и других органов речи. Управляющая часть помещается, словно в мироздании в на-



шей шарообразной голове»8. В учении стоиков о душе проявляется рационализм, свойственный их мировоззрению в целом: разум является ведущей высшей частью» души. Лукреций различает дух и душу: дух называете*еще умом, он —душа души.

Учение о познании

В античном атомистическом материализме различаются два вида познания — ощущение (или восприятие) и мышление. Началом и источником познания являются ощущения и восприятия. Они дают знания о вещах: ощущение не может возникнуть от несуществующего. Это верные знания, ощущения нас не обманывают. Самое надежное, говорит Эпикур, —обращаться к чувствам внешним и внутренним. Ошибки возникают от вмешательства разума. Демокрит называет чувственное познание темным родом познания. Оно ограничено в своих возможностях, так как не может проникнуть до слишком малого, до атома, до сокровенного,. по Эпикуру. В материалистическом учении Демокрита об ощущении содержится непоследовательность, связанная с различением качеств, которые существуют «поистине» (т. е. объективно) и лишь «в общем», лишь «в общем мнении» (чувственные качества). Оно породило большую философскую проблему первичных и вторичных качеств, развитую в Новое время (Дж. Локк» XVII в.). Восприятие рассматривалось как естественный физический процесс. От вещей отделяются — истекают — тончайшие пленочки, копии, образы, идолы (эйдолы), по внешнему виду подобные самому предмету. Они суть формы или виды вещей. Они летают в пространстве ю попадают в органы чувств, например в глаз. При этом из= глаза направляется встречный поток атомов души, которые улавливают образы. Большой образ ужимаетсядо размеров, позволяющих войти в глаз. Когда поток образов изнутри сливается с потоком, идущим извне,. воздух, находящийся между глазом и предметом, получает отпечаток, который отражается во влажной части-глаза. Так, образ возникает без участия субъекта и; лишь улавливается им. «Видим же мы вследствие вхож-

8 Цит. по: Антология мировой философии/Под ред. В. В. Соколова. В 4 т. Т. 1. Ч. I. M., 1969. С. 491—492.

2&

дения в нас идолов (образов)»9. Образы могут восприниматься любыми частями тела, только в этом случае восприятие будет хуже, чем через органы чувств10.

Теория Демокрита — наивный способ решения проблемы процесса восприятия, но важно, что им сделана попытка объяснить процесс восприятия материалистически вполне естественным путем. Представление Демокрита о чувственном познании получило развитие у Эпикура, Лукреция и стоиков. Эпикур защищает теорию истечений, объясняет, как происходит видение, слышание, ощущение запаха и др. Он указывает на целостную природу восприятия: все чувственные качества улавливаются не по отдельности, а в сопровождении с целым,

Лукреций останавливается на некоторых вопросах восприятия: о силе воздействия, способной производить ощущение, о восприятии расстояния и др. «Чувств опровергнуть ничем невозможно»п, они дают истинное познание.

Стоики внесли ряд новых моментов в учение об ощущении. «Стоики говорили: когда человек рождается, ■его управляющая часть души подобна листу папируса, готовому воспринять надписи. Именно на душе человек записывает каждую свою мысль, и его первая запись производится чувствами»12. Постигающие представле-► ния, т. е. представления, «которые у них считаются критерием всякого предмета»13, являются продуктом особого процесса — каталепсии, предполагающего участие разума.

Продолжением ощущения является мышление. Демокрит называет его светлым родом познания, истинным, законным познанием. Оно более тонкий познавательный орган и схватывает атом, недоступный ощущению, •скрытый от него. По Эпикуру, в отличие от ощущения мышление дает знание общего в виде понятий или общих представлений, позволяет охватить большее количество частных явлений — в этом его преимущество по сравнению с ощущением, которое дает единичное представление.

9 См.: Материалисты Древней Греции... С. 89.

10 Там же. С. 96.

11 Лукреций. О природе вещей. М., 1946. Кн. IV.

12 Антология... С. 492.

" Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1979. С. 283.

Для Демокрита, а также Эпикура, Лукреция и стоиков характерно такое понимание процесса познания, приг котором его чувственная ступень не отрывается от мышления, хотя они, безусловно, различаются. Мышление-сходно с ощущением по своим механизмам: в основе-того и другого лежит истечение образов от предметов.. «...Ощущение и мышление возникают вследствие того,. что приходят извне образы. Ибо никому не приходит-ни одно ощущение или мысль без попадающего в него образа» 14.

Стоики различали внешнее и внутреннее мышление-Внутренний разум — это способность следить за соотношением вещей в ситуации и умение правильно намечать. соответствующее поведение. Образуется на основе восприятия. Внешнее мышление, или внешняя речь,—это речевое мышление, превращение внутренних мыслей во-внешнее рассуждение. В связи с выделением речевого-мышления стоики начали анализ слова как явления: языка. Хризипп производил различение обозначаемого, обозначающего и объекта; положил начало учению о» слове и его происхождении (этимология). Этим была» поставлена проблема значения слова.

Проблема чувств

Чувства рассматривались в системе атомистического материализма в связи с этическими-проблемами как основание для этики. Демокрит различал удовольствие и неудовольствие как показатели полезного и вредного. «Удовольствие... есть состояние, соответствующее природе живого организма, а страдание— состояние, чуждое этой природе. Удовольствие и страдание служат критериями решений, относительно-того, к чему . следует стремиться и чего избегать» 15. Целью жизни Демокрит считал «хорошее спокойное расположение духа (эвтюмия), которое не тождественно с удовольствием, как некоторые, не поняв как следует, истолковали, но такое состояние, при котором душа живет безмятежно и спокойно, не возмущаемая никаким: страхом, ни боязнью демонов, ни какой-либо другой страстью» 16. Это состояние достигается, если сделать свои*

14 Материалисты... С. 89. » Там же. С. 85. I " Там же. С. 154.

удовольствия не зависимыми от преходящих вещей, вообще «от умеренности в наслаждении и гармонической жизни»17.

По Эпикуру, чувства есть некоторая помеха, и для удовлетворенного состояния необходимо избегать душевных тревог. В то же время Эпикур утверждал, что целью жизни является удовольствие. Между этими высказываниями нет противоречия. Под удовольствием как аделью жизни Эпикур понимал «не удовольствия распутников и не удовольствия, заключающиеся в чувственном наслаждении ... но ... свободу от телесных страданий и душевных тревог» 18. Главными чувствами, нарушающими спокойствие духа, являются страх смерти и страх перед богами, от которых, якобы, зависит судьба человека. «Приучай себя к мысли, что смерть не имеет к нам ■отношения. Ведь все хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущения» 19. Надо освободиться и от страха перед богами. Будучи атеистом, Зпикур, как и другие античные мыслители, не отрицал •существования богов, но призывал к правильному представлению о них. Оно достигается теоретическим позна-анием. «...Если мы будем относиться ко всему со вниманием, то будем правильно определять причины, вызывающие смятение и страх, и определяя причины небесных ■явлений и остальных спорадически случающихся фактов, ■мы устраняем все, что крайне страшит отдельных людей» 20.

По Лукрецию, чувства целиком зависят от разума. В противном случае, они вводят нас в заблуждения. Стоики смешивали стремления и чувствования в понятии аффекта и внесли большой вклад в учение об аффектах.

Аффекты — это чрезмерные противоразумные и противоестественные движения души, связанные с неправильными представлениями о вещах. К отдельным аффектам они также применяли определение «неразумное», например, желание — неразумное возбуждение, наслаждение — неразумное возбуждение, скорбь—неразумное душевное сжатие и др. Всего стоики насчитывали

17 Материалисты... С. 160.

18 Там же. С. 212.

19 Там же. С. 209.

20 Там же. С. 196.

26 аффектов и в зависимости от времени и объектов, к которым они относятся, распределяли их по классам: удовольствие (радость, наслаждения, веселость); неудовольствие (печаль, страдание) и его разновидности — сострадание, зависть, соревнование, горе, смущение, обида, печаль, уныние; желание (его разновидности — потребность, ненависть, гнев, любовь, злоба, досада); страх (боязнь, нерешительность, стыд, испуг, потрясение, беспокойство).

Стоики различали три стадии нарастания аффективного состояния. 1. Под влиянием внешних воздействий наступают физиологические изменения в организме: аффекты, как и любое другое проявление души, телесны, без телесных изменений нет аффектов; 2. Непроизвольно наступает мнение о том, что произошло и как нужно реагировать. Это психический, но непроизвольный компонент; 3. Должен вмещаться разум. Возможны два случая: а) разум не дает влечению сделаться аффектом, составляясуждение о ценности происходящего с точки зрения блага или зла (благо, зло и безразличное— основные понятия этической части философии стоиков); б) если же разум слаб или отягчен обычными предрассудками, он увлекается к неправильному суждению, и тогда возникает аффект. Таким образом, хотя аффект противоразумен, ибо находится в противоречии с правильными суждениями разума, свое основание он имеет в разуме, а именно в неправильном суждении. Поэтому стоики и называют страсть суждением. Быть или не быть аффекту также зависит от разума. Поэтому, где нет разума, там нет аффектов: у детей, животных, слабоумных, хотя у них есть естественные влечения. Эти влечения нельзя считать аффектами, поскольку нет их осознания и оценки. Следовательно, дает ли человек распорядиться собою разуму или аффектам, зависит от него самого, а не определяется извне. Поскольку аффект основывается на неправильном суждении, Хризипп называет его ошибкой разума. Надо не допускать этой ошибки, и моральная задача, проповедуемая стоиками, сводилась не к смягчению аффектов, а к безусловному их искоренению21.

Абсолютно отрицательное отношение к аффектам с моральной точки зрения сочетается у стоиков с положе-

Антология... С. 511.

2 А. Я. Ждан

нием о наличии добрых страстей. Их три: радость, осторожность и воля. Радость противоположна наслаждению и представляет собой разумное возбуждение; осторожность противоположна страху и представляет собой разумное уклонение (так, мудрец не пуглив, на осторожен); воля противоположна желанию и представляет собой разумное возбуждение.

Для случаев, когда аффект все же становится неизбежным, была разработана «рецептура» по борьбе с аффектами. Вот некоторые из рекомендаций стоиков:

1) не дать аффекту принять внешнее выражение:, внешнее выражение укрепляет аффект. Поэтому чрезвычайно важно бороться с внешними проявлениями страстей;

2) не преувеличивать аффект воображением-; 3) не спе^ шить с одобрением аффекта, «оттянуть» последний этап нарастания аффективного состояния (например, сосчитать до 10) и этим создать расстояние между аффектом и деятельностью в направлении аффекта; 4) отвлечься на воспоминание другого рода, например при страхе вспоминать примеры мужества, выдержки; 5) разоблачить действия, на которые толкает аффект, и др.

Учение стоиков об аффектах и рекомендации па борьбе с ними занимают важное место в истории психологии. Особо следует отметить его воспитательное значение.

Проблема вола и характера

Проблема воли разрешается Демокритом на основе учения о необходимости и случайности. Органической частью материализма Демокрита является жесткий детерминизм: «Ничто не происходит случайно, но есть некоторая определенная причина для всего, о чем мы говорим, что оно произошло спонтанна и случайно»22. Все существующее в мире подчинено необходимости. Мир возник в результате вихреобразнога движения атомов, в процессе которого атомы сталкиваются, кружатся, склеиваются и образуют небесные светила и др. сложные тела. Демокрит отвергает идеалистическое учение о целесообразности в природе. Подобно сквозной необходимости в природе и движения ду-

22 Лурье С. Я. Демокрит. Л., 1970. С. 213.

ши всецело обусловливаются извне. Но так механистически понимаемая детерминированность всего снимает всякую свободу. Уже античные комментаторы Демокрита видели противоречие его учения фактам. «От нас «е ускользает, как велика разница между тем, когда человек ходит сам, и когда его ведут, между свободным выбором и действием по принуждению...»23. В другом месте: «...тем самым способом, каким мы непосредственно воспринимаем самих себя, мы непосредственно же постигаем, что в нас происходит по свободному выбору, а что в силу внешнего воздействия»24. На материале учения Демокрита становится очевидной невозможность решить проблему свободы человеческой воли на основе жесткого детерминизма. Эпикур, распространив учение о самопроизвольном отклонении атомов на природу человеческого поведения, считал, что каждый человек наделен элементом свободы воли. Он не только находится под воздействием внешних сил, но является и активным действующим субъектом, смеющимся над судьбой, исполняющим намерения и достигающим блага при жизни. Диалектическую концепцию соотношения свободы воли и необходимости продолжил Лукреций. Своеобразно понимание свободы у стоиков. Поскольку все в действительности подчиняется закономерности, постольку все происходящее в мире и с отдельным человеком разум воспринимает как необходимое и естественное неумолимое действие объективных обстоятельств. Человеку остается добровольно принять предписания рока. В этом добровольном следовании необходимости и заключается свобода. Так покорность и подчинение осознанной «необходимости соединяются с утверждением в себе чувства внутренней свободы, которое и делает человека способным отстаивать себя даже вопреки неблагоприятному естественному ходу исторического процесса. Идеология покорности, подчинения судьбе была воспринята и развита христианством. Энгельс назвал Сенеку, сторонника философии стоицизма, «дядюшкой христианства». Социальной базой стоицизма были исторические условия рабовладельческого общества того периода как времени «всеобщего экономического, политического, интеллектуального и морального разложе-

23 Там же. С. 218.

24 Там же. С. 222.

2*

ния, когда настоящее невыносимо, будущее, пожалуй, еще более грозно»25. В этих условиях покорность явилась одним из путей личного самоопределения и поведения. Вера стоиков в силу души перед судьбой воспитывала уважение к сильному характеру, укрепляла моральный дух человека26. По учению стоиков, характер — это определенность, печать своеобразия, которая отличает поступки одного человека от другого и выражает специфическое отношение человека к миру, к себе и к другим людям. «Великое дело играть всегда одну и ту же роль ... Потребуй от себя одного — каким1 ты был вначале, таким оставайся до конца. Сделай так, чтобы тебя хвалили, а не сможешь — так хоть чтобы узнавали»,— писал Сенека. К наиболее существенным чертам характера стоики относили мужество, самообладание» спокойствие духа, справедливость.

Характер основывается на мировоззрении, опирается на представления о благе, зле и безразличном. Жизненные трудности, с которыми встречается человек, приобретают значение технических помех. «В недосягаемом месте та душа, что покинула все внешнее и отстаивает свою свободу в собственной крепости: никакое копье до нее не долетит»,— писал Сенека. Это высказывание не следует понимать как призыв к уходу от жизненных дел и обязанностей; стоики требовали от человека исполнения его гражданских, семейных и др. обязанностей. Мудрец может отдать свою жизнь за отечество и зэ своих друзей. Главная роль в формировании характера принадлежит закаливанию духа долгими упражнениями,. путем совершения поступков, а также с помощью наблюдения за поступками героев, размышления над ними. Каждый может и должен воспитывать в себе сильный характер. «Если что-нибудь тебе не по силам, то не

решай, что оно вообще невозможно для человека. Но если что-нибудь возможно для человека и свойственно ему, то считай, что оно доступно и тебе»27.

25 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 312.

См.: Сенека Л. А. Нравственные письма к Луцилию. М.„ 1977.

27 Аврелий Марк. Наедине с сабой. Размышления, М., 1914. Книга шестая. С. 77—78.

Идеалистическая психология Платона

По замечанию Энгельса, «при всем наивно-материалистическом характере мировоззрения в целом, уже у древнейших греков имеется зерно позднейшего раскола. Уже у Фалеса душа есть нечто особое, отличное от тела (он и магниту приписывает душу), у Анаксимена она — воздух (как в Книге бытия), у пифагорейцев она уже бессмертна и переселяется, а тело является для нее чем-то чисто случайным. И у пифагорейцев душа есть «отщепившаяся частица эфира»28. Именно в трактовке особенностей души в их отличии от тела постепенно нарастают идеалистические тенденции. Пифагореец Филолай впервые обозначил тело тюрьмой для души. Анаксагор выдвинул учение об уме «нус» как причине всего, как принципе космоса, движения, целесообразности, признавая в то же время и причины эмпирического естественнонаучного характера. Против этой непоследовательности Анаксагора выступил Сократ. Божественный разум, по Сократу, является единственной причиной всех явлений. В учении о душе Сократ впер- . вые указал на разграничение между телом и душой и провозгласил нематериальность и невещественность души. Он определил душу отрицательно — как нечто, отличное от тела. Душа невидима в отличие от. видимого тела. Она — разум, который является началом божественным. Он защищал бессмертие души.

Так постепенно наметилось движение античной мысли в направлении идеалистического понимания души. Своего наивысшего развития идеализм достигает у ученика Сократа — Платона (427—347 гг. до н. э.), ставшего основоположником объективного идеализма. Наибольшее место психологическим проблемам отводится в его сочинениях — диалогах «Федон», «Федр», «Пир»,. «Государство», «Филеб».

Центральной философской проблемой Платона является учение об идеях. Идеи — это истинно сущее бы-" тие, неизменяемое, вечное, не имеющее возникновения^ не осуществленное в какой-либо субстанции. Они безвидны и незримы, существуют самостоятельно независимо от чувственных вещей. В отличие от идей мате-

28 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 504.

37?

•рия — это небытие, бесформенное незримое. Это ничто, ^которое может стать любой вещью, т. е. всем при соединении с определенной идеей. Наконец, чувственный мир, т. е. материальные вещи, предметы, естественные и сделанные человеком. Этот мир возникает и гибнет, но никогда не существует на самом деле. Соотношение идей и вещей таково, что в нем миру идей принадлежит неоспоримое первенство. Идеи и вещи не равноправны: идеи суть образцы, вещи — их подобия. Идея выступает как цель, к которой, как к верховному благу, стремится все сущее. Учение Платона об идеях есть объективный идеализм. Его гносеологические и классовые корни имеют ту же природу, что и идеализм вообще29. Составной частью идеалистической философии Платона является учение о душе. Душа выступает в качестве начала, посредствующего "между миром идей и чувственных вещей.

Душа существует прежде, чем она вступает в соединение с каким бы то ни было телом. В своем первобытном состоянии она составляет часть мирового духа, ^пребывает в премирном пространстве, в царстве вечных и неизменных идей, где истина и бытие совпадают, и занимается созерцанием сущего. Поэтому природа души сродни природе идей. «Божественному, бессмертному, умопостигаемому, единообразному, неразложимому, постоянному и неизменному в самом себе в высшей степени подобна наша душа»30. В отличие от души тело подобно «человеческому, смертному, непостижимому для ума, многообразному, разложимому и тленному, непостоянному и несходному с самим собою»3'1.

Индивидуальная душа есть не что иное, как образ и истечение универсальной мировой души. Ее соединение с телом Платон объясняет отпадением от истины к тому, что от нее имеет бытие. Душа по своей природе бесконечно выше тленного тела и потому может властвовать над ним, а оно должно повиноваться ее движениям. Телесное, материальное пассивно само по себе и получает всю свою действительность только от духовного начала. В то же время Платон учит о связи души и тела: они должны соответствовать друг другу. Платон разли-

™ Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 322.

30 Платон. Соч.: В 3 т. Т. 2. М., 1970. С. 45.

31 Платон... Т. 2. С. 45.

чает 9 разрядов душ, каждая из которых соответствует определенному человеку. Он указывает на необходимость развивать душу и тело в равновесии, так, чтобы между ними была соразмерность. Платон решает вопрос и о локализации души в теле. В целом Платон учит о «двухчастном соединении, которое мы именуем живым-существом»32, при руководящей роли в этом союзе души. Платон дает метафорические образные определения души. В «Государстве» он использует сравнение со стадом, пастухом и псом, помогающем ему. В «Федре» душа уподобляется крылатой упряжке из двух коней и; возничего. «Уподобим душу соединенной крылатой парной упряжке и возничему... две части мы уподобим коням ... третью — возничему...»33. В этих определениях в образной форме выражено положение о тройственном: составе души. По Платону, есть три начала человеческой души. Первое и низшее общо ему вместе с животными и растениями. Это вожделеющее неразумное начало. Обладая им, всякое живое существо стремится удовлетворять свои телесные потребности: оно чувствует удовольствие, достигая этой цели, и страдание — в-противном случае. Именно этой частью души человек «влюбляется, испытывает голод, жажду и бывает охвачен другими вожделениями»34. Она составляет большую часть души каждого человека. Другое — разумное — начало противодействует или противоборствует стремлениям вожделеющего начала. Третье начало — яростные дух. Этой частью человек «вскипает, раздражается, становится союзником того, что ему представляется справедливым, и ради этого он готов переносить голод, стужу, и все подобные им муки, лишь бы победить; он не откажется от своих благородных стремлений — либо добиться своего, либо умереть; разве что его смирят доводы собственного рассудка, который отзовет его наподобие того, как пастух отзывает свою собаку»35.

Все стороны души должны находиться в гармоничном отношении друг к другу при господстве разумного начала. Его же функцией является «попечение обо всей-душе в целом... начало же яростное должно ей подчи-

32 Платон... Т. 3 (I). M., 1971. С. 535.

33 Там же. Т. 2. С. 190.

3Там же. Т. 3 (I). С. 233. 35 Там же. С. 234.

39*

I

мяться и быть ее союзником»36. Объединение всех начал сообщает целостность душевной жизни человека. По Платону, «человек обладает силой подлинно внутреннего воздействия на самого себя и на свои способности» 37.

Реальное соотношение частей души далеко от идеала, каким является гармония между ними, в душе происходит настоящая распря между вожделеющим и разумным началами. Эта борьба обнаруживается в сновидениях человека, раскрывая за внешностью вполне умеренного на вид человека «какой-то страшный беззаконный и дикий вид желаний»38. Нарушение гармонии приводит к страданию, ее восстановление — к удовольствию. Так, в описание жизни души с необходимостью вводиться чувство.

Учение Платона о судьбе души после смерти тела ■облечено в форму мифа и преследует этические, государственно-педагогические цели: «Если душа бессмертна, она требует заботы не только на нынешнее время, которое мы называем жизнью, но на все времена и если кто не заботится о своей душе, впредь мы будем считать это грозной опасностью...»39. Живя, люди должны верить, что после смерти душа ответственна за все действия тела. Эта вера заставит каждого бояться возмездия в будущей жизни, чтобы не впасть в отрицание всякой морали и долга. Миф о бессмертии души изображает перевоплощение душ — то ниспадающих с неба на землю, то восходящих с земли на небо, как циклический процесс. Идея бессмертия души скрывает еще один смысл: духовный опыт не умирает со смертью человека, он вечен.

В описании проявлений души Платон уделяет особое внимание познанию и неотделимому от него удовольствию и страданию. Платон различает мнение, рассудок и разум в зависимости от объекта познания: направлено ли оно на идеи или на чувственный мир. Разобщенность этих объектов в бытии, составляющая сущность платоновского идеализма, изображается в форме мифа в VII книге «Государства». Жизнь человека в мире чув-

36 Платон... С. 236.

37 Там же. Т. 3 (I). С. 239.

38 Там же. С. 391.

39 Там же. Т. 2. С. 81.

ственных вещей уподобляется жизни узников, прикованных на дне темницы — пещеры, из глубины которой они: могут видеть через широкий просвет лишь то, что находится у них прямо перед глазами; они видят лишь тени от самих себя и от людей и предметов, которые наверху, а не сами эти предметы и слышат только отзвуки голосов сверху. Философский смысл этого мифа таков: созерцание чувственного мира изменяющихся явлений не дает знания, но только мнение. В мнении душа обращается к вещам и их отображениям, к бытному^. вечно возникающему, но никогда не сущему (слушать, смотреть, любить прекрасные звуки, цвета, образы). Мнение это нечто промежуточное между знанием и незнанием. Оно есть ни незнание, ни знание: мнение темнее знания и яснее незнания. Мнение — это чувственное познание, низший вид знания.







Сейчас читают про: