double arrow

Польская интервенция


Тогдашний фактический диктатор Польши — Пилсудский, социалист, польский шовинист и ненавистник России, легко нашел общий язык с Петлюрой и его “министрами” и начал с ними договариваться. Это было не трудно, ибо положение “высоких договаривающихся сторон — Украинской Народной Республики и Речи Посполитой Польской”, как писалось в протоколах переговоров, было далеко не одинаково. Польша имела государство, территорию, армию, национальный подъем, только что получившего независимость народа и всемерную поддержку Антанты; другая “высокая договаривающаяся сторона” — Украина — ничего этого не имела и представляла собою жалкую кучку социалистических вождей, полуграмотных атаманов и незадачливых полководцев — авантюристов, из бывших русских офицеров, сделавших ставку на Петлюру и социализм, как некоторые их товарищи сделали ставку на большевизм.

Этой, “высокой договаривающейся стороне”, ничего другого не оставалось делать, как соглашаться на все предложения своих кормильцев и содержателей — поляков, которые, с тонким юмором, вели эти переговоры, делая вид, что верят, что Петлюра и его окружение действительно имеют какое-нибудь, если не формальное, то хоть моральное право (сочувствие народа) вести переговоры и давать обязательства от имени Украины.




И, когда поляки потребовали за союз и помощь — отказ не только от каких либо притязаний на Галицию, но и отдачу Польше большей части Волыни — Петлюра с легкостью уступил полякам не принадлежащую ему Волынь.

Петлюровские “министры” и “вожди” были в восторге от сделки: удалось продать то, чем не владеешь и на что не имеешь права, а получить за это помощь для возврата власти. После ряда торжеств по случаю заключения договора, с обильными возлияниями и излияниями чувств “вечной любви украинцев и поляков”, которую портили интриги “москалей” (слова Петлюры на банкете), и после отпуска из польской казны соответствующих сумм на содержание нового союзника, начали готовиться к походу.

Поход этот всецело поддерживала вся польская общественность; правые круги — потому что Петлюра обязался восстановить права помещиков, которые на Правобережье были почти исключительно поляки, и министром земледелия назначил поляка — крупного помещика Стемповского (о социализации земли он забыл); левые — потому, что это была помощь социалистам и противникам России, каковыми были поляки, и левые, и правые; католическая церковь благословляла этот поход, т.к. в случае его успеха, перед ней открывались возможности распространения на восток.

Была сделана попытка, хоть для приличия, сформировать “союзную” украинскую армию. Но удалось набрать людей только на два небольших отряда, которые были названы “дивизией” и отданы в подчинение поляков. (Украинская Армия была в это время в “зимовом исходе” и о ее судьбе не было никаких сведений.)



26-го апреля 1920 г., поляки вторглись на Украину широким фронтом от Новой Ушицы до Олевска. Быстро продвигаясь вперед, они уже 7 мая заняли Киев. Украинская “союзная армия” в наступлении никакого участия не принимала. Поляки отослали ее на юг, на второстепенный участок фронта между Вапняркой и Днестром, где она и провела больше месяца, без каких либо наступательных попыток. “Союзное” Украинское Правительство, поляки не пустили в украинскую столицу, а ввели там свою администрацию. Положение для петлюровцев было унизительное, но они были вынуждены терпеть. В нескольких уездах, занятых поляками, они произвели мобилизацию для пополнения украинской армии, и кроме того в нее влились те части, которые, в начале мая вернулись из “зимового похода”. Так создалось опять некоторое подобие “украинского войска” (подчиненного полякам).

Между тем в начале июня большевики перешли в наступление, прорвали польский фронт и быстро подошли к Львову и Варшаве. Бегущим полякам уже было не до Украины и украинцев. Судьба их столицы висела на волоске — большевики были всего в десятке километров от Варшавы, которая срочно эвакуировалась. Украинские части принуждены были отходить на запад, в южную Галицию.



При помощи французов, полякам удалось отбить большевиков и перейти в контрнаступление, но они его не продолжили вглубь Украины, а, дойдя до той линии, которую они хотели сохранить, как свою будущую границу, повели переговоры с большевиками.

18-го октября (1920 г.) было заключено перемирие между поляками и большевиками, причем обе стороны совершенно игнорировали существование “украинской армии”, которая к тому времени, по данным генерал-инспектора Удовиченко (стр. 159 его книги) имела 35.259 бойцов и 3.888 офицеров, 74 орудия, 8 броневиков, 2 бронепоезда и 3 аэроплана. Силы красных против Украинской Армии, Удовиченко определяет так: “до 25.000 штыков, до 5.000 сабель, при 100-120 орудиях” (стр. 158).

Армии противников были расположены вдоль фронта длиною около 100 километров, от Могилева на Днестре до г. Литина Подольской губернии.

10 ноября Красная Армия перешла в наступление. Почти 40-тысячная (по данным ген. (Удовиченка) Украинская армия, с огромным процентом офицеров (до 9-10% всего состава), быстро покатилась назад — к польской границе, которую остатки петлюровской армии и перешли 21 ноября 1920 г.







Сейчас читают про: