double arrow

СЦЕНА ПЯТАЯ. Те же и Фердинанд фон Вальтер, испуганный, запыхавшийся, вбегает в комнату


Те же и Фердинанд фон Вальтер, испуганный, запыхавшийся, вбегает в комнату.

Фердинанд. Мой отец был у вас? |

Луиза (испуганно вздрагивает). Ваш отец?.. |

Боже всемогущий! |

Жена Миллера (всплеснув руками). Президент?.. } (Вместе.)

Мы пропали! |

Миллер (злобно смеется). Слава богу! |

Слава богу! Дождались праздничка! |

Фердинанд (подбегает к Луизе и сжимает ее в объятиях). Ты - моя, хотя

бы нас разделили небо и преисподняя!

Луиза. Я сейчас умру... Что ты хотел сказать? Ты произнес ужасное

имя... Как? Твой отец?

Фердинанд. Ничего. Ничего. Все уже позади. Ты опять со мной. Я опять с

тобой. О, дай мне перевести дух на твоей груди! То были страшные мгновенья.

Луиза. Какие мгновенья? Ты убиваешь меня!

Фердинанд (отступает и многозначительно смотрит на нее). В эти

мгновенья, Луиза, между твоим и моим сердцем стал еще некто, в эти мгновенья

моя совесть заставила потускнеть любовь мою, в эти мгновенья моя Луиза

перестала быть _всем_ для своего Фердинанда...

Луиза, закрыв лицо руками, падает в кресло. Фердинанд быстро подходит к ней,

молча, вперив в нее неподвижный взгляд, останавливается, затем вдруг




отходит.

(В сильном волнении.) Нет! Никогда! Этого не будет, леди! Это свыше моих

сил! Я не могу принести тебе в жертву это невинное создание... нет,

клянусь предвечным богом! Я не могу преступить клятву, о которой мне внятно,

как удар грома, напоминает этот угасающий взор. Взгляни на нее, леди!

Взгляни на нее, жестокий отец! Могу ли я умертвить этого ангела? Могу ли я

причинить адские муки этой голубиной душе? (Решительным шагом подходит к

ней.) Я подведу ее к престолу вечного судии, и пусть вседержитель скажет,

преступна ли моя любовь. (Берет ее за руку и поднимает с кресла.) Не падай

духом, моя ненаглядная! Ты восторжествовала! Я вышел победителем в

опаснейшей битве!

Луиза. Нет! Нет! Не таи от меня ничего! Произнеси ужасный приговор! Ты

упомянул отца? Ты упомянул леди? Меня объемлет смертельный страх... Говорят,

она выходит замуж...

Фердинанд (падает как подкошенный к ногам Луизы). За меня, несчастная!

Луиза (после некоторого молчания, тихим, прерывающимся голосом, до

ужаса спокойно). Что же... что же я так испугалась? Мой отец сколько раз

говорил мне... а я все не хотела верить. (Умолкает; затем, плача навзрыд,

бросается в объятия к Миллеру.) Отец! Дочь твоя снова с тобой... Прости

меня, отец! Твое дитя не виновато, что сон был так прекрасен... и так ужасно

теперь пробуждение...

Миллер. Луиза! Луиза! О боже, она лишилась чувств!.. Дочь моя, бедное

мое дитя... Проклятье обольстителю! Проклятье женщине, которая их сводила!

Жена Миллера (с воплем бросается к Луизе). Доченька! Неужто я заслужила

это проклятие?.. Бог вам судья, барон! Что вам сделала эта овечка? За что вы



ее хотите зарезать?

Фердинанд (полный решимости, бросается к Луизе). Нет, я разрушу его

коварство, я порву железные цепи предрассудков, я выберу, кого хочу, как

подобает мужчине, и пусть у мелких людишек закружится голова при взгляде на

великий подвиг моей любви! (Хочет уйти.)

Луиза (дрожа, поднимается с кресла и идет за ним). Постой, постой, куда

ты?.. Отец! Мать! Как? В этот страшный миг он покидает нас?

Жена Миллера (бежит за ним и не пускает его). Сейчас придет

президент... Он нашу дочку не пощадит... Нас он тоже не пощадит... Господин

фон Вальтер, и вы покидаете нас?

Миллер (дико хохочет). Покидает! Так и должно быть! А как же иначе?

Ведь она ему все отдала! (Одной рукой хватает майора, другой - Луизу.) Стой,

сударь! Уйти из моего дома можно - только перешагнув через нее! Если ты не

подлец, дождись сначала своего отца! Расскажи ему, как ты вкрался в ее

сердце, обманщик, или... ради создателя... (толкает к нему Луизу; с бешеной

злобой) раздави сперва эту жалкую букашку, которую любовь к тебе довела до

такого позора!

Фердинанд (возвращается и в глубокой задумчивости ходит взад и вперед).



Власть президента велика, это верно... Право отца - понятие широкое... в его

складках может укрыться все, вплоть до преступления. Да, оно простирается

далеко-далеко! Но до последней крайности доводит только любовь... Ко мне,

Луиза! Дай мне свою руку! (Порывистым движением берет ее за руку.) Союз наш

так же непреложен, как непреложно то, что при последнем моем издыхании

господь не оставит меня! Если эти две руки будут разъединены, в тот же миг

порвется нить между мною и мирозданием!

Луиза. Мне страшно! Не смотри на меня! Губы у тебя дрожат! Ты так дико

вращаешь глазами...

Фердинанд. Нет, Луиза! Не бойся! Во мне говорит не безумие. Меня

осенило свыше, я предпринял роковой шаг в одно из тех решительных мгновений,

когда приходится делать над собой отчаянное усилие, чтобы стесненная грудь

вздохнула наконец свободно. Я люблю тебя, Луиза. Ты должна быть моею,

Луиза!.. А теперь скорей к моему отцу! (Устремляется к выходу и в дверях

сталкивается с президентом.)







Сейчас читают про: