double arrow
А. БОГОСЛОВИЕ И БЕЗМОЛВИЕ

Св. Иоанн Дамаскин пишет, что «не все касательно Божества и Его Домостроительства (Его планов, дел и действий в мире) невыразимо, но и не все удобовыразимо, не все непознаваемо, но и не все познаваемо; ибо иное значит познаваемое, а иное - выразимое словом, т. е. иное дело говорить, а другое - знать».

Итак, в Боге, во-1-х, есть нечто абсолютно непостижимое для человека – Божеств. Сущность, во-2-х, имеется область постижимого, но невыразимого в слове, и, в-3-х, в Боге есть нечто не только постигаемое, но и выразимое, хотя и с трудом, в доступных нам словах. О том, что Откровение не всегда может быть выражено в слове, свидетельствует Писание. Апостол, к-рый был вознесен до «3-го неба» и слышал там «неизреченные глаголы», впоследствии возвестил лишь след: «Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1Кор. 2:9). Св. Исаак Сирин поясняет, что Апостол, если бы и захотел описать, что он созерцал и какие слышал слова, то не смог бы, потому что видел это не телесными очами, но духовными. Что ум воспринимает «телесными чувствами», что посредством их может изъяснить, а что «ощутительно созерцает, или слышит, или чувствует внутри себя в области Духа, того, когда возвращается к телу, не способен пересказать, а только вспоминает, что видел это; но, как видел, не умеет поведать ясно».

Человеч. слово - плод деятельности разума человека. Если Бог соблаговолит посетить подвижника, то в общении с Богом участвует весь человек (его разум, воля и чувства), но вместе с тем Божеств. Реальность, к Которой он приобщается, превосходит всего человека, в т.ч. и его разум, поэтому Откровение Бога остается тайной для рассудка и в своих глубинах невыразимо в слове.




Когда Бог посещает человека обилием Божеств. благодати и великолепием созерцаний, тогда всякая человеч. мысль останавливается. Св. Исаак Сирин пишет: «Как скоро ум сподобится ощутить будущее блаженство, забудет он и самого себя, и все здешнее и не будет уже иметь в себе движения к чему-либо» (т. е. размышление о чем-либо и молитва прекращаются). «Ибо святые в будущем веке, когда ум их поглощен Духом, не молитвой молятся, но с изумлением водворяются в веселящей их славе». «В эту пору душа, упиваясь любовью Божией, желает безмолвно наслаждаться славой Господа», она достоверно знает, что живет Истинным Богом. Если же при этом есть еще силы у души, то она стремится к большей полноте богообщения, если же действие Божие превышает ее силы, то, преисполняясь обилием благодатных озарений, вопиет к Богу: «Ослаби ми волны благодати Твоея».

«Можно с уверенностью сказать, что никто из святых не стал бы искать словесного выражения своего дух. опыта и навсегда пребыл бы в молчании, в этом «таинстве будущего века», если бы не стояла перед ним задача научить ближнего; если бы любовь не порождала надежды, что хоть кто-нибудь, хотя бы 1 душа услышит слово и, восприняв покаяние, спасется». Именно любовь к Истине и к братьям по вере подвигала св. отцов бороться против «злобы еретиков» и касаться в своем учении таких дух. высот и предметов, о к-рых в др. время разумнее было бы молчать.






Сейчас читают про: