double arrow

Глава 7. КРИЗИС


Многие принимают разнообразные трансформации устоявшихся жизненных структур за беды или наказания, в связи с чем и начинают испытывать растерянность, недоумение, страх, тревогу и теперь уже предаются реальному самоистязанию. Круг замыкается и становится порочным. И, увы, эта порочность оказывается слишком прочной, чтобы мановением здравой мысли в одно мгновенье разорвать ее. Основная беда обывателя заключается в его обиде на мир, что действенно усугубляет начатое разрушение, и углубляет внутренний конфликт между бессознательным разумом и начиненным всевозможными программами, умом.

Тем не менее, выход из западни существует. Для этого исследуем своеобразную анатомию явления, получившего название Кризис.

Прежде всего, следует отдать себе отчет в том, что появление на этом свете человека сопровождается для него болью и ужасом. И свет этот оказывается мраком. Повинуясь инстинкту самосохранения, новорожденное существо стремится выбраться из тупика, каковым для него становится мир, куда оно пришло. В качестве способа спасения новоявленная особь испытывает стремление пробраться обратно в эдем материнского чрева, но такой вариант невозможен в силу необратимости происходящего, ибо в прошлое невозможно попасть. Согласно даже элементарной логике, никакого прошлого нет – потому что его уже нет. Вот почему путь в прошлое заказан. Как можно попасть в то, чего нет?




Итак, появившаяся особь, не смотря на ее инстинктивное влечение вернуться в мир нирванического блаженства, не способна его реализовать. Но, тем не менее, ее нужда удовлетворяется – при посредстве матери, которая в новой ситуации остается все тем же объектом защиты. Она снова замыкает ребенка в себе, заключая его в объятия и прижимая к живительной груди. По сути дела объятие представляет собой имитацию материнского чрева, и по этой причине оно способно утешить и успокоить, усыпить и погрузить в расслабленное состояние. Мы инстинктивно обнимаемся, чтобы регрессировать на детский уровень и получить ощущение слитности и единства. В подобном состоянии пребывает и младенец, взаимодействующий с матерью. Он получает пищу, тепло, чувство защиты и безопасности как некое подтверждение того, что он жив.

В психоанализе эта фаза в развитии человека известна как "магическое галлюцинаторное величие", когда ребенок чувствует, что его желания могут тут же исполниться. Период жизни от рождения до примерно шести месяцев называется «симбиотическим».Дитя не разделяет мир на внутренний и внешний. В его восприятии нет границ и разграничений. Между ним и матерью устанавливаются отношения, воплощающиеся в чувстве полного слияния. Такое слияние и есть симбиоз. Травма и драма рождения теряют свою остроту и вытесняются новыми возможностями обретения покоя. В данной ситуации как бы воспроизводится изначальная благость непосредственной связи с космическим ритмом.



Однако к шести месяцам наступает неизбежное отделение матери и ребенка, получившее название «сепарации – индивидуации», что переживается как новое потрясение, вторичный шок, следующий за тем, которым сопровождалось рождение.

В общем получается, что сама жизнь человеческая – это шок.

В неоформленное сознание врываются новое отчаяние и разочарование. К ребенку является понимание того, что они с матерью вовсе не единое целое, рушится иллюзия всемогущества. Началась эпоха кризиса и новых испытаний. И естественным образом возникает вопрос – а для чего, собственно, предуготовано последнее? Ответ же вполне очевиден – ради выживания.

Ведь если особь продолжит свое пребывание в состоянии симбиотической слитности, она не сможет самостоятельно познавать реальность, то есть реализоваться, что неизбежно приведет к потере ориентации в мире, а это создает уже непосредственную угрозу гибели.

Поэтому в начинающейся жизни человека подобный кризис представляется поворотной точкой – моментом начала постижения действительности, переходом на качественно новый этап развития и существования. И здесь важно присутствие гармоничного соотношения предоставляемой свободы, то есть степени отделенности – сепарации и наличия опеки, защиты.



Получается, что

только посредством кризиса можно изменить качество жизни в сторону ее усиления.

Именно таким образом – через разделение, ребенок переходит на следующий уровень развития – постижения и освоения.

Теперь же обратимся к исследованию так называемой взрослой жизни, которая представляет собой повторение и воспроизведение тенденций, сформированных на начальных этапах бытия человека.

Проще говоря, наша жизнь – это повторение. (См. Закон возвращения). Мы всего лишь повторяем навыки, усвоенные некогда, и в сущности, благодаря этому мы обладаем возможностью существовать, в связи с чем и приведу примеры, очевидность которых не вызывает никаких сомнений.

Однажды, следуя программе, ребенок встает на ноги и идет. С тех пор ничего не меняется в принципе – ходьба остается как навык, не смотря на некоторые изменения в ее форме, стиле, ритме и прочем.

Однажды, человек начинает произносить слова, и в дальнейшем они в его речи повторяются. Слово "дом", произнесенное трехлетним младенцем, взрослым или стариком, имеет одну и ту же структуру – "д – о – м". Ни одной буквы не прибавляется и не убавляется.

Теперь мы можем сделать более широкое обобщение. Психобиологическое соотношение "Симбиоз – Сепарация", то есть «Слияние – Отделение» также повторяется, правда в несколько видоизмененной форме на протяжении всей жизни, явно или скрыто.

Данная тенденция осознается более четко и явно, если мы изучим такое понятие как быт. Само это слово, столь распространенное и обыденное, на самом деле таит в себе множество загадочных смыслов. За внешней простотой, чуть ли не примитивностью, скрывается завораживающая глубина.







Сейчас читают про: