double arrow

Бихевиоризм

Другим влиятельным направлением, также существу­ющим (и также изменившимся со времени своего основа­ния) до настоящего времени и которому также иногда приписывается «революционное» значение, стал в начале XX в. бихевиоризм (от английского слова behavior— пове­дение), программу которого провозгласил в 1913 г. амери­канский исследователь Джон Уотсон (1878—1958). Как и психоанализ, бихевиоризм противостоял тем аспектам ас-социанизма, которые связаны с представлениями о созна­нии как предмете психологии, однако основания для про­тивостояния были совершенно иные. Бихевиоризм скла­дывался как научно-исследовательское направление с явно выраженным естественнонаучным уклоном, и его основатели пытались найти формы объективного подхода к психической жизни.

Согласно бихевиористам, такие понятия, как «осозна­ние», «переживание», «страдание» и т. п., не могут счита­ться научными; все они — продукт человеческого само­наблюдения, то есть субъективны, наука же, с их точки зрения, не может оперировать представлениями о том, что не может быть зафиксировано объективными средствами.

Один из крупнейших бихевиористов, Беррес Фредерик Скиннер(1904—1990), называл подобные понятия «объяс-

нительными фикциями» и лишал их права на существова­ние в науке.

Что же может быть, с точки зрения бихевиористов, предметом изучения? Ответ: наблюдаемая активность ор­ганизмов, то есть поведение.«Поток сознания мы заменя­ем потоком активности», — объявил Д. Уотсон (адресуясь таким образом к теории «потока сознания» У. Джеймса). Он провозгласил следующие задачи бихевиоризма: объяс­нять поведение человека, предсказывать поведение челове­ка, формировать поведение человека.Укажем, что на фор­мирование идей бихевиоризма сильное влияние оказала русская физиология, в частности работы В. М. Бехтерева, после разочарования в психологии Вундта, разрабатывав­шего на основе учения о рефлексе так называемую «объек­тивную психологию» (позже — «рефлексологию»), и И. П. Павлова, чьи представления о формировании условного рефлекса получили в бихевиоризме название «классическое обусловливание».

Активность — внешняя и внутренняя — описывалась в бихевиоризме через понятие «реакция», которым обозна­чались те изменения в организме, которые могли быть за­фиксированы объективными методами — сюда относятся и движения, и, например, секреторная деятельность.

В качестве описательной и объяснительной Д. Уотсон предложил схему S-R, в соответствии с которой воздейст­вие, то есть стимул (S) порождает ответное поведение ор­ганизма, то есть реакцию (R), и, что важно, в представле­ниях классического бихевиоризма характер реакции опре­деляется только стимулом. С этим представлением была связана и научная программа Уотсона — научиться управ­лять поведением. В самом деле, если реакция определяет­ся стимулом, то достаточно подобрать нужные стимулы, чтобы получить нужное поведение! Следовательно, нужно проводить эксперименты, направленные на выявление за­кономерностей, по которым формируются стимул-реак­тивные связи, организовать тщательный контроль ситуа­ций, регистрацию поведенческих проявлений в ответ на воздействие стимула.

Еще один важный аспект: эта схема распространима и-на животных, и на человека. По Уотсону, законы научения (то есть формирования реакции на определенные стиму­лы) универсальны; поэтому данные, полученные в экспе­риментах с кошками или крысами (последние — излюбленный материал для бихевиористов), распространимы и на человеческое поведение. (Идея, уже тогда критиковав­шаяся многими современниками, в частности рядом оте­чественных психологов, а позже особенно остро предста­вителями гуманистической психологии.)

Описание научения, данное Д. Уотсоном, достаточно просто в своей основе (что во многом определило попу­лярность бихевиоризма) и соотносимо с закономерностя­ми формирования условного рефлекса по И. П. Павлову (на которого, кстати, бихевиорирты широко ссылались). Вот, например, как описывает Уотсон формирование ре­акции страха у 11-месячного мальчика.

Ребенку показывают белую крысу, до того он с крысами не сталки­вался. При этом никакой негативной реакции («реакции избегания») не наблюдается. В дальнейших опытах появление крысы сопровождается резким звуком (у детей отмечена врожденная негативная'реакция на рез­кие дисгармоничные звуки), то есть осуществляется подкрепление. После ряда проб оба стимула ассоциируются, и ребенок начинает демонстри­ровать негативную реакцию на появление крысы без звукового сопро­вождения, то есть у него сформировалась реакция на данный стимул. При этом ребенок аналогичную реакцию демонстрирует на появление не только крысы, но и сходных с ней объектов (например, меховой во­ротник).

Это явление бихевиористы называют генерализацией, то есть обобщением. Аналогично, с позиций уотсоновско-го бихевиоризма, происходит формирование поведенче­ских навыков и в других ситуациях.

Так, крыса, находящая пищевое подкрепление в определенной точ­ке лабиринта, от пробы к пробе будет демонстрировать все меньше оши­бочных действий, вплоть до формирования навыка безошибочного про­хождения лабиринта.

Несомненно, принципы классического бихевиоризма выглядят упрощенно, что подтвердилось в дальнейшем его развитии, что соотносится с понятием необихевиоризм. В 20-е годы был открыт новый вид обусловливания, то есть новый способ влияния на поведение: помимо классиче­ского обусловливания, пример которого только что приве­ден, возможно влияние на поведение посредством наград и наказаний, следующих за тем или иным поведенческим актом (что, впрочем, задолго до бихевиористов было изве­стно дрессировщикам). Позже это получило название ин­струментальное обусловливание. Кроме того, эксперимен­тальная практика не подтвердила правомерность исход­ной схемы S — R как универсальной: в ответ на воздейст­вие одного и того же стимула могут следовать разные реак-

ции, одна и та же реакция может побуждаться различными стимулами. Зависимость реакции от стимула не подверга­лась сомнению; однако встал вопрос о том, что есть нечто, определяющее реакцию, помимо стимула, точнее — во взаимодействии с ним. Исследователи, развивавшие идеи Уотсона, предложили ввести в рассуждение еще одну ин­станцию, обозначаемую обычно понятием «промежуточ­ные переменные», имея в виду некоторые события в орга­низме, на который воздействует стимул и которые, не яв­ляясь в строгом смысле реакцией (т. к. их нельзя объектив­но зафиксировать) также определяют ответную реакцию. (Схема S—О—R). Как вы понимаете, в логике уотсонов-ского бихевиоризма об этих переменных нельзя рассуж­дать в традиционной психологической терминологии; тем не менее необихевиористы, по сути, нарушили этот за­прет, обсуждая проблемы цели, образа и т. п.

Так, Эдвард Толмен (1886 — 1959), который и ввел по­нятие «промежуточная переменная», показал,

что крысы, просто бегавшие по лабиринту, не получая подкрепле­ния, в дальнейшем быстрее научаются проходить его при условии под­крепления, нежели крысы, не имевшие предварительного «опыта бега­ния»; это означает, что у крыс первой группы сформировался образ ла­биринта, позволяющий ориентироваться в нем (Толмен назвал это «ког­нитивными картами»).

Одним из наиболее авторитетных бихевиористов явля­ется уже упомянутый Беррес Фредерик Скиннер (1904—1990), предположивший, что поведение может строиться и по иному принципу, а именно, определяться не стимулом, предшествующим реакции, а вероятными последствиями поведения, то есть развивал идеи, близкие идее инструментального научения; в его терминологии используется понятие «оперантное научение». Это не озна­чает свободы поведения (хотя в рамках его подхода и об­суждается проблема «самопрограммирования» человека); в общем случае предполагается, что, имея определенный опыт, животное или человек будут стремиться воспроиз­водить его, если он (опыт) имел приятные последствия, и избегать, если последствия были неприятны. Иными сло­вами, не субъект выбирает поведение, но вероятные по­следствия поведения управляют организмом.

Соответственно, можно управлять поведением, возна­граждая (то есть положительно подкрепляя) определен­ные способы поведения и тем самым делая их более вероятными; на этом основана предложенная Скиннером идея программированного обучения, предусматривающая «по­шаговое» овладение деятельностью с подкреплением каж­дого правильно сделанного шага.

Особым направлением в рамках бихевиоризма являет­ся социобихевиоризм,наиболее активно формировавший­ся в 60-е гг. Новым по отношению к тому, о чем мы гово­рили, выступает представление о том, что человек может овладевать поведением не через собственные пробы и ошибки, но наблюдая за опытом"других и теми подкрепле­ниями, которые сопутствуют тому или иному поведению («научение через наблюдение», «научение без проб»). Это важное отличие предполагает, что поведение человека становится когнитивным, то есть включает непременный познавательный компонент, в частности символический. Этот механизм оказывается важнейшим в процессе социа­лизации, на его основе формируются способы реализации агрессивного икооперативного поведения. Это можно проиллюстрировать экспериментом ведущего психолога этого направления канадца Альберта Бандуры (р. 1925).

Испытуемым (три группы 4-летних детей) показывали специально отснятый фильм, в котором взрослый человек избивал куклу; начало фильма было одинаковым для всех групп, завершение же было различ­ным: в одном случае другой взрослый «героя» хвалил, в другом — пори­цал, в третьем реагировал нейтрально. После этого детей вводили в ком­нату, где среди прочих была такая же кукла, как в фильме, и наблюдали за их поведением.

В группе, которой демонстрировался варианте порицанием, прояв­лений агрессии в отношении этой куклы было значительно меньше, чем у представителей других групп, хотя они помнили, как вел себя «герой».

Равным образом наблюдение может не только форми­ровать новые формы поведения, но и активизировать усвоенные, но до того не проявлявшиеся.

В связи с этим Бандура своеобразно трактует проблему наказаний и запретов в воспитании.

Наказывая ребенка, взрослый, по существу, демонстрирует ему аг­рессивную форму поведения, находящую положительное подкрепле­ние — в виде успеха в принуждении, самоутверждения; это означает, что ребенок, даже послушавшись, усваивает возможную форму агрессии.

Негативно Бандура относится и к средствам массовой информации, пропагандирующим насилие, в частности, к фильмам, обоснованно полагая, что в развитии ребенка они играют роль «обучения агрессии».

Как мы уже говорили, бихевиоризм существует до на­стоящего времени: многие исследователи и практики, в том

числе в педагогике, психотерапии, ориентированы на него, хотя среди наиболее популярных зарубежных теорий биохевиоризм, сравнительно с психоанализом и гумани­стической психологией, находится на вторых ролях. Вместе с тем несомненной заслугой биохевиоризма признается то, что он показал возможность объективного подхода к психи­ческим явлениям,а также разработка методологии и техни­ки экспериментального исследования (именно экспери­мент был основным методом исследования в бихевиориз­ме).

Итак: бихевиоризм предметом изучения сделал поведение; его приложения (в отношении человека) — педагогика, пси­хотерапия; в обоих случаях предполагается формирование нужных реакций и исправление ошибочных.

Читайте также:

Сферы, «малодоступные» для практического психолога

Основные задачи немедицинской психотерапии

Основные качества психолога Квалифицированного Неквалифицированного

Из истории становления психологии как науки

Основные виды тренинговых групп в западной и отечественной практической психологии

Вернуться в оглавление: Введение в профессию «психолог»


Сейчас читают про: