Студопедия
МОТОСАФАРИ и МОТОТУРЫ АФРИКА !!!


Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и прикладные исследования в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ Развитие экономики ЕС Чрезвычайные ситуации ВКонтакте Одноклассники Мой Мир Фейсбук LiveJournal Instagram

Генезис коллизии идеала и действительности




Все сказанное выше требует уточнения значения слова «идеал»[27]. Не следует считать, что существуют только абсолютные, трансцендентные идеалы. Слово «идеал» употребляется и в более приземленном смысле, вплоть до вульгарно-бытового: «идеал успеха», «идеальная женщина», «потребительский идеал» и т.д. В исследовательской литературе, к сожалению, нет единой концепции идеала вообще, общественного идеала в частности, поэтому мы даем собственное определение:

Идеал – это ценность (т.к. он значит), существующая в форме:

1) представления о желаемом совершенстве, т.е. об актуально имеющем место в сознании субъекта пределе мечтаний о желаемом.

2) ценностно-нормативного понятия, являющегося абстракцией от имеющихся в данном обществе в данное время идеалов-как-представлений. Такая вторичная форма существования идеала необходима для оперирования им в дискурсивном мышлении и коммуникации.

Представляется, что существование исторически инвариантных идеалов-понятий (эстетический идеал красоты; социальные идеалы справедливости, свободы; этический идеал мужества и т.п.) обусловлено лишь инвариантностью типичных ситуаций, с которыми сталкивается человек. Идеал-понятие справедливости не отмирает, поскольку типичной является проблема распределения социального ресурса. Идеал-как-понятие свободы (в данном случае - негативной) актуален, поскольку типичным является внешнее принуждение, истолковываемое как несвобода. Идеал-понятие мужества актуален, т.к. не исчезают ситуации, требующие бесстрашия перед лицом опасности. Внутри этих исторически инвариантных форм существует исторически изменчивое содержание идеалов.

Очевидно, что в структуре ценностей идеалы выполняют особую функцию, но в чем конкретно она заключается – сказать нелегко. Идеалы обычно называют предельными, высшими ценностями. Для выявления специфической функциональной роли идеалов, представляют интерес замечания, высказанные в статье К. Крылова «Идеалы и интересы»: «Интерес - это то, ради чего стоит жить. Идеал - это то, за что можно страдать и умереть… Под «смертью» следует понимать не только финальное прекращение существования, но и всё то, что воспринимается нами как «не-жизнь». Строго говоря, опыт смерти нам дан именно в опыте страдания, прежде всего - физических и моральных мучений. Сюда же можно отнести и все формы самоотчуждения человека, и прежде всего труд. Опыт труда, особенно монотонного, изматывающего, отвратительного - это опыт «погребения себя заживо», и в этом смысле труд есть смерть, и никак иначе. Точно так же следует понимать и несвободу во всех её проявлениях. Может показаться, что идеалы и интересы по природе своей противоположны. Однако, это не так… заставить человека, который в данный момент удовлетворил все первичные потребности… встать с дивана и пойти работать, чтобы, скажем, «заработать много денег» - для этого нужно уже нечто большее, нежели «голый интерес». Надо, чтобы данный интерес переживался как идеал»[28].




Такая характеристика идеала позволяет избавиться от представления о нем как чем-то могущим быть только возвышенным. Например, согласно Веберу протестантская этика, ставшая одним из факторов, способствующих накоплению капитала, являет собой несомненный пример идеала, но возвышенным его назвать трудно. Можно сказать, что только лишь некоторые идеалы, неконвертируемые в ценности качественно низшего порядка, могут позволить отсрочить вознаграждение до «после смерти», и тем самым делают возможными наиболее возвышенные проявления человеческого духа: аскетизм, стремление к святости, героизм, жертвенность и т.д.

Почему в утопическом сознании центральную роль играет именно идеал, почему очень часто на уровне массового и даже специализированного сознания противопоставляется не просто лучшее худшему, а совершенное несовершенному? Некоторую ясность в этот вопрос позволила внести работа Е.С. Маслова[29], которую я беру за основу при дальнейшем рассмотрении данного вопроса. Достигнутая ясность, впрочем, далеко не окончательна, ибо требует решения более общий вопрос о генезисе идеала. Почему, зачем и как у человека формируются идеалы? Подход Е.С. Маслова позволяет ответить на вопрос о происхождении общественного идеала для проспективных утопий, в которых идеал считается «пророчеством» о грядущем.



Формируя представление об истории, сознание человека в силу имманентных ему механизмов, выделяет в качестве гештальта целостный, завершенный, четкий объект (т.н. правило прегнантности в гештальтпсихологии). Поэтому представление человека об истории не может ограничиваться представлением о прошлом и настоящем. Оно с неизбежностью дополняется представлением о будущем. Прошлое и настоящее являются предначертаниями к картине, которая завершается будущим, и только вместе с ним историческая картина приобретает завершенность. Без образа будущего историческая картина существования человечества лишена смысла, история обрывается на полуслове, и потому человек вынужден достраивать её в своем воображении. Эти соображения пытался, на наш взгляд, выразить Э. Блох, для которого основной вопрос философии - «Для чего?», т.е. вопрос о смысле истории. В предисловии к «Принципу надежды» он пишет: «Кто мы? Откуда мы пришли? Куда мы идем? Чего ожидаем мы? Что ожидает нас?»[30].

Ясно, что по отношению к прошлому и настоящему, если не на уровне массового, то на уровне специализированного сознания, теоретико-познавательное отношение может и даже должно (согласно нормам научной этики) доминировать над ценностно-эмоциональным (принцип «свободы от оценки» неокантианцев и Вебера), нормой здесь считается объективность. Но по отношению к будущему полной объективности быть не может, потому что сам объект эмпирически еще не существует. Более того, (абстрагируясь пока от представления об истории как «естественно-историческом процессе») это будущее существенно неоднозначно и существует пока лишь как набор смутно осознаваемых и по-разному оцениваемых возможностей, реализация которых к тому же связывается с практической деятельностью социальных субъектов или Бога. Оценка же человека бинарна и тяготеет к определенности, окончательности. Даже исследователь, отметив многочисленные положительные и отрицательные стороны явления, склонен бросать их на чаши весов выставлять явлению итоговую оценку. Возможно, это связано, прежде всего, с тем, что способность к оценке связана с деятельностью человека. Цель деятельности, как и оценка явления, формируется на базе системы ценностей. Но в процессе деятельности в невыгодном положении находится тот, кто колеблется. Из предвосхищаемого в будущем набора возможностей сознание (прежде всего массовое) склонно поэтому фиксироваться на крайне желательных («рай») или крайне нежелательных, катастрофических вариантах («ад»). Отсюда видно, что в рамках исследования утопического сознания и утопии полезно исследовать генезис и содержание религиозных представлений о рае и аде. Промежуточные варианты между идеальным и катастрофическим, раем и адом не «экономят мышление», отягощают сознание своей неоднозначностью, незавершенностью (на какой степени несовершенства будущего должно остановиться воображение и почему именно на этой?). Оговоримся, что для человека, особенно носителя массового сознания, интересна, прежде всего, способность идеала удовлетворить актуальные потребности, хотя бы иллюзорным образом, а не его голое совершенство. Голое совершенство «абсолютного» идеала важно разве что для схоластов, массовое же сознание, ввиду ограниченности своей мысли, неизбежно создает относительно совершенные картины будущего, лишь бы в них были удовлетворены актуальные потребности.





Дата добавления: 2015-05-26; просмотров: 309; Опубликованный материал нарушает авторские права? | Защита персональных данных | ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: На стипендию можно купить что-нибудь, но не больше... 9006 - | 7249 - или читать все...

Читайте также:

 

3.226.254.115 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.


Генерация страницы за: 0.002 сек.