double arrow

Тайный агент кардинала


Королева ничего не рассказала Марии, ведь теперь подруга становилась ее врагом. Ибо с этих пор королева Анна становится главным тайным агентом кардинала Ришелье. И она послужила ему на славу.

Вскоре состоится самый опасный заговор про­тив кардинала. В заговоре будут участвовать фаво­рит Людовика XIII красавец Сен-Мар, родной брат короля Гастон Орлеанский, герцог Бульонский и прочая великая знать. Через герцогиню де Шеврез они обратились к королеве. И Анна откликнулась... приняла участие в заговоре! Через нее заговор­щики вступили в секретнейшую переписку с род­ственниками королевы, испанской королевской семьею. Испания должна была помочь наступлением армии. Готовился государственный переворот. Кар­динал должен был пасть, но...

Историки до сих пор тщетно гадают, каким пу­тем вся тщательно законспирированная переписка заговорщиков с испанской королевской семьей оказалась на столе Ришелье... Да, друг мой, уча­ствовавшая в заговоре королева Анна заплатила по старым счетам! Кардинал получил копии доку­ментов. И любимец короля Сен-Мар отправится на плаху, брат короля Гастон Орлеанский – в из­гнание, в замок Блуа, бежит из Парижа герцог Бульонский. Таков рассказ об этой воистину Ин­триге Века (до сих пор неведомой историкам), оставшийся в «Записках» графа Сен-Жермена.

Чудо

– Однако вернемся в 1638 год. Итак, 22-летний бездетный брак Людовика XIII нежданно счаст­ливо разрешился рождением дофина. Было выра­ботано объяснение-лозунг: «Произошло событие на грани чуда. Это чудо обещает новорожденному жизнь, полную чудес». Родился он в полдень. Лю­довик Богоданный (как назвала его церковь), или «данный Бофором», как шепотом называли его всезнающие придворные. – Здесь месье Антуан остановился, потом заговорил медленно, напря­женно, будто разглядывая некую картину... или вспоминая: – 5 сентября 1638 года... Дождливый, но теплый день. Воскресенье. Ближе к полудню в парадной спальне королевы собрались принцы крови. Согласно этикету дети короля должны по­являться на свет в присутствии принцев. Здесь все королевские родственники! Не видно только Франсуа де Бофора. Его нет! Ришелье отправил его с поручением в действующую армию... Нача­лось! Схватки!.. Перекошенное страданием жен­ское лицо. Принцы, толкаясь, лезут на стулья, чтоб лучше видеть. Но кровать плотно окружили пови­тухи... Стоны матери и... крик! Это крик ребенка. И радостный крик повитухи: «Мальчик!» Счастли­вый смех... Это смеется король. Родился мальчик! Родился дофин! Будущий великий король! Радуйся, великая Франция! – Месье Антуан поднял тяжелые веки, улыбнулся. Он продолжил спокойно, обстоя­тельно рассказывать: – Обязанности дофина на­чинаются тотчас после его рождения. На следую­щий день после появления на свет младенец давал первую аудиенцию членам Парижского парла­мента... Пытайтесь увидеть!..

Я закрыл глаза в надежде... Но ничего! Слы­шался только монотонный голос месье Антуана:

– Дофин лежит на ослепительно-белой шелко­вой подушке на руках няни... Она стоит на помосте. Над няней и младенцем нежно-розовый балдахин... Высокая балюстрада отделяет их от восторгов при­шедших... Они толпятся поодаль, в нескольких мет­рах от балюстрады с чудесным младенцем... Ти­шина. Младенец заплакал... Какие рукоплескания, какой восторг толпы! Сравнить можно только с вос­торженным воплем толпы, когда отрубят голову его потомку. Король радостно прослезился, трет сухие глаза и кардинал.

После рождения сына встречи Анны с возлюб­ленным продолжались. Уже на следующий год ко­ролева подарила королю еще одного «богодан­ного» сына. Но Людовик XIII, как, несомненно, вы помните, недолго наслаждался счастливым от­цовством. Сначала умер Управляющий страной – кардинал Ришелье... Он умер, как редко умирают великие реформаторы, – на вершине славы, по­бедив или умертвив своих врагов. Если щегольнуть точностью – через 18 лет 3 месяца 19 дней 8 часов и 16 минут врач, державший руку всемогущего кар­динала, ощутил последний удар его пульса.

Перед тем как навсегда закрыть глаза, Ришелье успел попрощаться со всеми любимыми суще­ствами – с белоснежной ангорской кошкой Мариам, серебристым котом с пышными баками Фенимором, черным как ночь котом Люцифером и племянницей герцогиней Эгильон. В своем заве­щании кардинал щедро одарил и племянницу, и всех своих кошек. Великого Реформатора торже­ственно похоронили в университетской церкви

Сорбонны, которую он столь великолепно пере­строил, придав ей нынешний блеск.

Король не скрывал своего счастья! Уже на сле­дующий день он написал слова игривой песенки в ознаменование избавления от ярма великого че­ловека. Свой дворец кардинал завещал королю, и Пале-Кардиналь стал Пале-Рояль... Король посе­тил великолепные залы и увидел жалобно мяукаю­щих кошек. Обожавший собак, страстный охот­ник, король ненавидел кошек. Людовик приказал немедля очистить дворец «от мерзких тварей». Бо­гатых наследниц попросту придушили.

Парижане, как их король, плясками и песнями радостно встретили смерть великого сына Фран­ции. Что ж, такова под солнцем народная благо­дарность реформаторам. Люди помнили то, что он сказал и осуществлял: «Велик тот правитель, который не боится сечь свой народ во имя его же пользы». И через полтораста лет народ не забыл свою ненависть к кардиналу. В дни революции чернь выбросит его труп из могилы. Граф Сен-Жермен рассказывал графине д'Адемар, как па­рижские гавроши развлекались около Сорбонны. Они устроили чудовищный футбол – хохоча, пи­нали ногами по булыжной мостовой череп того, кто столько лет создавал славу Франции. Граф по­пытался разогнать маленьких мерзавцев, но ве­сельчаки сбежали, прихватив с собой и знамени­тый череп.

Но король недолго наслаждался обретенной свободой. Уже на следующий год Людовик XIII последовал вслед за кардиналом.

Франсуа Бофор после смерти короля

Остался пятилетний Людовик XIV. Мальчик ростом и мужественными античными чертами по­шел в красавца де Бофора. Опасные слухи о том, что покойный король не был его отцом, будут тре­вожить Людовика XIV до конца его дней... Подоб­ные слухи преследовали и вашего императора Павла. Все похоже под солнцем. Ваш Павел, борясь с этими слухами, не уставал говорить о своей любви к убиенному отцу Петру III. Ту же защиту избрал и Людовик XIV. Он будет постоянно вспоминать отца, их любовь друг к другу. Как и ваш Петр III, он создаст культ отца. Во время строительства гран­диозной резиденции в Версале он демонстративно сохранит жалкий охотничий замок Людовика XIII, несмотря на все возражения архитекторов...

Но это – потом. Сейчас Людовику всего пять лет и наступило долгожданное время для Анны. После смерти не любившего ее мужа она царствует. По постановлению парламента Анна становится всесильной регентшей при малолетнем сыне. Она оставила Лувр, где пережила столько горестных одиноких ночей. Королева-регентша переселилась во дворец своего покойного врага-друга Ришелье – в великолепный Пале-Рояль. Здесь ее ждут совсем иные ночи.

Итак, королева-регентша Анна Австрийская получает неограниченную власть. Эти женские мо­нархии! Регентша Мария Медичи при малолетнем Людовике XIII призвала управлять своего любов­ника. И сейчас двор нервно замер в ожидании все­сильного фаворита.

Как этого ждал герцог Бофор, помнивший про власть флорентийца Кончини. Герцог не сомне­вался, что станет таким правителем. Он ликовал.


Сейчас читают про: