double arrow

Пердита собралась было приподняться, но, услышав мои слова, вскрикнула и быстро села на место.


– Дрейк? – переспросила Офелия, и на лице ее появилось выражение ужаса. Обе сестры схватили меня за руки. – Да помогут тебе боги!

Пердита потянула меня за рукав:

– Эшлинг, держись от него подальше. Это точно добром не кончится. Ты знаешь, он же вождь клана зеленых драконов.

– Знаю, – улыбнулась я девушкам. Я обрадовалась, что кто‑то еще принял мою сторону, какова бы она ни была. – Но я его не боюсь. Не очень боюсь.

– Но… – Пердита бросила быстрый взгляд на Офелию, потом на меня и прошептала: – Что тебе от него нужно?

– Он у меня кое‑что украл, – ответила я. Сестры ничего не сказали на это. Я вспомнила, что Амели говорила насчет зеленых драконов, – все они воры. Очевидно, никого не удивляла новость о том, что Дрейк обокрал меня. Я расправила плечи, похлопала Пердиту по руке, чтобы она выпустила мой рукав, и произнесла:

– Не волнуйтесь – я не собираюсь делать глупостей. Я просто заставлю его отдать мне эту вещь.

Мне показалось, что глаза у них буквально выскочили из орбит, когда я рванулась к дальнему концу стойки бара, где Дрейк, стоя спиной ко мне, болтал с двумя рыжеволосыми мужчинами.

– Неужели это наш Волшебный дракон Пафф?[6]– обратилась я к спине Дрейка.

Я говорила негромко, но в то самое мгновение, как слова эти слетели с моих губ, в зале воцарилась тишина. Даже музыка смолкла как по волшебству.

И это была очень напряженная тишина.

Услышав мои слова, Дрейк замер. Затем медленно развернулся, и глаза его в темноте клуба блеснули ярко‑зеленым огнем. Говорят, что нападение – лучшая зашита, и, не желая показывать, что я внезапно вспомнила предупреждения насчет вивернов и ужасно струсила, я шагнула вперед и ткнула его пальцем в грудь:

– У тебя одна вещь, принадлежащая мне. Отдай ее. Сейчас же.

– Эшлинг?

Его низкий мужественный голос оказал на меня точно такое же волшебное воздействие, как и в прошлый раз. Мне показалось, что я почувствовала прикосновение бархата к своей коже. Я вздрогнула, ощутив на себе очарование этого голоса, прозвучавшего совсем рядом.

– Не ожидал встретить тебя здесь.

Я взяла себя в руки и издала презрительный смешок:

– Конечно же не ожидал. Верни мне мой акваманил.

Глаза его сузились, ноздри раздулись. Атмосфера опасности, окружавшая его, сгустилась – она стала такой осязаемой, что, казалось, я могла дотронуться до нее. Словно почувствовав опасность, люди вокруг незаметно отступили на несколько шагов. Мне ужасно захотелось присоединиться к ним. Чувствовала я себя так, словно среди бела дня въехала на главную улицу Тумстоуна[7]с верным шестизарядным револьвером в кобуре.

Снова раздался голос, в котором явственно слышалось предупреждение:

– Ты очень хорошая актриса Я вчера действительно поверил тебе. Но больше я такой ошибки не совершу.

Я вздернула подбородок, хотя у меня буквально тряслись поджилки. Я ввязалась в схватку, в которой не могла победить. Иногда я совершаю по‑настоящему идиотские поступки.

– Это была не игра Я сегодня с пользой провела день. Я все узнала насчет драконов, Стражей, бесенят и эльфов, но сейчас это не важно. Мне нужен мой дракон, Дрейк. Мы оба знаем, что он у тебя. Кстати, полиции это тоже известно. Если ты не хочешь, чтобы я позвонила копам и рассказала им, где тебя можно найти, ты мне его отдашь.

На губах его заиграла улыбка. Это опасный человек, напомнила я себе, чувствуя, что сердце мое забилось сильнее. Ну… возможно, он и дракон, возможно, его имя вселяло страх в других людей, но, черт возьми, меня он возбуждал, как никто другой.

– Неужели ты угрожаешь мне? Я подняла подбородок еще выше:

– Начну угрожать, если ты намерен и дальше меня доводить.

Дрейк окинул меня пристальным взглядом с головы до ног, остановившись на моем симпатичном платье с маками:

– А мне кажется, что ты уже доведена до предела, дорогая моя.

У меня даже ноги подкосились от этой двусмысленности, но я приказала себе стоять прямо и напомнила своему либидо, что передо мной вор, который обманом похитил у меня акваманил и оставил на растерзание жандармам.

– Пока нет, но все к тому идет, – сказала я, намеренно делая вид, что не поняла его намека. – Давай‑ка к делу, понятно? У тебя мой дракон. Отдай его мне.

– Я бессмертен, Эшлинг, я не могу умереть. Ты же, напротив, смертна, и это очень возбуждает. – С этими словами он схватил меня за шею и сжат ее, словно собирался придушить меня.


Сейчас читают про: