double arrow

Нравственные побуждения


В духовной жизни и нравственном действии решающее значение имеют побудительные мотивы. Именно поэтому Мохаммед заявлял, что "о всех поступках следует судить по мотивам, которые ими движут". Главное побуждение, лежащее в основе зрелой нравственности – это доброта, у которой две цели: не причинять вреда и помогать.

Прежде всего, не причинять вреда

Подобно врачам, которые вот уже 2400 лет при вступлении в профессию клянутся "Прежде всего, не причинять вреда", многие религии придают огромное значение непричинению вреда или страдания любому человеку или даже любому живому чувствующему существу. Джайнские монахи доходят в этом стремлении до крайностей, подметая землю на своем пути и фильтруя воду, которую они пьют, чтобы случайно не повредить никакой живой твари. Пожалуй, величайшим примером непричинения вреда в наши времена был Махатма Ганди (махатма означает "великая душа"), под чьим руководством Индия добилась независимости.

Ганди начинал свою карьеру как скромный и довольно неудачливый адвокат, слишком робкий, чтобы стоять на своем в суде. Но вскоре все изменилось, когда он стал работать в Южной Африке и на себе испытал ужасы расовой дискриминации. Однажды его грубо выкинули из поезда, когда он попытался ехать в вагоне, предназначавшемся только для белых. Он посвятил свою жизнь борьбе за социальные реформы, сперва в Южной Африке, а потом у себя на родине, в Индии.




Ганди легко мог бы стать разгневанным, озлобленным человеком и проповедником насилия. Вместо этого он сделался поборником мира и создал новое революционное движение, в котором общественные действия сочетались с духовными ценностями. Вместо того, чтобы считать своих противников бесчеловечными врагами, он видел в них потенциальных друзей; вместо того, чтобы их порочить, он полагался на сатьяграху (что означает "придерживаться истины"); и вместо того, чтобы сокрушать их физически, он стремился возвысить их морально. С помощью этого этического оружия он вовлек миллионы индийцев в общественное движение такой нравственной силы, что оно потрясло могущественную Британскую империю, привело Индию к независимости, и вдохновляло вождей аналогичных движений по всему миру – в том числе, Мартина Лютера Кинга, который писал:

Ненасильственный подход не может непосредственно изменить душу угнетателя. Сперва он кое-что делает с сердцами и душами своих приверженцев. Он дает им новое самоуважение; он мобилизует ресурсы силы и мужества, о которых они даже не подозревали. Наконец, он достигает противника и так смущает его совесть, что примирение становится реальным.

Решимость не причинять вреда – это дар другим, а также мощная очистительная дисциплина для человека, который ее практикует. Стараясь не причинять вреда, мы вынуждены становиться более восприимчивыми к чувствам других, более бдительными к таким собственным эмоциям, как страх и гнев, более осторожными в своих действиях, и более готовыми отказываться от эгоистических побуждений. Подобно другим этическим упражнениям, непричинение вреда представляет собой превосходный метод самоосознания, самоисцеления, и очищения. Шри Нисаргадатта Махарадж так говорит о нем:



Непричинение вреда – это наиболее мощная разновидность йоги, которая позволит вам быстро достичь своей цели. Это то, что я называю... Естественной йогой. Это искусство жить в мире и гармонии, в дружбе и любви.

Разумеется, великие религии призывают не только не причинять вреда, но и помогать другим людям. Высшая цель состоит в том, что тибетцы называют "всеобъемлющей добротой", при которой мы распространяем свою заботу на всех без исключения. На самом деле, заключительный этап пути пробужденного мудреца включает в себя целеустремленную преданность благополучию всего сущего. Но прежде чем мы сможем развивать всеобъемлющую доброту, нам нужно начать исцелять раны прошлого.







Сейчас читают про: