double arrow

Принципы моральные и этические



Я хотел бы сейчас сосредоточиться на моральных и этических принципах и той роли, которую они играют в жизни индивида, особенно в его отношении с окружающими. Хотя эти термины часто рассматривают как синонимические, между ними существует некоторое различие: этические принципы, видимо, следует отличать от моральных принципов, поскольку первые очевидным образом видоизменяются в критическом познании и интеллектуальном исследовании. Тем не менее, как моральные, так и этические принципы укоренены в человеческом поведении.

Существуют ли какие-либо общие этические принципы, которые применяются к людям, без различия того, в каком обществе они живут? Обязаны ли мы следовать им? Другими словами, можем ли мы открыть какие-либо общие моральные нормы (common moral decencies), которые проявляются в человеческом поведении?

Как мы видели, наши моральные и этические принципы являются общими prima facie, руководствами к поведению. Этимологически термин принцип происходит от латинского principium, который связан с началом или основанием, т.е. с источником, происхождением или с первичной истиной. В моральном смысле отослать к principia личности, значит указать на самые фундаментальные нормы ее жизни, которые она лелеет и считает самыми главными в своей жизни. Принципиальная личность обладает моральными принципами, которые она стремится точно соблюдать и когда необходимо поддерживать. Если же она достаточно мужественна, то, возможно, даже бороться за них. Она предана своим моральным убеждениям в том, как должна быть прожита жизнь. Она надежна и ответственна, если не чрезмерно самодовольна. Можно не соглашаться с ее принципами, но, по крайней мере, можно предполагать, как она будет вести себя в той или иной жизненной ситуации. Беспринципная личность не знает угрызений совести, она не испытывает сомнений в своей правоте при нарушении норм справедливости и честности.




Индивиды, чьи принципы соответствуют трансцендентному типу морали, т.е. основанному на религии моральному кодексу, рассматривают свои принципы как данные Богом абсолютные и универсальные правила, которым они обязаны следовать. Критические исследователи этики не рассматривают моральный принцип как неизменный регулятор, он не дает директиву, которой все должны однозначно следовать. Это скорее относительная, чем категорическая обязанность. Такой моральный принцип подобен скорее гипотезе, чем диктату. Его применению в конкретном контексте предшествует критическая интерпретация и оценка. Это не значит, тем не менее, что общий принцип может быть легко нарушен. Раз обнаруженный или раскрытый, он не может быть легко принят или беспечно оставлен. Если он глубоко укоренен в поведении, он не может слепо игнорироваться или отвергаться без какого-либо оправдания. Общим принципам необходимо следовать до тех пор, пока не выявлены веские причины того, почему этим принципом нельзя больше руководствоваться.



Мы признаем определенное число моральных норм, которые присущи нашему поведению, особенно в наших отношениях к другим людям. Я говорю о формах поведения, которые в целом являются адекватными и плодотворными. Именно наши моральные принципы являются их индикаторами. Например, в принципе, мы должны быть добрыми, но иногда какой-нибудь индивид может злоупотребить нашей доброй волей или не заслужить нашей благодарности. В принципе, мы должны ценить то позитивное, что другие могут сделать для нас, хотя сознание этой помощи или ее компенсация может быть недостаточной или придти слишком поздно. Морально развитая личность понимает, что существование общих правил человеческого поведения — это одно, а то, как они связаны (особенно когда вступают в конфликт друг с другом) и какому из них мы должны отдать предпочтение — это другое. Например, мы можем дать чистосердечное обещание, которое со временем, когда возникнет неблагоприятная обстановка или изменятся обстоятельства, будет трудно или даже невозможно выполнить из-за того, что мы будем связаны равноценными принципами или ценностями.

В демонстрируемые нами причины того, почему мы должны или не должны делать что-то, входит зависимость морального принципа от конкретной ситуации. Утилитаристы подчеркивают тот факт, что при решении вопроса о том, что мы должны делать, мы оцениваем действие на основании того, увеличивает ли оно сумму добра и содействует ли достижению удовольствия или счастья. Мы должны брать в расчет это важное соображение. Тем не менее, существует опасность, что некоторые утилитаристы, особенно в режимах, ведущих к автократии, могут стремиться скомпрометировать основные и разумно установленные моральные принципы ради достижения того, что они считают величайшим благом, или ради определенных желанных для них социальных целей.
Моральные принципы автономны в том смысле, что они не являются просто инструментальными средствами. Они не принимаются или отвергаются по чисто субъективному желанию. Моральные принципы обладают внутренней ценностью и не должны рассматриваться просто как средства для достижения определенных целей, поскольку сами являются частью целей. Наши моральные ценности могут функционировать как ценности, оберегаемые ради них самих. Например, мы не можем выбирать быть честными или бесчестными просто для достижения наших целей. Ценность ценна сама по себе как составная часть характера личности и является высшим принципом на шкале человеческих ценностей. Принципы и ценности могут частично совпадать. Все же, принципы и ценности не являются необходимо одним и тем же, поскольку ценности не обязательно являются общими или устанавливающими единые правила поведения.

Центральный вопрос относительно моральных и этических принципов касается их онтологического основания. Если они не получены от Бога и не восходят к некоему тренсцендентному источнику, то не являются ли они чисто эфемерными? Если они просто соотносятся с человеческим интересом, то можно ли их безнаказанно нарушить? Что происходит, если они сталкиваются друг с другом или вступают в конфликт? Как определить, какой из них обладает высшим приоритетом или легитимностью? Произойдет ли моральный коллапс, если высшие первопринципы не присущи самой реальности?

Я думаю, что морального коллапса не произойдет. Этические и моральные принципы, по которым мы живем и которых придерживаемся, являются реальными. Это значит, что мы можем совершать фактуальные дескрипции и высказывать суждения о том центральном положении, которое они занимают в человеческом поведении. В этом смысле они, как и все реальные качества, являются частью природы. Во-вторых, такого рода принципы релятивны людям, их интересам, потребностям, ценностям и заботам. Сказать, что они релятивны, не значит считать, что они чисто субъективны или могут быть отклонены по желанию или отвергнуты из-за каприза. Это просто значит, что они являются функциями человеческого поведения и суть феномены человеческого общения. Не имеет смысла говорить о них абстрактным образом, изолируясь от их последствий в жизни индивида. В действительности обязанность следовать моральным принципам становится настолько значимой в человеческой цивилизации, что они начинают образовывать особого рода объективную реальность и оказываются частью био- и социокультурной среды. Они обладают естественными и объективными основаниями.



Сейчас читают про: