double arrow

Карательные действия царской власти


Революционное движение в конце 1905 — первой половине 1906 г.

Революция отступает

В этот период первостепенную роль продолжали играть выступления рабочих. Хотя всеобщая забастовка, по сути, прекратилась уже в октябре 1905 г., во многих регионах страны накал стачечной борьбы не снижался. В конце 1905 — начале 1906 г. катастрофическая для царского правительства ситуация сложилась на Транссибирской магистрали. Значительная часть ее контролировалась стачечными комитетами; многие станции стали опорными пунктами для революционеров. В Чите, например, социал-демократы вообще взяли власть в свои руки; капитулировавший перед большевиками генерал-губернатор Холщевников во всеуслышание называл их «партией порядка». Командованию Маньчжурской армии приходилось вступать в переговоры с «комитетчиками», чтобы организовать эвакуацию с Дальнего Востока уволенных в запас солдат.

Продолжались забастовки и на промышленных предприятиях, причем если в первой четверти 1906 г. произошло 269 стачек, то во второй — уже 479. При этом рабочее движение не ограничивалось только стачками; все чаще рабочие переходили к партизанским действиям, которые раньше были довольно редким явлением: нападали на полицейские участки, вступали в вооруженные схватки с черносотенцами, освобождали своих арестованных товарищей и т. п. Рабочее движение в этот период имело одну характерную черту: наиболее активное участие в нем принимал пролетариат относительно отсталых в промышленном отношении губерний — Архангельской, Олонецкой, Курской и др. Очень мощными были и выступления рабочих национальных окраин — Царства Польского, Прибалтики, Закавказья. Но в то же время резко снизилось количество забастовок в основных промышленных центрах России. Было очевидно, что пролетариат Петербурга, Москвы, Донбасса и др., до сих пор шедший во главе рабочего движения, уже значительно истощил свои силы.




Не утихали и крестьянские выступления. Достигнув своего апогея в декабре 1905 г., они на какое-то время стихли, чтобы с новой силой развернуться весной — летом 1906 г. В этот период волнениями, в которых принимали участие десятки тысяч крестьян, было охвачено более половины уездов Европейской России. В июне 1906 г. крестьянское движение практически достигло уровня 1905 г.

С особой силой аграрные волнения происходили в это время в Прибалтике. Социальные конфликты осложнялись здесь национальными: основная масса местного земледельческого населения — латышей и эстонцев — с давних пор находилась в зависимости от немецких баронов-землевладельцев. В конце 1905 — начале 1906 г. ненависть, копившаяся веками, выплеснулась наружу — начались погромы баронских замков, нередко сопровождавшиеся убийствами владельцев (что в России случалось относительно редко). Грандиозные волнения крестьян происходили в конце 1905 — начале 1906 г. и в Закавказье.



В 1906 г. правительство в борьбе со своими противниками действовало куда более решительно и беспощадно, чем в начале революции.

В городах развернулись самые настоящие сражения царских войск, казаков, полиции с революционно настроенным населением. При этом самое активное участие в разгонах митингов и демонстраций принимали черносотенцы. На западных окраинах России, где значительную часть населения составляли евреи, подобные столкновения нередко перерастали в еврейские погромы — при самом благосклонном отношении к погромщикам местных властей.

Заметно активизируется охранка, чья деятельность в начале революции почти сошла на нет. В Петербурге, например, за один только декабрь 1905 г. было арестовано более 2 тыс. человек. Весной же 1906 г. общее число заключенных и высланных превысило 50 тыс. человек.

В бунтующие регионы отправлялись военные отряды во главе с пользовавшимися особым доверием Николая II генералами, которым предоставлялись все возможные полномочия: употреблять оружие при усмирении волнений, арестовывать по малейшему подозрению, расстреливать по своему усмотрению. В декабре 1905 г. подобная «экспедиция» была организована на Транссибирской магистрали. С двух концов ее, навстречу друг другу, двинулись отряды: один из Москвы, во главе с генералом Меллер-Закомельским, другой — с Дальнего Востока, во главе с генералом Ренненкампфом. Оба отряда действовали совершенно беспощадно (особенно зверствовал Меллер): сбрасывали с поездов агитаторов или тех, кого принимали за таковых, расстреливали стачечные комитеты, под угрозой смертной казни заставляли работать железнодорожных рабочих и служащих. К концу января 1906 г. стачка на Транссибирской магистрали была прекращена.



Аналогичными средствами власти боролись и с крестьянским движением. В черноземные губернии — Черниговскую, Курскую, Саратовскую, где весной 1906 г. аграрные волнения вспыхнули с особой силой, Николай II послал специальные отряды во главе со своими приближенными — генералами свиты. Подавляя волнения, эти генералы безжалостно громили целые деревни, подвергали крестьян массовым экзекуциям, не останавливались и перед применением огнестрельного оружия.

Но с особой жестокостью карательные отряды действовали на национальных окраинах, прежде всего в Прибалтике. Здесь каратели не ограничивались поркой участвовавших в волнении латышей и эстонцев: смертная казнь без суда и следствия, по произволу командира отряда была самым обычным явлением. Такая жестокость в значительной степени объяснялась тем, что царь сознательно ставил во главе карателей офицеров непосредственно из баронов либо из тех, кто находился с немецким дворянством в самых тесных родственных связях. Из подобных же соображений Николай II исходил и при назначении командиров тех отрядов, которые действовали в Закавказье. Таким образом, каратели здесь не столько наводили порядок, сколько мстили за свои потери.







Сейчас читают про: