double arrow

История Древнего мира, том 2. 36 страница


В Иверии хотя и медленно, но также развивалась городская жизнь, по-видимому частично за счет переселенцев с юга. Так, есть основание предполагать, что в Мцхете появились группы евреев еще в середине II в. до н.э., а затем — после разрушения Иерусалима Титом в 70 г. н.э.; по преданию, здесь помимо коренного имелось также арамейское, греческое и другое население.

Сходным во многом представляется и общество Алвании. И здесь важную роль наряду с военной знатью играло жречество и храмы, имевшие, вероятно, своих храмовых зависимых людей, сходных с лаой. Однако значительного государственного сектора здесь, очевидно, не было, как не было и значительных городов, кроме резиденции царей — Кабалаки. Денежное обращение здесь развивается позже, чем в Армении и Атропатене; со II в. до н.э. отмечены клады селевкидских монет, видимо являвшихся здесь средством накопления сокровищ (античные авторы упоминают о меновой торговле в Алвании); с конца II в. до н.э. встречаются парфянские, а позже и римские монеты.

Отставанию Алвании способствовала ее племенная раздробленность: население говорило на десятках наречий, взаимно мало или вовсе непонятных, хотя возможно, что в части страны один из местных языков был лингва франка.

В Атропатене, Армении и Иверии в рассматриваемые периоды выработались общенародные языки-койнэ: среднемидийский, армянский и картвельский.

В Западной Грузии и в Алвании койнэ не было. Ни в одном из государств не было своей письменности: пользовались либо греческой (особенно в городах), либо арамейской (по-видимому, гетерографической, т.е. обслуживавшей не собственно арамейский, а мидийский или парфянский язык). В Атропатене, как и в Парфии, были распространены иранские культы, традиционно связывавшиеся с именем Заратуштры (Зороастра), хотя фактически, вероятно, имевшие мало общего с его учением, как оно изложено в Старшей Авесте («Гатах» и т. д.). Зороастрийские и мнимозороастрийские учения были занесены при Ахеменидах также в Армению и Малую Азию, но, чем далее на запад, тем более оии сочетались с местными культами или преображались под их влиянием.

Так, в Армении наряду с зороастрийским Арамаздом и иранскими Анаит (Анахитой) и Вахагном (Веретрагной) почитался бог Торк, по-видимому лувийский, и ряд, вероятно, протоармянских божеств; все они отождествлялись, особенно при Тигране II, и с греческими богами. Обо всех этих культах мы знаем лишь по христианским средневековым малодостоверным известиям, где предки-эпонимы смешаны с богами, эпитеты божеств — с самими божествами, боги зороастрийские — с местными. Во всяком случае, еще до воцарения в Армении Аршакидов зороастризм в одной из его разновидностей прочно вошел в быт армянского народа. Об этом свидетельствуют средневековые предания и зороастрийский или, во всяком случае, иранский характер дохристианских армянских имен собственных. В восточной части Малой Азии и отчасти в Армении более всего, пожалуй, почитался световой бог Митра, называвшийся именем иранского бога, но в формах, совершенно отличных от распространенных в Иране и восходящих к каким-то местным культам (в Армении, по-видимому, Митрой назывался урартский бог Халди). Местный древнейший бог-громовержец, почитавшийся хурритами под именем Тешуба, урартами под именем Тешубы, хетто-лувийцами — под именем Тархуса или Тархунта, стал протоармянским Торком и, видимо, был отождествлен, с одной стороны, с греческим Зевсом (в Коммагене), с другой — с иранским Вахагном (Веретрагной). В целом можно считать, что для Атропатены была характерна разновидность зороастризма, а для Армении, Малой Азии и Понта — типичный вообще для эллинистического периода синкретизм, но с преобладанием зороастрийских или по крайней мере признанных позднейшим зороастризмом иранских божеств.

Что касается Иверии и Алвании, то здесь существовали собственные древние культы общинных богов.

Так, в столице Картли почитался бог Луны Армази, которого одни исследователи с большой вероятностью отождествляют с зороастрийским Ахура-Маздой, а другие приписывают ему хеттское происхождение. Там же почитались божества Гаци, Га и т.п. Влияние зороастризма было в какой-то мере безусловно ощутимо в Иверии, но характер имен иверийских царей по большей части скорее скифский, чем зороастрийский. В Алванию влияние зороастризма проникло поздно. По Страбону, здесь почитали «Солнце, Зевса и Луну, в особенности же Луну». Он описывает алванский храм божества Луны, находившийся недалеко от границ Иверии, возможно в нынешней Кахетии, и обряд происходивших здесь человеческих жертвоприношений. Есть предположение, что они приносились и в Иверии, да и ахеменидскому Ирану они не совсем были чужды.

Во всех перечисленных странах должность главного жреца была второй в государстве после должности царя. В каждой из них (и в этом — отличие от более древнего царства Урарту) существовали огромные храмовые хозяйства и даже целые области, населенные храмовыми людьми. Такова, например, была, по-видимому, область Анахтакан, принадлежавшая храму богини Анаит в Армении. В Алвании храмам отведена была земля (хора), по словам Страбона, «обширная и хорошо населенная» храмовыми рабами (иеродулами), по крайней мере часть которых имела и культовые обязанности; из них же избирались человеческие жертвы. В отличие от других эллинистических государств в государствах северного горного пояса Ближнего Востока сохранялось значение также и свободных земледельцев, принадлежавших к общинно-частному сектору, хотя они могли не быть гражданами самоуправляющихся городов.

Между тем состояние производительных сил достигло в большинстве случаев примерно того же уровня, что и в более развитых странах Ближнего Востока. Древняя формация подошла на этих территориях к поре своего упадка и гибели при все еще не полностью исчезнувших архаических формах социальных отношений. Таким архаизмом, в частности, было существование (вне храмовых и городских общин) свободного общинного крестьянства.

Литература:

Редакционная коллегия. Закавказье и сопредельные страны в период эллинизма./История Древнего мира. Расцвет Древних обществ. - М. .-Знание, 1983 - с. 399­414

Лекция 22: Этруски и Ранний Рим.

Географическая и историческая среда Древней Италии.

Этрусская цивилизация существовала в Италии; здесь же возник город Рим; вся его история, начиная с его возникновения в легендарные времена и кончая гибелью Римской империи на пороге средневековья, была связана с Италией.

Поэтому, приступая к рассказу об этрусках и Риме, необходимо прежде всего коснуться географических и исторических условий развития древней Италии, расположенной на Апеннинском полуострове.

Этот большой полуостров, формой напоминающий сапог, глубоко вдается в Средиземное море в его центральной части. С севера к нему примыкает широкая долина р. По, огражденная со стороны материка дугой Альп. Вдоль всего полуострова тянется горная цепь Апеннин. На севере и юге горы приближаются к западному побережью Италии, а в средней ее части — к восточному побережью. Апеннинский полуостров омывается Адриатическим, Ионическим, Тирренским и Лигурийским морями, которые являются частями Средиземного моря.

Условия для развития мореплавания в Италии были хуже, чем в Греции. Близ Италии мало островов. Крупнейший из них — Сицилия — служил мостом между Италией и Северной Африкой, но два других больших острова — Корсика и Сардиния — лежат довольно далеко к западу.

Береговая линия Апеннинского полуострова слабо изрезана: здесь мало удобных бухт, особенно на восточном побережье. Правда, древнейшие беспалубные и однопалубные корабли можно было почти всюду вытаскивать на берег.

Древняя Италия располагала большим, чем Греция, массивом плодородных земель: в долине р. По, в Этрурии, Кампании, Сицилии. В древнем Лации многие земли были заболочены, но с созданием осушительной системы в виде сточных каналов эта область тоже стала вполне пригодной для земледелия. Менее плодородны были почвы в центре и на юге восточной части полуострова. Италия изобилует реками.

Большинство из них теперь мелеет летом, но в древности они были полноводнее благодаря обилию лесов, позже вырубленных. Полезными ископаемыми древняя Италия была не слишком богата.

Здесь добывали мрамор и другие породы строительного камня, а также глину, пригодную для гончарного производства. В устье Тибра находились залежи поваренной соли. Зато рудных залежей почти нет; лишь в Этрурии выплавляли медь, да на о-ве Ильва (Эльба) — железо.

Благоприятные для жизни первобытных людей природные условия Италии, которая была заселена с эпохи палеолита, долгое время способствовали некоторой замкнутости ее исторического развития, в то время как, например, греков нужда в хлебе, связанная с относительным перенаселением, погнала за море ещё с VIII в. до н.э. Невозможность до появления стальных или хотя бы бронзовых орудий широкого развития земледелия в Италии с её густыми лесами и преимущественно тяжелыми почвами исключала создание более или менее высокопродуктивного хозяйства и классового общества на его базе.

Олово здесь появилось лишь с конца II тысячелетия до н.э., его, возможно, начали ввозить из Испании и Британии. Соответственно только с этого времени началось в Италии производство бронзы. Производство железа, особенно стали, распространилось ещё позже. Большая по сравнению с Грецией удаленность Италии от передовых цивилизованных стран Востока также тормозила темпы ее исторического развития в древнейшие времена.

Этнический состав населения Италии к середине I тысячелетия до н.э.

Население Апеннинского полуострова к середине I тысячелетия до н.э. отличалось этнической пестротой. Если в Греции к этому времени существовало довольно однородное по этническому составу население (греки имели даже общее самоназвание — эллины), то население Италии весьма сильно рознилось языками и культурой.

Очень древними племенами были лигуры, жители северо-западного побережья Италии, называвшегося по их имени Лигурией. Язык их остался неизвестным, неизвестны поэтому и их родственные связи.

В восточных областях Апеннинского полуострова жили племена, языки которых относились к иллирийской ветви индоевропейской семьи (или были родственны иллирийским). Из этих племен известны венеты в Северо-Восточной Италии. Населенная ими область называлась Венецией; это имя получил и город, возникший здесь во времена поздней античности.

На юго-восточной оконечности Апеннинского полуострова жили япиги и другие иллирийские племена, по-видимому переселившиеся сюда с Балканского полуострова. Греки называли Иллирией обширную страну на северо-западе Балканского полуострова, отчасти совпадавшую с нынешней Югославией.

Большинство населения Италии к середине I тысячелетия до н.э. составляли италийские племена. Италики пришли на Апеннинский полуостров на рубеже II и I тысячелетий до н.э. с севера — из придунаиских областей. Среди италийских племен известны оско-умбры, сабины-самниты, латиняне.

С начала I тысячелетия до н.э. в Италию, Сицилию, Северную Африку, Испанию и Галлию (нынешнюю Францию) начинают проникать выходцы с Востока: этруски[91], финикийцы и греки. Этруски в VII — VI вв. до н.э. господствовали в Средней и Северной Италии. Финикийцы имели постоянные колонии на Сицилии, Сардинии и, может быть, Корсике.

Крупнейшим центром финикийской колонизации был Карфаген, основанный выходцами из Тира в IX в. до н.э. на северном побережье Африки напротив Сицилии. Греки в VIII—VI вв. до н.э. так густо заселили побережья Южной Италии и Сицилии, что этот район стал называться «Великой Грецией».

Позже других древних народов поселились в Италии индоевропейские племена кельтов, которых римляие называли галлами. Вторжение кельтов в Северную Италию произошло в середине I тысячелетия до н.э. Они заселили долину р. По, которую римляне стали называть Цизальцинской Галлией («Галлией по эту сторону Альп») в отличие от Трансальпийской (Заальпийской) Галлии.

Этруски. Источники об этрусках и вопрос о происхождении этого народа.

В Средней и Северной Италии в I тысячелетии до н.э. жил народ, называвший себя расенами. Греки именовали его тирренами или тирсенами, а римляне — тусками или этрусками. Последнее название и вошло в науку. Основная область обитания этрусков, расположенная на северо-западе Средней Италии, была известна у римлян как Этрурия, в средние века ее стали называть Тосканой; это имя носит она доныне. Плодородные почвы, множество рек, самая крупная из которых — Арно, доступ к залежам медной и железной руды, выход к морю, обильная растительность — все это делало Этрурию одной из наиболее удобных для жизни людей областей Италии в эпоху поздней бронзы и раннего железа. Этрусское общество было древнейшим классовым обществом на Апеннинском полуострове. Этруски еще до римлян создали в Италии федерацию городов-государств.

От этрусков сохранилось много исторических памятников: остатки городов с каменными стенами и зданиями, с четкой планировкой улиц, пересекавшихся под прямым углом и ориентированных по странам света, множество могильников, оружия, домашней утвари, украшений, около десяти тысяч надписей, следы этрусского влияния в культуре поздней Италии, упоминания об этрусках в сочинениях античных авторов.

Письменные памятники этрусков по буквам читаются, поскольку они пользовались алфавитом, близким к греческому; сейчас ученые понимают около 500 отдельных этрусских слов, но в целом язык этрусков непонятен. Близких родственников этого языка не обнаружено. По мнению одних, этрусский язык был родствен индоевропейским (хетто-лувийским) языкам Малой Азии; другие полагают, что он вообще не состоял в родстве с индоевропейской языковой семьей.

На основе изучения материальных и письменных памятников этрусского происхождения, а также античной традиции, которая вслед за Геродотом почти единогласно называла этрусков выходцами из Малой Азии, часть современных ученых считает, что этруски переселились с Востока — из Малой Азии или прилежащих к ней островов — и прибыли в Италию примерно на рубеже II и I тысячелетий до н.э. Но есть и другое мнение о происхождении этрусков, опирающееся на высказывания Дионисия Галикарнасского, который считал их автохтонами в Италии. Во всяком случае, в формировании этрусской народности на италийской почве, несомненно, участвовало и местное население Италии. К началу нашей эры этруски растворились среди италийского населения; вышел из употребления этрусский язык, уступив свое место латыни — языку римлян.

Раздел лекции изложен в основном по кн.: Немировский А.И., Xарсекин А.И. Этруски. Введение в этрускологию. Воронеж, 1969г.

Экономика этрусских городов-государств.

Начиная с VIII в. до н.э. этруски занимали кроме собственно Этрурии большую территорию в Северной и Средней Италии. Основным занятием их было земледелие. Как и в других областях Италии, в Этрурии выращивали пшеницу, полбу, ячмень, овес, виноград. Хорошо было развито у этрусков льноводство. Из льняных тканей изготовляли одежду, паруса, зонты для защиты от дождя и солнца. Льняные ткани служили и писчим материалом; обычай писать полотняные книги позже перешел к римлянам. Льняные ткани использовались этрусками для изготовления панцирей. Из льна изготовлялись также сети.

Предполагается, что этруски первыми в Италии стали применять искусственное орошение.

Известно, что в тех городах, где было сильно этрусское влияние, например в Риме, при этрусских царях строились каналы, регулировалось течение рек, производилось осушение болот и озёр с помощью подземного дренажа. Осушение болот, необходимое для земледелия, было в то же время самым эффективным средством для борьбы с малярией, от которой страдало население Этрурии. Как и повсюду в Италии, в Этрурии разводили коров, овец, свиней; занимались этруски и коневодством, но в ограниченных масштабах. Конь считался у них священным животным и применялся, как и на Востоке, исключительно в военном деле.

Во II и I тысячелетиях до н.э. в Этрурии добывали медь и изготовляли бронзу. Олово поступало через Галлию из Британии. Металлургия железа широко распространилась в Этрурии с VII в. до н.э. Этруски добывали и обрабатывали огромное по тем временам количество металла. Обилие и хорошее качество металлических орудий труда содействовали развитию хозяйства этрусков, а хорошее вооружение их войска способствовало завоеваниям, установлению господства над покоренными общинами Италии и развитию рабовладельческих отношений.

Мастерство в обработке металлов этруски, возможно, вынесли с Востока, иначе остается необъяснимым тот факт, что за короткое время они ушли далеко вперед в развитии металлургии по сравнению со всеми другими народами этой страны.

Предполагается, что ремесленники были свободными людьми, объединявшимися в коллегии по профессиональному признаку. Коллегия защищала интересы ремесленников данной профессии в данном городе.

Этруски вели обширную торговлю с Грецией, финикийскими колониями, Малой Азией, племенами Италии и более северными народами Средней и Западной Европы. Торговля этрусков, как и других мореходов того времени, сочеталась с пиратством.

Между этрусками и греческими городами Италии и Сицилии шла борьба. Греческие колонисты стремились проникнуть к этрусским источникам сырья в район Ильвы, Корсики, Сардинии и южного побережья Галлии. Кроме того, греки и этруски столкнулись в процессе колонизации Средней Италии. В плодородной Кампании, где возникли греческие города Кумы и Неаполь, вскоре выросли этрусские (или италийские под этрусским господством) города Капуя, Помпеи, Нола, Геркуланум и др. Этруски стремились избавиться от посредничества греков в торговле с приморскими городами Балканской Греции и Малой Азии, для этого пытаясь, в частности, овладеть Мессенским проливом между Италией и Сицилией. Не случайно все военные действия между греками и этрусками развертывались в VI—V вв. до н.э. в районе Сицилии, Корсики и Средней Италии.

Между этрусками и карфагенянами тоже существовало соперничество. Их торговые и колонизационные интересы сталкивались в VII—VI вв. до н.э. в Сицилии, Сардинии, Корсике, на южном побережье Галлии.

Но появление в Западном Средиземноморье греков заставило соперников объединиться против общего врага. В 535 г. до н.э. этруски (граждане г. Цере) в союзе с Карфагеном разбили греческий флот у побережья Корсики и захватили остров. Это на несколько десятилетий обеспечило этрускам свободу действий в центральном районе Средиземноморья. Этрусские товары (главным образом металлические изделия и рабы) следовали теперь на Восток через Мессинский пролив без посредничества греков. С одним из греческих городов в Южной Италии, Сибарисом, этруски поддерживали дружеские отношения и успешно сбывали сюда свои товары. Но в 510 г. до н.э. Сибарис был разрушен жителями другого южноиталийского греческого города — Кротона, а в Мессинском проливе греки установили сторожевой пост. Это явилось первым ударом по этрусской торговле на юге. Вторым оказался разгром греками (сиракузянами) объединенного этрусско-карфагенского флота при Кумах в 474 г. до н.э. С этого времени торговые связи этрусков с Грецией и Ближним Востоком, по-видимому, стали осуществляться через порты Адриатического моря, минуя Мессинский пролив. На этой торговле расцвел в V в. до н.э. этрусский город Спина в устье По.

Очень большое значение для этрусков имела их торговля с северными племенами, жившими за Альпами в Средней и Западной Европе. Заальпийским галлам они привозили для обмена бронзовые и керамические изделия, ткани и вино, причем греческий историк Диодор Сицилийский сообщает, что, например, за амфору вина италийские купцы получали мальчика-раба. На северо-востоке этруски проникали в придунайские страны, а на западе — в Испанию. В Средней и Западной Европе потребителями этрусских товаров была главным образом знать варварских племен, которая расплачивалась с этрусскими купцами рабами, оловом, янтарем. Галльский военный набег 390 г. до н.э. подорвал этрусскую торговлю не только на севере, но и в восточном направлении. Часть галлов укрепилась к югу от Альп и перерезала пути, соединявшие Этрурию с побережьем Адриатического моря. Правда, на севере этрусская культура долго сохраняла значение. Например, германцы, по-видимому, через посредничество альпийских племен еще в первых веках нашей эры получили руническое письмо, восходящее минуя латинское прямо к этрусскому.

Общественно-политичиский строй Этрусков.

В течение всей истории этрусского народа у него не было единого государства. В период своей независимости Этрурия являлась федерацией (союзом) двенадцати самостоятельных городов-государств, точного списка которых не сохранилось. В их число входили Вейи, Тарквинии, Цере, Вольсинии, Руселлы, Ветулония, Арреций, Перузия, Волатерры, Вольцы, Клузий, а также Фезулы или Кортона. В случае выбытия одного из членов федерации (например, вследствие военного разгрома) в состав объединения принималось другое государство.

Так, после падения Вей, разрушенных Римом в 396 г. до н.э., на их место в федерацию была принята Популония, остававшаяся до этого, несмотря на свое экономическое значение крупного портового города и важного центра металлургии, в составе государства Волатерры. Подобные двенадцатиградия этруски создали в основных районах своей колонизации — в долине По и Кампании.

В каждом из независимых этрусских государств кроме главного города имелись города, подчиненные главному. В своей внутренней жизни многие из этих подчиненных городов пользовались автономией. Каждую весну в святилище бога Вертумна в Вольсиниях собирались главы и представители этрусских государств. К этим собраниям были приурочены общенародные игры и ярмарки. Собравшиеся обсуждали вопросы общей политики, совершали жертвоприношения и выбирали главу союза из числа двенадцати этрусских царей. Глава федерации, по-видимому, не имел реальной власти. Федерация была преимущественно религиозным союзом. Единство военно-политических действий этрусских городов-государств достигалось редко: города воевали, мирились, заключали договоры независимо друг от друга и от общего согласия. Отсутствие единства этрусских государств явилось одной из главных причин их поражения в борьбе с Римом.

Основной единицей древнейшего этрусского общества была родовая община. Главы родовых общин составляли совет старейшин; из их числа, возможно, избирался лукумон. Власть лукумонов, подобно власти греческих басилеев, была пожизненной, но не наследственной. Функции лукумона неясны; некоторые полагают, что он был верховным судьей, военным предводителем и главным жрецом государства.

Развитие хозяйства, в том числе широкой внешней торговли, а также завоевания способствовали обогащению и усилению этрусской знати, которая захватывает власть в городах: в VI в. до н.э. царская власть сменяется в этрусских го родах-государствах олигархическими республиками.

Некоторые исследователи полагают, что большая часть земель сосредоточивалась в руках этрусской знати. По мнению других ученых, основная масса земли находилась во владении мелких свободных крестьян.

В этрусском обществе известны три категории зависимых людей: лаутни, этэра и рабы.

В V—IV вв. до н.э. у знати было много домашних рабов, а также имелись рабы-гладиаторы. Но основную массу угнетенных составляло подневольное местное сельское население, напоминающее спартанских илотов, фессалийских пенестов и царских людей на древнем Ближнем Востоке. Лаутни — это зависимые люди, включенные в домашнюю общину своего покровителя — патрона. Большинство лаутни, как показывают их имена, происходило из чужеземцев. В категорию лаутни попадали свободные, оказавшиеся вследствие задолженности или других бедствий в подчинении у аристократов. Положение лаутни было потомственным: их дети и внуки оставались в сословии лаутни. Таким образом, лаутни — это патриархально-зависимые лица, являющиеся членами господского «дома».

Категорию этэра античные авторы отождествляют с фессалийскими пенестами. По-видимому, этэра происходили из местного, неэтрусского населения. Этэра известны в восточной и юго-восточной областях Этрурии, где до позднейшего времени сохранились остатки италийского населения. Этэра привлекались в Этрурии к военной службе и, возможно, к трудовым повинностям в пользу государства. Большинство этэра владели небольшими земельными наделами, за которые отдавали своему господину часть урожая. Другие этэра жили при дворе господина, занимаясь ремеслом или домашней работой; такие этэра назывались у этрусков лаутни этэра.

Итак, в этрусском обществе имелись, во-первых, собственно рабы (слуги, гладиаторы), во-вторых, патриархально-зависимые люди, одна часть которых была занята в собственно господских хозяйствах в качестве ремесленников и другого обслуживающего персонала (лаутни и лаутни этэра), а другая часть обрабатывала наделы за долю урожая (этэра).

Этрусская религия.

Сведения о религии этрусков сохранились лучше, чем о других сторонах жизни этрусского общества. Главными божествами этрусского пантеона были верховный бог Вертумн, функции которого известны мало, и троица богов — Тин, Уни и Мнелва. Тин был божеством неба, громовержцем и считался царем богов. Его святилища находились на высоких крутых холмах. По своим функциям Тин соответствовал греческому Зевсу и римскому Юпитеру, поэтому не случайно позже в Риме образ Тина слился с образом Юпитера. Богиня Уни соответствовала римской Юноне, поэтому они также слились в Риме в едином образе Юноны. В образе этрусской богини Мнервы видны черты, свойственные греческой Афине: обе считались покровительницами ремесел и искусств. В Риме с развитием ремесел распространилось почитание богини Минервы, образ которой был тождествен Афине-Мнерве.

Кроме перечисленных богов этруски поклонялись также целому сонму добрых и злых демонов, которые во множестве изображены в этрусских гробницах. Подобно хурритам, ассирийцам, хеттам, вавилонянам и другим ближневосточным народам, этруски представляли себе демонов в виде фантастических птиц и животных, а иногда и людей с крыльями за спиной. Например, добрые демоны лазы, соответствующие римским ларам, считались у этрусков покровителями домашнего очага и представлялись в виде молодых женщин с крыльями за спиной.

Важную роль в религии этрусков играло представление о мрачном загробном царстве, где собираются души мертвых. Этрусский бог подземного царства Аита соответствовал греческому богу Аиду.

В жертву богам приносили зерно, вино, плоды, масло, животных. Во время семейной трапезы на стол или на очаг ставили маленькую чашечку с едой для демонов — покровителей дома. На погребальных тризнах знатных людей в жертву богам приносили пленных. Из этого обряда у этрусков развились гладиаторские игры: рабов заставляли сражаться насмерть на похоронах их господина или с целью жертвоприношения травили людей собаками. Заимствованные у этрусков гладиаторские игры и травля людей зверями утратили у римлян свой первоначальный ритуальный смысл и превратились в кровавые зрелища, которые устраивались для развлечения горожан.

Этруски явились, по-видимому, первыми строителями храмов в Италии. Впоследствии и в Риме первые храмы были построены этрусскими мастерами.

Важное место в этрусском обществе занимало жречество. Жрецы-гаруспики (гадатели) ведали гаданием по внутренностям жертвенных животных, в первую очередь по печени, а также толкованием различных знамений — необычных природных явлений (молний, рождения уродов и т.п.). Эти черты этрусского культа через ряд посредствующих звеньев заимствованы из Вавилонии.

Возникновение Рима.

Древнеримские легенды связывали основание Рима с Троянской войной. Они рассказывали, что, когда погибла Троя, некоторым троянцам удалось спастись. Во главе их стоял Эней. Корабли беглецов долго носились по морским волнам. Наконец они прибыли в Италию и основали г. Альбу-Лонгу в Лации. Прошло много времени. Один из потомков Энея, царь Нумитор, был свергнут своим братом Амулием. Боясь мести со стороны детей или внуков Нумитора, Амулий принудил его дочь Рею Сильвию стать весталкой. Весталки, жрицы богини Весты, покровительницы домашнего очага, не имели права вступать в брак. Однако у Сильвии от бога Марса родились два сына-близнеца, Ромул и Рем. Чтобы избавиться от них, Амулий приказал бросить их в Тибр. Но младенцы были чудом спасены: волна выбросила младенцев на берег, где их вскормила волчица. Затем воспитателем детей стал пастух. В конце концов братья узнали о своем происхождении, убили Амулия, восстановили в правах своего деда, а сами основали новый город — Рим. При основании города между братьями возникла ссора, во время которой Ромул убил Рема. Ромул стал первым римским царем, и город получил название от его имени: Рим по-латыни Roma. В соответствии с этой легендой римляне воздвигли позже на Капитолии бронзовую статую волчицы.

Римские ученые пытались определить на основании легенд дату основания Рима. Варрон в I в. до н.э. предложил считать днем основания Рима 21 апреля 753 г. до н.э. (по нашему летосчислению). День 21 апреля был у древних латинян пастушеским праздником. В настоящее время ученые смотрят на дату, предложенную Варроном, лишь как на традиционную, легендарную. К тому же установлено, что первые жители Рима — латиняне и сабиняне были италиками, а не выходцами из Малой Азии, италики же если и мигрировали сюда, то из Центральной Европы.

Однако ученые признают, что в римских легендах наряду с вымыслом отразились и воспоминания о реальных исторических событиях: о приблизительном времени возникновения Рима, о связи первых римских поселенцев с Альбоq-Лонгой и других фактах. Так, легенда о похищении римлянами сабинянок возникла после слияния латинской и сабинской общин в Риме. Она рассказывает, что первыми жителями Рима были только юноши — спутники Ромула, его дружина.


Сейчас читают про: