double arrow

История Древнего мира, том 2. 38 страница


В конце V в. до н.э. Карфаген возобновил свою экспансию в Сицилии. Причинами этого поворота во внешней политике Карфагена явились, по всей видимости, усиление Сиракуз после разгрома в 416 г. афинского экспедиционного корпуса, пытавшегося захватить Сиракузы, и угроза со стороны этого города карфагенским владениям на западе острова.

Непосредственным поводом к вмешательству Карфагена в дела острова послужило столкновение между Сегестой, старым союзником Карфагена, и Селинунтом (410 г. до н.э.). Сегеста обратилась за помощью к Карфагену. В 409 г. карфагенские войска высадились на западе Сицилии, неподалеку от финикийского города Мотни, а к 406 г. все греческие города на юге Сицилии, включая важный город Акрагант (ныне Агридженто), оказались в руках карфагенян, подошедших вплотную к Сиракузам. От осады Сиракузы спасла чума, разразившаяся в карфагенском лагере. В 405 г. между Сиракузами и Карфагеном был заключен мир, гарантировавший Карфагену господство на западе и юге острова. Но через несколько лет сиракузский тиран Дионисий Старший вторгся в Западную Сицилию. Карфагенский полководец Гимилькон, высадившийся в тылу Дионисия, неподалеку от финикийского города Панорма (на северо-западе Сицилии, ныне Палермо), заставил сиракузян отступить и позже блокировал их город. Однако и на этот раз в карфагенском лагере началась эпидемия, и Гимилькон вместе с карфагенскими гражданами бежал на родину, бросив наемное войско на произвол судьбы.

Эта неудача послужила сигналом к массовому восстанию в Северной Африке ливийцев и рабов, которым удалось осадить Карфаген с суши. Только отсутствие твердого руководства у повстанцев и подкуп позволили карфагенянам разгромить их.

Начиная с 398 г. до н.э. до смерти Дионисия Старшего в 367 г. с короткими перерывами в Сицилии опять бушевала война, в которой то карфагеняне, то сиракузяне несли тяжелые поражения. После 367 г. до н.э. Дионисий Младший решил прекратить бесперспективные попытки создать в Сицилии сиракузскую державу, и мирный договор подтвердил и закрепил положение, существовавшее до войны. Это был большой успех карфагенян. Им они были обязаны реорганизации своей армии, произведенной их полководцем Ганноном Великим.

По-видимому, одновременно с этими событиями в Северной Африке вспыхнули новые волнения, подавленные Ганноном. Резко обострилась политическая борьба и в самом Карфагене. Воспользовавшись своими военными успехами, Ганнон Великий попытался истребить членов совета старейшин и установить свою диктатуру.

Его планы были раскрыты, и Ганнон был вынужден бежать в глубь материка. Вооружив 20 тыс. своих рабов, он занял там небольшую крепость и попытался вести войну с Карфагеном. Предприятие Ганнона закончилось неудачей: он был захвачен правительственными войсками и убит, а труп его распяли на кресте. Казнены были также его сыновья и все родственники.

Между тем в 345 г. до н.э. в Сицилии снова начались военные действия. Карфагеняне вмешались в борьбу в Сиракузах между Дионисием Младшим и аристократической партией. Противники Дионисия Младшего в Сиракузах обратились за помощью к Коринфу — метрополии Сиракуз, и оттуда в Сицилию были присланы войска под командованием Тимолеонта. Карфагенские владения в Сицилии оказались под серьезной угрозой, однако и на этот раз Карфагену удалось их сохранить.

В 318 г. до н.э. Карфаген поддержал авантюриста Агафокла, возглавившего в Сиракузах демократическое движение, помог ему овладеть городом и расправиться со своими противниками из олигархической партии. Однако, придя к власти, Агафокл прежде всего попытался уничтожить карфагенское господство в Сицилии. В течение ряда лет война шла с переменным успехом, и наконец в 311 г. удача стала склоняться в пользу Карфагена. В этих условиях Агафокл решил перенести войну в Африку, рассчитывая на солидарность местного населения. Карфаген действительно очутился в тяжелом положении. Агафокл нанес карфагенским войскам несколько чувствительных поражений и сумел заключить союз с одним из ливийских «царей». К этому добавился тяжелый внутренний кризис, вызванный попыткой полководца Бомилькара, командовавшего карфагенской армией, захватить власть в свои руки. В Карфагене шли уличные бои между сторонниками и противниками претендента.

Восстание Бомилькара потерпело поражение, сам он был распят на карфагенской рыночной площади.

Агафокл добился в Северной Африке значительных военно-политических успехов. Он овладел даже Утикой и Гиппон-Диарритом — двумя важнейшими портовыми городами на флангах Карфагена; казалось, главнейшая часть Карфагенской державы в Африке — в его руках. Тем не менее Агафоклу не удалось главное: он не сумел заставить карфагенян отказаться от блокады Сиракуз. Это обстоятельство заставило Агафокла вернуться в Сицилию. Затем карфагеняне нанесли сиракузской армии серьезное поражение в Африке, и Агафокл вскоре прекратил военные действия. Еще один мирный договор, на этот раз между Карфагеном и Агафоклом, снова позволил Карфагену сохранить все свои владения в Сицилии.

В 278 г. до н.э. над карфагенскими владениями в Сицилии нависла новая угроза: из Южной Италии на остров переправился Пирр, царь Эпира. Греческие города один за другим признавали его власть, и карфагенское правительство, чувствуя себя неготовым к борьбе, предложило Пирру мир, отказываясь от всех своих территорий в Сицилии, кроме одного опорного пункта — г. Лилибея. Пирр потребовал, чтобы карфагеняне уступили и его. Получив отказ, он осадил спорный город. Между тем политика Пирра в Сицилии оттолкнула от него граждан греческих городов, которых он пытался превратить из автономных союзников в прямых подданных своего царства.

Теперь сицилийские греки увидели в карфагенянах освободителей от новоявленного властителя. После вынужденного ухода Пирра в Южную Италию Карфаген полностью, уже в пятый раз менее чем за полтора столетия, восстановил свое положение в Западной Сицилии.

Пунические войны (борьба Карфагена с Римом).

Период, начинающийся с середины III в. до н.э. и заканчивающийся серединой II в. до н.э., был временем ожесточенной борьбы Карфагена за господство в Западном Средиземноморье с новой силой — Римом. В римской историографии это время называется периодом Пунических войн.

Накануне I Пунической войны Карфаген представлял собой высокоразвитое торгово-ремесленное рабовладельческое государство. Здесь были широко развиты все виды ремесел, в том числе обработка металлов, ювелирное дело, ткачество, изготовление ковров, строительное дело, судостроение и т.д. Ремесленники, по-видимому, объединялись в культово-профессиональные коллегии. Торговые связи карфагенян охватывали все страны Средиземноморья; карфагенские купцы участвовали в торговле даже со странами Причерноморья, а через Египет также с Южной Аравией. Наряду с торговлей изделиями местных ремесленников и местным зерном (Северная Африка считалась одной из житниц древнего Средиземноморья) они вели и интенсивную посредническую торговлю. Из глубины Центральной Африки в Карфаген доставлялась и перепродавалась пунийцами дальше слоновая кость; из Испании, Северной Африки и Сардинии — серебро и свинец; с Атласских гор — высокосортная древесина; с островов Средиземного моря — оливковое масло, вино, ткани, рыба. Рост товарного производства на Ближнем Востоке, в Греции, Италии, в ряде областей Африки и Испании и активное участие этих стран в мировой торговле привели к накоплению огромных богатств в руках карфагенской торгово-ремесленной верхушки и общему росту среднего жизненного уровня карфагенского населения.

Очень важную роль в жизни Карфагена играло и сельское хозяйство. Значительные земельные фонды оставались в руках подвластного Карфагену ливийского населения. Оно выплачивало Карфагену поземельный налог (1/10 долю урожая зерновых). Во время I Пунической войны эта подать была удвоена: кроме того, карфагенские правители начали взимать налог и с других культур, составлявший половину урожая. Но, как уже говорилось, большое количество земель принадлежало и непосредственно крупным землевладельцам-карфагенянам. Богатыми хозяйствами располагали также храмы.

Карфагенская держава была страной высокоразвитого рабовладения. В руках рабовладельцев здесь сосредоточивались огромные армии рабов, занятых как в сфере материального производства, так и в сфере личного обслуживания рабовладельцев. Рабский труд применялся и в ремесле, и в сельском хозяйстве. Рабы-ремесленники приобретали известную самостоятельность, могли вести свое хозяйство и заключать браки, признававшиеся законом. В карфагенских надписях упоминаются и вольноотпущенники, которым иногда предоставлялось «сидонское право» («сидоняне» было распространенным обозначением всех финикийцев вообще; в данном случае имелись в виду лица, приравненные в правах к гражданам тех финикийско-пунических городов, которые не обладали всеми привилегиями Тира и его дочернего города — Карфагена; таким образом, граждане «сидонского права» имели статус, вероятно схожий с положением италиков в Римской державе эпохи ранней республики).

Широко распространена была в Карфагене и эксплуатация полусвободного зависимого населения (бодов). К сожалению, о нем известно мало. В хозяйствах крупных землевладельцев, а также, по всей видимости, и в крупных ремесленных мастерских использовался также труд свободных наемных работников.

Первая Пуническая война началась с того, что римляне захватили в 264 г. до н.э. Мессану — город в Сицилии, на берегу узкого пролива, отделяющего остров от материковой Италии, тем самым перерезав главный путь сиракузской торговли. К 262 г. до н.э. римские войска овладели практически всей Сицилией, за исключением немногих прибрежных городов.

Правда, карфагеняне обладали ещё преимуществом на море, что позволяло им удерживать приморские гавани Сицилии и даже предпринимать набеги на италийское побережье. Однако римляне ликвидировали это преимущество Карфагена созданием собственного флота и изобретением абордажных мостиков («воронов»), навязали карфагенянам неслыханную до того тактику абордажного боя и сумели одержать ряд морских побед. В 256 г. римские войска высадились на африканском побережье.

Часть римской десантной армии вскоре была отозвана сенатом, во главе оставшихся оказался Марк Атилий Регул. В сражении неподалеку от Карфагена римские войска были разбиты, лишь небольшой группе римлян удалось бежать в Рим; Регул попал в плен. Основным театром военных действий снова стала Сицилия. В 242 г. до н. э. римляне полностью блокировали последний опорный пункт карфагенян в Сицилии — Лилибей.

Карфагенское правительство послало к северу Сицилии новую флотилию, но и она была разгромлена в морской битве. В этой ситуации карфагенский совет решил кончить войну. Рим тоже не был в состоянии продолжать борьбу, и после длительных переговоров был заключен мир, по которому Карфаген отказался от всей Сицилии и Липарских островов, возвратил Риму пленных без выкупа и в течение десяти лет выплатил контрибуцию — 3200 талантов серебра.

Неудачный для Карфагена исход I Пунической войны вызвал в государстве острый социально-политический кризис — восстание наемных солдат, ливийских крестьян и рабов (241—239 гг. до н.э.), которое поставило государство на край гибели. Для своей сухопутной армии Карфаген почти всегда привлекал наемников, что в моменты неудач усугубляло опасное положение.

Под руководством выдающихся военачальников и политических деятелей Матоса, Спендия и Автарита повстанцы осадили с суши Утику, Гиппон-Диаррит и Карфаген.

В этой критической ситуации карфагенское правительство поручило подавление восстания Гамилькару Барке. В ходе длительной и трудной кампании он разгромил и перебил восставших наемников.

Подавление восстания 241—239 гг. значительно укрепило положение Гамилькара Барки, который возглавлял торгово-ремесленные круги Карфагена, требовавшие проведения активной завоевательной политики. По мысли Гамилькара Барки, исходной позицией для новой войны с Римом должна была стать Испания, где Карфаген имел давние дружеские связи. В 237 г. он высадился на Пиренейском полуострове и приступил к планомерному завоеванию его. После гибели Гамилькара Барки эту политику продолжил его зять Гасдрубал, один из руководителей карфагенского демократического движения, а после смерти последнего — Ганнибал, сын Гамилькара Барки(По преданию, Ганнибал еще мальчиком в торжественной обстановке поклялся своему отцу в вечной вражде к Риму («Аннибалова клятва»).). Ганнибалу к тому времени исполнилось 25 лет. Он был известен как способный и опытный воин, и армия провозгласила его командующим. При поддержке демократических слоев населения Карфагена она заставила яростно сопротивлявшихся олигархов утвердить это решение. В результате в Карфагене возникла военная диктатура; основные направления политики определял находившийся в Испании Ганнибал.

В течение 221—220 гг. до н.э. Ганнибал почти целиком завоевал Пиренейский полуостров к югу от р. Ибера (Эбро). Весной 219 г., не обращая внимания на протесты римского правительства, Ганнибал осадил и взял штурмом Сагунт — город, пользовавшийся статусом римского союзника. Это был прямой вызов Риму. Требование римского правительства выдать Ганнибала как виновного в нарушении соглашения о границах карфагенских владений в Испании Карфаген отклонил, и весной 218 г. до н.э. Рим объявил войну Карфагену. Ганнибал между тем уже вел свои войска на север, чтобы, пройдя через Южную Галлию и преодолев Альпы, вторгнуться в Италию с севера.

Ганнибал шел на Рим с очень большой по тому времени армией; греческий историк Полибий говорит о 90 тыс. пехоты и 12 тыс. кавалерии, но даже если эти цифры преувеличены вдвое, переход через Альпы с таким войском был замечательным достижением военного искусства.

В армии Ганнибала был отряд слонов. Весь поход от Пиренейского полуострова до равнин Северной Италии Ганнибал провел в постоянных боях с союзными римлянам или просто враждебными галльскими и другими племенами; переход через Альпы затруднялся обвалами, льдом и снегом. У Ганнибала не было карт местности, и ему приходилось полагаться на проводников из местных жителей, надежность которых трудно было проверить. В пути погибло, вероятно, более половины армии и большая часть слонов, но Ганнибал сумел настолько воодушевить оставшуюся часть войска, состоявшую из пестрой массы пунийцев, ливийцев, иберийцев и галлов, что она показала себя в боях с римлянами не только вполне боеспособной, но и превосходящей своего противника.

План Ганнибала был полностью осуществлен. Римская армия опоздала и не сумела помешать ему переправиться через р. Родан (Рону). В конце 218 г. карфагенская армия, измученная трудным переходом через Альпы, оказалась в верховьях р. Пада (По). Военные действия в Италии длились 15 лет (описание их см. в лекции 24). Положение римлян не раз было критическим.

Однако в 204 г. до н.э. римским войскам удалось высадиться в Северной Африке. Карфагенское правительство отозвало Ганнибала на родину. В битве при Заме (202 г. до н.э.) карфагенские войска были разбиты. Ганнибал, понимая, что ресурсы Карфагена исчерпаны и продолжать войну он больше не может, настоял на заключении мирного договора (201 г.), хотя тот серьезно ограничивал суверенитет Карфагена.

Последний не только терял свои внеафриканские владения и должен был уступить значительные территории союзнику Рима Масиниссе, царю Нумидии (большого ливийского царства в современном Восточном Алжире), но и лишался права вести войну с кем бы то ни было без разрешения Рима. Сверх того на Карфаген была наложена огромная контрибуция. Ганнибал рассчитывал, что ему удастся подготовить Карфаген к новой войне с Римом. Однако все его попытки в этом направлении были пресечены Римом при поддержке враждебных полководцу карфагенских олигархов. Ганнибал был вынужден бежать в Сирию, а затем в Малую Азию, где и погиб в 183 г. до н.э.

Несмотря на тяжелые условия договора 201 г., Карфаген сохранил свои торговые преимущества и сравнительно быстро восстановил свой экономический и военный потенциал. Такое развитие событий вызвало в Риме опасение, что в один прекрасный день карфагеняне попытаются взять реванш за свои неудачи в предыдущих войнах. В римском сенате взяла верх группировка во главе с Катоном, стремившаяся к уничтожению Карфагена. Катон взял за правило заканчивать любое свое выступление словами: «Кроме того, я полагаю, что Карфаген должен быть разрушен». Предлогом для войны послужили столкновения между Карфагеном и Масиниссой, непрерывно требовавшим от Карфагена уступки все новых и новых территорий. В 150 г. к власти в Карфагене пришли демократы и попытались (неудачно) оказать Масиниссе вооруженное сопротивление. Воспользовавшись этим нарушением мирного договора, Рим объявил Карфагену войну в 149 г. до н.э. (III Пуническая война). Карфагенский совет, желая избежать борьбы, покорно выполнил все требования Рима: выдал заложников, оружие и снаряжение. Однако вслед за этим римское правительство потребовало, чтобы Карфаген был разрушен, а его граждане переселились на другое место, но не ближе 80 стадий (15 км) от моря. Это требование вызвало в Карфагене взрыв народного гнева и против трусливого совета, предававшего город, и против римлян. Демократические круги, пришедшие в городе к власти, решились защищаться и быстро подготовили Карфаген к обороне. Только после продолжительной осады весной 146 г. до н.э. римские войска штурмом взяли Карфаген.

Шесть дней длился уличный бой. Каждое здание в горевшем городе римляне захватывали только после ожесточенного сопротивления и ценой огромных потерь. Жители города, не погибшие во время боев (из 300 тыс. человек их осталось не более 50 тыс.), были проданы в рабство. По приказанию римского сената город был разрушен до основания (так что и в наше время оказывается невозможным археологически восстановить план доримского Карфагена), а место, где он стоял, было предано проклятию и перепахано.

Религия и культура Карфагена.

Подобно всем финикийским и вообще ханаанейским городам-государствам, Карфаген имел городских богов-покровителей, обычно называвшихся не собственными именами (они были табуированы), а нарицательными, например «господин» (Ба'л, Ваал), «богиня» ('Аштарт, Астарта). Главными богами Карфагена были Ба'л-Хаммон — как видно, грозное солнечное божество — и богиня Тиннит. Ба'л-

Хаммону и Тиннит, «украшению Ба'ала», в жертву приносили не только животных, но в особо важных случаях и людей; около храма Тиннит найдено целое кладбище из погребений детей, принесенных в жертву. Кроме того, почитались бог-покровитель метрополии — Тира, «Царь города» (по-пунийски Мелькарт) и бог Эшмун. Ба'л-Хаммон, видимо, отождествлялся с египетским Амоном; местная Астарта тоже, вероятно, соотносилась с египетскими богинями Хатхор и Исидой. Тесные связи с другими народами Средиземноморья приводили к отождествлению пунических богов также с этрусскими (о чем мы уже говорили), а также с греческими и римскими: Тиннит — с Церерой, богиней плодородия, или с Юноной; Эшмуна — с богом врачевания Асклепием; Мелькарта — с Аполлоном или Гераклом. Храмы, строившиеся всем этим богам, по-видимому, были подражанием финикийским и греческим образцам.

Описания морских путешествий карфагенских флотоводцев Ганнона и Гимилькона в переводе на греческий язык с пунийских оригиналов (и, возможно, в переработке) были широко известны в греко-римском мире. Даты путешествий определяются различно; наиболее вероятные — VII — VI вв. до н.э. для Ганнона и VI в. до н.э. для Гимилькона( По другой версии, путешествие Ганнона было связано с антидемократическими реформами Магона и Магонидов и относится к середине V в., а путешествие Гимилькона — к концу V в.— Примеч. ред.). Целью путешествия Ганнона было выведение карфагенских колоний на атлантическое побережье. Он вышел в путь с 60 пятидесятивесельными кораблями и, если верить дошедшему до нас тексту, с 30 тыс. пассажиров — мужчин и женщин (это значит, что на каждом корабле было по 100 гребцов и 500 пассажиров). Основав несколько колоний на побережье современного Марокко, Ганнон не ограничился этим, но проплыл налегке и дальше на юг. Создав еще один далеко выдвинутый карфагенский форпост Керну (вероятно, близ устья р. Сенегал), он продолжал путешествие, поднимался вверх по большой реке, затем посетил какие-то острова, видел действующий вулкан, заходил в залив «Южный Рог», где встретил горилл, и т. п.(Наиболее вероятно, что это была р. Сенегал и острова Зеленого Мыса, вулкан находился на одном из них (о-ве Фого); Южный Рог — это Гамбия. Но есть и другие отождествления. — Примеч. ред.).

По-видимому, это было не единственное плавание карфагенян по Атлантике, так как карфагенская монета была найдена даже на Азорских островах; пунийцы, несомненно, обосновались и на Канарских островах. Геродот рассказывает о меновой торговле пунийцев с местными жителями Африки, по-видимому, далеко на юге, и ему же принадлежит безусловно достоверное известие о финикийцах, находившихся на египетской службе (V в. до н. э.), которые, начав путешествие в Красном море, за три года обогнули Африку, прибыли в Карфаген и оттуда вернулись в Египет.

Плавание Гимилькона было связано с поисками морского пути к местям добычи олова. Испанские месторождения находятся на северо­западе Пиренейского полуострова, за пределами прямой досягаемости финикийских колоний, и олово приходилось выменивать через посредство местных племен. Но олово имелось также на Британских островах, и карфагеняне решили попытаться проложить туда прямой морской путь. Однако четырехмесячное плавание Гимилысона, видимо, не увенчалось успехом.

Значительного развития достигла в Карфагене историография. Трудами карфагенских историков пользовались античные авторы, черпая из них информацию по истории Северной Африки и самого Карфагена.

Известен также карфагенский философ Гасдрубал, возглавивший во II в. до н.э. в Афинах одну из философских школ. Развита в Карфагене была и грамматическая наука.

Гибель Карфагена не привела к исчезновению в Северной Африке финикийской цивилизации: несмотря на интенсивную романизацию страны под властью Рима, пунический язык сохранился здесь до V в. н.э.

Под влиянием пунийцев была создана своеобразная местная письменность у ливийцев и нумидийцев, в измененном виде применяемая и сейчас берберским народом туарегов в Мали, Нигере и алжирской Сахаре. Официальные документы, в том числе и надписи, составлялись в эпоху римского владычества не только на латинском, но и на финикийском, а иногда и на ливийском языке. По-прежнему сохранялись финикийские культы, в особенности культ легендарной основательницы Карфагена — богини Тиннит. К карфагенским образцам восходила здесь повсюду и организация городского самоуправления.

Литература:

Шифман И.Ш. Карфагенская держава в западном Средиземноморье (I тысячелетие до н.э.). /История Древнего мира. Расцвет Древних обществ.- М.: Знание, 1983 - с. 431-444

Лекция 24: Римская республика с конца VI до середины II в. до н.э.

Периодизация.

Вторым периодом римской истории после свержения власти царей является эпоха республики(Термин res publica означает по-латыни «народное дело», так римляне называли всю совокупность дел своей общины и государства во все периоды. Отнесение этого термина только к немонархическому типу государства принадлежит к позднейшему времени.), которая продолжалась с конца VI в. по 30 г. до н.э.

Историю республики обычно делят на три больших периода: ранняя республика; эпоха великих завоеваний (265 г.— 30-е годы II в. до н.э.); гражданские войны и кризис республики (133 — 31 гг. до н.э.).

Период ранней республики характеризуется двумя важными процессами. Во-первых, в это время происходит сословная борьба между патрициями и плебеями, в ходе которой были созданы социально-экономический базис позднейшего римского общества и его политическая система. Во-вторых, в этот период Рим завоевывает Италию, что позволило ему стать гегемоном, а затем и хозяином Средиземноморья.

Борьба патрициев и плебеев.

Борьба патрициев и плебеев началась ещё в царский период, но особенно обострилась во времена ранней республики. Плебеи стремились к уравнению в правах с патрициями и равному участию в управлении.

Положение полноправного римского гражданина в основном определялось следующими чертами: право имущественной правоспособности (ius commercii), право вступления в квиритский брак (ius connubii)[96], активное и пассивное избирательное право (ius suffragii и ius honorum). Ко всей этой совокупности прав примыкал еще один важнейший атрибут римского гражданства — право аренды общественной земли (ager publicus).

В VI—V вв. до н.э. плебеи не обладали всей этой совокупностью прав. Они не могли быть избранными на государственные должности и не имели права на брак с патрициями. Только при Сервии Туллии, допустившем плебеев в легион, последние смогли участвовать в центуриатных комициях.

Не совсем ясен вопрос об участии плебеев в аренде государственной земли. Впрочем, если такая аренда и разрешалась, все равно львиная доля земель находилась в руках патрицианской знати. Поэтому для плебеев первостепенное значение имел аграрный вопрос.

Другим наболевшим вопросом была массовая задолженность плебса, вызванная политическим господством патрициев и крайне нестабильной внешней обстановкой.

Расстановка сил в борьбе патрициев и плебеев была сложной. Плебс представлял собой разнородную массу, объединяя как выходцев из местной знати присоединенных к Риму городов и областей, так и рядовых жителей. Многие из плебеев владели большим состоянием, и наличие крупной собственности сближало их с патрициями; другие располагали весьма скудными средствами к существованию. Это обстоятельство обусловило некоторое различие целей: если народные массы в основном стремились к наделению плебеев землей и смягчению долгового права, то верхушка плебса требовала прежде всего равного участия в управлении.

Патриции также не были единым политическим целым. Борьба за власть между отдельными родами и группировками вела к тому, что некоторые патриции становились на путь сотрудничества с плебсом. Напротив, другие группировки более определенно отстаивали сословные интересы патрициата.

Во главе управления в период ранней республики стояли два консула[97], избираемые на годичный срок народным собранием (центуриатными комициями[98]). Консулы, по существу, обладали той же властью, что и цари, с той разницей, что эта власть вручалась им на время; впрочем, еще не существовало законов, ограничивающих возможности их повторного избрания. Кроме консулов были только младшие магистраты — квесторы, первоначально назначаемые консулами.

Большое значение имел сенат, комплектовавшийся из бывших магистратов. Будучи формально консультативным органом при должностных лицах, он постепенно превратился в фактическое правительство республики. Народное собрание, формально считавшееся высшим органом государства, на самом деле имело весьма ограниченные возможности. Кроме того, один вид комиций (куриатные) состоял только из патрициев, а в другом (центуриатные) богатая часть населения имела подавляющий перевес. В этих условиях плебс находился на грани закабаления, и только упорная борьба предотвратила этот процесс.

Первая вспышка сословной борьбы относится, если верить римскому историку Титу Ливию, к 494 г. до н.э. В ответ на невыносимые условия долговой кабалы и произвол кредиторов плебеи удалились из Рима на Священную гору. Опасаясь осложнений в случае военной угрозы, патриции пошли на уступку. Плебеи добились права избрания особых должностных лиц из своей среды — народных трибунов, игравших роль представителей плебса перед государством.

Трибун был обязан защищать как отдельных плебеев, так и сословие в целом от злоупотреблений со стороны патрициев и прежде всего патрицианских магистратов. Вскоре трибуны получили право наложения запрета на решения магистратов или сената (право интерцессии) и возможности для принятия мер против нарушителей договора между сословиями (арест, штраф и др.). Власть трибуна имела силу только в пределах городской черты. Особа народного трибуна считалась неприкосновенной. Доступ к этим должностям получила прежде всего верхушка плебса, которая и возглавила дальнейшую борьбу.

В 451—450 гг. до н.э. под давлением плебеев происходит первая кодификация права. Она была, однако, поручена комиссии «десяти мужей» (децемвиров) из патрициев, временно заменившей всех магистратов. Результатом её работы были «Законы XII таблиц», записанные на медных пластинах и выставленные для всеобщего обозрения. Они представляют собой характерный образчик законов раннеклассового общества. Так, принцип талиона (возмещение равным деянием: т.е. весьма древний принцип «око за око, зуб за зуб») сочетается в них с денежными наказаниями за членовредительство, стремление сохранить собственность внутри рода — со свободой завещания и т.д. Здесь нашли отражение патриархальный характер семьи и отношения клиентелы.

Кодификация была победой плебеев, так как теперь писаные законы ограничивали произвол патрицианских магистратов. Другой существенной уступкой было запрещение выносить приговоры о смертной казни иначе как в центуриатных комициях. Вместе с тем «Законы XII таблиц» содержали ряд антидемократических норм, в частности очень суровую систему долгового права, позволявшего кредитору распоряжаться не только свободой, но и жизнью несостоятельного должника. Кроме того, законы запрещали браки между патрициями и плебеями.

События 451—450 гг. до н.э. едва не привели к реакционному перевороту. Децемвиры во главе с Аппием Клавдием отказались сложить с себя данную им на время власть, и только новый демонстративный уход плебеев из Рима заставил их образумиться.

В 449 г. до н.э. государство вновь увеличило права плебеев. По законам консулов этого года Луция Валерия и Марка Горация был восстановлен священный характер народного трибуната. Кроме того, подтверждалось право апелляции к народному собранию на приговор магистрата, касающийся смертной казни или телесного наказания[99]. Наконец, постановления, принятые на собраниях по трибам, в которых принимали участие плебеи, приобретали силу закона. Теперь трибутные комиций наряду с куриатными и центуриатными стали разновидностью полномочного народного собрания.


Сейчас читают про: