double arrow

Переход от войны к миру. Восстановление народного хозяйства на путях новой экономической политики


Дальневосточная республика: причины образования, общественно-государственное устройство, значение

Образование Дальневосточной республики произошло на съезде представителей трудового населения Прибайкалья, состоявшемся в Верхнеудинске с 28 марта по 8 апреля 1920 г. 6 апреля съезд принял резолюцию, провозгласившую образование ДВР, в состав которой были включены Забайкальская, Амурская, Приморская, Сахалинская и Камчатская области. Было избрано правительство республики во главе с коммунистом А.М. Краснощековым.

С 28 октября по 11 ноября 1920 г. в Чите, после ликвидации власти атамана Семенова в Забайкалье, состоялась конференция областных правительств Дальнего Востока. Конференция законодательно оформила объединение Забайкалья и Дальнего Востока в единую Дальневосточную республику и приняла решение о созыве Учредительного собрания ДВР.

Учредительное собрание избиралось на основе всеобщих равных и прямых выборов. Из 427 депутатов коммунисты получили две трети мест. Работа собрания проходила с 12 февраля по 27 апреля 1921 г. в Чите, куда была перенесена столица ДВР. Учредительное собрание приняло декларацию, в которой излагались основные положения, определившие государственный строй и основы внутренней и внешней политики Дальневосточной республики. На этой основе была построена Конституция ДВР, принятая в последний день работы Учредительного собрания.




Конституция юридически закрепила принципы демократического государства: суверенитет народа, многопартийность, верховенство закона и другие. Экономическая модель ДВР базировалась на многообразии форм собственности, свободе предпринимательства и торговли, привлечении через аренду и концессии иностранного капитала, создании смешанных акционерных предприятий и коммерческих банков. Конституция закрепила государственную собственность на землю, недра, воды и плановое регулирование экономики. Экономический договор ДВР с РСФСР сохранял единый хозяйственный механизм страны.

Система управления ДВР. Государственная система ДВР должна была обеспечить полновластие народа. В ней, как и в Советской России, не предусматривалось введение буржуазного парламентаризма с его отделением исполнительной власти от законодательной. В организации государственной власти ДВР было осуществлено единство законодательства и управления, единство хозяйственного и политического руководства.

По государственному устройству ДВР являлась унитарным государством, в котором существовала следующая система государственных органов: Народное Собрание, Правительство, Совет Министров, центральные ведомства (министерства и специальные ведомства), собрания уполномоченных с их исполнительно-распорядительными органами, а также особо уполномоченные должностные лица в административных единицах, органы государственного контроля, органы суда и прокуратуры.



Высшим представительным органом государственной власти ДВР являлось Народное Собрание, призванное наиболее полно и последовательно выражать классовое содержание демократического государства.

Народное собрание ДВР было однопалатным представительным учреждением – парламентом государства, переходного к социалистическому типу. Оно формировалось на основе выборов по пропорциональной системе представительства сроком на два года. По Конституции в Народное собрание должен был избираться один депутат от 15 000 граждан республики (для гражданского населения), для военнослужащих – 1 депутат от 7 500 избирателей.

Многопартийность, существовавшая в ДВР, предопределила порядок выдвижения кандидатов в депутаты Народного собрания. Кандидаты выдвигались списками партийными и общественными организациями, а также отдельными группами избирателей. За время существования ДВР действовали Народные собрания двух созывов. Народное собрание первого созыва было преобразовано из Учредительного собрания, и только Народное собрание второго созыва формировалось на основе законодательства о выборах. Собрание ДВР работало в сессионном порядке. Право созыва очередных сессий принадлежало президиуму, а экстренных – Правительству. Народное собрания занималось: принятием законов по всем вопросам государственной и общественной жизни, в том числе законов об изменении или отмене Конституции; рассмотрением международных договоров; формированием государственного бюджета, установлением налогов, пошлин, повинностей и займов и др.



Постоянно действующим высшим органом государственной власти в ДВР являлось Правительство, которое выполняло функцию систематического и непрерывного высшего руководства государством. В соответствии с Конституцией Правительство избиралось Народным собранием на два года. Выборы Правительства производились Народным собранием и при тайном голосовании и считались действительными при присутствии двух третей всех депутатов. Коммунистическая партия осуществляла руководство деятельностью Правительства. Важнейшие вопросы внутренней и внешней политики поступали на обсуждение Правительства после предварительного рассмотрения их Дальбюро ЦК РКП (б).

Правительство имело широкую компетенцию, оно назначало и увольняло председателя Совета Министров, а также других должностных лиц, созывало Народное собрание на экстренные сессии; даровало амнистии; опубликовывало законы принятые Народным собранием; издавало временные законы.

Состав, порядок организации и характер деятельности Правительства ДВР имели свои особенности. С одной стороны, Правительство имело общие черты с постоянно действующими высшими органами государственной власти советских республик. В тоже время Правительство ДВР могло быть многопартийным, строится на принципах коалиции. Оно обладало правом вето по отношению к законам Народного собрания, если они признавались им противоречащими Конституции республики.

Важное место в системе центральных органов государства в ДВР занимал Совет Министров. Первоначально, до сформирования Народного собрания и Правительства ДВР, Совет Министров был единственным высшим органом государственной власти, после их образования стал высшим исполнительным и распорядительным органом. Он играл важную роль в практическом осуществлении высшей государственной власти по руководству политикой, экономикой и социально-культурной жизнью демократического государства.

Первый Совет Министров, официально называемый народно-революционной властью или Временным правительством, был избран 2 апреля 1920 года Съездом представителей трудового населения Прибайкалья и действовал по ноябрь 1920 г. Совет Министров назначался и смещался Правительством. В его состав входили: председатель (П.М. Никифоров), заместитель председателя и министры. Правительство вместе с Советом Министров осуществляло на территории республики высшую исполнительную власть.

Вопрос о сущности общественно-политического строя ДВР вызывает сегодня серьезные дискуссии. В настоящее время существуют две основные точки зрения на политический строй ДВР. Одни, считают Дальневосточную республику буферным государством, выполняющим функции диктатуры пролетариата, хотя и использующим атрибуты буржуазной демократии. Основными их аргументами являются: руководящая роль РКП (б) в республике, подчиненность ее внутренней и внешней политике Советской России, ограничение крупного капитала и т.д. Другие, рассматривают ДВР как государство революционно-демократической диктатуры рабочего класса и крестьянства, государство переходного к диктатуре пролетариата. В качестве доводов, последние приводят существование в ДВР общедемократических начал: многопартийность, всеобщее избирательное право и т.д.

В ДВР выходил ежемесячный журнал «Вестник Дальневосточной республики», в котором публиковалась как официальная информация, так и материалы о жизни региона.

Вооруженные силы ДВР создавались по советскому образцу. Все революционные войска и партизанские отряды Дальнего Востока были объединены в Народно-Революционную Армию ДВР (НРА). К ноябрю 1920 г. общая численность НРА составила около 100 тыс. человек.

Контрреволюционный переворот во Владивостоке. В мае 1921 г. положение ДВР резко осложнилось. Разгромленные в Забайкалье семеновские части, бежавшие в Маньчжурию, были использованы японским правительством для активизации военных действий. По КВЖД японцы переправили в оккупированное ими Приморье более 20 тысяч белогвардейских солдат и офицеров. В конце мая 1921 г. во Владивостоке произошел контрреволюционный переворот. Было образовано Временное Приамурское правительство во главе с предпринимателем и общественным деятелем С.Д. Меркуловым. Само название правительства говорило о его намерении распространить свою власть на весь Дальний Восток и заменить «красный буфер» на «белый» при поддержке Японии.

Временное правительство Приамурского государства осуществляло законодательную власть совместно с Приамурским Народным собранием. Ни один закон не мог войти в силу без одобрения его Временным правительством. В период между сессиями Народного собрания Временное правительство издавало указы, осуществляло непосредственное руководство работой госаппарата и принимало решения по важнейшим вопросам внутренней и внешней политики. Причем ответственность Временного правительства перед Народным собранием отсутствовала. В условиях гражданской войны Временное правительство Приамурского государства присвоило себе чрезвычайные полномочия: ограничивало демократические права и свободы граждан, наделяло милицию правом производить аресты и применять оружие без соблюдения норм действующего закона и другие. Фактически на части территории Дальневосточной республики – в южном Приморье установился режим диктатуры и террора.

В мае 1921 г. Политбюро ЦК РКП (б) обсудило вопрос об оказании срочной помощи ДВР, были выделены денежные средства, посланы боеприпасы, вооружение и бронепоезда. Главкомом НРА был назначен В.К. Блюхер.

В ноябре 1921 г. меркуловское правительство предприняло попытку военного наступления на ДВР. В первую очередь был нанесен удар по партизанским отрядам Приморья, а в декабре – по частям Народно-Революционной Армии. 22 декабря 1921 г. войска НРА вынуждены были оставить Хабаровск. На следующий день противник переправился на левый берег Амура и продолжил наступление вплоть до станции Ин, примерно 100 км западнее Хабаровска.

Неудачи НРА были связаны с рядом причин: во-первых, правительство ДВР большое внимание уделяло обороне Забайкалья, поэтому главные силы НРА были сосредоточены в районе Читы; во-вторых, хозяйственная разруха, царившая в ДВР, не позволяла своевременно обеспечить образовавшийся фронт всем необходимым; в-третьих, поддержка белогвардейцев японским правительством.

Окончание гражданской войны. Остановив белых у станции Ин, руководство НРА предприняло решительные действия по подготовке контрнаступления. Решающее сражение между НРА, под командованием В.К. Блюхера и войсками белых, возглавляемыми генералом В.Н. Молчановым произошло в феврале 1922 г. в районе станции Волочаевки. Соотношение сил под Волочаевкой было неблагоприятным для НРА. У белогвардейцев было 5 430 штыков, 2280 сабель, 103 пулемета, 19 орудий, 2 бронепоезда. У НРА – 4335 штыков, 1303 сабли, 170 пулеметов, 14 орудий, 2 бронепоезда. Кроме того, белые имели позиционное преимущество, закрепившись на сопке, превратили ее в укрепленный бастион.

Несмотря на неблагоприятные условия, Блюхер принял решение захватить Волочаевку. После кровопролитных боев 12 февраля 1922 г. волочаевские укрепления были взяты НРА. 14 февраля войска НРА освободили Хабаровск, 18 марта – Иман (Дальнереченск), все дальше продвигаясь на юг Приморья.

В июне 1922 г. Земским Собором Приморья «правителем Приамурского Земского края» и воеводой «Земской рати» избирается генерал М.К. Дитерихс. Собор поставил вопрос о восстановлении на Дальнем Востоке монархии, считая, что таким образом сможет склонить население Приморья на борьбу против большевиков. Но расчет не оправдался. Своей связью с интервентами белое движение себя дискредитировало.

Со сменой правительства в Японии начался постепенный отвод японских войск из Приморья. В начале октября 1922 г. войска НРА под руководством И.П. Уборевича, сменившего по решению ЦК РКП (б) В.К. Блюхера, продолжили наступление.

Наиболее сильным оплотом белогвардейцев являлся Спасск, бои за который начались 7 октября 1922 г. Командовал войсками белых генерал Дитерихс. В результате решительных действий НРА 9 октября 1922 г. Спасск был занят красными. 13 октября части НРА и партизаны заняли станцию Угольную, 15 октября – Никольск-Уссурийск, 25 октября 1922 г. НРА и партизаны вошли во Владивосток. Белых и интервентов в городе уже не было. Уходя, они увели почти все суда Сибирской военной флотилии. С взятием Владивостока на Дальнем Востоке закончилась гражданская война и интервенция. В боях с той и другой стороны, а также от ран, голода, лишений погибло около 80 тысяч человек, сотни тысяч россиян эмигрировали за границу.

Основная масса российских эмигрантов с Дальнего Востока (около 150 тыс. человек) оказались в Китае. Большинство расселились в Маньчжурии и в полосе отчуждения КВЖД, прежде всего в Харбине. Между ними и советскими подданными, работавшими на КВЖД до конца 30-х годов, складывались непростые отношения. Вторым центром российской эмиграции в Китае стал Шанхай.

Социальный состав эмигрантов был разнообразным – казаки, офицеры (в том числе высший генералитет), купцы, предприниматели, интеллигенция, духовенство, крестьяне, рабочие. Наряду с русскими организациями существовали украинское, грузинское, армянское, польское, тюрко-татарское, еврейское и другие землячества.

У российских беженцев, как правило, отсутствовали необходимые документы и материальные средства. Были большие трудности с освоением восточных языков, вхождение в другую культуру, среду обитания. Это обусловливало их политическое бесправие, невозможность конкурировать с местным населением на рынке труда. Многие эмигранты пытались переехать в США. Канаду, Австралию и другие страны, некоторым это удавалось, но для большинства российских эмигрантов Китай стал вторым домом на долгие годы.

В политическом плане российская эмиграция была неоднородна. Большинство местных политических организаций представляли собой филиалы эмигрантских объединений, действовавших в европейских странах. Но на Дальнем Востоке возникли и новые для российской эмиграции политические идеи. Именно здесь профессором Русского юридического факультета города Харбина Н.В. Устряловым впервые была высказана мысль об отказе от вооруженной борьбы с советской властью и необходимостью идти на сотрудничество с ней с целью восстановления могущества Российского государства. Так возникло целое течение в российской эмиграции – сменовеховство (названо по наименованию журнала «Смена вех», издававшегося в Праге в 1921 г.).

Здесь же сформировалась Русская фашистская партия (РФП). У истоков ее стояли представители молодого поколения российской эмиграции, которые противопоставили себя старшему поколению, заявляя, что совершат в России «национальную революцию». Накануне и особенно после начала второй мировой войны произошла четкая поляризация среди эмигрантов: небольшое их число связало будущее с фашизмом, подавляющая же часть не приняла фашизм и в дальнейшем включилась в борьбу с ним. В целом же, массовая эмиграция из России стала огромной трагедией для страны, невосполнимой потерей, отразившейся на интеллектуальном, политическом, экономическом и социальном развитии российского общества.

14 ноября 1922г. Народное собрание ДВР приняло постановление о самороспуске, об установлении на территории Дальнего Востока советской власти и о присоединении ДВР к Советской России.

15 ноября постановлением ВЦИК Дальневосточная республика была преобразована в Дальневосточную область РСФСР. Вся полнота власти в ней была передана Дальневосточному революционному комитету. Говоря о значении образования Дальневосточной республики нужно отметить, что, несмотря на декларативность многих статей ее Конституции, свою главную задачу ДВР выполнила. Создание буфера являлось важнейшим тактическим маневром большевиков в период гражданской войны, внешнеполитическим компромиссом советской власти, позволившим освободить Дальний Восток от интервентов без военного столкновения с Японией и другими государствами.

Причины победы большевиков в гражданской войне. Анализируя причины победы большевиков в гражданской войне на Дальнем Востоке, следует отметить, что при всех колебаниях крестьянства именно его позиция определила этот успех. Белое движение, включавшее различные политические течения, оказалось неспособным предложить приемлемую для крестьянства альтернативную программу. Выступая с лозунгами ликвидации советской власти, белые не смогли выдвинуть общую идею будущего государственного устройства России. Реставрационные тенденции в политике белых режимов обостряли чувство социального протеста и национального достоинства у значительной части интеллигенции, солдат и офицеров. Даже генералы колебались и искали возможности соглашения с большевиками. 82% командующих армиями и фронтами Красной Армии были бывшими царскими офицерами.

Отказавшись от сотрудничества с социалистическими партиями, белые генералы сами раскололи антибольшевистский фронт, превратив меньшевиков, правых эсеров и анархистов в своих противников. Не поддержали белое движение национальные районы, право на самоопределение, которых отрицалось их идеологами.

Доказывая вред революционных действий большевиков, их пагубное влияние на российскую государственность, дальневосточная контрреволюция не смогла противопоставить им собственную взвешенность, терпимость и нравственную чистоту. С момента возникновения белое движение было заражено вирусом мстительности и реваншизма, что делало невозможным создание здоровой государственности.

Действия колчаковской администрации на Дальнем Востоке в конце 1918-1919 гг. носили столь жестокий характер, что дискредитировали и колчаковскую власть, и саму идею белого движения, внутри которого не было единства и вождя, авторитет которого признавался бы всеми.

Не имея поддержки большинства народа, белые имели возможность продолжать борьбу только с помощью интервентов, это окончательно погубило белое движение на Дальнем Востоке. Вместе с тем, в оценке краха белого движения недопустим упрощенный взгляд на многих его участников. Для значительной части добровольцев борьба с советской властью шла за утраченные традиции и уклад жизни. Игнорирование большевиками сложившихся на Дальнем Востоке социально-экономических условий, грубое вмешательство в уклад жизни привели к переходу части низших социальных слоев в белый лагерь. Многие политические лидеры и офицеры по своему любили Россию и считали большевистскую революцию национальной катастрофой, за избавление от которой они боролись.

Таким образом, белое движение в момент своего зарождения опиралось на желание части общества восстановить законность и порядок. Отчасти революционный радикализм большевиков, их концепция коренного общественного преобразования, направленная на классовое разделение общества, спровоцировали ответный отпор всех несогласных.

Исповедуемый большевиками классовый подход и соображения политической целесообразности привели к тому, что на Дальнем Востоке в 1920-1922 гг. была опробована методика политического лицемерия. На словах, признавая конституцию ДВР и приоритет государственных интересов, дальневосточные коммунисты на деле предпринимали энергичные действия по подчинению себе всех сторон государственной жизни, а также ограничению деятельности других политических партий. Взаимное недоверие и непримиримость, желание самостоятельно решать все вопросы привели к резкому размежеванию даже социалистических партий, что способствовало более затяжному характеру войны.

В период гражданской войны Красная Армия победила сильного противника. Колчаковскую армию возглавляли опытные военные кадры. Среди них генералы – М.К. Дитехрис, Р. Гайда, К.В. Сахаров и другие. Однако из их среды не выдвинулось ни одного крупного полководца. Колчаковская армия руководствуясь дореволюционными уставами, стремилась использовать опыт военного искусства первой мировой войны и слабо учитывала маневренный характер гражданской войны. Существенные недостатки имелись в управлении войсками, в деятельности штаба, материальном обеспечении личного состава. Несмотря на крупные успехи в январе 1920 года колчаковская армия была разгромлена.

Одной из причин победы Красной Армии являлся более высокий, чем у противника, уровень военного искусства. Это нашло отражение в преимуществах военно-стратегических решений, в творческом использовании командного состава, в массовом героизме красноармейцев и командиров. На Восточном фронте мужало полководческое искусство М.В. Фрунзе, С.С. Каменева, М.Н. Тухачевского, В.К. Блюхера.

Ратное противоборство на полях сражений выиграли красные, однако гражданская война тем и страшна, что одинаково губительна для всех ее участников. Она принесла духовное опустошение, потерю ценностей. А народ, во благо которого выступали участники войны по обе стороны баррикад, оказался загнанным в рамки новой власти, нового режима.

Литература к модулю 3

Алексеев А.И. Как начинался Владивосток. Владивосток, 1985.

Алексеев А.И. Освоение русскими людьми Дальнего Востока и русской Америки до конца XIX в. М., 1982.

Билим Н.А. Сто дорог на Восток. Из истории переселения трудящихся на Дальний Восток. Хабаровск, 1978.

Билим Н.Н. История Российского Дальнего Востока XVII – XX вв. Учебное пособие.- Хабаровск, 1999.

Бойко – Павлов Д.И., Сидорчук Е.П. Так было на Дальнем Востоке. М., 1964.

Героические годы борьбы и побед. Дальний Восток в огне гражданской войны. М., 1968.

Дальний Восток России в период революций 1917 г. и гражданской войны: Сб. науч. статей. Владивосток, 1998.

История Дальнего Востока в эпоху феодализма и капитализма. XVIIв.- февраль 1917 г. М., 1991.

Колчак и интервенция на Дальнем Востоке: документы и материалы. Владивосток, 1995.

Крушанов А.И. Борьба за власть Советов на Дальнем Востоке. Владивосток, 1962.

Очерки истории Советского Приморья / Под ред. Крушанова А.И. Владивосток, 1984.

Подготовка и начало интервенции на Дальнем Востоке России (октябрь 1917 – октябрь 1918 г.): Документы и материалы. Владивосток, 1997.

Поляков Ю.А. Поиски новых подходов в изучении истории гражданской войны в России. 1995.

Приморский край. Краткий энциклопедический словарь. Владивосток, 1997.

Сергеев О.И., Осипов Ю.П. Внешняя политика России и международные отношения в Восточной Азии во второй половине XIX в. Владивосток, 1998.

Совастеев В.В. История Японии. Герои и антигерои. Владивосток, 2002.

Сонин В.В. Становление Дальневосточной республики 1920-1922 гг. Владивосток, 1990.

Ткаченко Б.И. Восточная граница между Россией и Китаем в договорах и соглашениях XVII – XX веков. Владивосток, 1998.

Ципкин Ю.Н. Белое движение на Дальнем Востоке. Хабаровск, 1996.

Лекция 1. Социалистическая реконструкция на Дальнем Востоке и ее последствия (1922 – июнь 1941 г.)

Выход из кризиса. Освобождение Дальнего Востока от интервентов и включение дальневосточного региона в состав Советского государства ставили на повестку дня новые проблемы экономического, политического, социального и административного характера.

Гражданская война, продолжавшаяся на Дальнем Востоке почти пять лет, нанесла серьезный ущерб хозяйству региона, оказавшемуся в глубоком социально-экономическом кризисе. Политическая нестабильность, смена правительств, присутствие иностранных войск неизбежно вели к расхищению товарных запасов и грабежу природных богатств. В упадке оказались промышленность, сельское хозяйство, транспорт. Золотодобыча, например, составляла к 1923 г 10% от довоенной, три четверти мукомольного производства разрушено, в тяжелом положении оказались железнодорожный и морской транспорт. В распоряжении новой власти находилось лишь три парохода, остальные – либо угнаны за границу, либо остались в иностранных портах в качестве компенсации за долги. Только в Приамурье интервенты разграбили около 10 тыс. крестьянских хозяйств. Не лучше обстояли дела в традиционно ведущей отрасли – рыбной. Японские рыбопромышленники контролировали почти 90% всей рыбодобычи, чувствуя себя подлинными хозяевами как на реках, так и в прибрежных водах российского Дальнего Востока. Абсолютно разрушенными оказались сложившиеся экономические связи с другими районами страны, да и на местном уровне – тоже. К этой картине следует добавить моральный и социальный фактор. Человеческие жертвы (погибло в боях и умерло от ран около 80 тыс. и эмигрировали за границу более 100 тыс. при численности населения в 1917 г. 2 млн чел.), разрушения, материальные потери, зверства интервентов вызывали у людей чувство страха, утрату жизненных ориентиров, апатию и недоверие к власти.

Административно-управленческие мероприятия. Важное место отводилось организационным вопросам. Преобразование в 1923 г. Дальневосточной республики в Дальневосточную область РСФСР (ДВО) с центром в г. Хабаровске обусловило необходимость формирования органов власти на местах. 14 ноября Народное собрание ДВР объявило, что на всем Дальнем Востоке устанавливалась власть Советов. Вся полнота государственной власти переходила в руки Дальревкома– чрезвычайного неконституционного органа власти в крае. Через два дня Президиум ВЦИК утвердил состав Дальревкома в следующем составе: П.А. Кобозев– председатель, Н.А. Кубяк, Г.Н. Корнев, Н.М. Матвеев, П.П. Постышев, И.П. Уборевич, Я.Д. Янсон. Позже председателем Дальревкома вместо П.А. Кобозева был назначен Я.Б. Гамарник.

Произошли изменения в административно-территориальном отношении. В Дальневосточную область вошли Прибайкальская, Забайкальская, Амурская, Приамурская, Приморская и Камчатская губернии. Они, в свою очередь, делились на уезды и волости. Несколько позднее, в январе 1926 г., на основании постановления ВЦИК РСФСР Дальневосточная область была реорганизована в Дальневосточный край, разделенный на округа – Читинский, Сретенский, Амурский, Хабаровский, Нижнеамурский, Владивостокский, Северо-Сахалинский и Камчатский. В 1938 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР. Дальневосточный край разделился на два – Хабаровский и Приморский.

Вполне естественно, что в этих условиях в первую очередь должны были решаться следующие задачи: сформировать выборные органы власти, восстановить разрушенное хозяйство и реконструировать его.

Советизация региона проходила поэтапно. Сначала выборы в Советы прошли в сельской местности. В селах Приморья, например, в 458 сельсоветов были избраны более 4000 чел., из которых почти 8% принадлежали к большевистской партии. Следующим этапом были выборы в крупных городах края и последними избирались Советы губерний ДВО. 15 июля 1923 г. в Хабаровске открылся 1 Приамурский губернский съезд Советов. 19 июля был избран губернский исполком. На завершающем этапе формирования органов власти 1-й съезд Советов ДВК, работавший в Хабаровске (март 1926 г.), в составе 326 делегатов одобрил деятельность Дальревкома и избрал Дальневосточный краевой исполнительный комитет. Первым его председателем стал Я.Б. Гамарник.

Специфика восстановительного периода. Восстановление разрушенного в годы гражданской войны хозяйства проходило в специфических условиях. В отличие от западных регионов страны на Дальнем Востоке не проводилась общая национализация промышленности, не вводилась продразверстка и не была проведена всеобщая трудовая повинность, т.е. политика «военного коммунизма» не была характерна для дальневосточной территории. Более того, гражданская война на Дальнем Востоке завершилась в то время, когда в центре уже внедрялись принципы новой экономической политики. Все это накладывало отпечаток не только на восстановительный период, но и на дальнейшее развитие региона. К трудностям восстановления хозяйства региона следует отнести также затянувшийся процесс ликвидации белогвардейских очагов. На северо-востоке эта операция затянулась до весны 1923 г., а Северный Сахалин оставался оккупированным японскими интервентами до мая 1925 г.

Сложность обстановки усугубляли такие факторы как удаленность от центра, малозаселенность и незначительная прослойка кадровых рабочих.

Первым шагом на пути восстановления экономики было создание административно-хозяйственных учреждений. 4 декабря 1922 г. было создано Дальневосточное экономическое совещание (Дальэкосо), задачи которого заключались в наблюдении за своевременным и точным выполнением постановлений по экономическим вопросам, руководстве деятельностью губернских экономических органов, развитии хозяйственной инициативы предприятий. Планировала развитие народного хозяйства губернская плановая комиссия, концессионными делами ведал Дальневосточный концессионный комитет. Выделялся руководящий орган по делам промышленного развития края – Дальневосточное промышленное бюро (ноябрь 1922 г.). Ведущие отрасли промышленности объединялись в тресты. Так, в 1923-1924 гг. по решению Дальревкома появились тресты Дальлес, Дальзолото, Приморскуголь и др. Для руководства рыбным хозяйством в 1922 г. во Владивостоке было создано областное управление рыболовства и охоты, которое в 1923 г. реорганизовалось в Дальневосточное управление рыболовства, охоты и государственной рыбной и пушной промышленности.

Создание единообразных в рамках РСФСР руководящих органов народного хозяйства на дальневосточной территории завершало организационный этап в управлении. На государственных предприятиях вводились элементы планирования, учета, контроля, хотя некоторые из них функционировали на условиях хозрасчета.

Концессионная политика на Дальнем Востоке. Особое место в экономическом развитии Дальнего Востока в этот период занимает концессионная политика. В условиях экономического кризиса послереволюционной России было признано необходимым использовать госкапитализм для решения насущных экономических и политических проблем. Одной из конкретных форм госкапитализма выступали концессии. Дальний Восток был одним из первых регионов, привлекших внимание тогдашнего руководства в качестве объекта концессионной политики. Это объяснялось заинтересованностью в привлечении иностранного капитала для разработки естественных богатств региона в силу удаленности его от европейской части России. Были и другие мотивы. С проведением концессионной политики на Дальнем Востоке связывались надежды советской власти на нормализацию отношений с США и Японией. В «Тезисах об условиях привлечения иностранного капитала в товарной форме» от 29 июля 1918 г., выработанных комиссией Совнаркома, указывалось на возможность и необходимость привлечения «иностранного капитала для организации и устройства государственных предприятий … преимущественно на Севере и Дальнем Востоке». В ноябре 1920 г был издан декрет СНК РСФСР «Общие экономические и юридические условия концессии». Декретом закреплялось положение о том, что преимущественному концессионированию могли быть подвергнуты сырьевые отрасли промышленности на окраинных территориях страны.

Несмотря на явный интерес иностранных предпринимателей к освоению природных богатств региона, к моменту воссоединения ДВР с РСФСР действующим концессионным договором, заключенным правительством ДВР, был лишь договор с американским гражданином Д. Винтом о разработке золота дражным способом на приисках в Амурской области. Деятельность Винта высоко оценивалась Дальревкомом. Только за один год работы он поставил половину золота, добытого в 1918 г. всеми приисками Забайкальского горного округа. Факт недостаточного включения иностранцев в концессионные дела объяснялся тем, что иностранных предпринимателей настораживали сложность социально-экономической и военно-политической обстановки на территории края, а также непредсказуемость советской власти в дальнейшем.

Концессионная деятельность иностранцев на территории Дальнего Востока активизировалась после создания в 1923 г. Дальневосточного концессионного комитета, получившего довольно самостоятельный статус в осуществлении торговых сделок с иностранными фирмами и предпринимателями. Цели правительства оставались прежними: оживление экономики края и смягчение напряженности в отношениях с соседями. С 1923 по 1929 гг. было заключено 24 договора с концессионерами из Англии, Норвегии, США, Японии и др. стран. Большая часть концессий имела место в добывающей промышленности (добыча золота, полиметаллических руд, нефти), а также лесной и рыбной. Концессионная политика дала положительные результаты. Практически без затрат государственных средств удалось восстановить и переоборудовать многие предприятия, а некоторые отрасли (нефтеперерабатывающую, полиметаллическую) – создать.

С высокой отдачей работала английская горнопромышленная концессия «Тетюхе Майнинг Корпорейшн» (1925-1931 гг.), занимавшаяся поиском, разведкой, разработкой и переработкой серебро-свинцово-цинковых руд на севере Приморья. Доминирующую роль в это время играла частная торговля, так как дальневосточный частник избежал запретов в торговле, имевших место в период политики «военного коммунизма» в центральной России. При этом 2/3 ее находилось в руках иностранцев: русским принадлежало 33%, китайцам – 59%, другим иностранцам – 8% частноторгового капитала. Среди крупных иностранных фирм выделялись такие, как «Кунст и Альберс», «Бринер и Ко». В целом в 1923 г. в различных отраслях промышленности ДВО иностранному капиталу принадлежало 57,9% предприятий, которые давали 50% валовой промышленной продукции Дальневосточной области. Благодаря концессиям, советское правительство получало дополнительные средства, которые использовались при восстановлении народного хозяйства и индустриализации.

По мере изменения политической и экономической обстановки в стране и провозглашенного партией курса на форсированное строительство социализма концессионные отношения требовали серьезного, взвешенного подхода с учетом многих факторов. Вместо этого советская власть, реализуя идеи социализма в сталинской интерпретации, заняла позицию «освобождения» от иностранной зависимости. Дольше других просуществовали японские концессии в рыбной промышленности Дальнего Востока.

Результаты восстановления дальневосточной экономики. Вернемся к восстановительному периоду. Учитывая важность человеческого фактора в решении поставленных задач, а регион был малозаселенным и плохообжитым, советская власть предприняла попытку возродить практику переселенческого движения. Отчасти это удалось: за период с 1926 по 1937 гг. на Дальний Восток прибыло 120 тыс. человек. Нельзя сказать, что весь этот контингент активно включился в решение насущных хозяйственных проблем. Некоторые из них, испугавшись трудностей, уезжали назад, но многие оставались. В течение 1923-1925 гг. многие, ранее неработавшие или разрушенные, предприятия были восстановлены и пущены в строй. В их числе – картонная фабрика и Сивакский лесопильный завод (Амурская область), маслобойный завод в Никольск-Уссурийском, бочарная фабрика в Спасске, Благовещенская спичечная фабрика «Красный Восток» и др.

Но решающими участками в процессе восстановления являлись предприятия добывающей, металлургической, лесной промышленности и транспорта. Успешно восстанавливалась и развивалась одна из основных отраслей Дальнего Востока – угольная. К концу 1925 г. были окончательно вытеснены частные углепромышленники, добыча угля превысила довоенный уровень и, самое главное, значительная часть добытого угля шла на экспорт. В Приморском округе к началу 1923 г. работало 23 угольных предприятия, из которых государственным был только Сучанский рудник. Он подчинялся Дальневосточному промышленному бюро ВСНХ. Первые итоги работы горняков по восстановлению и развитию угольной промышленности подвел III Приморский съезд горняков в июле 1925г. Главным результатом ее деятельности явился рост производительности труда, слагаемыми которого было применение технических новинок, более эффективная организация труда и трудовой энтузиазм горняков. В октябре 1925 г. был создан трест «Примуголь», в который вошли Сучанские, Артемовские, Липовецкие и Тавричанские копи, что способствовало более устойчивой планомерной работе предприятий.

Важное значение для края имело восстановление и реконструкция предприятий металлообрабатывающей промышленности. Некоторые из них подверглись полной реконструкции. Например, Хабаровский завод «Арсенал» стал выпускать сложные сельскохозяйственные машины и инвентарь, получив при этом новое название «Дальсельмаш». Дальзавод во Владивостоке, помимо традиционного судоремонта, ремонтировал сельхозинвентарь, строил суда, занимался ремонтом паровозов. В 1924-1925 гг. Дальзавод дал около 5,4 млн прибыли. С 1926 г. Дальзавод стал предприятием всесоюзного значения.

Несмотря на трудности, в 1926 г. был восстановлен Спасский цементный завод.

Особое место в народно-хозяйственном комплексе Дальнего Востока отводилось морскому транспорту. В июле 1922 г. в Москве было создано Правление Добровольного флота, которое провело работу по возвращению из различных портов мира уведенных интервентами русских судов. В 1923-1924 г. Владивостокский торговый порт оказался самым доходным из всех портов страны. Особенностью в развитии дальневосточного морского транспорта в 1-й пол. 20-х годов было многообразие форм собственности. Так, рядом с Дальзаводом, мастерскими торгового порта и Доброфлота свободно действовали частновладельческие судоремонтные заводики и мастерские торгового дома «Бринер, Шилов и Ярополов», с Добровольным флотом успешно конкурировали такие пароходные компании как «Г.Г. Кейзерлинг», «Жебровский и Ко» и др. Генрих Гугович Кейзерлинг, например, в 1895 г. прибыл во Владивосток из Норвегии с двумя китобойными судами. Основал китобойную факторию в бухте Гайдамак, выросшую впоследствии в фирму «Тихоокеанское китобойное рыбопромышленное акционерное общество графа Г. Кейзерлинга и К». Основной капитал общества составлял 1,5 млн рублей. С 1907 года он был агентом заграничных линий Добровольного флота, директором Владивостокского отделения Русского Восточно-Азиатского пароходства.

В 1926 г. восстановление промышленности и транспорта на Дальнем Востоке в основном было завершено.

Особенностью восстановительного периода на Дальнем Востоке было первоочередное внимание аграрному сектору, что обусловливалось растущими потребностями промышленного населения и необходимостью расширения сельскохозяйственных угодий. В соответствии с условиями НЭПа в аграрном секторе требовались следующие преобразования: упорядочение земельных отношений, увеличение финансовых вложений, снабжение техникой и изменение налогообложения крестьян. Как и в центральной части страны, в дальневосточном регионе в период НЭПа росло кооперативное движение. Развивались кредитная, снабженческо-сбытовая, производственная и другие формы кооперации. Результаты развития сельского хозяйства на этапе восстановительного периода были значительными. К 1926 г. сельское хозяйство не только достигло уровня 1917 г. по выпуску валовой и товарной продукции, но и превысило его. При этом посевные площади уменьшились. Государство по мере возможности обеспечивало крестьян, особенно бедных, семенами, техникой и скотом.

Итоги восстановления народного хозяйства края были подведены на 1 Дальневосточном съезде Советов, который отметил серьезные положительные сдвиги в экономическом развитии края. Вместе с тем были и проблемы. Во-первых, в отраслях, имевших всесоюзное значение (рыбной, лесной, горнодобывающей), значительное место занимал иностранный капитал. Во-вторых, край по-прежнему оставался потребляющим. В-третьих, серьезным препятствием в дальнейшей реконструкции экономики края являлись низкий общеобразовательный и культурный уровень рабочих, острый недостаток квалифицированных кадров. Изменить ситуацию можно было при наличии крупных капиталовложений в аграрный сектор, легкую и пищевую промышленность, в решение кадровой проблемы, но их у государства не было. Возникла потребность корректировки экономической политики в стране.

1.2. Индустриализация «по-дальневосточному»

Будет ли край индустриально развитым? В конце 1925 г. был провозглашен курс на индустриализацию страны. Степень необходимости, термин, источники средств для обеспечения этого процесса были озвучены в ходе изучения Отечественной истории. На фоне общих тенденций попытаемся выявить особенности индустриализации в Дальневосточном крае.

В решениях ХV партийного съезда (1925 г.) обращалось внимание на необходимость ликвидации экономической и культурной отсталости окраин, что имело непосредственное отношение к краю. Однако, перспектива быстрой индустриализации востока страны не находила однозначного решения. Среди представителей центральных органов (Госплан, ВСНХ и др.) бытовало мнение о том, что промышленность следует развивать только в «старых», ранее освоенных и обжитых районах. Что касалось непосредственно Дальнего Востока, то позиция чиновников партийных и планирующих органов не была единодушной. Одни из них, ссылаясь на отдаленность и малозаселенность края, предлагали ограничиться вывозом природного сырья и полуфабрикатов из края на внутренний и внешний рынки. Другие советовали не разбрасываться материальными ресурсами и планировать капитальное строительство на Дальнем Востоке, но за счет «остатков» от вложений в центральные районы. В феврале 1927 г. на пленуме ЦК ВКП(б) при обсуждении вопроса «О капитальном строительстве в 1926-27 гг.» против вложения капитальных средств в промышленность на востоке страны выступил Л.Д. Троцкий при поддержке Л.М. Кагановича. Сторонниками же индустриализации восточных районов выступали В., Куйбышев, С.М. Киров, Г.К. Орджоникидзе, Я.Б. Гамарник.

Победил здравый смысл. Промышленность в ДВК должна развиваться комплексно, чтобы избавляться от импорта и не ослаблять внимание к традиционным экспортным отраслям – топливодобывающей, лесной, рыбной. Прибрежное положение края придавало индустриализации во многом морскую направленность. При обсуждении перспектив индустриального развития возникли разногласия по вопросу о географическом размещении промышленности на территории. Развивать ли имеющиеся промышленные центры, расположенные на юге Дальнего Востока, или идти дальше на восток и северо-восток? Проводить ли только реконструкцию имеющихся предприятий или создавать помимо них совершенно новые промышленные центры и районы?

В конечном счете в ноябре 1927 г. был утвержден на бюро Далькрайкома ВКП(б) пятилетний план края, предусматривавший гигантский размах капитального строительства с высокими темпами развития всех отраслей промышленности. Это означало, что при быстром росте производства в старых промышленных районах будет форсироваться освоение богатств Сахалина, Камчатки, Чукотки, Колымы, Буреи, Комсомольска, Советской Гавани. В экономику края предполагалось вложить около 5% общероссийских капиталовложений. На этой основе рост капитального строительства должен был составить 3,5 раза. Первоначальный вариант плана подвергался корректировке, в силу чего львиная доля капиталовложений была направлена в угольную, лесную, рыбодобывающую и золотодобывающую отрасли. Страна остро нуждалась в валютных средствах и власть делала ставку на валютно-экспортные отрасли. Качество приморских углей, например, успешно конкурировало с иностранными углями. Это обстоятельство привело к изменению статуса Дальугля – с 1929 г. он стал трестом союзного значения. Южное Приморье давало в это время 80% всего угля, добываемого на Дальнем Востоке.

Трудности и пафос первых пятилеток. В годы первой пятилетки началось строительство г. Комсомольска-на-Амуре и крупнейшего металлургического комбината Амурсталь, нефтеперегонного и машиностроительного заводов в г. Хабаровске. В чрезвычайных условиях разворачивалось строительство Комсомольска-на-Амуре. Не было жилищ, обуви, одежды, свирепствовала цинга. Да и в других отраслях положение рабочих было не лучшим. В городах и на новостройках в бараках нередко в одной комнате жили 2-3 семьи. Скученность, отсутствие элементарных условий приводили к различного рода заболеваниям.

На начало 30-х годов приходится свертывание НЭПА. В дальневосточной экономике полностью возобладал социалистический сектор, частный и иностранный капитал был вытеснен, концессионное дело свернуто. Одновременно принимаются серьезные меры по укреплению границ. «Железный занавес» закрывается по всему периметру советской государственной границы.

Второй пятилетний план, утвержденный XVII партийным съездом, предусматривал создание в крае собственной металлургической базы, увеличение добычи топлива, ускорение развития легкой и пищевой промышленности. Речь шла о превращении ДВК в незыблемый форпост СССР на Тихом океане. В этой связи с целью привлечения рабочей силы на дальневосточные новостройки правящая партия выдвинули интересный лозунг «Форпост социализма на Дальнем Востоке строит вся страна!». Для задействования трудового и творческого потенциала изобретались другие лозунги: «Техника в период реконструкции решает все!», «Нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики!», «Через индустриализацию – к социализму!» и др. Лозунговый оптимизм являлся одним из стимулов трудового энтузиазма героев первых пятилеток.

Темпы индустриализации предусматривались более высокими, чем в среднем по стране и в старых промышленных районах. Особенностью второго пятилетнего плана в области промышленности было то, что наряду с развитием традиционных отраслей народного хозяйства создавались новые – судостроение, авторемонтная, нефтеперерабатывающая, химическая отрасли. Только мощность электростанций предусматривалось увеличить в 3 раза. Из общих ассигнований на промышленное строительство в ДВК 79% отводилось на предприятия тяжелой индустрии. Дальний Восток превращался в край новостроек, где одновременно возводилось более ста крупных промышленных предприятий, среди которых около двадцати имели союзное значение. В годы второй пятилетки началось строительство первых на Дальнем Востоке оловокомбинатов, реконструкция Дальневосточного горно-металлургического комбината. В Еврейской автономной области строились крупный завод Дальсельхозмаш и швейная фабрика. Крупнейшим в стране стал Спасский цемзавод. Для этого уникального завода поставляли оборудование не только советские, но и шведские, немецкие, датские фирмы. Стройку посещали краевые руководители Л. Лаврентьев, И. Косиор, В. Блюхер. Побывал на стройке и Я. Гамарник. В 1935 г. на Дальнем Востоке было сдано 25 новых заводов и фабрик. Список их открывали заводы союзного значения – Спасский цемзавод, Хабаровский нефтеперегонный, сахарный комбинат в Уссурийске и др. В городе Комсомольске-на-Амуре к 1940 г. население составляло более 70 тыс. против 150 чел. в начале 1932 г.

Первая и вторая пятилетки изменили облик Приморского края. Его промышленность в 1938 г. выпустила продукции в 8 раз больше, чем в 1913 г. Темпы роста валовой промышленной продукции в первой пятилетке составил 191%, во второй – 281, а за 1938-1940 гг. – 160.

За годы второй пятилетки в промышленность ДВК было вложено более 2,4 млрд руб. что почти в 1,6 раза больше наметок второго пятилетнего плана. Дальний Восток к концу пятилетки выпускал многое из того, что ставило его в один ряд с индустриально развитыми областями страны. По-прежнему уделялось в эти годы значительное внимание завершению технической реконструкции сложившихся традиционных отраслей дальневосточной индустрии: лесозаготовительной, топливодобывающей, полиметаллической, золотодобывающей и рыбной.

Значительно укрепилась материально-техническая база рыболовного флота, который пополнился рыболовными траулерами, рыбоморозильными судами, что позволило перейти от пассивных методов добычи рыбы к освоению активного морского рыболовства. В 1932 г. завершилось оборудование первой в стране китобойной базы «Алеут» и в июне начался переход флотилии с китобойцами «Авангард», «Трудфронт». «Энтузиаст» из Ленинграда во Владивосток, во время которого 25 октября 1932 г. было добыто 2 кита. В дальнейшем ежегодная добыча китов составляла более 500 особей. Только в 1967 г. в связи с полной изношенностью китобойная флотилия «Алеут» была списана.

В дальневосточной рыбопромышленной продукции была заинтересована вся страна. Так, более 4/5 продукции рыбной индустрии, крабов, морепродуктов вывозилось из края в другие районы страны и шло на экспорт. В целом экономика края приобрела ярко выраженный промышленный характер. В валовом выпуске народного хозяйства Дальнего Востока удельный вес промышленности составил в 1937 г. 80,4%.

Цена индустриального облика. При несомненных успехах индустриализации Дальнего Востока нельзя обойти молчанием трагические судьбы строителей промышленных предприятий, железных дорог, шахт и рудников. Цена индустриального скачка была очень высокой. И тем ценнее вклад молодежи в преобразование Дальневосточного края. Молодежь принимала основное участие в сооружении промышленных предприятий и строительстве городов и поселков. Кроме легендарного строительства Комсомольска юноши и девушки строили порт Находка, работали на вновь создаваемых нефтяных и рыбных промыслах Сахалина. Пренебрегая трудовыми и бытовыми невзгодами, ютясь в палатках и землянках, они проявляли небывалый энтузиазм, твердость воли, железное упорство. Только одна иллюстрация к сказанному: в декабре 1933 г. тысячная колонна молодежи пешком, без дорог (их еще только предстояло проложить), по льду и снегу направилась из Хабаровска в Комсомольск на пополнение рядов строителей – 400 километров «ледового похода» по морозу.

Нельзя не видеть и другой стороны освоения сурового дальневосточного края. Темпы форсированной индустриализации существенно превышали темпы роста свободных трудовых резервов края. В этой связи для восполнения рабочей силы стали широко использовать принудительный труд. В 1931 г. по решению СТО СССР был создан Государственный трест по промышленному и дорожному строительству в районе верхней Колымы (Дальстрой), которому суждено было вписать в историю страны трагические страницы. Его директором был назначен Э. Берзин. Дальстрой учреждался как единая система управления всеми видами деятельности: производственной, советско-административной, культурно-воспитательной и др. За этими функциями скрывалось главное – форсированное освоение нового дальневосточного района с привлечением труда заключенных.

В первые два года в центре внимания Дальстроя было строительство дорог к золотоносным богатствам в верховьях р. Колымы. С 1934 г. Дальстрой был передан в ведение НКВД. По Дальнему Востоку раскинулась около 100 концентрационных лагерей. Своеобразным транзитным пунктом для переправки узников пароходами на Колыму служил лагерь «Вторая речка» во Владивостоке. Их труд использовался и в пределах Приморского края – погрузочно-разгрузочные работы, добыча золота на острове Аскольд, угля в Сучане и Артеме, заготовка леса и др. Большая часть заключенных все-таки находилась в Магаданской и Амурской областях, а также в Хабаровском крае. Основная масса заключенных, работавших в этих районах, были политическими заключенными, т.е. осужденными по ст. 58. Многие из них не выдерживали испытаний и умирали от тяжелого труда, недоедания, болезней, тягот морского перехода от Владивостока до бухты Нагаево, где со временем вырос город Магадан. Ценой исковерканных судеб и загубленных жизней государственная казна пополнялась крайне необходимым в то время золотом. Уже в 1937 г. трест Дальстрой добыл золота в 70 раз больше, чем в 1932 г. К этому времени трест имел 17 пароходов, 12 самолетов, 717 грузовых автомашин и др. технику. Тысячи заключенных тяжелым трудом создавали промышленный облик края. Благодаря их труду государство обрело на Дальнем Востоке мощную индустриальную базу, способную противостоять постоянной угрозе со стороны недружелюбных соседей. Как бы там ни было, но и за добровольным, и за принудительным человеческим трудом, преобразившим этот некогда заброшенный край, стоят люди, достойные уважения, восхищения и памяти.

Важнейшим итогом индустриализации ДВК было рациональное размещение промышленности в пределах самого края. Возникновение новых промышленных центров изменило экономическую географию края, рассредоточило индустрию, ликвидировав уродливую концентрацию промышленного производства в немногих южных районах Дальнего Востока. Особенно быстрыми темпами развивались Северный Сахалин, Камчатка, Колыма, Чукотка, Хабаровский край. Произошли изменения в размещении центров машиностроения и металлообработки.







Сейчас читают про: