double arrow

Ле Корбюзье как градостроитель


Энвин спроектировал и построил самый лучший пригород-сад Лондона — Хэмпстед

Хэмпстед — лучший пригород-сад Лондона. План

Планы Хэмпстеда и Лечуорта имеют ряд общих черт:

· В них сочетаются элементы регулярной и живописной планировки;

· обширные лужайки общественных центров, к которым сходятся радиальные улицы-аллеи, жилые ансамбли, обнимающие с трех сторон широкие курдонеры с партерами.

Однако при сравнении композиционных решений Лечуорта и Хэмпстеда можно увидеть, что последний значительно уступает первому. Навязчивая симметрия прямоугольных курдонеров и шестиугольных площадей-перекрестков и неуместная в поселке сплошная периметральная застройка — вот типичные характеристики Хэмпстеда, существенно снижающие его планировочные достоинства. Несмотря на это, сама идея пригорода-сада получила впоследствии широкое распространение.

Однако темпы роста населения городов, особенно крупных промышленных центров, были настолько интенсивными, что жилищное строительство, в частности малоэтажное коттеджное, не могло удовлетворить все возрастающие потребности. Социальные преобразования в обществе и технические открытия, в первую очередь появление частного автомобиля, коренным образом изменили городскую среду. Можно сказать, эти функциональные изменения городской среды предопределили победу сторонников многоэтажной жилой застройки.

Признавая кризис больших городов, так же, как и Говард, Ле Корбюзье искал выход из кризиса путем коренной реконструкции города при непременном условии повышения плотности населения и сокращения территории.

В отличие от Говарда, уклонявшегося от непосредственной реконструкции больших городов и призывавшего к бегству из них, Ле Корбюзье твердо верил в то, что современный человек, вооруженный высокоразвитой техникой, способен одержать победу над стихийно сложившимся старым городом. В выборе средств для реконструкции городов Ле Корбюзье, как и его предшественник Ж.-Э. Осман, отдавал предпочтение «хирургии», т.е.волевому вмешательству зодчего в морально и физически устаревшие материальные ткани города.

Эта концепция получила планировочное воплощение в «плане Вуазен», где основной жилой район размещался на территории 350 га, тогда как городской общественный центр, примыкающий к этому району, занимал 240 га. Плотность населения Парижа в начале 1920-х годов составляла в среднем 384 человек на 1 га, Корбюзье же в своем проектном предложении в отдельных случаях повышал плотность населения до 3—3,5 тысяч человек на 1 га. При таком положении здания вырастали у него ввысь и вширь, превращаясь в небоскребы и гигантские фаланстеры, о которых мечтал в свое время Фурье. «План Вуазен», предлагаемый для центрального района Парижа, не был осуществлен.




Ле Корбюзье боролся за то, чтобы перенести «деревню в город», тогда как сущность учения Говарда заключалась в перенесении города в деревню.

Как архитектор-планировщик Ле Корбюзье был ортодоксальным сторонником прямоугольной планировочной системы с ее взаимно перпендикулярными осями. В проекте города на 3 млн жителей в центре, на скрещении коммуникаций, показан многоярусный вокзал; вокруг него — деловой центр (сити), окруженный жилыми кварталами. По одну сторону города размещаются промышленные предприятия и порт, по другую — гигантский парковый массив, связанный со спортивными сооружениями.

Генеральный план города на 3 млн жителей. Внизу проект жилых кварталов. Архит. Ле Корбюзье

Последователем Ле Корбюзье и сторонником концентрированного города был немецкий архитектор-теоретик Людвиг Гильберзаймер. Его проект «Город высоких домов» на 4 млн жителей для наглядности был сопоставлен с территорией Большого Берлина, имевшего ту же численность населения. Вместе с тем проект Гильберзаймера выдвигал свои специфические предложения, сильно расходящиеся с идеями Ле Корбюзье. Так, в проекте «Города высоких домов» не было ни ярко выделенного городского общественного центра, ни выразительного силуэта, поскольку все жилые дома имели равную высоту. Отсутствие зелени, городских площадей и разнообразия в планировке и застройке превращает этот город в удручающе мертвую схему.



Не менее удручающим был и художественный облик этого утопического города. Одинаковые горизонтальные блоки 20-этажных домов выглядят монотонно, скучно. Однако в проекте было интересное предложение по разобщению разнородных потоков движения в городе. Высокоэтажная застройка повсеместно была двухъярусной. Нижний ярус, состоявший из пяти этажей, автор предназначал для деловых учреждений, а верхний — под жилища. Жилые блоки в 15 этажей опирались на более широкие нижние пятиэтажные корпуса, уступы же, обращенные к улицам, использовались в качестве тротуаров. Каждый тротуар, обходивший квартал с наружной стороны, соединялся мостами с противоположными тротуарами, в результате чего весь город получал единую систему пешеходного сообщения на уровне пятого этажа. Тем самым Гильберзаймер полностью изолировал пешеходов от наземного транспорта и превратил свой фантастический город в двухъярусный. Внизу — труд и движение машин, вверху — жилище и отдых.

Разумеется, проект Гильберзаймера не мог никого увлечь, более того — он оказал плохую услугу всему «урбанистическому» направлению во главе с Ле Корбюзье, которое настаивало на идее концентрического, компактного города с высокой плотностью населения. Этим эксперименты над нерасчлененным городом закончились и значительно оживились искания в области децентрализованных градостроительных систем.

Генеральный план «Города высоких домов». Архит. Гильберзаймер

Теоретики градостроительства считают, что причиной децентрализации городов являлась все усиливающаяся беспорядочная уплотненность, из-за которой сталкивались, мешая друг другу, различные функции города. Развитие пространственной организации города шло таким образом, что на смену компактному, сохранявшему свою цельность многие столетия и даже тысячелетия городу, пришли линейные и расчлененные городские образования.

Сторонники линейной формы расселения полагали, что ленточные города могут оказаться активным средством децентрализации населения в масштабе целых стран, что они способны заменить собой любые города вплоть до столичных центров и что сама сеть линейного расселения неизмеримо лучше разместится на земле, почти безболезненно прорезая территории сельскохозяйственного назначения. Особенно соблазнительным было последнее обстоятельство, ибо линейный город казался надежной гарантией сохранения в неприкосновенности существующих лесов и полей, реальной возможностью приблизить человека к природе: незначительная ширина города позволяла бы его жителям ежедневно посещать леса, луга и поля, не прибегая к механическому транспорту.Именно поэтому линейный город очень быстро привлек к себе внимание и вплоть до середины 1930-х годов был самой распространенной планировочной системой.

Схема развития пространственной организации города (квадратами обозначены жилища, треугольниками — места работы, кружками и овалами — центры общественной жизни и отдыха) а — средневековый город; б — современный исторический город: в — город, имеющий микрорайонную структуру

Проект дачного поселка около Мадрида. Иненер. A. Copua-u-Mama. 1884

Несмотря на большую популярность в Европе, систематической и серьезной разработкой этой идеи ранее всего занялись в СССР. Широко известна архитектурная схема расширения Москвы, превращения ее в зеленый город, предложенная М. Барщем и М. Гинзбургом и опубликованная в 1930 г. Этот проект представлял собой изогнутый сплошной «хребет», состоящий из поднятых на столбы в форме «ленты» жилых единиц для одиноких. На расстоянии 500 м от «хребта» располагались учреждения коммунально-бытового обслуживания, окруженные спортивными площадками и плавательными бассейнами. Эти сооружения размещались внутри непрерывных парковых зон, лежащих по обе стороны от центрального «хребта» зелеными лентами меняющейся ширины, границы которых определялись дорогами, обеспечивающими подъезд ко всей внутренней системе.

Предложенная авторами стратегия заключалась в использовании подобных линейных образований для все более возраставшего населения Москвы. В конце концов старая столица, постепенно ветшая, должна была превратиться в полусельский парковый район, выдающиеся памятники которого напоминали бы о культуре прошлого.

Наибольшей теоретической последовательностью отличался принцип линейного города, выдвинутый Н. Милютиным в 1930 г. Город был представлен в виде двух узких параллельных полос (или зон) жилого и промышленного назначения. Между ними тянулась зеленая защитная зона, на территории которой располагались пункты питания, учебные и научно-исследовательские комплексы, спортивные сооружения и т.п.

Что касается промышленности, то линейная структура города, по мнению автора, лучше всего была приспособлена для ее организации. Поскольку во многих отраслях промышленности применяется горизонтальный конвейер, то это позволяет нанизывать цехи на единую прямолинейную ось, вдоль которой можно проложить железную дорогу. Таким образом, промышленные предприятия получали весьма удобное двухсторонее транспортное обслуживание. При расширении предприятия или при присоединении к нему других заводов индустриальная зона могла беспрепятственно удлиняться, а вместе с ней автоматически вырастала и параллельная ей селитебная (жилая) зона. Расстояние между лентой заводов и лентой жилищ определялось в 500—700 м (максимум 1500 м) в зависимости от категории вредности предприятия.

Схема линейного города. Архит. Н. Милютин

Однако, несмотря на отмеченные преимущества, сразу же обнаружились органические недостатки линейной формы расселения. Прямолинейный поточно-конвейерный график не обладал универсальными свойствами: возникали неудобства вследствие растягивания системы общественного и культурно-бытового обслуживания населения, в то время как концентрация административных учреждений, театров, магазинов, учебных и научных заведений имела очевидные удобства. Легко понять, что в линейном городе не нашлось бы хорошего места для большого университетского комплекса, больничного городка или территориально развитого административного центра.

В связи с этим можно сказать, что линейное образование могло оправдать себя лишь в небольших промышленных городах и поселках, тогда как крупные города тяготели к иным градостроительным образованиям. Несмотря на это, крупнейший город России Волгоград построен по этому принципу и протянулся вдоль берега Волги на 65 км. Он включает шесть параллельных полос: река, парки, жилища, магистрали, зеленая зона, железная дорога. Опыт многих городских образований в Японии говорит о том, что на новом уровне градостроительства вполне уместно говорить о жизнеустойчивости идеи линейного города.

На рубеже 1920—1930-х годов Ле Корбюзье, а вслед за ним и Гильберзаймер также обратились к концепции линейного города. В эскизных рисунках Алжира и Рио-де-Жанейро, выполненных Ле Корбюзье, компактная трактовка города уступила место растянутым, ленточным трассам расселения. Но в отличие от своих предшественников по линейному расселению Ле Корбюзье вместо рассредоточенного, близкого к природе жилища создает единый гигантский комплекс, который тянется на многие километры вдоль побережья Средиземного моря (Алжир). В нем собраны жилые, административные и общественные здания. Плотность населения здесь так высока, что в результате у Корбюзье получился новый вариант линейного расселения, а именно дом-город.

Результатом, обобщающим многочисленные изыскания в области линейного расселения, можно считать проект Ле Корбюзье и Жаннере «Лучезарный город», в котором авторы продекларировали основные принципы города, разделенного на зоны, отвечающие различным функциям: воспитательным, деловым, транспортным, жилым и промышленным. Так появился «функциональный» город.

Дальнейшее развитие пространственной среды тесно связано с функциональным зонированием территории города. В его основе лежит расчленение городской структуры, которое рассматривается как одно из ведущих направлений в градостроительстве.

Проект ленточной урбанизации Алжира. Архит. Ле Корбюзье

Проект «Лучезарного города». Архитекторы Ле Корбюзье и Жаннере. 1931. На плане показано зонирование параллельными лентами: от административных зданий (вверху) через жилую застройку (середину) до промышленных сооружений

Классическим примером функционального зонирования города, на долгие годы предопределившим принципы современного градостроительства, стал проект «Промышленного города» Тони Гарнье, который был опубликован в 1917 г. Рассчитанный примерно на 35 тысяч человек, он предусматривал возможности расширения и промышленных, и жилых районов. Это был прежде всего социалистический город в понимании, существовавшем в начале века: без заборов и частной собственности, без церкви и казарм, без полицейских участков и судов, город, где все незастроенное пространство занимал общественный парк. В этом проекте Т. Гарнье впервые установил и подробно разработал типологию жилых и общественных зданий, явившуюся специфической городской типологией. Вклад Т. Гарнье в современное градостроительство был значителен еще и тем, что его проект демонстрировал новейшие строительные методы применения железобетонных и стальных большепролетных конструкций.

Эскизный проект «Промышленного города». Архит. Т. Гарнье. 1901—1904. В этом проекте город был впервые поделен на функционалг чые зоны 1 — промышленная зона; 2 — жилая застройка; 3 — лечебный центр и зона отдыха; 4 — старый город; 5 — общественный центр

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: