Студопедия


Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и прикладные исследования в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ Развитие экономики ЕС Чрезвычайные ситуации ВКонтакте Одноклассники Мой Мир Фейсбук LiveJournal Instagram

I. 2. НЕКОТОРЫЕ ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ




Создатели методологических концепций часто отрицали связь их методологических построений с философией. Более того, порой они ут­верждали, что методологическая концепция, т. е. анализ научного по­знания, — это и есть настоящая философия. Особенно характерно это для создателей неопозитивистской методологической концепции. Они вполне сознательно избегали высказывать какие-либо "метафизичес­кие" (философские) утверждения. Поэтому философия неопозитивизма никогда не была выражена в виде определенной системы философских принципов, хотя некоторые из этих принципов часто высказывались и повторялись сторонниками логического позитивизма, например, тезис о ненужности и даже бессмысленности традиционной философии, от­рицание причинности и т. п.

Благодаря этому, философские, в частности, гносеологические, принципы неопозитивизма приходится реконструировать, опираясь на его методологическую концепцию. Поскольку же между философией и методологией нет однозначной связи и в основе одного и того же мето­дологического положения иногда могут лежать различные философские соображения, реконструкции неопозитивистской философии оказывают­ся разными у различных исследователей. В советской философской лите­ратуре, посвященной анализу и критике неопозитивизма, был дан достаточно глубокий и скрупулезный анализ основоположений неопо-

11. Мысль о том, что структура языка тождественна структуре реальности, высказывалась задолго до Витгенштейна. Вот что писал об этом У. С. Джевонс in 50 лет до выхода "Трактата": "Знаки, мысли и внешние предметы могут счи­сться параллельными и аналогичными рядами явлений и изучение одной из грех серий равносильно изучению других двух" —Джевонс У. С. Основы нау­ки. СПб., 1881, с. 8. Правда, Витгенштейн говорит скорее об "идеальном язы­ке", очищенном от бессмысленных предложений и перестроенном в соответствии с принципами логики.

зитивистской философии. Тем не менее, какого-то общепризнанного по­нимания основоположений этой философии так и не было выработано.

Например, один из самых первых серьезных исследователей неопо­зитивизма в нашей стране И. С. Карский к его основным принципам относил: 1) тезис о том, что все утверждения прежней философии лише­ны научного смысла, 2) сведение знания к "непосредственно данному";

3) утверждение о том, что законы и правила логики есть продукты ус­ловного соглашения (конвенционализм) 12. А. С. Богомолов полагал, что неопозитивизм — это "соединение юмистской теории познания с логической техникой XX в., осуществленное для защиты субъективно­го идеализма" 13. Критиковать эти истолкования сейчас было бы не только бессмысленным, но и гадким занятием. Каждый исследователь, критик и даже сторонник неопозитивизма подчеркивает одни его сто­роны и опускает другие, получая, таким образом, свое собственное изображение этой философской доктрины 14. Нас в данном случае ин­тересуют лишь те гносеологические принципы логического позитивиз­ма, которые оказали наиболее существенное влияние на формирование его методологической концепции. Среди них я выделяю следующие:




1. Всякое знание есть знание о том, что дано человеку в чувствен­ном восприятии.

В атомарных фактах Витгенштейна члены Венского кружка усмот­рели рецидив метафизики: откуда мы можем знать, что мир устроен именно таким образом? И они заменили их чувственными пережива­ниями субъекта и комбинациями этих чувственных переживаний. Чув­ственные впечатления мне непосредственно даны, я знаю, что они у ме­ня есть, поэтому о них я могу судить с уверенностью.

Но как и атомарные факты, отдельные чувственные впечатления не связаны между собой. У Витгенштейна мир есть калейдоскоп фак­тов, у логических позитивистов мир оказывается калейдоскопом чув­ственных впечатлений. Вне чувственных впечатлений нет никакой ре­альности, во всяком случае, мы ничего не можем сказать о ней досто-

12 Нарский И. С. Современный позитивизм. М., 1962, с. 7.

13 Богомолов А. С. Англо-американская буржуазная философия. М., 1964, с. 280.

14 Можно предположить, что определенные трудности в понимании фило­софии неопозитивизма обусловлены не только ее рыхлостью и неопределенно­стью, но также и тем, что обычно не проводили различия между неопозитиви­стской философией и методологической концепцией неопозитивизма. Но это очевидно разные вещи. Неопозитивистская философия довольно быстро обна­ружила свою несостоятельность и была отброшена; в то же время методологи­ческая концепция логического позитивизма продолжала существовать и разви­ваться. Хотя следует признать, что провести четкое разграничение философии и методологии логического позитивизма — далеко не легкая задача.



верного. Таким образом, всякое подлинное знание может относиться только к чувственным впечатлениям.

Здесь логические позитивисты сделали еще один шаг в том направ­лении, в котором ранее двинулся Э. Мах. Именно Мах попытался уст­ранить традиционное различие между чувственными впечатлениями и внешним миром, между субъектом и объектом. С его точки зрения, "весь внутренний и внешний мир составляются из небольшого числа од­нородных элементов..." ls. Этими элементами являются "цвета, тоны, давления, теплота, запахи, пространства, времена и т. д." ". Элементы, из которых состоит мир, соединяют в себе как физическую, так и пси­хическую стороны: "... Нет пропасти между физическим и психическим, нет ничего внутреннего и внешнего, нет ощущения, которому соответст­вовала бы внешняя, отличная от этого ощущения вещь. Существует только одного рода элементы, из которых слагается то, что считается внутренним и внешним, которые бывают внешними или внешними только в зависимости от той или другой временной точки зрения" 17.

Логические позитивисты отбросили разговоры о физическом мире как "метафизические" и совершенно необоснованные и сохранили в качестве единственно реального и доступного объекта познания толь­ко одно — чувственные впечатления.

Когда в советской философской литературе критиковали Маха, то в его учении о нейтральных элементах мира видели — вслед за В. И. Лени­ным — лишь уступку субъективному идеализму и желание найти "сред­нюю линию" между материализмом и идеализмом. Но сейчас мы могли бы сказать, что в этом учении Маха нашла своеобразное выражение глубокая философская идея, а именно, мысль о том, что предмет познания, внешний мир никогда не дан человеку сам по себе, а всегда только через посредство субъективных форм чувственности и деятель­ности. Поэтому-то Мах и считал невозможным говорить о мире самом по себе. Во второй половинеXX в. эта мысль, восходящая к Канту, полу­чила всеобщее признание, однако в конце XIX в. она все еще казалась философским софизмом. Логические позитивисты, стремясь к достовер­ности, вполне последовательно отказываются говорить о "физической" стороне элементов мира и оставляют лишь их "психическую" сторону.

2. То, что дано нам в чувственном восприятии, мы можем знать с абсолютной достоверностью.

Вот она, искомая достоверность! У Витгенштейна структура предложения совпадала со структурой факта, поэтому истинное пред-

15 Max Э. Анализ ощущений и отношение физического к психическому. М., 1908,с.39.

16 Max Э. Познание и заблуждение. Очерки по психологии исследования. М ,1909,с.17.

17 Max Э. Анализ ощущений..., с. 254.

ложение было абсолютно истинно, т. к. оно не только верно описывало некоторое положение вещей, но в своей структуре "показывало" струк­туру этого положения вещей. Поэтому истинное предложение не могло быть ни изменено, ни отброшено. Логические позитивисты заменили атомарные предложения Витгенштейна "протокольными" предложе­ниями, выражающими чувственные переживания субъекта. Истинность протокольного предложения, выражающего то или иное переживание, также является несомненной для субъекта. Предложение "Я сейчас чув­ствую боль" или "Я сейчас испытываю голод" для меня безусловно ис­тинны, если я сейчас испытываю боль и голод!

И здесь члены Венского кружка следовали общей линии эмпириз­ма и позитивизма, всегда подчеркивавшим ценность именно опытного знания. "Все здравомыслящие люди, — писал О. Конт, — повторяют со времен Бэкона, что только те знания истинны, которые опираются на наблюдения..." 18.

3. Все функции знания сводятся к описанию.

Если мир представляет собой комбинацию чувственных впечатле­ний, и знание может относиться только к чувственным впечатлениям, то оно сводится лишь к фиксации этих впечатлений. Объяснение и пред­сказание исчезают. Объяснить чувственные переживания можно было бы только апеллируя к их источнику — внешнему миру. Логические позити­висты отказываются говорить о внешнем мире, следовательно, отказы­ваются от объяснения. Предсказание может опираться лишь на сущест­венные связи явлений, на знание причин, управляющих их воз­никновением и исчезновением. Как мы видели, логические позитивисты отвергают существование таких связей и причин. Таким образом, ос­тается только описание явлений, ответ на вопрос "как?", а не "почему?".

Как яростно поносили традиционную философию члены Венского кружка? И как до смешного близки развиваемые ими идеи идеям их фи­лософских предшественников. Вот родоначальник первого позитивиз­ма О. Конт высказывается на ту же тему: "Истинный позитивный дух со­стоит преимущественно в замене изучения первых или конечных причин явлений изучением их непреложных законов; другими словами, — заме­не слова "почему" словом "как" 19. А вот признанный лидер "второго" позитивизма Э. Мах, также считающий, что идеалом науки является описание: "Но пусть этот идеал достигнут для одной какой-нибудь об­ласти фактов. Дает ли описание все, чего может требовать научный ис­следователь? Я думаю, что да? Описание есть построение фактов в мыслях, которое в опытных науках часто обусловливает возможность действительного описания... Наша мысль составляет для нас почти

18. Конт О. Курс положительной философии, Т. 1, СПб., 1899, с. 6.

19 Родоначальники позитивизма. Вып. 4. СПб., 1912—1913, с. 81.

полное возмещение факта, и мы можем в ней найти все свойства этого последнего" 20.

И вновь возникает мысль: если бы молодые члены Венского круж­ка были лучше знакомы с философией, их должно было бы насторо­жить столь близкое сходство пропагандируемых ими воззрений с фило­софскими концепциями недавнего прошлого.

Из основных принципов гносеологии неопозитивизма вытекают некоторые другие его особенности. Сюда относится, прежде всего, от­рицание традиционной философии, или "метафизики", что многими критиками неопозитивизма считалось чуть ли не основной его отличи­тельной особенностью. Но здесь они лишь следовали за О. Контом. Философия всегда стремилась сказать что-то о том, что лежит за ощу­щениями, стремилась вырваться из узкого круга субъективных пережи­ваний, чтобы придти к чему-то объективному. Логический же позити­вист либо отрицает существование мира вне чувственных пережива­ний, либо полагает, что о нем ничего нельзя сказать. В обоих случаях философия оказывается ненужной. Единственное, в чем она может быть хоть сколько-нибудь полезной, — это анализ научных высказыва­ний. Поэтому философия отождествляется с логическим анализом языка.

И будучи философами в этом новом смысле, логические позитиви­сты стремились все философские и методологические проблемы пред­ставить в виде языковых проблем, т. е. вместо того, чтобы говорить о мире или о науке, о реальных положениях дел или объективных связях, они предпочитали говорить о языке науки, о фактофиксирующих или помологических предложениях. Им казалось, что тем самым достигает­ся большая точность рассуждений, к тому же имеется и эффективный инструмент их анализа — логика.

С отрицанием философии тесно связана терпимость неопозити­визма к религии. Если все разговоры о том, что представляет собой мир, объявлены бессмысленными, а вы, тем не менее, хотите говорить об этом, то безразлично, считаете вы мир в основе своей материальным или идеальным, видите в нем воплощение воли Бога или населяете его демонами — все это в равной степени не имеет к науке никакого отно­шения и является сугубо личным делом каждого.

Кстати сказать, с этим можно вполне согласиться. К вопросам ве­ры наука имеет весьма отдаленное отношение. Однако, объявляя бес­смысленной метафизику, логические позитивисты точно так же долж­ны считать бессмысленной всякую религию? А это уже вызывает серь­езные сомнения...

Еще одной характерной особенностью неопозитивизма является его антиисторизм и почти полное пренебрежение процессами измене-

20 Max Э. Популярно-научные очерки. СПб., 1909, с. 196.

ния и развития. Если мир представляет собой совокупность чувствен­ных переживаний или лишенных связей фактов, то в нем не может быть развития, ибо развитие предполагает взаимосвязь и взаимодействие фактов, а это как раз отвергается. Все изменения, происходящие в ми­ре, сводятся к перекомбинации фактов или ощущений, причем это не означает, что одна комбинация порождает другую: имеет место лишь последовательность комбинаций во времени, но не их причинное взаи­модействие. Дело обстоит так же, как в игрушечном калейдоскопе: встряхнули трубочку — стеклышки образовали один узор; встряхнули еще раз — появился новый узор, но один узор не порождает другой и не связан с ним. Пренебрежение процессами развития в онтологии при­водит к антиисторизму в гносеологии. Мы описываем факты, их ком­бинации и последовательности комбинаций; мы накапливаем эти опи­сания, изобретаем новые способы записи и... этим все ограничивается. Знание, т. е. описание фактов, постоянно растет, ничего не теряется, нет ни потрясений, ни потерь, ни преобразований. Какая скука!





Дата добавления: 2013-12-28; просмотров: 730; Опубликованный материал нарушает авторские права? | Защита персональных данных | ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: На стипендию можно купить что-нибудь, но не больше... 8833 - | 7183 - или читать все...

Читайте также:

  1. I. Предпосылки быстрого экономического роста
  2. I. Предпосылки и истоки возникновения юридической психологии
  3. I. Предпосылки перехода к радикальным реформам
  4. II. 1. ФИЛОСОФСКИЕ И ЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ФАЛЬСИФИКАЦИОНИЗМА
  5. IV. НАУКА И КУЛЬТУРА 5 страница. Анализируя экономическое развитие США в первой половине XIX в., предпосылки и последствия гражданской войны, Бирд первым из буржуаз- ных историков определил
  6. Александр I. Предпосылки и трудности реформ
  7. Антропогенез. В конце мезозойской эры, около 70 млн. лет назад некоторые насекомоядные млекопитающие перешли к жизни на деревьях, от них в начале кайнозойской эры произошли
  8. Аудиторские доказательства: виды, источники, оценка. Предпосылки подготовки бухгалтерской (финансовой) отчетности
  9. Б. Крещение Руси: мотивы, предпосылки и значение
  10. Базовые предпосылки и основы теории психотерапии личной истории
  11. Введение.. 1. Исторические предпосылки развития германской модели социальной политики. 4


 

34.204.194.190 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.


Генерация страницы за: 0.003 сек.