Студопедия


Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и прикладные исследования в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ Развитие экономики ЕС Чрезвычайные ситуации ВКонтакте Одноклассники Мой Мир Фейсбук LiveJournal Instagram

Национальный вопрос в революции и Гражданской войне




В начале XX в. в России проживало более 200 народов и этни­ческих групп. Соответственно, российское государство вынуж­денно было проводить определённую национальную политику по отношению к нерусским национальностям, от которой во многом зависело спокойствие и перспективы страны. Базовой чертой рос­сийского имперства был этнопатернализм, освящённый своего рода унией веротерпимого самодержца с народами. Однако к на­чалу XX в. политика по отношению к инородцам приобрела ярко выраженный национал-шовинистический оттенок.

В. П. Булдаков выделяет два аспекта рассмотрения националь­ных отношений: «по вертикали» (имперский центр — зависимые народы) и «по горизонтали» (межэтнические взаимоотношения). Исторически этнические конфликты проявляли себя, прежде все­го «по горизонтали». Имперско-патерналистическая система, как

1 Думова Н. Г. Кадетская контрреволюция и ее разгром. 1982. – С. 296–297.

2 Лукомский А. С. Воспоминания. – Берлин, 1922. – Т.2. – С.145.


правило, использует в это случае принцип «разделяй и властвуй». Каждый этнос «капсулируется» по отношению к традиционно или потенциально враждебному соседу, при этом остаётся открытым канал его обратной связи с высшей надэтничной властью. Но та­кая система в кризисной ситуации начинает провоцировать «ре­волюции этнических ожиданий», которые создают ситуацию, при которой силы «горизонтальной» этноконфликтности временно объединяются в антиимперском порыве. Эта ситуация в должной мере проявилась в Феврале 1917 г.1

Сразу после революции Временное правительство приветство­вали депутации от крупных национальных движений, получившие заверения в отмене национально-конфессиональных ограничений и содействии всем их начинаниям в области культуры и самоуп­равления. Все ожидали, что свержение царизма автоматически приведёт к решению национального вопроса. Однако, получилось наоборот: Февральская революция подтолкнула, усилила нацио­нальные движения. «Революционная акция в многонациональной империи непроизвольно становится действием этнопровоцирую-щего характера»2. Встал вопрос, окажется ли в состоянии Времен­ное правительство, обременённое грузом военных проблем и задач внутреннего преобразования России, удовлетворить требования народов с окраин, не подвергая при этом риску само существова­ние российского государства.

Февральская революция, в то же время, создала предпосылки для либерализации национальной политики: все граждане России получили гражданские права и свободы, а также индивидуальные национально-культурные права. Дискриминирующее, создаю­щее какие-то исключения для отдельных этнических групп, за­конодательство было отменено. Была восстановлена автономия Финляндии и Царства Польского, которое, впрочем, находилось под немецкой оккупацией. Однако остальным нациям Российс­кой империи не было предоставлено каких-либо коллективных, территориальных прав. Требования автономии были отклонены и решение национального вопроса предлагалось возложить на Уч­редительное собрание. Но эти намерения не могли обуздать при-




1 См.: Булдаков В. П. Красная смута. Природа и последствия революционного на-

силия. - М., 1997. - С. 140-142.

2 Булдаков В. П. Кризис империи и революционный национализм начала XX в. в

России // Вопр. истории. - 2000. - № 1 - С. 30.


ведённые в движение революцией национальные силы. Тактика сдерживания и проволочек, напротив, приводила к непрерывно нарастающей радикализации социальных и национальных движе­ний на периферии1.

В условиях кризиса национальных отношений, охвативших страну, взявших бразды правления страной в октябре 1917 г. при­шлось уделить национальной проблеме особо пристальное внима­ние. На предмет национального вопроса среди большевистского руководства не было единого мнения ещё со времён дореволюци­онных партийных дискуссий. Практически все партийные лиде­ры считали его второстепенным, зависимым от главной задачи — осуществления пролетарской революции. Общая стратегическая программа партии и её лидера — Ленина по национальному воп­росу — это «сведение всех империй в одну мировую советскую су­перимперию с тем, чтобы осуществить вторую часть большевист­ской программы — денационализация национальностей путём слияния всех наций в один интернациональный гибрид в виде коммунистического человечества»2. Тактика большевиков по на­циональному вопросу основывалась на лозунге предоставления права нациям на самоопределение.



Необходимо учитывать, что взгляды большевиков по нацио­нальной проблеме отнюдь не были статичны. Они развивались и уточнялись исходя из анализа реальной исторической обстановки в стране. В пред- и послереволюционных дискуссиях сталкива­лись различные трактовки права наций на самоопределение, по­нимания сути объединительного движения народов страны. До­минирующей в первые постреволюционные годы была позиция Ленина.

А. Авторханов выделяет несколько этапов эволюции тактики Ленина по национальному вопросу: когда Ленин ограничивает­ся словесным и условным правом наций на самоопределение без его гарантии (со Второго съезда партии 1903 г. и до Апрельской конференции 1917 г.). Содержание этого права определялось как «содействие самоопределению пролетариата в каждой националь­ности»; когда Ленин говорит о самоопределении с гарантией го­сударственного отделения (конец апреля до июня 1917 г.) Каждая национальная группа получала право на государственный сувере-1 См.: Каппелер А. Россия – многонациональная империя. – М., 1997. – С. 262–263. 2 Национальный вопрос на перекрёстке мнений. 20‑е годы. – М.: 1992. – С.5.


нитет, если таково было её желание. Если же национальная группа решала не пользоваться этим правом, она не могла претендовать ни на какие специальные привилегии в границах единого Россий­ского государства; когда Ленин выдвигает идею федерации на 1-ом съезде Советов в июне 1917 г.1

Поменять свои тактические принципы Ленина заставила сло­жившаяся политическая ситуация. Лозунг «о праве наций на само­определение» не только не смог убедить меньшинства поддержать новую власть, но и дал им законный повод для отделения, что и происходило на практике. В итоге Ленин решил отказаться от при­нципа национального самоопределения в пользу федерализма. Правда не настоящего федерализма, когда члены федерации рав­ны и пользуются свободой самоуправления в своих территориях, но специфического «псевдофедерализма», не дающего ни равенс­тва, ни самоуправления, когда государственная власть в стране формально принадлежала советам. В действительности же послед­ние являлись только фасадом, за которым скрывался истинный суверен, Коммунистическая партия. Результатом становился фе­дерализм по видимости со всеми признаками государственности и скрывающими жёстко централизованную диктатуру в Москве. Именно на такой модели Ленин остановился, именно по ней пла­нировалась структура будущего СССР2.

После Октябрьского переворота в первом же правительствен­ном акте Совнаркома от 2 ноября 1917 г. — «Декларации прав и народов России» говорилось о праве народов на свободное само­определение вплоть до отделения и образования самостоятельных государств, провозглашалась отмена всех религиозных привилегий и ограничений. В том же ключе 20 ноября 1917 г. публикуется дру­гой документ — «Обращение Совнаркома к трудящимся мусуль­манам России и Востока». Непосредственными задачами нацио­нальной политики был призван заниматься специально созданный Наркомат по делам национальностей во главе со Сталиным3.

В ходе Гражданской войны шел поиск форм и методов советс­кого национально-государственного строительства. Образовыва-1 См.: Авторханов А. Империя кремля. Минск – М., 1991. – С. 11–12.

2 См.: Пайпс Р. Русская революция. Кн.3. Россия под большевиками 1918 – 1924. –

М., 2005 – С. 194.

3 См.: Чеботарёва В. Г. Наркомнац РСФСР: свет и тени национальной политики

1917 – 1924 гг. – М., 2003. – С. 11.


лись независимые и автономные советские республики, а также автономные области. Первые национальные автономии и респуб­лики создавались во многом для удержания территорий. Одна­ко не всегда это удавалось. В декабре 1917 г. использовала предо­ставленное ей право на самоопределение Финляндия. Её примеру последовали Литва, Латвия и Эстония. Столь же безоговорочно Советское правительство подтвердило право польского народа на самоопределение1. Была принята независимость Украины, когда «по Брест-Литовскому договору страны Четверного Союза призна­ли Украину независимым государством и подписали с ней сепарат­ный договор»2. В начале 1918 г. под давлением турок и немцев от­делилось Закавказье. Промедление в деле решения национального вопроса грозило обернуться полным крахом власти большевиков.

Советские автономии рассматривались лидерами большевизма не только как тактический прием в борьбе за сохранение власти и удержание территорий. Автономные органы и их представитель­ства в центральных органах власти были средством проведения большевистской политики на местах. Одновременно апробирова­лись государственно-правовые формы будущего союза. В попыт­ке создания первой советской национальной автономии в начале 1918 г. — Татаро-Башкирской — центр в целом и И. В. Сталин как нарком по делам национальностей видели, прежде всего, рычаг для укрепления власти. Вообще тактика Сталина и его сторонни­ков изначально отличалась от ленинской, что спровоцирует их последующие разногласия. Субъектами федерации Сталин считал автономии, лишённые независимости и права на отделение, а саму федерацию с сильной центральной властью рассматривал как пе­реходную ступень к будущему «социалистическому унитаризму»3. Это наложило определённый отпечаток на практику создания пер­вых автономий.

К концу Гражданской войны в составе РСФСР были образова­ны Башкирская, Татарская, Киргизская (с 1925 г. Казахская) со­ветские автономные республики, а также Чувашская и Калмыцкая

1 См.: Чистяков О. И. Становление «Российской Федерации» 1917 – 1922. – М.;

2003. – С.46–47.

2 Нежинский Л. Н. В интересах народа или вопреки им ? Советская международная

политика в 1917 – 1933 г г. – М., 2004 – С. 218.

3 Несостоявшийся юбилей: Почему СССР не отпраздновал своего 70‑летия? – М.,

1992 – С. 11.


автономные области, Дагестанская и Горская республики1. Прак­тика национально-государственного строительства продолжилась и в дальнейшем.

Можно утверждать, что, несмотря на все противоречия в на­циональной политике большевиков, предложенный ими вари­ант (осуществление принципа самоопределения и образование автономий) соответствовал объективным задачам модернизации многочисленных этносов бывшей империи. Это сыграло важную роль в расширении социальной опоры советской власти и в победе красных в Гражданской войне.

Однако об этнической государственности думали не только большевики, но и их противники. Антибольшевистские прави­тельства и вооруженные силы создавались и действовали преиму­щественно на окраинах, населенных так называемыми инородца­ми, и национальная политика для белых изначально была весьма важным фактором в обеспечении социальной, материальной, фи­нансовой поддержки армий.

Одним из таких правительств был самарский Комуч. В его со­ставе учреждался Инородческий отдел, задачей которого было ре­гулирование отношений между национальностями. Комуч стре­мился к союзу с национальными движениями и организациями на основе признания идеи демократического федерализма. При этом, признавая, что окончательно решать вопрос о будущем государс­твенном устройстве России полномочно только Учредительное собрание, Комуч заявлял своей целью «возрождение государствен­ного единства России». Поэтому он отказывался признавать су­веренные права за любым правительством, «откалывающимся от государственного тела России и провозглашающим свою незави­симость самостийно»2.

Существовавшее параллельно Временное сибирское прави­тельство проводило подобную национальную политику. Само оно выступало как орган областной автономии и, откладывая окон­чательное решение вопроса о правах территорий до созыва Все­российского учредительного собрания, отказывалось признавать местные правительства, высказывая готовность идти лишь на пре­доставление культурно-национальной автономии народам Сибири.

1 Чеботарёва В. Г. Наркомнац РСФСР: свет и тени национальной политики 1917 –

1924 гг. – С. 29.

2 Национальная политика России: история и современность. – М., 1997. – С. 78.


Образование единого центра антибольшевизма на востоке стра­ны в лице Директории — Всероссийского временного правительс­тва — в сентябре 1918 г., казалось, дало основу для проведения со­гласованной национальной политики на обширной территории. В «Грамоте Всероссийского временного правительства» от сентября 1918 г. провозглашались широкая автономия и культурно-наци­ональное определение для национальных меньшинств»1. Но все эти заявления не были претворены в жизнь. Это был закономер­ный шаг, продиктованный требованиями централизации власти и управления, ресурсов и сил в широкомасштабной вооруженной борьбе. Решение национального вопроса, прежде всего предо­ставление государственного статуса тем или иным образованиям, откладывалось до окончания войны. Уже 18 ноября 1918 г. уста­новление военной диктатуры адмирала А. В. Колчака в Сибири открыло новый этап национальной политики белых в регионе. В обращении к населению верховного правителя России деклари­ровалось стремление к созданию демократического государства, равенство всех сословий и классов перед законом. Правительство обещало, что «все они, без различия религий и национальностей, получат защиту государства и закона»2. Но идею единой и недели­мой страны почти все национальные движения и организации вос­принимали как возвращение к дореволюционной политике.

Убедительным подтверждением провала национальной поли­тики белых служит история взаимоотношений Добровольческой армии с этносами и их организациями на Юге России. Л. Г. Кор­нилов заявил, что его армия будет отстаивать право на широкую автономию отдельных народностей, входящих в состав России, но при условии сохранения государственного единства. Правда, в отношении отделившихся к тому времени Польши, Финлян­дии и Украины признавалось их право на «государственное воз-рождение»3. Однако реализация этих деклараций не состоялась. Сам лозунг единства и неделимости воспринимался на окраинах как противоречащий любым проявлениям национальной самоде­ятельности. Это приводило к разъединению и ослаблению матери­альных и моральных сил белых. Только П. Н. Врангель выдвинул

1 Иоффе Г. З. От контрреволюции «демократической» к буржуазно‑помещичьей
диктатуре // История СССР – 1982 – № 1. – С. 113.

2 За спиной Колчака: Док. и мат. – М., 2005. – С. 452.

3 Национальная политика России. – С.83.






Дата добавления: 2013-12-31; просмотров: 3081; Опубликованный материал нарушает авторские права? | Защита персональных данных | ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: На стипендию можно купить что-нибудь, но не больше... 8779 - | 7161 - или читать все...

Читайте также:

  1. I. Афганистан до Саурской революции 1978 г
  2. I. Возобновление гражданской войны в Китае
  3. I. Переход к «культурной революции» и устремления ее участников
  4. I. Последствия участия Японии в Первой мировой войне
  5. I. Психологические операции в современной войне
  6. II. Причины Гражданской войны. Периодизация войны
  7. III этап. Спад революции
  8. III. Основные военные события гражданской войны
  9. IV. Итоги Гражданской войны. Причины победы большевиков
  10. IV. НАУКА И КУЛЬТУРА 5 страница. Анализируя экономическое развитие США в первой половине XIX в., предпосылки и последствия гражданской войны, Бирд первым из буржуаз- ных историков определил
  11. Алексей Михайлович.. Родился в 1578 - умер 1642г., князь, русский национальный герой, один из руководителей освободительной борьбы русского народа против польских и шведских
  12. Английские и немецкие источники о Гражданской войне в России


 

18.206.15.215 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.


Генерация страницы за: 0.005 сек.