double arrow

Историко-этнографическии музей и социокультурные проблемы 11 страница


было создание главной иконы - «Троицы», которая должна была

стоять по правую руку царских врат.

Для Троицкого собора и было создано самое прекрасное и совершенное произведение Андрея Рублева - всемирно известная «Троица». Впоследствии рублевская икона не раз промывалась, прописывалась, покрывалась олифой, которая скоро темнела. Все это, конечно же, сказалось на сохранности первоначальной живописи. Лишь в

1919 году «Троица» Андрея Рублева была окончательно освобождена

от поздних наслоений, и с тех пор чарует зрителя своим художественным совершенством.

Игорь Грабарь писал, что икона «сверкает высшим, неземным

светом, тем самым, который излучают только создания гениев». В

Троицком соборе икона простояла до 1929 года, а теперь она находится в экспозиции Третьяковской галереи. На ее месте в иконостасе

поставлена копия, очень хорошо выполненная художником-реставратором Н.А. Барановым.

Центральную часть всего музейного комплекса занимает Успенский собор, который своими формами повторяет Успенский собор в

Кремле, а размерами даже несколько превосходит его. Строительство

этого собора было начато в 1559 году по инициативе Ивана Грозного,

который сам присутствовал на его закладке. Но денег не хватало, и

работы продвигались медленно. Только в 1581 году после трагической

гибели царевича Ивана, сраженного ударом посоха в припадке отцовского гнева, монастырь получил от Грозного крупную сумму «на

помин души» покойного. На эти средства и было завершено строительство, а освящение Успенского собора состоялось в 1585 году, уже

после смерти «грозного царя». Но еще 100 лет он стоял без росписей

Выполнили их в 1684 году местные мастера и славившиеся по всей

России стенописцы Ярославля. В надписи на западной стене Успенского собора перечислены имена всех 35 художников «дружины» во

главе с Д. Г. Плехановым; она же сообщает, что роспись была завершена всего за один сезон - с 20 мая по 30 августа.

В середине XVIII веке вместо шлемовидных куполов собора были

сделаны луковичные главы. У северо-западного угла Успенского собоpa находится усыпальница Бориса и Федора Годуновых с их семействами. С конца XVII века Успенский собор стал усыпальницей московских митрополитов.

Упоминавшийся выше сирийский архидьякон Павел из Алеппо

после своего посещения Троице-Сергиевой лавры писал: «Этот монастырь не имеет себе подобных не только в стране Московской, но и во

всем мире». Не имеют себе равных и сокровища, собранные в музеезаповеднике. Например, среди древнейших икон XIV века выделяется

совершенная по письму икона «Анна с младенцем Марией». На ней

Анна, закутанная в красный мафорий, склонив голову, ласково прижимает к себе Марию. Но глаза ее под густыми черными бровями

полны печали... Иконописец создал удивительно мягкий и нежный

образ Анны, наделив ее привлекательными чертами восточной (византийской) красоты. Некоторые искусствоведы предполагают, что

эта икона могла быть привезена к гробу одного из сербских бояр,

Воейка Войтеговича, перешедшего в XIV веке на службу к московскому князю.

Среди бесценных экспонатов Троице-Сергиевой лавры особое место занимают шитые пелены. Иногда это сравнительно небольшие

«платцы», заменявшие пелены; в других случаях они представляют

собой подлинно монументальные произведения, игравшие важную

роль в убранстве храмов. Ученые предполагают, что эти пелены своим

происхождением обязаны драгоценным византийским и восточным

тканям и русским шитым изображениям, имевшимся в храмах домонгольского периода.

Одним из самых ранних в музейном собрании является покров с

изображением Сергия Радонежского в полный рост. Такие покровы

либо прославляли духовных лиц, либо возлагались на их гробницы,

но, возможно, их вешали в храме. Покров Сергия Радонежского

отличается особенной индивидуальностью образа прославленного игумена. Посетителям трудно бывает поверить, что сделано это не кистью, а иглой русской вышивальщицы. Многие ученые считают, что

это редкостное произведение было сделано по рисунку Андрея Рублева. Или, во всяком случае, автор столь живого изображения должен

быль лично знать основателя монастыря.

Он запечатлел характерные черты его облика, асимметричность

лица, проницательность взгляда чуть косо посаженых глаз. Весь облик Сергия свидетельствует о его сдержанности и скромности.

Неизвестная мастерица (или мастерицы) передала даже фактуру

ткани - вишнево-коричневой домотканой фелони, светлого холста

подризника и голубоватой священнической епитрахили. Последняя

украшена незатейливыми красными крестами и нашивками в виде

ромбов.

По собранию шитья Троице-Сергиев музей-заповедник не имеет

себе равных, об этой музейной коллекции можно было бы написать

отдельную книгу. В собрании представлены пелены не только с орнаментальными мотивами, но и со сценами на сюжеты Священного

Писания. Так, например, с конца XV века в монастырской ризнице

хранились подвесная пелена, покровы и поручи, сделанные по заказу

Софьи Палеолог, жены московского князя Ивана III.

По ее «замышлению» на пелене вышиты 15 сцен, окружающих

центральное поле с нашитым на него крестом. На них изображены

отдельные двунадесятые праздники, восходящие по иконографии к

соответствующим иконам Троицкого собора, святые,.соименные членам великокняжеской семьи, а также митрополиты Петр и Алексей - покровители Москвы.

Очень своеобразна техника шитья этой пелены. Земля, деревья и

одежды покрыты мелкими цветными крапинками-точками, как в итальянском шитье XV века. Очевидно, Софья, жившая до 1472 года в

Риме, привезла с собой в Москву образцы подобного шитья. Русские

мастерицы воспользовались итальянским приемом, но укрупнили

масштаб крапинок...

А в музее «Русское народное искусство» творчеству народных художников посвящен целый отдел. Здесь представлена и домовая резьба по дереву, и предметы быта, среди которых большое место занимают фигурные доски - формы для пряников. Делали такие доски

издавна, из мягких пород дерева - липы и березы, которые хорошо

поддаются резьбе. А с пряниками на Руси связывались многие старинные предания и обычаи. Без них не проходило ни одно событие -

ни веселое, ни грустное. По народному поверью, пряники обладали и

целебными свойствами.

ОРУЖЕЙНАЯ ПАЛАТА

Трон из слоновой кости

Своим названием Оружейная палата не определяет всего объема

находящихся в ней сокровищ. Как музей старинных царских регалий

и коронных одежд, драгоценной золотой и серебряной посуды, древнего царского оружия и трофеев, а также богатой конской сбруи и

экипажей, она существует лишь с начала XIX столетия.

Но это хранилище драгоценных сокровищ и богатств, которые

искони составляли наследие великих князей и царей русских, известно было еще с 1494 года. В Москве тогда хранилище казны называлось Казенным двором, который размещался между Архангельским и

Благовещенским соборами Кремля. Вот на этом Казенном дворе и

была Оружничья палата, в которой хранилась драгоценная царская

броня, а также трофеи и оружие, которое присылали в дар иностранные державы. Это каменное здание было построено вместе с каменными палатами Ивана III, оно было квадратное, с пирамидальной кровлей и двумя окнами на Соборную площадь. Хранителями казны были

казначей, царский печатник и дьяки.

К Казенному двору примыкал Запасной двор - огромное здание,

в котором (как полагают некоторые историки и искусствоведы) хранились огромные запасы золотой драгоценной одежды: она выдавалась придворным чинам при торжественных царских выходах. Здесь

же находилось и оружие, которое выдавалось ближнему царскому

войску.

Конская сбруя, седла и прочие принадлежности хранились на Конюшенном дворе, который имел свои знамена с надписью: «Знамя

Конюшенного двора». До перенесения российской столицы в СанктПетербург много вещей из московской царской казны выдавалось как

награда царедворцам - мехами, золотыми материями, одеждой, оружием, золотыми и серебряными сосудами. Из нее же посылались дары

иностранным державам и выдавались подарки послам.

С 1511 года Оружничьей палатой стал заведовать оружейничий,

который выбирался из людей знатных и родовитых. В 1654-1676 годах

боярином-оружейничим был Богдан Матвеевич Хитрово - способный и энергичный администратор. При нем мастерские Оружничьей

палаты начали свою кипучую деятельность. Для этого со всей России

были собраны искусные резчики по металлу, кости и дереву, чеканщики, золотых дел мастера, золотошвейки для вышивки знамен, даже

живописцы и иконописцы, которые расписывали оружие и знамена,

а также царские иконы и пасхальные яйца для царской семьи. Им же

поручалось украшать стенной живописью царские палаты, дворцовые

верховые церкви и даже кремлевские соборы.

В дальнейшем Оружничья палата превратилась в Оружейный приказ - своего рода целое министерство, в котором служили разные

мастера и ремесленники, занимавшиеся уже не только оружием, но и

украшениями, посудой и утварью для царского дома. Оружейная

палата была фамильным музеем династии Романовых и пополнялась

исключительно по Высочайшему повелению. Высшего расцвета Оружейная палата достигла при царе Алексее Михайловиче.

Оружничьи мастерские существовали до тех пор, пока Петр I своим

указом не перевел всех мастеров в Петербург, в чуждую им полуиноземную обстановку. Этим он погубил не только Оружейную палату,

но и все самобытное русское искусство. Остатки прежнего величия в

1720 году были собраны в новой Оружейной палате, но к этому

времени она превратилась в холодное музейное хранилище, о котором

к тому же никто не заботился. В 1737 году во время пожара в Кремле

Оружейная палата сгорела, и в огне погибла большая часть трофеев.

То, что удалось спасти, было свалено в помещениях Житного и Сытного дворов Кремля, мало пригодных для хранения ценностей...

В начале XIX века царь Александр I приказал отстроить для Оружейной палаты специальное здание на месте бывшего дворца Бориса

Годунова. В него и были собраны сохранившиеся остатки царских

сокровищ, которые и легли в основу нынешней коллекции Оружейной палаты. Но здание это не имело сводов и печей, и величайшие

памятники древности в холодное время года портились от сырости. А

во время войны 1812 года сокровища Палаты вывезли в Нижний

Новгород, чтобы спасти от Наполеона, однако при переездах растеряли много ценного.

Лишь в 1851 году по распоряжению императора Николая I было

построено новое двухэтажное здание (по планам архитектора

К.А. Тона), в котором Палата размещается и по сей день. Это обширное здание соединяется с Кремлевским дворцом крытым переходом на арках.

В Оружейном зале древнейшее оружие представлено двумя шлемами XIII века. Один из них - остаток шелома, приписываемого великому князю Ярославу Всеволодовичу, погибшему в 1216 году в борьбе

с братьями. Шлем найден близ речки Колокши, на месте Липецкой

битвы. Рядом со шлемом была найдена кольчуга, от времени превратившаяся уже в ком ржавого железа.

В Оружейном зале собраны пищали, пистолеты, мортиры, ружья,

мушкетоны, а также щиты, саадаки (лучные приборы), стяги и знамена. Собранием знамен занята середина Оружейного зала. Здесь выставлено знамя царя Ивана Грозного, сопровождавшее его в Казанском походе. Это же знамя было с Большим полком в крымском походе князя В. В. Голицына.

Центр собрания составляют знамена стрелецких полков XVII века.

Входит в коллекцию и знамя князя Д. И. Пожарского, бывшее с ним

в походе из Нижнего Новгорода в Москву.

В Оружейном зале выставлена и полная коллекция русских орденов (до 1917 года). Петр I в 1698 году учредил первый в России

орден - орден Андрея Первозванного. Апостол Андрей Первозванный, один из ближайших учеников Иисуса Христа, первый проповедник христианства в русских землях, впоследствии был распят в Греции на косом кресте. Этот крест и стал отличительным знаком ордена.

Награждались этим орденом за воинские подвиги и государеву службу, «дабы, взирая на сии явные знаки милости и преимуществ, ободрить и к другим храбрым и верным услугам и к прочим подвигам в

военное и мирное время». Этот орден был одной степени, им награждали только лиц царской фамилии и выдающихся полководцев. Орден носили на широкой голубой ленте через правое плечо. Девизом

ордена были слова «За веру и верность».

Первым кавалером ордена стал в 1699 году адмирал Николай

Федорович Головин, отличившийся в боях со шведами. Естественно,

орден Андрея Первозванного получил и наш великий полководец

А. В. Суворов за победу при Кинбурне. Этой же награды был удостоен в 1800 году М.И. Кутузов.

Особые залы Оружейной палаты отведены для экспонирования

посольских даров - польских, немецких, шведских и других. Например, в витрине с посольскими дарами Швеции центральное место

среди двухсот различных предметов занимает высокий настольный

фонтан, или «водяной завод» (так его называли в старинных документах). Сделал этот невиданный сосуд Петер Ор - гамбургский серебряных дел мастер XVII века Внизу сосуда находится хорошо отполированный густозолоченый шар на фигурных ножках. От шара вверх

идет широкая высокая трубка, украшенная литыми фигурками дельфинов. К этой трубке прикреплены три ряда красивых тарелочек в

виде больших раковин Завершается фонтан фигурой Юпитера, держащего пучок серебряных молний. Нижний шар наполнялся водой,

которая, поднимаясь по трубке вверх, разбрызгивалась из пучка молний в руках Юпитера. Стекая вниз, прозрачные струйки освежали

заморские фрукты, которыми заполнялись раковины-тарелки.

В Оружейной палате Московского Кремля хранятся и предметы

парадного дворцового церемониала, венцы, скипетры, державы, бармы, короны, троны. Придворный церемониал в средние века имел

очень большое значение, в нем видели одно из выражений богатства

и мощи государства. Государственные регалии выполнялись из золота

талантливыми мастерами, украшались драгоценными камнями. К их

числу относится древнейший царский венец - всемирно известная

шапка Мономаха Согласно легенде, киевский князь Владимир Мономах получил ее от своего деда - византийского императора Константина. Во всех духовных грамотах московских царей она упоминалась

под названием «золотой», а «мономаховой» она впервые названа в

завещании Ивана Грозного

Мнения ученых о происхождении царского венца различны. Одни

считают, что шапка Мономаха выполнена в Византии, другие относят

ее к арабскому или арабско-египетскому искусству А третьи вообще

утверждают, что это произведение среднеазиатской (бухарской) работы Так что загадка шапки Мономаха еще остается не решенной и ждет

своего исследователя.

Шапка Мономаха - уникальное ювелирное произведение конца

XIII - начала XIV веков. Тулья ее составлена из восьми золотых

пластин, покрытых тончайшим, виртуозно исполненным сложным

узором, в котором в единое целое сплелись спиралевидные завитки,

шестиконечные розетки и цветки лотоса. Часть этого узора исполнена

золотыми ленточками с зернью, часть имеет сверху косую насечку,

которая создает иллюзию тонкой крученой проволочки.

Первоначально на шапке имелись жемчужные и золотые подвески,

позже шапку опушили собольим мехом, увенчали золотым полусферическим гравированным навершием с крестом. А позднее еще добавили драгоценные камни - рубины, изумруды, сапфиры, турмалины

и крупный жемчуг Шапкой Мономаха венчались на царство все

московские князья и цари.

Другой венец - шапка царства Казанского. Может быть, она была

изготовлена в честь покорения Казанского ханства в 1552 году, но это

опять-таки только предположение, которое тоже ждет своего исследователя. Казанская шапка исполнена с большим мастерством и сочетает

в себе восточные и типично русские, московские мотивы. Слегка

вытянутая золотая тулья ее покрыта густым резным и черневым орнаментом. Опоясывают тулью три ряда ажурных кокошников-«городков», распространенных в русском прикладном искусстве. Венец ее

был увенчан густо-красным камнем - китайской шпинелью (разновидность турмалина). В 1627 году шпинель заменили крупным желтым топазом, закрепленным между двумя жемчужинами, а китайской

шпинелью украсили алмазный венец царя Ивана Алексеевича.

В XVI веке роскошь царского двора в Кремле приводила иностранцев в изумление. По рассказам Ганса Кобенцеля, посла германского

императора Максимилиана II, во время приема царь Иван Грозный и

его сын сидели в одеждах, усыпанных драгоценными камнями и

жемчугом, а на шапках сияли «как огонь горящие рубины, величиной

с куриное яйцо».

«В жизнь мою не видел я вещей драгоценнейших и прекраснейших, - писал Ганс Кобенцель. - Видел я короны святейшего нашего господина Папы, видел корону и все одеяние короля католического,

видел многие украшения короля Франции... Поверьте же мне, что все

сие ни в малейшей степени сравниться не может с тем, что я здесь

видел».

В 1721 году Петр I провозглашает Россию империей. Торжественная церемония венчания на царство уступает место столь же торжественному и пышному обряду коронации. Шапку Мономаха уже не

возлагали на голову царя, а несли впереди торжественной процессии.

Древний венец сменила императорская корона.

Для первой русской императрицы Екатерины I была специально

изготовлена корона из позолоченного серебра А в 1730 году для Анны

Иоанновны была создана новая корона Каркас ее состоит из двух

полусфер и дужки между ними Выполнены они из серебряной золоченой сетки, на пересечении линий которой укреплены алмазы В

каждой ромбовидной ячейке помещен серебряный цветок с алмазом в

центре Для украшения короны было использовано 2536 алмазов и

более двадцати других драгоценных камней

Непременным атрибутом ряда торжественных церемоний были

троны Наиболее древний трон в коллекции музея Кремля датируется

XVI веком По преданию его привезла из Византии Софья Палеолог,

вторая жена Ивана III Однако документы о нем восходят лишь к тому

времени, когда «стул костяной» принадлежал Ивану Грозному Этот

трон сплошь оклеен пластинами слоновой кости, с выразительными

композициями на темы библейских сюжетов, фигур мифологических

животных. Есть здесь и пластины с военными сценами. Ученые считают, что они были добавлены в 1642 году при реставрации трона

Еще в XVI веке Русское государство установило постоянные дипломатические и торговые отношения с Ираном В 1604 году иранский

шах Аббас I подарил Борису Годунову трон, который сплошь украшен

золотыми листами с густым тисненым узором и драгоценными камнями От иранского шаха получил в подарок трон и Иван Грозный В

начале XVII века этот трон был переделан для Михаила Федоровича

Восточному трону кремлевские мастера придали форму старинного

кресла с высокой спинкой

Самый дорогой «алмазный» трон принадлежал царю Алексею

Михайловичу Исполнили его иранские мастера по заказу армянской

торговой компании Трон облицован ажурными пластинами из золота

и серебра, украшен алмазами, рубинами и бирюзой На его украшение

пошло более восьмисот алмазов, которые и определили его название

На боковых стенках сидения помещены полосы иранских миниатюр

с изображением птиц, животных, растений и сцен охоты На черном

бархате спинки трона изображены два вышитых аллегорических Гения, которые держат жемчужную корону

БАЗЕЛЬСКИЙ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ

В швейцарском городе Базеле находится старейшее в мире и полностью дошедшее до нас собрание шедевров мирового искусства,

которое начало складываться еще в XV веке К этому времени город

добился внутреннего самоуправления, начал подчинять себе окрестные крестьянские общины и намного расширил свою территорию На

высокой скале левого берега Рейна поднялся великолепный кафедральный готический собор с двумя башнями

Советский искусствовед Т Н Букреева, написавшая книгу о Базельском музее, рассказывает в ней, что город жил тогда бурной,

напряженной жизнью Это привлекало в Базель многих предпринимателей, торговцев, ученых, поэтов и художников В 1482 году

сюда приехал Иоганнес Амербах, который прочно обосновался в

Базеле, купил дом и открыл типографию Сначала он вел дело один,

а потом вместе со своим компаньоном и последователем И Фробеном Они издавали книги, украшенные прекрасными иллюстрациями, и для этой цели привлекли первоклассного рисовальщика Урса

Графа

Со временем в доме Амербаха в Рейнском переулке составилась

коллекция из 110 графических работ В их числе были гравюры

У. Графа и даже А Дюрера, с которым Амербах был знаком и даже

дружен. С этой небольшой коллекции и началось создание Кабинета

Амербаха, который потом и лег в основу Базельского художественного

музея.

Наиболее значительные приобретения сделал для Кабинета внук

И. Амербаха - Базилиус Амербах, который коллекционирование превратил в дело всей своей жизни. Он был в Базеле известным юристом,

обслуживал богатых клиентов, поэтому для покупки произведений

искусства всегда имел солидные средства. Нередко он приобретал

целые наследства, которые выставлялись на торги. Помимо произведений искусства, в таких наследствах часто находились коллекции

медалей, манускрипты, книги и природные диковинки. Покупая картины, Базилиус Амербах старался отыскать для своего собрания и

эскизы к ним, поэтому в Кабинете Амербахов сохранилось и большое

количество рисунков. Все свои сокровища Б. Амербах разместил в

сводчатом зале, который пристроил к семейному дому.

В Кабинете Амербахов главное место отводилось работам семейства Гольбейнов. Даже на фасаде их дома были росписи Ганса Гольбейна Младшего. Когда Ганс Гольбейн и его брат переехали в Базель,

они познакомились с трудами Эразма Роттердамского, в частности, с

его «Похвалой глупости». На полях этой книги братья сделали

80 рисунков, которые очень понравились самому автору. Десять дней

Э. Роттердамский забавлялся, рассматривая их. Впоследствии эта книга

всегда стала издаваться с рисунками братьев Гольбейнов.

В Базельском художественном музее находится и самое известное

полотно Ганса Гольбейна Младшего «Мертвый Христос в гробу».

Ученые до сих пор не пришли к единому мнению о том, действительно ли эта картина - только одна из сохранившихся частей утраченного алтаря. И если это так, то каким тогда был его первоначальный

вид?

Существует легенда, что моделью Гольбейну послужил неизвестный, утонувший в Рейне. Картина поражает зрителя прежде всего

тем, что связанный с Христом евангельский сюжет художник низводит до скрупулезной анатомии мертвого тела. Некоторые исследователи видят в этом факте некоторое безбожие самого Гольбейна.

Картина «Мертвый Христос в гробу» нашла отражение и в русской литературе. Ф.М. Достоевский, видевший эту картину в Базеле

в 1897 году, дважды обращается к ней в своем романе «Идиот».

После смерти Базилиуса Амербаха богатейшая коллекция в течение

71 года находилась в руках его наследников, так как по завещанию

передавалась одному лицу. Но в 1648 году эта традиция была нарушена человеком, который сменил фамильную профессию ученого правоведа на ремесло купца. В своем завещании он распорядился продать

Кабинет Амербахов, а вырученную сумму поровну разделить между

всеми своими детьми. Уже один из амстердамских купцов предложил

за коллекцию огромную сумму, и наступил момент, когда сокровища

Кабинета Амербахов могли навсегда покинуть Базель.

Тогда среди широких слоев городского населения родилась мысль

купить Кабинет Амербахов для Базельского университета. Это предложение горячо поддержал и бургомистр города Иоганн Рудольф

Ветштейн - человек широких и самых разносторонних интересов. В

1662 году Кабинет был куплен городскими властями для университета. Став достоянием города, частная коллекция почти сразу же стала

публичной, и уже это само по себе было для XVII века явлением

редким. Правда, некоторые общества того времени тоже владели художественными коллекциями, но эти публичные собрания до нашего

времени не сохранились.

В 1671 году из особняка Амербахов коллекцию перенесли в старинный дом под названием «У Комара». Каждый четверг во второй

половине дня городской музей открывал свои двери для публики.

Ученые люди и иностранцы по предварительной просьбе могли посмотреть коллекцию и в другие дни недели. Все посетители записывали свои отзывы, в «Золотой книге» музея, который тогда назывался

Университетским собранием.

В XVIII веке пополнение Университетского собрания происходило

за счет поступлений от Базельского городского совета. Так, в 1741 году

городские власти перенесли из ратуши в музей картину Яна вана

Скорела «Портрет Давида Йориса», в 1770 году музей обогатился

полотном Ганса Гольбейна Младшего «Алтарь страстей». «Портрет

Мартина Лютера и его жены Катарины фон Бор» (кисти Кранаха) -

это единственный дар горожан Базеля.

Регулярные подарки от частных лиц начинают поступать в музей

только в XIX веке. Одними из первых стала коллекция профессора

Базельского университета Р. Фэша. Он собирал ее вместе со своим

братом, а группироваться коллекция начала вокруг двух полотен,

которые профессор получил по наследству. Это были «Портрет бургомистра Якоба Мейера» и «Портрет жены бургомистра Доротеи Мейер», написанные Г. Гольбейном Младшим.

Профессор добился, чтобы для музея семьи Фэшей был учрежден

специальный фонд, правда, распоряжаться этим фондом мог только

профессор права. Если бы по каким-либо причинам династия юристов

в роду Фэшей прекратилась, то музей должен был бы перейти в

собственность Базельского университета, что и случилось в 1823 году.

Переезд этой коллекции в дом «У Комара» послужил своего рода

сигналом для других собирателей, и некоторые из них стали передавать свои частные собрания в музей. Все увеличивающееся собрание

уже не могло разместиться в доме «У Комара», и архитектор Мельхиор

Берри строит в Августинском переулке новое здание, в которое целиком переносится все Университетское собрание. Помимо произведений изобразительного искусства, здесь разместились экспонаты по

истории, этнографии и естественным наукам.

В истории Базельского музея особняком стоит имя художника и

издателя Самуэля Бирмана, который завещал музею не только свою

коллекцию, но и половину своего состояния. Он хотел, чтобы на

завещанные им средства приобретались полотна швейцарских художников. Именно благодаря этому была создана целая галерея произведений базельского художника Арнольда Бёклина. В последующие

годы были приобретены картины Т. Штиммера, К. Вольфа, А. Анкера, Дж.Джакометти и других живописцев.

Картины, купленные на деньги С. Бирмана, и заложили основу

Отдела нового швейцарского искусства, а в 1904 году и сам Базель

создает в своем городском бюджете специальную статью расходов на

приобретение художественных произведений. Помимо полотен швейцарских художников, Музей стал приобретать произведения французской живописи и скульптуры. Первой была куплена в 1906 году

скульптура О. Родена «Виктор Гюго», потом картина К. Писарро

«Деревня близ Понтуаза», следующей стала маленькая картина

О. Ренуара «Девушка, лежащая на траве».

Для все увеличивающихся новых поступлений уже не стало хватать места и в Августинском переулке, и в 1932 году по проекту Пауля

Бонаца началось строительство нового музейного помещения с двумя

внутренними дворами. Возводилось оно на улице Санкт-Альбаграбен,


Сейчас читают про: