double arrow

Успенский Б.А., Живов В.М. Царь и Бог: Семиотические аспекты сакрализации монарха в России // Успенский Б.А. Избранные труды. Т. 1. М., 1994. С. 110 – 218 (о Ломоносове: 176–180). 23 страница


***


Я ещё не ощущал своего тела, казалось, что Катариада держит меня на ладошке, как солнечного зайчика. Говорила она, мне оставалось лишь молчать и улыбаться.
- Скиминок, Скиминок... Ты не представляешь, сколько ты для меня сделал. Зло надолго уйдёт в свои норы, и люди наконец-то смогут вспомнить о том, что в мире есть Красота. Всё будет хорошо... Твои друзья победили, некоторые ранены, но все живы. Второй брак королевы Танитриэль будет счастливым. Сейчас она немного сердится на тебя за изувеченный Локхайм, но его быстро отстроят заново. Ристайл сильно, пострадал, Люцифер кидался в тебя кусками городской стены. Луна и твой сын живы. Падающего дракона Кролика подхватила его возлюбленная Тень. Ещё в воздухе он сделал ей предложение, теперь они самые счастливые драконы на свете. Бульдозер отважно сразил самого Раюмсдаля. Это был честный бой... Принц с десятью отборными телохранителями против твоего оруженосца. Жан сломал ему шею. Твой друг Повар теперь отомщён, Лиона не шутила, утверждая, что у маленькой принцессы Ольги появился жених. Твоему Ивану предначертано стать великим королём и совершить много славных дел. Я всегда буду рядом, так что не волнуйся за него. Поручика Брумеля успели спасти, князь сам рвал на нём путы. Демон Хан забросил обе бронзовые статуи далеко в поле. Они упали так, что теперь на постаменте лежит распластанный Кришна, а на его груди победно пляшет конь Скиминока с горделивым всадником в седле. Кришнаиты разогнаны, и теперь никто не сможет оживить бога молитвами. Вам с Луной ещё многое предстоит пережить, но поверь мне: что бы она ни делала, что бы ни говорила - эта девушка предназначена тебе так же, как ты ей, и только вместе вы сможете быть счастливы. Этот мир теперь твой. Потомки назовут это время - век святого Скиминока. А мне пора. Я буду приходить, почувствовав твой зов, и уходить до того, как ты со мной соскучишься. Твоё сердце отдано другой, но душа всегда будет следовать по пути Красоты. Иногда мне очень жаль, что мы, богини, бесплотны... До встречи, мой рыцарь! Выздоравливай...
Она коснулась меня губами и растворилась в сияющем водопаде света. Свет становился всё ярче, я зажмурил глаза, а когда открыл... Та же комната, узнаю королевские покои, похоже, меня гостеприимно устроили в спальне самого Плимутрока. Рядом на табуреточке дремлет моя кареглазая наёмница, совсем замоталась, бедняжка. Интересно, сколько же дней я здесь лежу? Сквозь плотные занавеси узкими лучами пробивается солнце. Уже полдень? Тогда почему меня не кормят завтраком? Больным героям положен куриный бульон, чай с мёдом и блинчики! Сейчас начну возмущаться вслух... Я приподнялся и сел. Голова слегка кружится, но в остальном полный порядок. Луна вздрогнула и проснулась.
- Ты?..
- Я. Это я, любимая. Собственной персоной. Жив и здоров. Поцелуй меня, пожалуйста, а?
- Болтун... - еле слышно вздохнула она, обхватила меня за шею и, расцеловав в обе щеки, заплакала.
Я обнял её за плечи, прижал, чмокнул в ушко. Жизнь прекрасна! Сегодня я счастлив, как никогда, только бы... Дверь осторожно скрипнула, и на пороге показался трусливый рыцарь с корзинкой жёлтых яблок. Из-за его спины высовывала нос вездесущая Лия.
- Милорд? Вы... как вы?! Вы же больны...
- Да проходи же, дубина, не стой в дверях! Раз они обнимаются, значит, лорд Скиминок уже вполне здоров. А мы к вам! Здрасьте! Луна, можно я его тоже поцелую? Подвинься, пожалуйста...
Лия прыгнула к нам на кровать, Бульдозер шагнул назад и заорал на весь коридор:
- Лорд Скиминок выздоровел!
- Ну всё, любимый, сейчас сюда набьётся такая толпа народу...
Луна оказалась права. Через пару минут вихрем влетел русский князь Злобыня Никитич, следом король с кардиналом, за ними Вероника, затем Горгулия Таймс и Брумель. Шумиха страшная! Все галдят, орут, смеются, хлопают друг друга по спине, обнимаются. У всех праздник - я выздоровел! Потом в двери чинно вошла горделивая Лиона, ведя перед собой держащихся за руки Ивана и Ольгу. Зрелище было самое умилительное. Они одели моего сына, как настоящего сказочного принца! Иван упоённо выступал в белом камзоле, вышитом золотом, фиолетовом плащике, белых замшевых штанах с позументом, серо-голубых сапожках выше колен, с настоящим мечом на богато украшенном поясе. О Лионе при желании можно сказать много дурного, но одного у неё не отнять - она очень любит детей! Среди пришедших меня навестить оказался и маг-ветеринар Виктор Михайлович Матвеев.
- Сто лет не виделись, ландграф. Ну, что там новенького в России?
Одной этой фразы оказалось достаточно, чтобы всем испортить настроение. Я уже дважды уходил от своих друзей в самое неподходящее время, и переживать третье прощание не хотелось никому. Постепенно все вспомнили о неотложных делах, о том, что больному нужен покой, о детях, которым пора за стол и баиньки, о... Со мной осталась лишь Луна да Иван, который, несмотря на все уговоры, вцепился в меня, ни в какую не желая уходить. Маленькую Ольгу убедили подождать своего героя за дверями, а мой сын самым умоляющим голоском зашептал мне в ухо:
- Папа, давай не будем уезжать. Давай ещё останемся... тут так интересно! У меня уже есть меч, тётя Лиона подарила мне живого пони. Он в конюшне, я назвал его Барсиком, а дядя Плимутрок обещал взять на настоящую охоту! Папа, я больше не хочу в детский сад. Меня здесь тоже кормят, учат, дают гулять... я даже сплю в обед. Ну, давай останемся, а?
- Это не от меня зависит, малыш, - улыбнулся я. Луна тоже грустно улыбнулась моим словам. Всем всё понятно. Зло наказано, вряд ли мне разрешат остаться в их мире, но чего бы я не отдал, лишь бы не уходить...
- Луна?








- Да.
- Что "да"?
- Всё "да"! Что бы ты ни попросил, чего бы ни захотел, что бы ни решил - да! Да, любимый.
- Иван, ты обещаешь меня слушаться?
- Да! - подпрыгнул он и бросился к дверям с криком: - Папа разрешил мне остаться!
Через пару минут весь дворец дикими воплями передавал друг другу самую лучшую новость в мире - лорд Скиминок с сыном решили... остаться?!
Я встал, завернувшись в покрывало. Луна подвела меня к окну, отдёрнула шторы, и солнечный свет водопадом озарил мою мятущуюся душу. Во дворе стояли Лия и Жан, они глядели на меня, всё ещё не смея поверить. Вероника воздела руки вверх, и над дворцом вспыхнула радуга. Король, Злобыня, Матвеич и Горгулия Таймс аплодировали юной ведьме. Наёмница прижалась к моему плечу. Я прокашлялся, набрал полную грудь воздуху и... неожиданно тихо сказал:
- Я остаюсь...

ЭПИЛОГ (Шесть лет спустя...)


- Ну, говори, говори, говори...
- Я и говорю... Не всё так просто, любимая.
- Но ты по-прежнему женат, а я замужем...
- Мы давно живём вместе. Моя жена в другом мире, я надеюсь, что с моим уходом она тоже получила шанс начать новую жизнь. Я остаюсь тут. У нас с тобой уже трое детей. Пойми, мы всё равно предназначены друг для друга. Более того, скажу правду. Одна моя знакомая богиня...
- Катариада Базиливмейская?! Так ты уже успел с ней встретиться? Господи! Я, как дура, сижу с ним рядом, думаю: любит, страдает, а он...
- Нет, нет... Ты не так меня поняла! Кэт лишь приоткрыла мне кое-что из сокровенных таинств... Мамочки! Я имел в виду другие таинства. Ты с ума сошла. Меня нельзя бить, я же герой... я...
В процессе жаркой битвы подушками моя рука случайно коснулась Меча Без Имени, лежащего на столике у кровати. Рукоять холодная... Значит, прямая опасность мне сейчас не грозит, выживу. По серебристому клинку пробежал случайный луч. На мгновенье мне показалось, что Меч улыбнулся. Этого, конечно, не может быть, но... мало ли что кажется человеку, когда он влюблён. Так хочется, чтобы счастливы были все!
- Да, любимая?
- Да...

Конец книги

2. Гончарова О.М. Богородичные черты русской женственности в одах М.В. Ломоносова // Культура и текст: В 3 т. Т. 2. Барнаул, 2005. С. 3–12 (Приложение 2)

4.Живов В.М.Язык оды и церковнославянский панегирик // Живов В.М. Язык и культура в России XVIII века. М., 1996. С. 243–264.







Сейчас читают про: