double arrow

Успенский Б.А., Живов В.М. Царь и Бог: Семиотические аспекты сакрализации монарха в России // Успенский Б.А. Избранные труды. Т. 1. М., 1994. С. 110 – 218 (о Ломоносове: 176–180). 20 страница


Вероника опустила Тающий Город как можно ниже, сбросив позолоченный трап. Я поправил пояс с Мечом Без Имени, засучил рукава, ещё раз попросил практикантку заботиться о детях и решительно шагнул вниз. Бульдозер с топором на плече уже ждал меня у входа в пещеру. Лия сидела верхом на Тени, прикрывая нас с тыла. Все действовали дружно и слаженно, как договорились. Главное, чтобы девочки ничего не перепутали или не стали проявлять неразумную инициативу... Мы с оруженосцем пошли на дело.
- Будем ломать? - Дверь, запечатывающая вход в пещеру, казалась довольно надёжной.
- Погоди, - остановил я трусливого рыцаря, - вдруг тут что-нибудь магическое подключено? Знаю я этих кедрил-мучеников, смастрячат невесть какую гадость... Дай-ка мне побольше простору и отойди за угол.
- Оруженосцу не следует бросать своего господина в такой опасный момент. Если позволите, я спрячусь за вашу спину.
- Сколько угодно...
Жан попытался покомпактнее укрыться за моей неширокой спиной, а я осторожно коснулся двери магическим перстнем. Раздался страшный взрыв! Нет, хорошо иметь такую волшебную игрушку. Тяжёлая чугунная дверь, вместо того чтобы придавить нас, с лязгом ломанулась внутрь. Если там кто стоял, я ему уже не завидовал.
- Якобс Зингельгофер! Выходи, подлый трус! Давай биться об велик заклад, что разнесу я каюты твои белокаменные, если не принесёшь ты буйну голову с повинной на мой почестен суд! Пасть порву, моргала выколю, рога поотшибаю! У вас ровно минута на размышления, достопочтенный сэр...
Я смешал в солянку все виды обращения, кто его знает, какой язык он быстрее понимает? Прошла длинная минута напряжённого ожидания. Потом робкий мужской голос тонким фальцетом задал идиотский вопрос:
- Кто там?
- Почтальон Печкин! - рявкнул я.
- Не верю, - подумав, сообщил Зингельгофер.
- Нечестивец! Повесь свой меч на шею, посыпь голову пеплом и в одном нательном белье на коленях ползи навстречу моему господину, благородному лорду Скиминоку, Ревнителю и Хранителю, Шагающему во Тьму, тринадцатому ландграфу Меча Без Имени!
Из тёмного тоннеля раздался хор перебивающих друг друга голосов:
- Вперёд, вперёд, убейте его, трусы!
- Сам иди!
- Их всего двое...
- Ага, у меня от его прошлого визита до сих пор шерсть на затылке не растёт. Не пойду!
- Мерзавцы, предатели, негодяи!
- Тебе надо - ты и дерись!
- Братцы, так ведь ему только Якобс и нужен, может, других он не тронет?
- Точно! Ландграф слово держит.
- Пустите меня-а... Я не хочу! Наконец толпа вооружённых мелкотравчатых монстриков вытолкала нам на растерзание бледного Зингельгофера.




***


Я мог бы его убить. Просто зарубить мечом, не задавая никаких лишних вопросов. Меня бы все поняли, эта скотина и так зажилась на белом свете. Но он трус и дурак, уж таким уродился на свет, что с ним поделаешь... Вот стоит передо мной, гад, ручки сложил, головушку повесил, дышит прерывисто, ушками дёргает. Вообще-то я ведь не злюсь на него всерьёз. Ничего особенно вредного он мне не сделал, не успел... За Веронику мы в расчёте, к смерти Повара он отношения не имеет. Не знаю даже... Обязательно надо убивать?
- Кончай хныкать, инфантильный. Учись отвечать за свои поступки.
- Н-не надо... Простите меня-а-а... - тут же заскулил Зингельгофер, бухаясь мне в ноги. Правильно, остальная нечисть выставила его на расправу, как козла отпущения за все грехи. Тьфу! А вот не будет по-вашему! Именно сегодня я наполнен кротостью и всепрощением.
- Встать, сморчок зубастый. Если вытрешь слюни, возможно, я и не стану тебя убивать. Да выпрямись же! Мне трудно разговаривать, нагибаясь только для того, чтобы видеть твои бесстыжие глаза. Говори правду - где принц Раюмсдаль?!
- К-кто это? Н-не... знаю такого, господин ландграф.
- Башку отвинчу, - весомо пообещал Бульдозер.
- Ах, Раюмсдаль! Как же, как же, помню... Принц пошёл на Ристайл. Они с Владыкой Ада строят какой-то нелепый план захвата столицы.
- Превосходно... Наглости вам, ребята, не занимать. А ты-то зачем в эту афёру полез?
- Меня заставили! - убеждённо завопил колдун, гулко ударяя себя кулаками в узкую грудь. - Раюмсдаль просто сумасшедший! Он всё время хочет вас убить, он помешался на этом, он ни о чём другом даже говорить не может. Всё время скрипит зубами и навязчиво рассказывает, что он с вами сделает, когда поймает.
- Сильно скрипит зубами? - погрустнел я. - Это плохо... Принц, наверно, болен, может быть, у него глисты? Пусть ест побольше чеснока, помогает... Каким путём он направился в столицу?
- Люцифер дал нам обоим по шкатулке, велел открыть, если понадобится его помощь. Раюмсдаль открыл, и явившийся демон унёс его с воинами.
- Так... - Мы с Жаном напряжённо переглянулись. Новости не слишком радовали. - Какие войска вам удалось собрать?
- В Ристайл уже больше года незаметно стекаются кришнаиты, переодетые обычными людьми. Они должны устроить мятеж и открыть ворота. Принц соберёт своих людей в условленных местах, его отряд составит около тысячи наёмников. Люцифер пообещал привести все войска Ада, числом не менее пяти тысяч чертей и прочей нечисти. При одновременном ударе столица не выдержит...
- Что должен был сделать ты?
- Я? Да ничего... буквально ничего...
- Не зли меня, Зингельшухер!
- Зингельгофер...
- Тем более не зли!
- Я должен был собрать в холмах войско Тёмной Стороны и так же, как принц, отправиться в Срединное королевство.
- Ясно. Войска уже собрал?
- Да, они внутри. Пощадите меня-а...
- Где шкатулка с перемещающим демоном?
- Вот она, пожалуйста. - Он охотно достал из-за пазухи маленькую лаковую коробочку размером с портсигар. На чёрной глянцевой поверхности был реалистично выдавлен оскаленный череп. Любят здесь дешёвый символизм...
- На сегодня ты свободен. Закрой покрепче все входы и выходы, забудь о сабельном походе, ничего не трогай, не женись - тогда, возможно, доживёшь до счастливой старости. Мы с тобой долго не увидимся, но... Не забывай обо мне.
- Никогда! - проникновенно ответил Якобс и, развернувшись, дал дёру в глубь тоннеля. Как только он удрал, сверху рухнула тесаная глыба серого камня, намертво запечатав вход. Мы пожали плечами и пошли назад. Хорошо, когда всё обходится без драки. Я ведь очень мирный ландграф. Это раньше был свирепый, чуть что - на людей кидался, укусить норовил, теперь совсем другое дело. Спокойный, как танк, невозмутимый, как невропатолог, тихий, как прыщ - пока не вскочу, никто и не заметит.
- Милорд, милорд! Ну как там всё было? Вы их всех поубивали?
- Нет, Лия, сегодня мы их помиловали.
- Минуточку, лорд Скиминок... - подозрительно сощурилась наша героиня. - Может, я чего недопоняла? Вы проявили христианское всепрощение, граничащее с дебильной недальновидностью, и отпустили принца?!
- Принца здесь нет. Мой господин проявил чудеса мудрости и интриги, заставив коварного Зингельгофера отдать нам дар Люцифера в обмен на свою жалкую жизнь! - патетически размахивая руками, объяснил Жан. Но тугодумка не унималась:
- А у трупа нельзя было этот ваш "дар" забрать?
- Так ты хочешь, чтобы мы с милордом выворачивали карманы свежеупокойному колдунишке?!
- Я хочу, чтобы дегенерат, обидевший нашу Вероничку, ещё до обеда загорал на кладбище под красивой плитой с витиеватой надписью!
Пока супруги выясняли отношения, я подмигнул Тени и жестом поманил к себе ведьмочку. Вероника оставила свой пост, но на всякий случай быстро буркнула заклинание, накрыв Локхайм огромным отвращающим куполом - такая же полезная вещь, как и магическое кольцо, надо только уметь пользоваться.
- Вот, посмотри. - Я протянул Веронике чёрную коробочку. - Что скажешь?
- Похоже на ковчежец для заключения нечистого духа. Мне приходилось такие встречать. Открываются только человеческими руками, мечом не разрубишь, камнем не разобьёшь. Обычно после вскрытия оттуда валит дым, и высоченный демон просит владельца дать ему работу. Многого он не может, но построить дворец, например, сумеет. Как правило, это духи созидания, они не злые и после выполнения задания получают свободу, перейдя в иные миры. А откуда у вас это?
- Отобрал после угроз телесных повреждений у твоего бывшего жениха. Люцифер дал такую же принцу, и теперь демон унёс Раюмсдаля с войском прямиком к столице. Нам бы надо двинуть туда поскорее, не ровен час - в городе вспыхнет восстание. Как ты думаешь, демон сумеет унести нас всех с Локхаймом, да ещё драконицу в придачу?
- Запросто. Но...
- Тогда я открываю.
- Но... лорд Скиминок... вы уверены, что Якобс вас не обманывает?!
Поздно... я уже открыл Шкатулку. Крышка сорвалась от одного нажима пальцев. Из коробочки повалил чёрный дым, а я всерьёз задумался - в самом деле, откуда у меня такая уверенность, что Зингельгофер... Додумать не удалось. Дым принял форму - над нами возвышался демон! Не очень улыбчивый...





***


В холме открылся замаскированный дёрном люк, и из него высунулась счастливая рожа колдуна Якобса.
- Вот ты и попался, ландграф! - злорадно завопил он. - Взгляни в глаза своей смерти... Прощай навек, будь проклят и умри, зная, что именно моя рука подала тебе последний дар Люцифера!
Больше он ничего не сказал, не успел. Тень молниеносно повернула голову, и направленная струя пламени с шипением сбрила мерзавцу последние жидкие кудри. Прощальный подарочек, на память о нас, так сказать...
- Хэппи бездей ту ю... - почему-то вспомнилось мне.
- Пустите меня, милорд! - вдохновенно поднялась Лия, - Я ему тоже набездаю в ту ю!
Увы, люк уже захлопнулся. Мы повернулись к дымчатому гиганту.
- Дай мне работу! - взревел демон, не позволив мне даже толком опомниться. Это был здоровенный бесплотный дух, метров десять в высоту, грубо слепленный из клубов чёрного полупрозрачного дыма, явно пенсионного возраста, широкоскулый, узкоглазый, большеротый и плосконосый. О, Аллах акбар! Я почему-то надеялся увидеть нечто более симпатичное.
- Кто ты?
- Я великий и могущественный Хан ифритов! А теперь, жалкий человечек, дай мне дело, или я растерзаю тебя.
- Не понял... Я тебя, чурбана, выпустил, так ты же мне ещё и угрожаешь?!
- Не спорьте с ним, милорд! - жалобно заскулила Вероника, дёргая меня за рукав. - Поверьте, он действительно способен растереть в порошок всех нас, включая драконицу.
- Да ну? - не совсем поверил я, но нетерпеливый демон махнул рукой, и земля задрожала.
- Ладно, ладно... Обойдёмся без силовой демонстрации! Для начала я хотел бы уточнить некоторые моменты. Что конкретно ты можешь, Хан?
- Я - демон зла и разрушения! Могу сровнять с землёй город, могу уничтожить армию, могу сжечь, затопить, разнести в прах...
- Годится. Мне нужно разогнать раюмсдалевскую братву и напинать некоему Люциферу, так чтобы он по гроб жизни зарёкся фыркать на ландграфов.
- Нет! - раздражённо прорычал демон. - Я не могу идти против сил Зла, я должен им помогать. Найди мне другую работу. Дай уничтожить хороших или помочь плохим.
- Никогда! - тонким петушиным голоском отважно заявил Бульдозер, высовываясь из-за спины супруги. - Никогда лорд Скиминок, Ревнитель и Хранитель, Шагающий во Тьму, тринадцатый ландграф Меча Без Имени, не встанет на сторону тёмных сил!
- Жан, Жан... ну не надо меня во всё это вмешивать! Эй, Сухэ-батор, погоди минутку, сейчас мы туг быстренько посоветуемся, и я тебя трудоустрою.
Демон Хан милостиво зевнул, а мы быстренько стали нос к носу.
- Вероника?
- Лорд Скиминок, он очень силён. Его магическая аура перекрывает мою в тысячу раз. Мне, как ведьме, опасно даже глядеть на него. Одним взглядом он может высосать все мои магические способности и не почувствовав этого!
- Бульдозер, ты что скажешь?
- Давайте драться, милорд! Мы долго пожили, славно повоевали, нам пора достойно погибнуть в неравном бою, возродившись в песнях и балладах, так чтобы...
- Довольно! Я тебя понял. Спасибо за предложение. Лия?
- А что - Лия? Почему везде, всегда - Лия?! Я что, крайняя или рыжая? Маленькой, хрупкой девушке из приличной семьи неэтично влезать в крутые мужские разборки. Жаль, конечно, что не я выпустила на волю этого азиата... Уж он бы у меня получил работу! Начиная от подметания полов, стирки, глажки, вышивки, художественной штопки, вязания, плетения, чистки овощей, мытья посуды...
- Выслушали. Приняли к сведенью. Благодарим за участие, - прервал я. Так, с моими ребятами всё ясно. Если надо принять решение, то это опять на мне. Вот в чём другом, в бою, за столом, в быту - тут они незаменимы. Любое дело по плечу, лишь бы мозги не перегружать.
- Дай мне работу или умри!
- Да что ты так нервничаешь, безработный китайский кули? Сейчас обеспечу трудовым фронтом. Значит, добрых дел ты совершать не можешь? Давай творить злые... Например, как ты считаешь, этот холм, полный самой подлой нечисти, он хорошо укреплён?
- Плохо, - подумав, решил демон. - При желании можно взять одним штурмом.
- Я тоже так считаю. Вот если бы ты обнёс всё крепостной стеной толщиной метров в десять, да высотой в два таких же холма, да без окон, без дверей, а сверху крышу понадёжнее из витринного стекла... Так, чтоб ни один рыцарь, ищущий подвига во имя Добра, не смог до них добраться. Хороша работёнка?
- Это надолго... - насупился Хан. - Никак не меньше недели, ты можешь сбежать. Хотя... беги! Я тебя найду. Ты дал мне задачу - защитить злых от добрых. Я построю такую крепость, что туда и мышь не проскочит.
- И оттуда тоже! - напомнил я. - Ты ведь не хочешь, чтобы мерзопакостный Зингельгофер вышел погулять и попался на копьё благородного Бульдозера?
- Ты прав, - серьёзно кивнул демон, воодушевлённо потирая ручки. Откуда ни возьмись, у него оказалась лопата, и "дар Люцифера" активно бросился обкапывать холм, готовя котлован под строительство крепостной стены.
- Вы гений, милорд! - Лия и Вероника, обняв меня за шею, чмокнули в обе щеки.
- Объясните бедному оруженосцу, в чём тут дело? - возопил всеми забытый Жан. - Вы ведь не всерьёз отправили демона строить для Якобса самую неприступную крепость?!
- Всерьёз! Только боюсь, он никогда не сможет из неё выйти. Хан решил позаботиться о его безопасности до такой степени, что, увлечённый непробиваемостью архитектуры, быстро превратит холм в банальную тюрьму...

***


Близился вечер. В Ристайл мы полетели на Локхайме. Тень я отпустил поохотиться, поужинать, выспаться и привести себя в порядок. Лия с девочками накрывала на стол в гостиной, Жан управлял полётом, а мы с Иваном болтали, сидя на изящной скамеечке у перил.
- Ты знаешь, а подобный летающий город есть в романе Свифта "Путешествие Гулливера".
- Да? Папа, выходит, Гулливер тоже был в Срединном королевстве?
- Вот это маловероятно. Лично я думаю, что саму идею летающих замков, кораблей и городов человечество почерпнуло из причудливых очертаний облаков. Смотри, какой закат... Красота!
- Ага. Мы сейчас к самому королю летим?
- К Их Величеству государю Плимутроку Первому. Запомни, пожалуйста! Плимутрок добродушный дядька, но он всё-таки король и порой по-детски обижается на мелкие нарушения этикета. Главное - не позволяй себе влезать к нему на колени, когда он на троне, во время какой-нибудь церемонии не наступай на мантию и не пытайся надвинуть корону на нос при чтении торжественной речи - остальное он легко простит.
- Не переживай за меня, я буду слушаться. - Иван заглянул мне в глаза. - Папа, не отправляй меня домой. Давай ещё погуляем. Пожалуйста...
- А ты не соскучился по маме?
- Да так... здесь интереснее, чем в детском саду.
- С этим аргументом не поспоришь, - улыбнулся я, прижимая Ивана к себе. - Ладно, остаёмся, пока не надоест.
- Ура-а-а!
Да, хорошо быть ребёнком. Есть сказочный мир, куда тебя черти притащили на каникулы. Есть папа, который всегда спасёт и заступится. Есть Вероника, ещё не забывшая детства и готовая играть целый день напролёт. Есть Лия, заботливая, как наседка, которая накормит, напоит, в ванне выкупает и спать уложит. Есть большой Бульдозер, он рыцарь, на нём можно ездить, и он всегда готов дать подержать меч или поносить шлем. Будь я в возрасте Ивана, то, наверно, тоже ни за что на свете не согласился бы отсюда уехать.
- Папа...
- Что? Извини, задумался.
- Папа, а можно, мы не будем отдавать эту принцессу Ольгу? У меня есть предложение - пусть она тоже с нами ещё полетает.
- Согласен. До Ристайла мы попутчики, но там её ждут родители. Они хорошие люди и наверняка охотно разрешат вам поиграть. А что, Оля уже не кажется тебе вредной, капризной и вечно мешающей?
- Нет... - тихо ответил мой сын. - Она хорошая. Просто маленькая ещё и глупая... иногда.
- Вот и ладушки...
Солнце клонилось к горизонту. Закат был необыкновенно красив. Вот в такие редкие минуты покоя и умиротворения человек наконец начинает ценить тихое счастье. Мы укрылись одним плащом, Иван привалился к моему боку и задремал, а я погрузился в обрывчатые воспоминания о наших приключениях. Эх, жизнь... Сахар со стеклом! Всё вперемежку: и хорошее, и плохое. Уже давно нет того невероятного везения, что так лихо выручало нас в моё первое путешествие. Ко мне привыкли, меня здесь считают своим. Кто-то любит, кто-то ненавидит, но все относятся как к данности этого мира. Я здесь не чужой! Эта страна стала мне так же необходима, как я необходим ей. Может быть, что-то произошло не так в структуре времени? Может быть, я должен был родиться и жить именно здесь, а не в своём мире? Не такой уж плохой ландграф из меня получился. Дворянских корней, конечно, не хватает, манер разных, навыков... Ну, да это дело поправимое. К тому же ведь я - астраханец! Астрахань - город смешанной крови и, даже при моих скудных попытках отыскать истоки своей родословной, были обнаружены среди предков моих дворяне, казаки, капитаны, купцы, портовые грузчики и даже нищие. Так что происхождение мое как раз самое ландграфское... В небе показалась полная луна, но прежде, чем я успел провести естественную параллель с именем одной кареглазой наёмницы, сзади появился верный Бульдозер:
- Милорд, ваш мальчик совсем уснул. Давайте я отнесу его в кровать. Лия уже накрыла стол, она зовёт всех на ужин.
Жан осторожно принял от меня Ивана, мы прошли в спальню, где уже спала маленькая принцесса, и, устроив младшего Скиминока на диване, направились в гостиную. В целом ужин прошёл мирно. Это серьёзный плюс нашей белокурой интриганки, она сначала накормит, напоит, а уж потом все жилы вытянет.
- Мой храбрый господин, все собрались и готовы вас выслушать.

- О чём ты, милая? - сытно отмахнулся я, но Лия была непреклонна.
- О войне, милорд! О грядущем сражении, о тайном заговоре в столице, о сбежавшем Раюмсдале, о порочном Зингельгофере, о противных кришнаитах, о ненасытном Люцифере, о...
- Всё! - Я зажал ладонями уши. - Оруженосец, успокой свою жену, она окончательно задолбала меня вопросами. Я не ходячая энциклопедия и не пожилая гадалка. Вполне понимаю ваше здоровое любопытство... Так и быть, готов поделиться некоторыми соображениями. Только не считайте их истиной в последней инстанции.
- Поправка принята к сведению, - важно кивнули все. Мои словечки, узнаю...
- Войну мы остановим, не проблема. Надо всего лишь найти Кролика, подружить его с Тенью, заручиться поддержкой ещё десяти драконов, собрать войска всех вассальных городов и замков, прийти в столицу до подхода Раюмсдаля, успеть сообщить о заговоре кришнаитов, мобилизовать горожан...
- Как-то очень много этого "всего лишь", - заметила Вероника, когда я выдохся.
- А что, есть другие предложения?
- Пожалуй, нет, - вздохнули мои ребята. Мы помолчали, а потом Лия выставила на стол большое блюдо с орехами. В размышлениях они были сгрызены все. Нас прервал невнятный шум в ночи. Лично мне он более всего показался похожим на рёв обиженного судьбой дракона!

***


Сон нам не светит. Мы выбежали на мостовую, встали у перил и были просто сражены страшной картиной, развернувшейся на фоне фиалкового неба. Два тёмных дракона, рыча, нападали на третьего. Всполохи огня придавали воздушному бою вид настоящей древнегреческой трагедии. Но самое ужасное... атакуемый дракон был белого цвета!
- Кролик! - хором решили мы. Ну, всё! Наших бить?! Возможно, иногда для моей команды и допустимы мягкосердечие, дружелюбие, готовность к разумному компромиссу и прочие слюнявые сантименты, но попробуйте задеть кого-нибудь из наших всерьёз... Более мстительных головорезов вы не найдёте! Ребята разбежались по своим боевым постам, даже не дожидаясь моей команды. Лия - охранять детский сон, Бульдозер - в рубку управления полётом, Вероника с метлой - на связи, а я встал у перил в самую капитанскую позу и дал ведьмочке задание небольшим заклинанием увеличить мощь моего голоса до уровня репродуктора.
- Готово! Скажите что-нибудь, милорд.
- Раз, два, три! Проверка звука! Как меня слышно? Как слышно меня, приём?!
- Ах... - только и сказала Вероника, поднимаясь с мостовой. - Возможно, я несколько перестаралась... Вон в том доме окна лопнули, а в остальных посуда звенит. Говорите шёпотом, пожалуйста, а я сделаю всем затычки в уши под названием "беруши".
Локхайм за пятнадцать минут вышел на финишную прямую и замер в пяти метрах от драчунов. Жан у себя дал команду кристаллу, и драконов осветило направленными лучами трёх прожекторов. Птеродактили застыли в причудливых позах китайского ушу. Всё правильно... Этот белый и потрёпанный - наш Кролик. Ещё двое, тёмно-зелёный и тёмно-синий, совершенно незнакомые мне типы.
- Сейчас же прекратить драку! - заорал я во всю силу своего нового голоса. - Нашли время и место. А ну, марш по домам! Или вы у меня в отделении пятнадцать суток будете улицу подметать.
После продолжительного молчания и недоумённого переглядывания драконы послушно встали в ряд, и тут до Кролика дошло:
- Лолт Скиминок фелнулся!
От удара грудью Тающий Город вздрогнул до флюгеров, а я обнял за шею старого друга, стараясь держаться чуть в стороне от его пахнущего пороховым перегаром дыхания.
- Где же тебя черти носили, бродяга мой легкокрылый?!
- Не кличите мне ф ухо, милолт! - аж дёрнулся бедняга, ошарашенно тряся головой. - Я и так плекласно слышу... слышал... мосет, дасе ессё буду слышать...
- Извини, это Вероника постаралась, но обычным голосом я бы ни за что до вас не доорался. Так ты не ответил на вопрос. Мы уже столько времени воюем, а нашего повелителя небес нет как нет! Чем ты вообще занимаешься?
- Так... нисем осопенным... - мгновенно засмущался Кролик, покосившись в сторону двух ожидающих драконов.
- Да ты скажи ему, скажи! Что, язык проглотил? - неожиданно тонким фальцетом отозвался синий дракон. - Лорд Скиминок, ну хоть бы вы его вразумили, кобеля пархатого!
- Он нам уже второй месяц мозги пудрит! То к одной бегает, то к другой. Господин ландграф, мы о вас столько слышали... Если для нашего ловеласа и есть авторитеты, так это вы! Призовите его к порядку, сделайте милость! - хорошим оперным голосом поддержал зелёный дракон... или драконица?!
- Кролик, что это значит? - с деланной суровостью возмутился я.
- Ну... это... вот... а сто я могу... кокта тут... их се тфое!
- Хватит вешать мне лапшу! - От моего рёва несчастный холостяк в ужасе сунул нос под мышку и закрылся крыльями, не забывая, впрочем, крепко держаться за Локхайм, а две любвеобильные драконицы зажмурили глаза, страшно довольные моим "праведным" гневом. - Кто это?
- Дамы моеко сейтса...
- Сразу обе?!
- Так полусилось...
- Эх, дать бы тебе... промеж глаз! Да не могу, сам такой. Прекрати изображать пугливого дистрофика и представь наконец меня своим подружкам. Официально!
- Милые тамы! Посфойте мне пъетстафить фам феикого геоя и моего польсого дгуга - лолта Скиминока, Ефнителя и Хъанителя, Сагаюсего фо Тьму, тъинатцатого лантгьафа Меся Пес Имени.
Я церемонно поклонился. Из-за угла высунулась Лия, с крыши слетела Вероника, Жан пока оставался у кристалла, держа молнии наготове.
- Додогой дгук! Посфоль мне пъетстафить тепе этих самесятельных дам. Госпоса Туся! - Синяя драконица изобразила в воздухе подобие реверанса. - Госпоса Тина! - Зелёная драконица сотворила то же самое. - Плосу юпить и саловать. Они плосто миласки, не пъафта ли? И опе мои нефесты. И осень мне нъяфятся. Спасите меня, милол-л-л-т!..

***


Я отложил слушанье дела до утра. В своё время мне пришлось вплотную сталкиваться с судебно-исполнительными органами, так что изобразить пародию на правосудие уж как-нибудь сумею. Драконы отправились вниз, отыскали ровненькое местечко, мы посадили Локхайм, и все отправились спать. Три огнедышащих стража следили, как бы кто не сбежал, охраняя заодно и нас. Я дал общий отбой. Спать не хотелось... Лунный свет заливал Тающий Город матовым серебром. Ночь дышала ароматами трав, звёзды казались невозможно близкими, их даже хотелось погладить, а лёгкая прохлада заставляла, кутаясь в плащ, настраиваться на лирический лад. Где же ты сейчас, моя кареглазая наёмница? Кто рядом с тобой, кто обнимает тебя за плечи, кто шепчет тебе перед сном, кто... прости... Наверно, я ревную. Не имею на тебя никаких прав, никакой надежды увидеть вновь, никакого намёка на возможное счастье вдвоём... Где оно, это счастье? Кто сказал, что человек непременно должен быть счастливым? Ты - замужем, я - женат. Ты связана венчанием, я - сыном. Ты остаешься здесь, а меня наверняка вернут домой. Всё! Нам нельзя сбыться! Я уже почти приучил себя к мысли о том, что Луна для меня потеряна. Откричал, отбился головой о стену, отболел... только тупая боль в сердце при одном воспоминании о ней. Это не страшно, это пройдёт... Если когда-нибудь судьба всё-таки сведёт нас вместе, я смогу говорить с ней совершенно спокойно, и грудь не будет разрываться от невозможной любви!
Наутро все желающие были приглашены на показательный судебный процесс над дебоширом и тунеядцем, белым драконом по имени Кролик. Веронику я отослал с утра пораньше по неотложному делу, заставив её снять заклятие с моего голоса. Все прочие распределили роли согласно моим указаниям: Лия - прокурор и главный обвинитель по вопросам защиты женского достоинства, Туча и Тина - свидетели по делу и пострадавшие одновременно, Жан - в основном зритель. Сначала было предложение поставить его в адвокаты. Но разве он рискнёт спорить с собственной женой?! Кролик, естественно, подсудимый, ну и я - судья!
Разборка была довольно весёлая... Жаль, что протокола не вели, но попытаюсь рассказать по памяти, максимально приближённо к реальным событиям.
Я (строго и торжественно). Подсудимый, дракон по имени Кролик, белой масти, совершеннолетний, из особых примет - дефект речи. Прошу встать и стоя выслушать предъявленные вам обвинения!
Лия (лирично, патетично, истерично). Где истина? Где справедливость? Кто вступится за поруганное имя моих несчастных клиенток? Этот бессовестный тип смутил, обольстил, искусил, соблазнил, опорочил, обесчестил сразу две невинные души. Их слёзы и стоны, стенания и крики, вопли и вздохи будут вечно звенеть у меня в ушах. Я прошу земного правосудия до того, как беспросветный грешник получит достойное наказание на небесах!
Я (вежливо). Что скажете, подсудимый?
Кролик (изо всех сил пытаясь хоть что-то сказать). А... э... у... о
Жан (чисто из мужской солидарности). Свободу холостякам! Не пойман - не вор! Сделал дело - гуляй смело!
Опять Я. Слово предоставляется пострадавшим. Свидетельница Туча, расскажите суду о ваших претензиях к вышеупомянутому белому дракону по имени Кролик.
Туча (прежним писклявым фальцетом, совершенно не подходящим к её объемам). Мы встретились с ним в прошлом месяце. Этот мерзавец спас меня от банды пьяных гиппогрифов. Они и так особыми манерами не отличаются, а уж по осени, когда у них линька и брачный сезон, да ещё после литра сорокаградусной... В сумерки приличной девушке даже носу на улицу не высунуть. Представляете, недавно был случай...
Я (строго). Не отвлекайтесь от темы!
Туча (возмущённо). Так это как раз по теме. Они меня зажали, а он спас. Как в таких случаях поступают настоящие мужчины? Они целуют спасённую принцессу и фиксируют свои отношения законным браком. Я требую, чтобы он на мне женился!
Я (снова очень вежливо). Суду всё ясно. Слово предоставляется второй свидетельнице обвинения.
Тина (мягко, лирично, романтично). Примерно с два месяца назад я сильно пострадала, попав под обстрел Локхайма. Раньше на нас охотился Ризенкампф, но осторожно, он боялся, что мы объединимся и положим конец его бесчинствам. Потом стала править Танитриэль, она дружила с драконами. Но вдруг Тающий Город вновь оказался в руках нашего врага. Принц Раюмсдаль осыпал молниями любого из нас. Один такой шальной выстрел попал мне в грудь. Я потеряла сознание, упала на землю и сильно разбилась. Когда пришла в себя, надо мной стоял белокожий красавец. Он отнёс меня в безопасную пещеру, вправил вывихнутое плечо, кормил и заботился обо мне, пока я не выздоровела. Какие чувства могла испытывать неискушённая девушка к своему благородному спасителю? Естественно, я полюбила его! Единственное желание - впредь и навсегда быть рядом с Кроликом как верная подруга и законная жена.
Я (улыбаясь в усы). Суду всё ясно. Объявляется получасовой перерыв. Обвиняемому подготовить к слушанью все смягчающие факты. Зрителям - утешить обвиняемого, покормив одуванчиками. Свидетельницам - отдохнуть и ещё раз подумать о последствиях скоропалительного брака. Прокурору пойти посмотреть, чем там заняты дети. Всё. Разойдись!
На время перерыва я решил познакомить Ивана с драконицами, но он не пошёл. Посмотрел на них в окошко и сказал, что Тень гораздо симпатичнее. Лия отыскала для них с Ольгой большую волшебную книгу сказок. Такой здоровенный фолиант с цветными картинками, если ткнёшь пальцем, то картинки оживают. Рыцари скачут, львы рычат, принцессы рыдают, гномы шныряют туда-сюда... Дети счастливы. Иван ещё догадался проводить ладошкой по названию очередной сказки, и книга начинала говорить. Ей-богу, это гораздо лучше любого телевизора. Понятно, что обоих от такой роскоши за уши не оттащишь. Лия пообещала им испечь торт после вынесения приговора, а пока поставила на поднос гору маленьких бутербродов, фрукты и два больших стакана с соком. Надо признать, особого внимания мы им не уделяли, но и они нас не слишком беспокоили. Я задумчиво присел в уголке, наблюдая, как Иван деловито вытрясает из нашей добровольной няньки непонятный ей "киндер-сюрприз". Сон навалился незаметно. Казалось, моё тело тихо погрузилось в ласковую тёплую пелену, дыхание было ровным, а мысли умиротворёнными. Я шёл по портовому Вошнахаузу, город таял в вечерних сумерках. Прохожие, попадавшиеся навстречу, жались к низким домишкам, квартал явно был одним из беднейших. Куда это меня занесло? Какая таинственная цель вела мою светлость вдоль грязных улочек, рискуя в любой момент нарваться на нож в бок или удар мешочком с песком по затылку. Я точно знал, куда шёл. Вот этот дом, маленькое тусклое оконце у самой земли.
- Она здесь.
Я резко обернулся. За моей спиной, ухмыляясь, стоял Люцифер! Меч Без Имени оказался в руке быстрее, чем я осознал, что именно мне угрожает.
- Нет, нет... Опустите оружие, ландграф, сегодня я пришёл с мирными предложениями. Окажите любезность, давайте побеседуем не как враги, а как партнёры. У меня есть то, что вы ищете, у вас есть то, что нужно мне. Почему бы нам не найти взаимовыгодное решение наболевших проблем?
- У меня не может быть с вами никакого партнёрства. Мы - по разные стороны баррикад.
- Вы рассуждаете как рыцарь, но это не ваш мир.
- Возможно. Но и в моём мире лучшим средством для разговора с нечистым считается добрая сталь!
- Вы не в себе, Андрей. Отбросьте внешние атрибуты, оставьте чуждые иллюзии, взгляните на вещи реально. Кто вы? Ландграф, рыцарь, герой эпоса? Это не ваша истинная сущность. Просто именно таким вас хотят видеть окружающие, и вы невольно подыгрываете им. Я не виню вас, я вижу, как мечется ваша душа. Можно иногда примерить на себя чужую шкуру, но жить в ней - нельзя! Опасно так навязчиво вживаться в чужую роль. Я знаю, кто вы есть на самом деле. Художник, семейный мужчина, живущий по доходам, погрязший в быту, рабочих неурядицах, а зачастую и банальных долгах. В вашем мире вы рядовой, "маленький" человек с полным набором комплексов и проблем. Совсем не герой. Вряд ли чего достигнете в жизни. Будете упиваться "внутренней" свободой, презирать политику и вечно горбатиться на того, кто платит. Ландграф - это не титул. Скорее образ мышления, смысл существования на земле, врождённый кодекс поведения и чести. Крест, если хотите... Но вы - не он!
На какое-то время я опустил меч. Доводы Люцифера были неоспоримы. Он вытаскивал на свет всю подноготную моей смурной души, заставляя меня самого взглянуть на всё это открытыми глазами, без "розовых очков".
- Что вам от меня нужно?
- Ничего, - сочувственно покачал головой Владыка Ада. - Поверьте, пожалуйста, действительно ничего. Я даже хотел бы вам помочь.
- Я помню, чем заканчивается договор с дьяволом...
- Ну, зачем же обязательно так... Давайте не будем о грустном. Приятно иногда для разнообразия сделать что-нибудь хорошее. Я дам вам возможность уйти. Ваш сын принадлежит вам, впредь никто не посмеет его коснуться. Скажу больше, за относительно небольшую плату я даже готов вернуть вам Луну...
- Лорд Скиминок! Всё уже собрались. Присяжные ждут, пострадавшие волнуются, обвиняемый едва дышит в ожидании приговора, - радостно шумела Лия, тряся меня за воротник. Я вздрогнул и проснулся, уставившись на неё ещё мутными спросонья глазами:
- Что это было?
- Где?
- Ну... во сне.
- А что там было?
- Так, пожалуй, потом... Значит, народ в сборе? Тогда вперёд, мы должны закончить весь процесс до вечера. - Я постарался напустить на себя деловой вид и хлопаньем по щекам изгнать из больной головы тяжёлые остатки сна. Тьфу, мерзость какая! Приснится же... Сначала Лие, теперь мне. Неужели Люцифер действительно способен проникать в подсознание? Нет... вряд ли это он сам, за его спиной стоят более могущественные силы. Там, где всё решается на высоте противоборства Бога и Сатаны, всякие мелкие люциферики или Скиминоки уже не котируются. Впрочем, нам и на своём уровне борьбы - во как хватит!
- Господа присяжные заседатели, прошу всех встать - суд продолжается. В первой половине слушанья дела мы выяснили показания свидетельниц и претензии к обвиняемому. С их слов я заключаю, что вышеупомянутый дракон Кролик проявил себя с лучшей стороны, оказав посильную помощь совершенно неизвестным дамам, спасая таким образом их жизнь и честь. Если я правильно понимаю требования потерпевших, они настаивают на непременной женитьбе как естественном продолжении его услуг. По мнению прокурора, законный брак восстановит честное имя дракониц, одновременно поставив заслон всевозможным сплетням, домыслам, кривотолкам. На основании всего вышеизложенного суд вынужден обратиться к подозреваемому: вы признаёте себя виновным в совершённых поступках?
- Пъизнаю, - раздражённо пожал плечами Кролик. - Кута тенесься? Я тестфительно спасал и ту и тругую, но... Лолт Скиминок! Месту нами тогда нисего такого не было! Я их ни азу таже не смокнул в сёчку. Какая сенитьба? За сто?
- А вот это уже не вопрос. От женитьбы, как от тёщи, никуда не сбежишь. Примите мой совет, подсудимый, выберите себе одну, сочетайтесь с ней как положено и живите. Попадётся хорошая - будете счастливы при жизни, если плохая - то после смерти.
- Фсё ясно... Сафтла же у апостола Пафла пояфится нофый оъигинальный ангел - с пойшим хфостом, пеепончатыми клыльями и аломапными пламенными поцелуями.
- Кролик, не язви! - построжел я. - В противном случае буду засчитывать подобные вольности как факт оскорбления суда. Слово предоставляется прокурору. Ваши требования относительно окончательного приговора?
- Казнь! - твёрдо объявила Лия, лихо рубанув ладонью воздух. - Таких надменных негодяев надо душить ещё в колыбели, пока пищат! На телеграфных столбах вешать смутьянов, по Волге-матушке вниз в деревянных гробах пускать краснопузых...
- Всех не перевешаешь! - в тон откликнулся Бульдозер, поддерживая комедию в духе революционных событий семнадцатого года. - Вставай, поднимайся рабочий народ! Он шёл на Одессу, а вышел к Херсону-у...
Я думал, что сдохну со стыда. Драконицы недоумённо переглядывались, а бедный Кролик окончательно повесил голову. Супруги веселились вовсю! С одной стороны, гневно требуя самого сурового наказания, с другой - столь же рьяно отстаивая кристальную невинность подозреваемого. Дело дошло до того, что за Кролика дружно вступились обе дамочки сразу, подняв чешую дыбом и прожигая неумолимую прокуроршу очень недобрыми, но многообещающими взглядами. Я выжидал. Вероника обещала появиться после обеда. Если с ней ничего не случится в пути... Ну наконец-то! Из-за белого облачка вырулила юная практикантка и после крутого пике акробатическим кульбитом спрыгнула прямо на меня. Я подставил руки, чтобы её поймать. Але оп! Как в цирке Дурова - присутствующие даже зааплодировали. Мы с Вероникой поклонились публике.
- Она будет здесь через несколько минут, - не снимая улыбки, процедила Вероника.
- Умница! Ты у меня просто прелесть, - расщедрился я, потрепав её по макушке. Ведьмочка счастливо хрюкнула.
- Всем встать - суд идёт!
Народ опомнился. Лица стали серьёзными, позы деловыми, глаза внимательными, ждут...
- Итак, после долгого совещания суд всё-таки вынес своё непоколебимое решение. Принимая во внимание интимную сложность сложившихся обстоятельств, вынужден объявить следующее:
1) Дракон Кролик неповинен в том, что оказывал гуманитарную помощь благородным девицам.
2) Девицы не вправе давить на обвиняемого с целью непременной женитьбы.
3) Кролик в любом случае обязан окончательно утвердить свой семейный статус, чтобы впредь не давать повода для возбуждения подобных тяжб. Если же подсудимый в течение одного месяца по вручении ему протокола решения суда не определится, с кем ему жить, то понесёт наказание по статье за распутное поведение, растление и саботаж!
Драконицы согласно кивнули. Лия с Жаном церемонно пожали друг другу руки. Кролик поднял на меня печальные глаза и жалобно спросил:
- Плиговол оконсятельный? Опшалофанию не потлешит?
- Нет, но...
- Сто "но", милолт?! Есть натешта?
- Не совсем... но есть реальная возможность радикально увеличить выбор! - улыбнулся я.
- Это как? - заинтересовались все.







Сейчас читают про: