double arrow

В архипелаге

Вечер

И.А. Бунин

ЗАДАНИЯ ПО ЛИТЕРАТУРЕ 20-ГО ВЕКА

Музыкальность поэзии А. Фета

Стихотворение «Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали...» напоминает пушкинское «Я помню чудное мгновенье...»:

Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали

Лучи у наших ног в гостиной без огней.

Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,

Как и сердца у нас за песнию твоей.

Ты пела до зари, в слезах изнемогая,

Что ты одна — любовь, что нет любви иной,

И так хотелось жить, чтоб, звука не роняя,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой.

И много лет прошло, томительных и скучных,

И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь,

И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,

Что ты одна — вся жизнь, что ты одна — любовь.

Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,

А жизни нет конца, и цели нет иной,

Как только веровать в рыдающие звуки,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой!

Так же, как и Пушкин, поэт переживает две встречи с возлюбленной, между которыми — томительная разлука. Но Фет не рисует ни единым штрихом портрет любимой женщины, не прослеживает все изменения их взаимоотношений и своего состояния. Он фиксирует только то трепетное чувство, которое охватывает его под впечатлением от ее пения.

Это стихотворение навеяно пением Т. А. Кузьминской (сестры Софьи Андреевны Толстой), описавшей этот эпизод в своих воспоминаниях.

Стихи Фета необыкновенно музыкальны. Это чувствовали и композиторы, современники поэта. П. И. Чайковский говорил о нем: «Это не просто поэт, скорее поэт-музыкант...» Фет считал музыку высшим видом искусства и доводил свои стихи до музыкального звучания. Написанные в романсово-песенном ключе, они очень мелодичны, недаром целый цикл стихов в сборнике «Вечерние огни» Фет назвал «Мелодии»:

Я тебе ничего не скажу,

И тебя не встревожу ничуть,

И о том, что я молча твержу,

Не решусь ни за что намекнуть.

Целый день спят ночные цветы,

Но лишь солнце за рощу зайдет,

Раскрываются тихо листы,

И я слышу, как сердце цветет.

И в больную, усталую грудь

Веет влагой ночной... я дрожу,

Я тебя не встревожу ничуть,

Я тебе ничего не скажу.

5. Воспевая красоту, Фет стремится «усилить бой бестрепетных сердец». В стихотворении «Одним толчком согнать ладью живую...» поэт так говорит о призвании «избранника»:

Одним толчком согнать ладью живую

С наглаженных отливами песков,

Одной волной подняться в жизнь иную,

Учуять ветр с цветущих берегов,

Тоскливый сон прервать единым звуком,

Упиться вдруг неведомым, родным,

Дать жизни вздох, дать сладость тайным мукам,

Чужое вмиг почувствовать своим,

Шепнуть о том, пред чем язык немеет,

Усилить бой бестрепетных сердец —

Вот чем певец лишь избранный владеет,

Вот в чем его и признак и венец!

1.Стр. 362 – 371 + стр. 376 учебника («Особенности развития литературы и других видов искусства в конце XIX – XX века») – конспект.

2.1. Хронологическая таблица «Жизнь и творчество И.А. Бунина»

Дата Событие Произведение
     

Вывод: какой вклад внёс в развитие литературы?

2.2. Прочитать рассказ «Господин из Сан-Франциско»

2.3. Вопросы для устного зачёта:

1. В чём смысл названия рассказа?

2. О чём этот рассказ? Какие философские проблемы поднимает и осмысляет И.А. Бунин?

3. Как называется корабль, на котором совершал плавание главный герой и его семья? Как вы объясните смысл этого названия?

4. Почему главный герой рассказа «Господин из Сан-Франциско» лишён имени? Как его называет автор? Почему?

3.4. Выучить наизусть одно из стихотворений И. А. Бунина:«Вечер», «В архипелаге», «В горах», «Новый храм», «Одиночество», «Поэт», «Призраки».


О счастье мы всегда лишь вспоминаем.А счастье всюду. Может быть, оно -Вот этот сад осенний за сараемИ чистый воздух, льющийся в окно. В бездонном небе легким белым краемВстает, сияет облако. ДавноСлежу за ним... Мы мало видим, знаем,А счастье только знающим дано. Окно открыто. Пискнула и селаНа подоконник птичка. И от книгУсталый взгляд я отвожу на миг. День вечереет, небо опустело.Гул молотилки слышен на гумне...Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.

***


Мы встретились случайно, на углу.

Я быстро шел - и вдруг как свет зарницы

Вечернюю прорезал полумглу

Сквозь черные лучистые ресницы.

На ней был креп,- прозрачный легкий газ

Весенний ветер взвеял на мгновенье,

Но на лице и в ярком свете глаз

Я уловил былое оживленье.

И ласково кивнула мне она,

Слегка лицо от ветра наклонила

И скрылась за углом... Была весна...

Она меня простила - и забыла.


Осенний день в лиловой крупной зыбиБлистал, как медь. Эол и ПосейдонВели в снастях певучий долгий стон,И наш корабль нырял подобно рыбе. Вдали был мыс. Высоко на изгибе,Сквозя, вставал неровный ряд колонн.Но песня рей меня клонила в сон —Корабль нырял в лиловой крупной зыби. Не все ль равно, что это старый храм,Что на мысу — забытый портик Феба!Запомнил я лишь ряд колонн да небо. Дым облаков курился по горам,Пустынный мыс был схож с ковригой хлеба.Я жил во сне. Богов творил я сам.

Сейчас читают про: